Судья: Бондаренко А.И. №22-5160/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Самара 24.08.2017 года

Самарский областной суд в составе:

председательствующего судьи Гуровой Г.Н.,

при секретаре Бутяевой А.А.

с участием: осужденных ФИО1, ФИО3,

прокурора Смирновой Ю.Г.,

адвоката Каткасова В.В. в интересах осужденного ФИО3, 

адвоката Калягина С.В. в интересах осужденного ФИО1,

потерпевшего ФИО2, представителя потерпевшего ФИО8,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО3, адвоката Калягина С.В., апелляционное представление государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Промышленного района г. Самары Вагнер Е.А. на приговор Промышленного районного суда г. Самары от 22.06. 2017 года, которым 

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес> - 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО3 установлены следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в период с 22 часов вечера до 6 часов утра ежедневно, кроме случаев, связанных с работой или учебой, не изменять места жительства или пребывания, место работы или учебы, а также не выезжать за пределы городского округа Самара - без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Обязать осужденного ФИО3 являться 1 раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

На основании ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО3 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по адресу 

<

адрес>, проживающий по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 8 месяцам ограничения свободы.

На основании ч. 1 ст. 53 УК РФ ФИО1 установлены следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) в период с 22 часов вечера до 6 часов утра ежедневно, кроме случаев, связанных с работой или учебой, не изменять места жительства или пребывания, место работы или учебы, а также не выезжать за пределы городского округа Самара - без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Обязать осужденного ФИО1 являться 1 раз в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Мера пресечения ФИО3, ФИО1 оставлена без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу. 

Взыскано с ФИО3, ФИО1 солидарно в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>) рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Гуровой Г.Н., объяснения осужденного ФИО3 и адвоката Каткасова В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО3, осужденного ФИО1 и адвоката Калягина С.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы адвоката Калягина С.В., а также прокурора Смирнову Ю.Г., поддержавшую доводы апелляционного представления, суд

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО3 признан виновным и осужден за нарушение пунктов 1.3, 6.2, 6.13, 10.1 Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО2 

Этим же приговором ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО2 

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО3 вину признал, ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3, не оспаривая обстоятельств и квалификации содеянного, просит приговор изменить в части назначенного наказания, считая его чрезмерно суровым. Просит принять во внимание, что на его иждивении находятся малолетний ребенок и супруга, его единственным источником дохода является неофициальная работа в такси, и дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год, будет препятствовать возмещению ущерба потерпевшему. В связи с чем просит данное дополнительное наказание исключить из приговора.

В апелляционной жалобе адвокат Калягин С.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 просит приговор суда в отношении своего подзащитного отменить, ФИО1 по ч.1 ст.264 УК РФ оправдать. В обоснование своих доводов указывает, что следствием и судом было установлено, что водитель ФИО1 выехал на перекресток 

<

адрес> и 

<

адрес> на разрешающий сигнал светофора, а ФИО3 на запрещающий красный. Данный факт подтверждают потерпевший ФИО2 и свидетели, допрошенные в рамках предварительного и судебного следствия. Полагает, что данные обстоятельства являются достаточными для установления виновности водителя ФИО3 в причинении тяжкого вреда здоровью ФИО2, однако по отношению к ФИО1 считает их недостаточными. Признавая ФИО1 виновным в нарушении п. 10.1. ПДД РФ, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью пешехода, необходимо установить два основополагающих критерия: момент возникновения опасности для водителя ФИО1 и возможность либо невозможность избежать водителем ФИО1 столкновения с момента обнаружения опасности. Учитывая, что в ходе многочисленных следственных действий были получены исходные данные по ДТП, такие как средняя скорость движения обоих водителей, место столкновения, место наезда на пешехода, расстояния от линий светофоров до места столкновения, задача следствия должна была заключаться в использовании специальных познаний в автотехнической области.Согласно протоколу следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, следователь ФИО12 лично, не являясь экспертом – автотехником, возложил на себя задачи такового и путем математических расчетов рассчитал расстояние удаления автомобиля ВИС от места столкновения. На основании данных расчетов в последствии определялась видимость (обзорность) для водителя ФИО1 и иные ключевые обстоятельства. В вышеуказанный протокол изначально защитой ФИО1 были внесены замечания относительно обзорности. Полагает, что данный протокол следственного эксперимента не может являться доказательством по уголовному делу в силу своей недопустимости. Иных доказательств вины ФИО1 в ходе предварительного и судебного следствия не установлено, в связи с чем просит вынести новый оправдательный приговор в отношении его подзащитного.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – старший помощник прокурора 

