Дело № 2-1213/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 сентября 2018 года г. Новосибирск

Калининский районный суд г. Новосибирска 

в составе:

Председательствующего судьи Авериной О.А.

С участием прокурора Маньковой Я.В. 

При секретаре Романовской С.Ю. 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску 

<

данные изъяты> к 

<

данные изъяты>, Обществу с ограниченной ответственностью Торговый дом «Экстрасиб» и 

<

данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью в результате дорожно-транспортного происшествия, 

У С Т А Н О В И Л:

<

данные изъяты> Е.В. первоначально обратилась в суд с иском к 

<

данные изъяты> И.А., в котором просила взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного в связи с гибелью сына в результате дорожно-транспортного происшествия, 1 000 000 руб. и судебные расходы на плату услуг представителя в размере 30 000 руб. 

В обоснование иска 

<

данные изъяты> Е.В. указала, что 30 ноября 2017 года около 04 час. 40 мин. на 209 км + 467 м. автодороги «Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга» водитель автомобиля «Ниссан Атлас», №, 

<

данные изъяты> И.А., двигаясь со стороны г. Новосибирска в сторону г. Ленинск-Кузнецкий, не справился с управлением и допустил выезд на полосу встречного движения, которой следовал автомобиль «КАМАЗ 61115», №, под управлением водителя 

<

данные изъяты> М.Л., в результате чего произошло столкновение автомобилей. В результате ДТП пассажир автомобиля «Ниссан Атлас», №, 

<

данные изъяты> А.С. был смертельно травмирован. Водитель 

<

данные изъяты> И.А. был включен в страховой полис № САО «ЭРГО», в котором была застрахована гражданская ответственность при управлении автомобилем «Ниссан Атлас», №. Экспертным заключением от 30 ноября 2017 года установлено, что 

<

данные изъяты> А.С. был причинен тяжкий вред здоровью, который находится в причинной связи с наступлением смерти. 

<

данные изъяты> Е.В является матерью 

<

данные изъяты> А.С. и 26 декабря 2017 года была признана потерпевшей по уголовному делу. 07 марта 2018 года САО «ЭРГО» был установлен страховой случай и истцу выплачено страховое возмещение. 

<

данные изъяты> Е.В., являясь матерью погибшего в результате ДТП, потеряла единственного сына. Данная утрата является невосполнимой для истца. Потеря сына стала большой психологической травмой и причинило истцу нравственные страдания. (л.д. 5-7). 

Впоследствии истец уточнила свои исковые требования, предъявив требования о взыскании компенсации морального вреда также к ООО ТД «Экстрасиб» - работодателю сына и 

<

данные изъяты> М.Н. – собственнику автомобиля «Ниссан Атлас», №, просив взыскать сумму компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. солидарно с троих ответчиков (л.д. 70-72, 115).

В обоснование уточнения исковых требований 

<

данные изъяты> Е.В. указала, что автомобиль «Ниссан Атлас», 

<

адрес>, принадлежит на праве собственности 

<

данные изъяты> М.Н. Между ООО ТД «Экстрасиб» и 

<

данные изъяты> М.Н. был заключен договор на перевозку грузов автомобильным транспортом от 27 ноября 2017 года, согласно которому 

<

данные изъяты> М.Н. обязуется выполнять для ООО ТД «Экстрасиб» транспортные услуги по перевозке грузов личным автомобильным транспортом. Таким образом, на момент ДТП 

<

данные изъяты> М.Н. владел вышеуказанным транспортным средством, которым управлял 

<

данные изъяты> И.А., совершивший ДТП. 

<

данные изъяты> М.Н. в нарушение условий договора исполнил обязательства по перевозке не лично, а передал обязательства 

<

данные изъяты> И.А., по вине которого произошло ДТП (л.д. 115).

