Дело № 2-4327/2017 Изг. 18.12.2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2017 года г. Ярославль

Кировский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Барышевой В.В.,

при секретаре Кохановой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности сделок,

установил:

АО «Россельхозбанк» обратилось с исковыми требованиями к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании договоров уступки прав требования недействительными. В обоснование заявленных исковых требований ссылается на то, что решением Кировского районного суда г. Ярославля от 29.02.2016 года, вступившим в законную силу 20.09.2016 года, с ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк» в счет возмещения убытков были взысканы денежные средства в сумме 350 831 224,38 руб. Решением Кировского районного суда г. Ярославля от 10.03.2016 года, вступившим в законную силу 12.04.2016 года, с ФИО4 в пользу ФИО1 была взыскана задолженность по договору займа от 08.10.2012 года в общей сумме 1 384 426 руб. 16.05.2016 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (цессии), в соответствии с условиями которого ФИО1 уступил ФИО2 право требования взыскания задолженности с ФИО4 по договору займа от 08.10.2012 года. 31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор уступки прав ( цессии), по условиям которого ФИО2 уступил ФИО3 право требования взыскания задолженности с ФИО4 по договору займа от 08.10.2012 года, заключенному между ФИО4 и ФИО1 Истец полагает, что указанные договоры уступки прав требования (цессии) являются недействительными, поскольку заключены в целях уклонения ФИО1 от погашения задолженности перед АО «Россельхозбанк», взысканной на основании решения Кировского районного суда г. Ярославля от 29.02.2016 года. Действия ФИО1 по заключению договора уступки прав требования ( цессии) от 16.05.2016 года свидетельствуют о злоупотреблении правом, в связи с чем указанная сделка является недействительной на основании п.2 ст. 168 ГК РФ. В соответствии с п.1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны в ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения. Следовательно, сделка, основанная на недействительной сделке, также является недействительной. Таким образом, договор уступки прав требования, заключенный 31.08.2017 года между ФИО5 и ФИО3, является недействительным.

На основании первоначального и уточненного искового заявления АО «Россельхозбанк» просит признать недействительным договор уступки прав ( цессии) от 16.05.2016 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2, признать недействительным договор уступки прав ( цессии), заключенный 31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3

Представитель истца в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела, дело рассмотрено в его отсутствие.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором исковые требования не признал в полном объеме, указал, что договор уступки прав требования от 16.05.2016 года был заключен между ним и ФИО1 в счет исполнения предварительного договора уступки прав требования от 21.12.2015 года, что свидетельствует о том, что намерение заключить договор уступки прав требования возникло между ФИО1 и ФИО2 ранее вынесения решения Кировским районным судом г. Ярославля о взыскании денежных средств с ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк», ранее применения судом мер обеспечения исковых требований в виде наложения ареста на имущество ФИО1 Полагает, что при указанных обстоятельствах действия ФИО1 по заключению договора уступки прав требования не могут быть расценены как злоупотребление правом.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором против удовлетворения исковых требований возражал, указывая на то, что он является добросовестным приобретателем права требования, перешедшего к нему на основании договора уступки прав (цессии) от 31.08.2017 года, поскольку на момент заключения данного договора он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества. АО «Россельхозбанк» обратилось с исковыми требованиями о признании договора уступки прав от 16.05.2016 года, заключенного между ФИО1 и ФИО2 позднее даты заключения оспариваемого договора от 31.08.2017 года. Доказательств обратного истцом не представлено.

Представитель третьего лица ФИО4 по доверенности ФИО6 исковые требования поддержал в полном объеме, указал на то, что решением Кировского районного суда г. Ярославля от 10.03.2016 года, вступившим в законную силу 12.04.2016 года, с ФИО4 в пользу ФИО1 была взыскана задолженность по договору займа от 08.10.2012 года в общей сумме 1 384 426 руб. Каких-либо извещений о заключении договоров уступки прав требования (цессии) между ФИО1 и ФИО2, между ФИО2 и ФИО3 ФИО4 не получал, о заключении данных договоров ему стало известно только из заявления ФИО2 о замене стороны истца по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа, поступившего в Кировский районный суд г. Ярославля летом 2017 года. О заключении договора уступки прав требования между ФИО2 и ФИО3 ФИО4 узнал только из материалов настоящего гражданского дела.