<

адрес> Вагнер Е.А. просит приговор суда в отношении ФИО3 и ФИО1 отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение, в связи с несоответствием выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона и несправедливостью приговора. Полагает, что суд не в полной мере учел все собранные по делу доказательства, не мотивировал в достаточной степени выводы о квалификации действий ФИО3 и ФИО1, также не в достаточной степени мотивировал выводы по вопросам назначения наказания, его вида и размера.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката Калягина С.В., выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого деяния являются правильными, поскольку соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, и подтверждаются исследованными в ходе судебного следствия доказательствами. 

Из показаний потерпевшего ФИО2 следует, что ДД.ММ.ГГГГ на пересечении улиц 

<

адрес> и 

<

адрес> он переходил проезжую часть 

<

адрес> по регулируемому пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора. Справа на перекресток выезжал легковой автомобиль с будкой (автомобиль ВИС под управлением ФИО3). Пересекая проезжую часть он увидел, что по 

<

адрес> мимо стоявших в попутном направлении автомобилей (автомобиль под управлением ФИО1). Когда этот автомобиль выехал на перекресток, справа от себя он услышал звук удара и увидел, что на него двигается автомобиль ВИС, произошел удар и он потерял сознание. В результате ДТП ему были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетелей ФИО13, ФИО14, ФИО15, являющихся очевидцами произошедшего, а также материалами дела, исследованными в судебном заседании и подробно приведенными в приговоре, в том числе протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, протоколами следственных экспериментов от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, заключениями экспертов.

Осужденные ФИО3 и ФИО21 в ходе предварительного и судебного следствия не оспаривали то обстоятельство, что водитель ФИО1 выехал на перекресток 

<

адрес> и 

<

адрес> на разрешающий сигнал светофора, а ФИО3 на запрещающий сигнал светофора.

При этом доводы осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Калягина С.В. о том, что ФИО1 не допускал нарушения Правил дорожного движения, поскольку не имел возможности избежать столкновения с автомобилем ВИС под управлением ФИО3, который увидел в последний момент, были проверены судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными. Не согласиться с данными выводами у суда апелляционной инстанции не имеется оснований, поскольку они объективно подтверждаются материалами дела. Так, согласно протоколу следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, расстояние от автомобиля 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО1, до места столкновения, когда легковой автомобиль, находившийся в среднем ряду слева и ограничивающий обзорность водителю ФИО1 на перекресток и автомобиль 

<

данные изъяты> переставал ограничивать обзорность, т.е. перекресток 

<

адрес> и 

<

адрес>, составило 15,6 метров.

Согласно результатам следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, в момент нахождения автомобиля 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО1, до места столкновения на расстоянии остановочного пути, автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением ФИО3, двигался по перекрестку и располагался на расстоянии 15,5 метров, т.е. находился в поле зрения водителя ФИО1. Согласно выводам эксперта-автотехника, изложенным в заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО1 располагал технической возможностью избежать столкновения применением экстренного торможения с остановкой автомобиля 

<

данные изъяты> до места столкновения, если автомобиль последнего находился от места столкновения на расстоянии более 7 метров.

Данные обстоятельства были подтверждены в суде апелляционной инстанции следователем ФИО16, допрошенным в качестве свидетеля, который также пояснил, что для проведения расчетов, указанных в протоколе следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, не нужно было назначать повторную или дополнительную автотехническую экспертизу, поскольку расчеты не требуют специальных познаний и производились им путем простых математических действий. Кроме того уточнил, что в указанном протоколе от ДД.ММ.ГГГГ допущена техническая ошибка – не указано при объяснении расчета расстояния остановочного пути время 1,4 секунды, которое зафиксировано выше в этом же протоколе. Данное обстоятельство не влияет на результаты проведенных расчетов.