Истец 

<

данные изъяты> Е.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме и дополнительно пояснила, что сын работал в ООО ТД «Экстрасиб» экспедитором и постоянно ездил в командировки. Он всегда ехал на том автомобиле, на котором везли груз. Как ей известно, в последнее время он ездил с водителем 

<

данные изъяты> И.А. 

Представитель истца 

<

данные изъяты> А.С., действующий на основании доверенности от 13 февраля 2018 года (л.д. 23), ранее представил дополнительные пояснения по иску (л.д. 99) и дополнительно пояснил, что компенсация морального вреда должна взыскиваться со всех троих ответчиков: с 

<

данные изъяты> И.А., как с непосредственного причинителя вреда, с 

<

данные изъяты> М.Н., как с владельца источника повышенной опасности в соответствии со ст. 1079 ГК РФ и с ООО ТД «Экстрасиб», как с работодателя 

<

данные изъяты> А.С., поскольку вред ему был причинен при исполнении трудовых обязанностей. 

Ответчик 

<

данные изъяты> И.А. в настоящее судебное заседание не явился по неизвестной причине, о дне слушания извещен надлежащим образом (л.д. 129), будучи опрошенным в судебном заседании 07 мая 2018 года (л.д. 40-42) исковые требования признал частично, не согласившись с суммой компенсации морального вреда и пояснил, что на момент ДТП он управлял автомобилем «Ниссан Атлас», №, принадлежащим 

<

данные изъяты> М.Н., на основании доверенности. Ему известно, что между ООО ТД «Экстрасиб» и 

<

данные изъяты> М.Н. был заключен договор по грузоперевозке товара, которым торгует организация, но на тот момент 

<

данные изъяты> М.Н. находился на лечении и допустил его к управлению автомобилем, в трудовых отношениях с ООО ТД «Экстрасиб» он не состоял. Обстоятельства ДТП не оспаривает. 

Представитель ответчика ООО ТД «Экстрасиб» 

<

данные изъяты> С.В., действующая на основании доверенности от 01 марта 2018 года (л.д. 84) и ордера (л.д. 83) в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, пояснила, что ООО ТД «Экстрасиб» не имеет в собственности, а также во владении каких-либо автомобилей. Основной вид деятельности организации – оптовая торговля алкогольной продукцией. С целью доставки груза ООО ТД «Экстрасиб» заключает договоры на оказание услуг по перевозке с юридическими лицами и предпринимателями, у которых имеются транспортные средства. Такой договор был заключен с 

<

данные изъяты> М.Н. и согласно условий договора услуги по перевозке должен был оказывать сам 

<

данные изъяты> М.Н. Погибший 

<

данные изъяты> А.С. являлся работником ООО ТД «Эстрасиб» и на момент ДТП находился в командировке. Когда произошло ДТП, им стало известно, что управлял автомобилем не 

<

данные изъяты> М.Н., со слов 

<

данные изъяты> М.Н. он болел и передал право управления 

<

данные изъяты> И.А. ООО ТД «Эстрасиб» не должно нести ответственность, поскольку не являлось владельцем источника повышенной опасности и работодателем 

<

данные изъяты> И.А.

Ответчик 

<

данные изъяты> М.Н. в настоящее судебное заседание не явился, о дате судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 129), ранее представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя (л.д. 125), будучи опрошенным в судебном заседании 30 августа 2018 года пояснил (л.д. 113), что у него в собственности имеется автомобиль «Ниссан Атлас», №, который предназначен для перевозки грузов. В ноябре 2017 года он подписал договор с ООО ТД «Экстрасиб» на перевозку грузов на длительный период. Он должен был сам управлять автомобилем и лично перевозить товар, однако 29 ноября 2017 года из-за болезни он не смог сам управлять автомобилем и обратился к 

<

данные изъяты> И.А., которого знает много лет, выполнить поездку за него. 

<

данные изъяты> И.А. был допущен к управлению и включен в полис ОСАГО. Ранее 

<

данные изъяты> И.А. также неоднократно по договоренности брал у него автомобиль и работал на нем. 

