РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2018 года с. Александровка

Александровский районный суд Оренбургской области в составе: председательствующего судьи Карякина Е.А., при секретаре судебного заседания Баджурак О.Н.,

с участием: истца ФИО1, представителя истца ФИО2, старшего помощника прокурора Александровского района Фомина М.П., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Химмонтаж» о компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы, причиненной источником повышенной опасности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеозначенным исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Химмонтаж» (далее - ООО «Химмонтаж»), в обоснование которого указал, что по трудовому договору от 22.01.2015 г. он работал в ООО «Газопромышленная строительная компания» (далее - ООО «ГПСК») в должности монтажника технологических трубопроводов. При выполнении трудовых обязанностей на производственном объекте в 

<

адрес> 26.06.2016 года в процессе подъема и перемещения груза, вследствие нарушения технологического процесса, произошло разрушение стрелы крана СКГ-505, заводской №, принадлежащего ООО «Химмонтаж». В результате падения крана истцу причинено увечье.

По заключению ВТЭК от 19.04.2017г. степень утраты профессиональной трудоспособности составила 

<

данные изъяты>, истец признан инвали

<

адрес> группы. 22.05.2017 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут.

Полагал, что несчастный случай произошел по причине нарушения технологического процесса, неудовлетворительной организации производства работ, конструктивных недостатков и недостаточной надежности машин, механизмов, оборудования. Ссылаясь на акт о расследовании тяжелого несчастного случая, установившего наличие нарушений в действиях должностных лиц ООО «Химмонтаж» ФИО9, ФИО10, истец на основании ст.ст. 1079, 1100 ГК РФ полагал, что на ООО «Химмонтаж» как на владельце источника повышенной опасности - гусеничного крана СКГ-505, заводской №, лежит обязанность компенсировать ему моральный вред в связи с получением производственной травмы, причиненной источником повышенной опасности.

Просил суд: взыскать в его пользу с ООО «Химмонтаж» компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, а также в порядке возврата расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Определением суда от 18 октября 2018 года к участию в деле в качестве третьих лиц на стороне ответчика, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Общество с ограниченной ответственностью «БЭСК», Общество с ограниченной ответственностью «Газопромышленная строительная компания».

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных исковых требованиях настаивал, дал пояснения, аналогичные содержащимся в тексте искового заявления, указал, что на момент рассмотрения дела судом является инвалидом третьей группы по причине трудового увечья, в связи с несчастным случаем на производстве от 26.06.2016 года степень утраты профессиональной трудоспособности 

<

данные изъяты>

Представитель истца ФИО2, действующий на основании ордера, исковые требования ФИО1 поддержал, указал, что сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей является разумной и справедливой, поскольку истец по вине ООО «Химмонтаж» получил трудовое увечье, в связи с чем перенес физические и нравственные страдания, лишен возможности нормально трудиться и обеспечивать супругу и двоих малолетних детей. 

Ответчик ООО «Химмонтаж» представителя для участия в судебном заседании не направил, несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного заседания, сведений о причинах неявки представителя, возражений относительно исковых требований, ходатайств, заявлений в адрес суда не представил.

Третье лицо ООО «БЭСК» представителя для участия в судебном заседании не направило, несмотря на надлежащее извещение о времени и месте судебного заседания, сведений о причинах неявки представителя, возражений относительно исковых требований, ходатайств, заявлений в адрес суда не представило.

Третье лицо ООО «Газопромышленная строительная компания», извещенное о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, представителя для участия в судебном заседании не направило. В адрес суда от представителя ООО «ГПСК» ФИО3, действующей на основании доверенности от 24.11.2016 г., поступили письменные возражения на иск, согласно которым считают исковые требования ФИО1 необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

При изложенных обстоятельствах согласно п.п. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ, судом определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц. 

Выслушав истца, его представителя, огласив возражения представителя третьего лица - ООО «ГПСК», заслушав позицию прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

22.01.2015 г. между ООО «Газопромышленная строительная компания» и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работы по специальности монтажник технологических трубопроводов с 22.01.2015 г. на неопределенный срок (Том 1 л.д. 7-8).

Трудовым договором от 31.05.2016 г., заключенным между ООО «Газопромышленная строительная компания» и ФИО1 трудовой договор от 22.01.2015г. изменен в части размера оклада (Том 1 л.д. 9-10). Руководителем ООО «ГПСК» издан приказ № № от 31.05.2016г. о приеме на работу ФИО1 с 31.05.2016 на должность монтажника технологических трубопроводов, установлен оклад в размере 

<

данные изъяты> рублей, без срока испытания. Аналогичное усматривается из представленной истцом трудовой книжки ТК –IV № на имя ФИО1 (Том 1 л.д.11-12).