Вопреки доводам жалобы адвоката Калягина С.В., суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания недопустимым доказательством протокола следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку он получен с соблюдением требований ст.181 УПК РФ, предъявляемых к данному следственному действию, с участием ФИО3, ФИО1 и их защитников, каких-либо замечаний от участвующих лиц по обстоятельствам проведения следственного эксперимента не поступало.

По существу доводы жалобы адвоката сводятся к несогласию с той оценкой доказательств, которую суд привел в приговоре, однако для переоценки собранных по делу доказательств суд апелляционной инстанции не усматривает.

В связи с чем следует признать необоснованными доводы жалобы адвоката Калягина С.В. об отсутствии со стороны водителя ФИО1 нарушений Правил дорожного движения, поскольку согласно п.10.1 ПДД при возникновении опасности, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Установленные по делу фактические обстоятельства и вышеуказанные доказательства свидетельствуют о том, что у водителя Бурхониддина имелась техническая возможность избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО3. В результате данного столкновения автомобиль под управлением ФИО3 изменил направление движения и допустил наезд на пешехода ФИО2, получившего телесные повреждения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью, при этом наступившие последствия находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ФИО1, нарушившего п.10.1 ПДД. 

В связи с чем действия ФИО1 судом правильно квалифицированы по ч.1 ст.264 УК РФ. Оснований для оправдания ФИО1 по данному обвинению, как об этом ставится вопрос в жалобе адвоката, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Осужденный ФИО3 не оспаривал нарушение им п.1.3, 6.2,6.13,10.1 ПДД, его действия также верно квалифицированы судом по ч.1 ст.264 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционного представления не имеется оснований для иной правовой оценки действий осужденных, а также для направления данного уголовного дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО3 о назначении ему чрезмерно сурового наказания несостоятельны, поскольку при назначении наказания каждому из осужденных суд в полной мере учел положения ст. 60 УК РФ, приняв во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условиях жизни их семей, а также сведения о личности виновных, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств. В связи с чем суд пришел к обоснованному выводу о назначении осужденным наказания в виде ограничения свободы с возложением ряда ограничений в соответствии со ст.53 УК РФ. Вывод суда о необходимости назначения ФИО3 на основании ч.3 ст.47 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 1 год, в приговоре надлежащим образом мотивирован. Вопреки доводам жалобы ФИО3, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для исключения данного наказания из приговора суда.

Вместе с тем, разрешая вопрос о заявленном по делу гражданском иске ФИО2 и определяя солидарный порядок взыскания, суд допустил нарушение положений ст.151, ст.1101 ГК РФ, по смыслу которых при разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда и об удовлетворении исковых требований суд должен определить долевой порядок взыскания с учетом степени вины каждого подсудимого в содеянном. В связи с чем, приговор в части гражданского иска следует отменить и на основании ст. 389.23 УПК РФ постановить новое решение о долевом порядке взыскания морального вреда с каждого из осужденных. 

Определяя размер компенсации морального вреда, взыскиваемый с ФИО3 и ФИО1 в пользу ФИО2, суд апелляционной инстанции исходит из степени вины каждого осужденного, их материального положения, а также учитывает характер причиненных ФИО2 физических и нравственных страданий. Руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд апелляционной инстанции считает необходимым взыскать в счет компенсации морального вреда в пользу ФИО2 с ФИО3 

<

данные изъяты> рублей, с ФИО1 – 

<

данные изъяты> рублей. В остальной части исковые требования ФИО2 обоснованно оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389-13, 389-17, 389-20, 389-22, 389-28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Промышленного районного суда г. Самары от 22.06.2017 года в отношении ФИО3 и ФИО1 в части гражданского иска отменить. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> рублей; взыскать с Бурхониддина Иъмода в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты>) рублей. В удовлетворении остальной части иска ФИО2 отказать.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление прокурора удовлетворить частично.

Апелляционные жалобы адвоката Калягина С.В. и осужденного ФИО3 оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Самарского областного суда в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Г.Н.Гурова