Представить ответчика 

<

данные изъяты> Я.А., действующий на основании ордера от 17 сентября 2018 года (л.д. 124) пояснил, что исковые требования 

<

данные изъяты> М.Н. не признает в полном объеме, поскольку не должен отвечать за действия 

<

данные изъяты> ФИО1 пользовались как сам 

<

данные изъяты> М.Н., так и 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> М.Н. его работодателем не являлся. На момент ДТП законным владельцем автомобиля являлся 

<

данные изъяты> И.А., который был допущен к управлению и вписан в страховку. 

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагает, что исковые требования 

<

данные изъяты> Е.В. подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Так, в соответствии с п.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, а в соответствии с п.2 ст. 1064 ГК РФ, лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как следует из приговора Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области от 19 марта 2018 года (л.д. 36-39), а также справки о ДТП (л.д.9-10) и схемы к месту осмотра ДТП (л.д. 11) 30 ноября 2017 года, в 04 часа 40 мин., водитель 

<

данные изъяты> И.А., управляя автомобилем «Ниссан Атлас», №, с пассажиром 

<

данные изъяты> А.С., двигаясь по трассе «Новосибирск – Ленинск-Кузнецкий – Кемерово – Юрга», выехал на полосу встречного движения, нарушив п.п. 1.3, 1.4, 9.1 и 10.1 ПДД РФ, создал своими действиями опасность для движения, своевременно не принял мер к возвращению на ранее занимаемую полосу своего движения и совершил столкновение с двигающимся навстречу автомобилем «КАМАЗ 61115», №, под управлением водителя 

<

данные изъяты> М.Л.

В результате столкновения пассажиру грузового автомобиля «Ниссан Атлас», №, 

<

данные изъяты> А.С. причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте происшествия (л.д. 8 – копия свидетельства о смерти, л.д. 15-17 – заключение СМЭ).

Водитель 

<

данные изъяты> А.И. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и ему назначено наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком.

Приговор не обжалован и вступил в законную силу 30 марта 2018 года.

В соответствии с п. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, судом установлено, что в результате противоправных действий водителя 

<

данные изъяты> А.И., нарушившего Правила дорожного движения РФ, произошло дорожно-транспортное происшествие, во время которого пассажир автомобиля 

<

данные изъяты> г. рождения, получил телесные повреждения, от которых умер на месте происшествия. 

Как следует из приказа о приеме на работу № 174 от 03 октября 2016 г. (л.д. 48, 78) на момент дорожно-транспортного происшествия 30 ноября 2017 года 

<

данные изъяты> А.С. состоял в трудовых отношениях с ООО ТД «Экстрасиб», где работал в должности экспедитора.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО ТД «Эстрасиб» (л.д. 51-63), основным видом деятельности Общества является оптовая торговля напитками, а дополнительными видами деятельности различные виды торговли.

Как следует из приказа о направлении работника в командировку № от 29 ноября 2017 года (л.д. 49, 79), руководителем ООО ТД «Эстрасиб» 

<

данные изъяты> А.С., как экспедитор, был направлен в командировку в г. Новокузнецк Кемеровской обл. сроком на 1 календарный день – 30 ноября 2017 года с целью сопровождения и экспедирования товарно-материальных ценностей (алкогольной продукции) в ООО «Септима-Ритейл Кузбасс», следовательно, на момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей.

Как следует из Заключения эксперта ГБУЗ КО ОТ КОБСМЭ от 16 января 2018 года (л.д. 15-17) в результате ДТП 

<

данные изъяты> А.С. была причинена сочетанная травма 

<

данные изъяты>, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью и находятся в причинной связи с наступлением смерти.

Согласно ст. 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в частности, на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом. 