Представитель третьего лица Межрайонного ОСП по ОИП УФССП РФ по ЯО в судебное заседание не явился, был надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела, дело рассмотрено в его отсутствие.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что решением Кировского районного суда г. Ярославля от 10.03.2016 года, вступившим в законную силу 12.04.2016 года, с ФИО4 в пользу ФИО1 была взыскана задолженность по договору займа от 08.10.2012 года в общей сумме 1 384 426 руб.

Решением Кировского районного суда г. Ярославля от 29.02.2016 года по гражданскому делу № 2-1854/2016, вступившим в законную силу 20.09.2016 года, с ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк» в счет возмещения убытков были взысканы денежные средства в сумме 350 831 224,38 руб.

16.05.2016 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор уступки прав (цессии), в соответствии с условиями которого ФИО1 уступил ФИО2 право требования взыскания задолженности с ФИО4 по договору займа от 08.10.2012 года.

31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор уступки прав (цессии), по условиям которого ФИО2 уступил ФИО3 право требования взыскания задолженности с ФИО4 по договору займа от 08.10.2012 года, заключенному между ФИО4 и ФИО1

Ни ФИО1, ни ФИО2, ни ФИО3 в адрес ФИО4 уведомлений об уступке прав требований не направляли, с заявлением о замене стороны в исполнительном производстве о взыскании с ФИО4 денежных средств в пользу ФИО1 ФИО2 обратился в Кировский районный суд г. Ярославля только летом 2017 года.

Оспаривая договоры уступки прав требования (цессии), заключенные 16.05.2016 года между ФИО1 и ФИО2, 31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3, истец АО «Россельхозбанк» полагает, что данные договору являются недействительными, поскольку заключены с заведомо противоправной целью- избежать обращения взыскания на дебиторскую задолженность ФИО1 в пользу АО «Россельхозбанк».

Суд с доводами истца соглашается, полагает их верными.

В соответствии с п.3 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

На основании п.2 ст.10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно п.3 ст.10 ГК РФ в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

Суд считает, что ФИО1 совершены действия в обход закона – достоверно зная об аресте своего имущества на основании определения Кировского районного суда г. Ярославля от 08.02.2016 года, ответчик в ущерб интересам взыскателя в нарушение требований ГК РФ и Федерального закона «Об исполнительном производстве» распорядился имуществом. 

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п.3 ст.166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, содержащимся в п.78 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 ч.1 ГК РФ» согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Материалами гражданского дела № 2-1854/2016 установлено, что 31.03.2016 года апелляционная жалоба на решение Кировского районного суда г. Ярославля от 29.02.2016 года была подана представителем ФИО1 по доверенности ФИО2

Таким образом, 16.05.2016 года ФИО1 и ФИО2, заведомо зная о необходимости исполнения ФИО1 судебного акта о наложении ареста на имущество, как должником, осознавая возможность обращения взыскания на имеющееся у него право на взыскание дебиторской задолженности с ФИО4, заключили оспариваемый договор исключительно с целью уклонения от исполнения решения суда о наложении ареста на имущество, предвидя возможность взыскания денежных средств в значительном размере, с целью сокрытия имущественных прав ФИО1, что с очевидностью свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчиков.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что оспариваемый договор уступки прав от 16.05.2016 года заключен в целях исполнения ранее заключенного предварительного договора уступки прав от 21.12.2015 года юридического значения при рассмотрении настоящего гражданского дела не имеет, поскольку не свидетельствует о действительности оспариваемого договора.

Суд считает, что у АО «Россельхозбанк» имеется охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной, поскольку решением Кировского районного суда г. Ярославля от 29.02.2016 года в пользу истца с ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 350 831 224,38 руб., до настоящего времени решение суда не исполнено, в связи с чем АО «Россельхозбанк» вправе требовать применения последствий недействительности оспариваемых сделок. 