Из акта о расследовании тяжелого несчастного случая от 15.07.2016 года следует, что 26.06.216 года в 20 часов 00 минут в 

<

адрес> на объекте ОАО «Ямал СПГ» ночная смена мастера ООО «ГПСК» ФИО6, в состав которой входил ФИО1, производила работы по монтажу здания на строительном объекте «

<

данные изъяты> №». При выполнении работ с помощью гусеничного крана СКГ-505 по поднятию металлоконструкции весом 656 кг. на отметку +6,000м., произошла авария - разрушение и падение стрелы крана длиной 27 метров.

Стрела обрушилась на место нахождения ФИО1, в результате чего он получил увечье в виде: политравмы; открытого оскольчатого перелома правой бедренной кости со смещением; закрытого перелома крыла правой повздошной кости; обширной рваной раны правого бедра с размозжением мягких тканей; тромбоза ПБА; травматического шока 1 степени. Пострадавший доставлен на лечение в ГБУЗ «СОКБ».

В результате проведенного комиссией расследования несчастного случая, произошедшего 26.06.2016 года, лицами, допустившими нарушения требований охраны труда являются: директор ООО «Газопромышленная строительная компания» ФИО7, который не обеспечил безопасные условия труда, не обеспечил контроль за выполнением подчиненными сотрудниками своих обязанностей, требований законодательства РФ; не проконтролировал проведение вводного инструктажа, инструктажа на рабочем месте, стажировки, обучения и проверки знаний по охране труда; не обеспечил работников средствами индивидуальной защиты; допустил к работе на опасном производственном объекте лиц, не удовлетворяющих соответствующим квалификационным требованиям, тем самым нарушил требования ст. 212 ТК РФ от 30.12.2001г. № 197-ФЗ; ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 года № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; п.п. 2.5, 3.5, 3.8 должностной инструкции директора ООО «Газопромышленная строительная компания»; главный инженер ООО «Газопромышленная строительная компания» ФИО8, который в нарушение требований ч. 1 ст. 11 Федерального закона от 21.07.1997 года №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; п.2.8 должностной инструкции главного инженера ООО «Газопромышленная строительная компания» не организовал и не осуществлял производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности; заместитель директора по эксплуатации машин и механизмов ООО «Химмонтаж» ФИО9 который в нарушение ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 года №116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; пу. 12, п.п. «к» п. 255 ФНП «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения» от 12 ноября 2013 года №533; п.п. 2.1, 2.10 п. 15 технического регламента таможенного союза «О безопасности машин и оборудования» не организовал техническое состояние и технически правильную эксплуатацию подъемных сооружений; допустил самовольное изменение конструкции подземного сооружения.; начальник производственно-технического отдела ООО «Химмонтаж» ФИО10, в нарушение требований содержащихся в ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 21.07.1997 года №116-ФЗ; п. 138, п. 160 п.п. «в» п. 255 ФНП «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения» от 12 ноября 2013 года № 533 не произвел техническое освидетельствование и пуск в работу подъемного сооружения. (Т. 1 л.д. 14-17).

22.05.2017 г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, в соответствии с медицинским заключением (Том 1 л.д. 11).

На основе представленных суду медицинских документов установлено, что 26.06.2016 г. в 21 ч. 30 мин. в здравпункт третьего уровня 

<

адрес> ООО «СОГАЗ Медсервис» был доставлен ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., монтажник ООО «ГПСК» с травмой правой нижней конечности, полученной при падении металлоконструкции, предварительный диагноз: открытый перелом верхней трети правого бедра с обширным размозжением мягких тканей. Перелом костей таза? Шок 3. Кровопотеря 3 ст. (выписка из истории болезни - Том 1 л.д. 30).

Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от 30.06.2016 г. ГБУЗ «Салехардская окружная клиническая больница», следует, что ФИО1 поступил в отделение травматологии и ортопедии 27.06.2016 г. в 10:15 ч. с диагнозом: 

<

данные изъяты> (Том 1 л.д. 18).

В период с 03.10.2016 г. по 18.10.2016 г. ФИО1 находился на лечении в ГБУЗ «Областной центр медицинской реабилитации» с диагнозом: 

<

данные изъяты> - Том 1 л.д.27-28).

С 10.02.2017г. по 25.02.2017г. ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ «ОС-ИЦМР» с диагнозом: Последствия 

<

данные изъяты> 27.06.2016. Состояние после операций 27.06.2016 г., 17.08.2016. 