На основании ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Таким образом, безусловным основанием для взыскания с работодателя ООО ТД «Экстрасиб» морального вреда, причиненного в связи со смертью работника 

<

данные изъяты> А.С. при исполнении трудовых обязанностей, является наличие каких-либо неправомерных действий или бездействия работодателя, которые повлекли причинение вреда работнику, то есть должно иметь место наличие вины работодателя в какой-либо форме, что в данном случае не установлено.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ ООО ТД «Экстрасиб» в виды деятельности организации не входит перевозка грузов.

Согласно Договора на перевозку грузов автомобильным транспортом от 27 ноября 2017 года (л.д. 100-101) ООО ТД «Экстрасиб» заключило с 

<

данные изъяты> М.Н. договор, по которому перевозчик – 

<

данные изъяты> М.Н. обязуется принимать, а клиент – ООО ТД «Экстрасиб» предъявлять к перевозке грузы, кроме того, перевозчик обязался выполнять для клиента транспортные услуги по перевозке грузов автомобильным транспортом перевозчика (п.п. 1.1, 1.2 договора).

Из содержания договора следует, что перевозчик обеспечивает подачу автомобильного транспорта для погрузки и обязан подавать под погрузку исправные автомашины, пригодные для перевозки данного груза и т.д. (п. 2.2. договора). 

Судом установлено, что перевозка груза осуществлялась на автомобиле «Ниссан Атлас», № принадлежащем на праве собственности ответчику 

<

данные изъяты> М.Н. (л.д. 96 – ответ ГИБДД, л.д. 97 – карточка учета транспортного средства, л.д. 134 – копия свидетельства о регистрации ТС).

Как установлено судом, экспедитор 

<

данные изъяты> А.С., будучи направленным в командировку своим работодателем ООО ТД «Экстрасиб», в момент ДТП 30 ноября 2017 года находился в автомашине «Ниссан Атлас», №, предоставленной по договору на перевозку грузов. 

Сам автомобиль «Ниссан Атлас», №, в собственности или владении у ООО ТД «Экстрасиб» на момент ДТП не находился.

Вместе с тем, водитель 

<

данные изъяты> А.И., управлявший автомобилем в момент ДТП, также не является работником ООО ТД «Экстрасиб».

Таким образом, проанализировав представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу, что работодатель ООО ТД «Экстрасиб» по отношению к работнику 

<

данные изъяты> А.С. каких-либо неправомерных действий или бездействия, которые повлекли бы причинение ему вреда в результате дорожно-транспортного происшествия не производил, а потому оснований для взыскания с ООО ТД «Экстрасиб» компенсации морального вреда в пользу матери погибшего 

<

данные изъяты> Е.В. не имеется и в иске в этой части 

<

данные изъяты> Е.В. должно быть отказано.

При этом, суд полагает, что не имеется оснований для взыскания компенсации морального вреда и с собственника автомобиля 

<

данные изъяты> М.Н.

Так, в соответствии с п.1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Исследовав представленные сторонами доказательства, суд полагает установленным, что автомобиль «Ниссан Атлас», №, на момент ДТП находился во владении ответчика 

<

данные изъяты> И.А. на законном основании - на основании договора аренды от 20 января 2016 года (л.д. 137-138), заключенного между 

<

данные изъяты> И.А. и собственником автомобиля 

<

данные изъяты> М.Н. 

Подтверждением того, что 

<

данные изъяты> И.А. управлял автомобилем на законном основании и был допущен к управлению транспортного средства, является включение его наравне с 

<

данные изъяты> М.Н. в число лиц, допущенных к управлению автомобилем «Ниссан Атлас», № при заключении договора страхования гражданской ответственности 07 октября 2017 года (л.д. 12, 135). 