В соответствии с п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п.1 ст.302 ГК РФ, на нормы которой ссылается ответчик ФИО3, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Суд не может согласиться с пояснениями ФИО3 о том, что он является добросовестным приобретателем уступаемого права.

Как следует из п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в соответствии со статьей 302 ГК РФ ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 ГК РФ приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения. 

Как следует из договора уступки прав требования, заключенного 31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3, оплата уступаемого права должна быть произведена ФИО3 в срок до 01 декабря 2017 года. Доказательств того, что оплата договора уступки прав требования от 31.08.2017 года ФИО3 произведена, суду не представлено. 

Поскольку суду не представлено доказательств того, что ФИО3 произвел оплату уступаемого права по договору уступки прав (цессии) от 31.08.2017 года, у суда отсутствуют основания полагать, что данный ответчик является добросовестным приобретателем права требования взыскания задолженности по договору займа от 08.10.2012 года, заключенному между ФИО4 и ФИО1

Таким образом, договор уступки прав требования, заключенный 31.08.2017 года между ФИО2 и ФИО3, является недействительным, так как основан на недействительной сделке- договоре уступки прав требования от 16.05.2016 года, заключенном между ФИО2 и ФИО1 

Также суд полагает, что в материалах дела отсутствуют допустимые доказательства оплаты ФИО2 уступаемого права на основании договора от 16.05.2017 года.

В качестве доказательства оплаты уступаемого права ответчиком ФИО2 представлены предварительный договор уступки прав, акт приема-передачи денежных средств от 21.12.2015 года, из содержания которых усматривается, что оплата уступаемого права произведена ФИО2 21.12.2015 года в размере 1 500 000 руб.

Однако, в соответствии с условиями договора уступки прав (цессии) от 16.05.2017 года, изложенных в п. 1.4, цена уступаемого права составляет 1 384 426,23 руб., срок уплаты цессионарием денежных средств составляет 5 дней с момента заключения настоящего договора. Сведений о том, что по состоянию на 16.05.2016 года оплата уступаемого права ФИО2 произведена, в договоре уступки прав от 16.05.2016 года, не содержится. Напротив, данный договор предполагает внесение ФИО2 денежных средств в счет оплаты уступаемого права в течение 5 дней с момента заключения договора, в связи с чем при наличии в материалах дела противоречивых сведений об оплате ФИО2 цены договора, суд полагает, что ФИО2 не доказан факт оплаты цены договора уступки прав (цессии) от 16.05.2016 года. 

Также суд принимает во внимание то обстоятельство, что с заявлением о замене стороны истца по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа непосредственно после заключения договора уступки прав, датированного 16.05.2016 года ФИО2 в суд не обращался, уведомлений в адрес ФИО4 о заключении договора уступки прав требования не направлял. Данное заявление было подано ФИО2 только летом 2017 года. ФИО3 с заявлением о вступлении в гражданское дело по заявлению ФИО2 о замене стороны истца по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору займа непосредственно после заключения договора уступки прав, датированного 31.08.2017 года в суд не обращался, уведомлений в адрес ФИО4 о заключении договора уступки прав требования не направлял. 

Данные обстоятельства также свидетельствуют о том, что единственной целью заключения оспариваемых договоров являлось уклонение ФИО1 от уплаты взысканных на основании решения суда денежных средств в пользу АО «Россельхозбанк», что является злоупотреблением правом.

При указанных обстоятельствах оснований для применения последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 либо ФИО7 денежных средств суд не усматривает. 

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании договоров недействительными, применении последствий недействительности сделок удовлетворить.

Признать недействительным договор уступки прав требования, заключенный 16 мая 2016 года между ФИО1 и ФИО2. 

Признать недействительным договор уступки прав требования, заключенный 31 августа 2017 года между ФИО2 и ФИО3.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного решения через Кировский районный суд г. Ярославля.

Судья: В.В.Барышева