<

данные изъяты> (выписка из истории болезни № - Том 1 л.д. 29).

В соответствии с листками нетрудоспособности ФИО1 проходил лечение и был нетрудоспособен в период с 14.01.2017 г. по 19.04.2017 г. (Том 1 л.д. 31-34).

19.04.2017 г. ФИО1 установлена вторая группа инвалидности по причине трудового увечья на срок до 01.05.2018 г., степень утраты профессиональной трудоспособности - 70%, в связи с несчастным случаем на производстве от 26.06.2016г., акт Н-1 № от 15.-7.2016г., срок установления степени утраты трудоспособности до 01.11.2017 г. (справка серии МСЭ-2015 № - Том 1 л.д. 23).

20.04.2018 г. ФИО1 установлена третья группа инвалидности, по причине трудового увечья на срок до 01.05.2019 г., степень утраты профессиональной трудоспособности - 

<

данные изъяты>, в связи с несчастным случаем на производстве от 26.06.2016г., акт Н-1 № от 15.07.2016 г., срок установления степени утраты трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ (справка серии МСЭ-2017 №).

Таким образом, судом на основе совокупности доказательств достоверно установлено, что между травмой, полученной ФИО1 26.06.2016 года вследствие несчастного случая на производстве, и последствиями в виде длительного лечения и инвалидности, повлекшими потерю трудоспособности ФИО1 имеется прямая причинно-следственная связь.

Оценивая представленные сторонами доказательства, суд исходит из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее - Постановление). Из п. 11 названного Постановления следует, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

По смыслу вышеуказанной статьи, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека.

Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.

При этом надлежит учитывать, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Из ответа директора ООО Кузбасский инженерный консультационно-диагностический центр «Надежность» на запрос суда, следует, что согласно заключению экспертизы промышленной безопасности № 53-16 от 16.05.2016 года организацией - владельцем крана гусеничного СКГ 505, зав. № 18, рег. № 33261, является Общество с ограниченной ответственностью «БЭСК».

Судом установлено, что согласно договору аренды кранов без экипажа № 1/02/16 от 01.02.2016 года ООО «Химмонтаж» (Арендатор) получил от ООО «БЭСК» (Арендодатель) за установленную арендную плату согласно Приложению № 1к договору - кран гусеничный СКГ-505, зав. № 18, рег. № 33261, г/п 40 тн, 1991 года изготовления. Дополнительным соглашением № 1 от 01.06.2018 года срок действия договора продлен его сторонами до 31.12.2016 года (Том 1 л.д. 111-117).

Согласно п.п. 1.3-1.4 указанного договора кран принадлежит Арендодателю на праве собственности, находится в исправном состоянии, отвечающем требованиям, предъявляемым к грузоподъемным кранам и механизмам.

Пункт 3.9. договора предусматривает обязанность Арендатора нести ответственность за вред, причиненный третьим лицам краном, его механизмами, устройствами в соответствии с правилами главы 59 ГК РФ. 

Между ООО «ГПСК» (Заказчик) и ООО «Химмонтаж» (Исполнитель) 06.06.2016 г. заключен договор № 01/ХМ возмездного оказания услуг грузоподъемными кранами 25 тн, 40 тн с экипажем на строительство объекта «Ямал СПГ». Исполнитель по согласованной заявке Заказчика обязался выполнить погрузочно-разгрузочные и монтажные работы, а Заказчик обязался принять и оплатить услуги (п. 1.1 договора).

Исполнитель несет ответственность в части технически исправного состояния Техники, в соответствии с требованиями «Правил безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения» (п. 5.4.1) (Том 1 л.д. 19-22, 118-129).

Из сообщения заместителя руководителя Сибирского Управления Ростехнадзора следует, что ООО «Химмонтаж» (юридический адрес: 

<

адрес>, №, 

<

адрес>, ИНН 

<

***>) является владельцем крана монтажного гусеничного специального СКГ-505. Кран эксплуатируется в составе опасного производственного объекта вышеназванного общества «Участок транспортный», который зарегистрирован в государственном реестре опасных производственных объектов 21.06.2017 г., регистрационный номер свидетельства А 68-03024, состоит на учете в Управлении, и имеет учетный номер А68-00149-0009пс (Том 1 л.д. 107).

Как указано в сообщении Северо-Уральского управления Ростехнадзора, по состоянию на 31.10.2018г. в территориальном разделе государственного реестра опасных производственных объектов, эксплуатирующей организацией ООО «Химмонтаж» зарегистрирован опасный производственный объект «Участок транспортный», класс опасности IV, признак опасности 2.3.