Доводы истца о том, что такой договор между 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> М.Н. на момент ДТП не заключался, своего подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Так, сам 

<

данные изъяты> И.А. всегда пояснял, что автомобиль ему был передан для управления собственником 

<

данные изъяты> М.Н., при этом, достоверно установлено, что 

<

данные изъяты> И.А. в трудовых отношениях с 

<

данные изъяты> М.Н. не состоял, его работником не являлся и оплату либо иное вознаграждение за осуществление перевозки он от 

<

данные изъяты> М.Н. не получал, в связи с чем оснований для возложения на 

<

данные изъяты> М.Н. ответственности по ст. 1068 ГК РФ, предусматривающей, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, также не имеется.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей статьей, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как пояснял 

<

данные изъяты> М.Н., 

<

данные изъяты> И.А. периодически пользовался автомобилем «Ниссан Атлас», №, осуществляя перевозку грузов с целью получения дохода, также как и он сам управлял автомобилем и осуществлял перевозку грузов.

Исходя из установленных обстоятельств дела, водитель 

<

данные изъяты> И.А., осуществляя перевозку груза, принадлежащего ООО ТД «Экстрасиб», не действовал по заданию 

<

данные изъяты> М.Н. и не находился под его контролем за безопасным ведением работ, а осуществлял управлением автомобилем, как арендатор транспортного средства.

В соответствии со ст. 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

В соответствии со ст. 645 ГК РФ арендатор своими силами осуществляет управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую.

В соответствии с п. 2 ст. 647 ГК РФ арендатор вправе без согласия арендодателя от своего имени заключать с третьими лицами договоры перевозки и иные договоры, если они не противоречат целям использования транспортного средства, указанным в договоре аренды, а если такие цели не установлены, назначению транспортного средства.

В соответствии со ст. 648 ГК РФ ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса.

Учитывая наличие договора аренды транспортного средства, на 

<

данные изъяты> И.А. и должна быть возложена ответственность по возмещению причиненного ущерба по компенсации морального вреда в связи с гибелью 

<

данные изъяты> А.С., как на законного владельца источника повышенной опасности. 

Что касается размера компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в пользу истца, то суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с положениями п.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указывалось ранее, истец 

<

данные изъяты> Е.В. является матерью погибшего 

<

данные изъяты> г. рождения (л.д. 19 – копия свидетельства о рождении), с которым до момента гибели они проживали совместно и поддерживали родственные отношения, в связи с чем безусловно трагическая гибель сына в молодом возрасте при изложенных обстоятельствах причинила 

<

данные изъяты> Е.В. огромные нравственные страдания и переживания.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что ответчик 

<

данные изъяты> И.А. был признан виновным в совершении преступления, в результате которого по неосторожности наступила смерть 

<

данные изъяты> А.С. 

Таким образом, исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает, что сумма компенсации морального вреда должна составить 500 000 руб., которая и подлежит взысканию в пользу истца с ответчика 

<

данные изъяты> И.А.

Вместе с тем, в соответствии с положениями ст. ст. 98, 100 ГПК РФ с ответчика 

<

данные изъяты> И.А. в пользу истца подлежат взысканию понесенные судебные расходы на оплату услуг представителя, которые исходя из объема оказанных юридических услуг, периода рассмотрения дела, его сложности, суд полагает возможным определить в размере 25 000 руб. (л.д. 20-21 – договор на оказание юр. услуг от 13 февраля 2018 года, л.д. 22 – квитанция об оплате). 

Также, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика 

<

данные изъяты> И.А. в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб. (л.д. 4 – квитанция). 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования 

<

данные изъяты> удовлетворить частично. 

Взыскать с 

<

данные изъяты> в пользу 

<

данные изъяты> в счет компенсации морального вреда в связи с гибелью сына в результате дорожно-транспортного происшествия 500 000 рублей и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей и по оплате госпошлины в размере 300 рублей, а всего взыскать 525 300 (пятьсот двадцать пять тысяч триста) рублей 00 копеек.

В остальной части иска, а также в иске к ООО ТД «Экстрасиб» и к 

<

данные изъяты> М.Н. 

<

данные изъяты> Е.В. – отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: 

Мотивированное решение суда изготовлено 05 октября 2018 года.