Таким образом, судом установлено, что на день разрушения стрелы крана - 26.06.2016 г. владельцем крана на основании договора № 01/ХМ возмездного оказания услуг грузоподъемными кранами с экипажем являлось ООО «Химмонтаж», на момент аварии кран находился под управлением машиниста гусеничного крана ФИО11, являвшегося работником ООО «Химмонтаж».

Судом не установлено обстоятельств совместного причинения вреда, позволяющих на основании ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, возложить солидарную ответственность на собственника гусеничного крана - ООО «БЭСК», и на организацию, владеющую краном на основании договора аренды на момент аварии - ООО «Химмонтаж».

Доводы представителя третьего лица ООО «ГПСК» - ФИО3 о том, что в произошедшем 26.06.2016 г. несчастном случае имеет место грубая неосторожность работника ФИО1, который, несмотря на проведенный инструктаж, ознакомление с должностной инструкцией, действовал вопреки правилам и нормам промышленной безопасности, суд рассматривает несостоятельными, так как данные доводы опровергаются Актом о несчастном случае на производстве, которым установлено, что причинами, вызвавшими несчастный случай послужило: нарушение технологического процесса, неудовлетворительная организация производства работ, конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования; недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда. 

Несостоятельны доводы представителя ООО «ГПСК» ФИО3 о том, что отсутствуют основания для взыскания в пользу истца с ООО «Химмонтаж» компенсации морального вреда, поскольку моральный вред, причиненный ФИО1, компенсирован ООО «Газопромышленная строительная компания» в добровольном порядке и на основании решения суда. Согласно решению Оренбургского районного суда от 23.08.2018 г. в пользу истца с работодателя - ООО «Газопромышленная строительная компания» взыскана компенсация морального вреда в порядке ст. 237 ТК РФ, тогда как истцом заявлены исковые требования к ответчику – владельцу источника повышенной опасности по другому основанию: о компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы, причиненной источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер полученных истцом повреждений и их последствия.

Истец ФИО1 оценил причиненные ему физические и нравственные страдания в результате травмы, полученной 26.06.2016 года в 1 000 000 рублей. Доказательств грубой неосторожности истца, в смысле определенном ст. 1083 ГК РФ, суду не представлено

Объяснения истца, его представителя о перенесенных физических и нравственных страданиях истца в связи с травмой, суд оценивает как достоверные, объективно связанные с физической болью ФИО1 при получении травмы и последующем ее лечении. Суд принимает во внимание характер полученных истцом повреждений и их последствия, выразившиеся в длительном нахождении в лечебном учреждении, послеоперационной реабилитации, ограниченности в движении, невозможности работать без ограничений и вести активную жизнь. Нравственные страдания связаны с эмоциональным состоянием: страх неполного материального обеспечения семьи в связи с утратой ранее получаемого заработка и невозможностью трудоустройства по специальности. 

С учётом указанных обстоятельств, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд на основе требований разумности и справедливости приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и взыскании с ООО «Химмонтаж» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей. 

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истец ФИО1 просил взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, представив соглашение № об оказании юридических услуг от 17.05.2018 года. 

Взыскание расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах процессуальным законодательством отнесено к компетенции суда и направлено на пресечение злоупотребления правом и недопущение взыскания несоразмерных нарушенному праву сумм.

Указанная правовая норма предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение расходов по оплате услуг представителя, в случае, если суд признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. 

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумность размеров как категория оценочная определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела. 

Принимая во внимание продолжительность рассмотрения и сложность дела, характер спора, объект судебной защиты и объем защищаемого права, объем произведенной представителем работы по оказанию юридической помощи и представлению интересов в суде, количества совершенных процессуальных действий, доказательства, подтверждающие расходы на оплату услуг представителя, суд полагает, что с ООО «Химмонтаж» в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма понесенных расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей.

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что истец на основании ст. 333.36 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, обязанность по ее уплате должен нести ответчик. В соответствии с п. 3 ст. 333.19 НК РФ при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Химмонтаж» о компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы, причиненной источником повышенной опасности - удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Химмонтаж» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в порядке возврата расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, а всего 510 000 (пятьсот десять тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Химмонтаж» в доход муниципального образования Александровский район Оренбургской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Александровский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Председательствующий судья Е.А. Карякин

В окончательной форме решение изготовлено 12.11.2018 года. 

Председательствующий судья Е.А. Карякин