24RS0002-01-2021-001156-79

№ 2-1085/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июля 2021г. г. Ачинск Красноярского края, 

ул. Назарова, 28-Б

Ачинский городской суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи Большевых Е.В.,

с участием помощника Ачинского городского прокурора Касабука Я.В.,

истца ФИО1,

при помощнике ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству обороны РФ о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд к Министерству обороны РФ с исковым заявлением о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что 26.10.2018г. он был призван на военную службу в ряды Российской Армии. 05.08.2019г. в 17 часов 15 минут в войсковой части 58661 г. Ачинска Красноярского края на технической территории склада №70 при проведении работ по разгрузке снарядов по вине ответчика произошел пожар с последующим подрывом хранящихся боеприпасов, что подтверждается обстоятельствами возбуждения уголовного дела в отношении ответчика по ч.2 ст. 349 УК РФ. В результате взрывов боеприпасов истцу причинены повреждения здоровью, относящиеся к тяжким, которые выразились в проникающем корнеосклеральном ранении правого глаза и тяжелой контузии правой орбиты и последующей ПХО. После получения ранения истец был доставлен в Центральную районную больницу №1 г. Ачинска в состоянии травматического шока, где была оказана первая медицинская помощь и поставлен диагноз "Проникающее ранение правого глаза». С 18.08.2019г. по 27.09.2019г. истец находится на стационарном лечении в клинике офтальмалогии ВМА, поставлен окончательный диагноз, амавроз, тотальный орагнизующийся гемофтальм, гифема, травматическая отслойка сетчатки, травматическая нейроотикопатия, ушитая рана роговицы и склеры, неокрепшие кожные рубцы со швами верхнего и нижнего века, афакия, переломы верхней и нижней стенок правой глазнницы после проникающего корнеосклерального ранения правого глаза и тяжелой контузии правой орбиты от 05.08.2019г. и последующей ПХО, код по МКБ 90.4. Выписан со стационара с рекомендацией продолжения лечения. С 09.10.2019г. по 18.10.2019г. находился на стационарном лечении в хирургическом отделении филиала №5 ФГКУ «425 ВГ» Министерства обороны России. Во время нахождения на лечении проводились операции по ушитию раны роговицы и склеры, по накладыванию швов верхнего и нижнего века, необходим был прием лекарственных средств и инъекций, проводились облучения. Указанные травмы и операции доставляли истцу сильную физическую боль, в состоянии травматического шока находился несколько дней. Истцу делали обезболивающие инъекции, давали таблетки, проводили обследования, оперативные лечения, рентгены, флюорографию, которые доставляли ему сильную физическую боль при малейшем движении. Также боль ощущалась и при нахождении в лежачем положении в голове, на глазах, лице и во всем теле. Взрыв произошел неожиданно, в связи с чем в первые минуты и после получения ранения истец испытывал неимоверную физическую боль. Продолжает лечиться и в настоящее время. Испытывает нравственные страдания, поскольку в армию его призвали абсолютно здоровым, а во время службы в 21 год он стал полностью незрячим на правый глаз на всю жизнь. Глаз восстановлению не подлежит, истец вынужден носить косметический протез. Первоначально узнав о состоянии здоровья от врачей, истец впал в отчаянье, затем началась депрессия от мыслей о том, как жить дальше, поскольку с таким изъяном зарабатывать на жизнь значительно сложнее, равно как и создать семью. С учетом изложенного просит взыскать в свою пользу 2 500 000 рублей в качестве компенсации морального вреда (л.д.2-3, т.1).

Определением суда от 26.03.2021г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечены АО «СОГАЗ», Войсковая часть № (л.д.118, т.1), определением от 07.05.2021г. – САО «ВСК», ФИО3, ФИО4 (л.д.153, т.1), определением от 17.05.2021г. – ФИО5 (л.д.209, т.1), определением от 03.06.2021г. - Войсковая часть № (л.д.12, т.2).

Истец ФИО1 в судебном заседании на предъявленных требованиях настаивал, суду дополнительно пояснил, что он был призван на военную службу в 2018 году в воинскую часть г. Алейска 41659, откуда через 3 месяца зимой он в первый раз был направлен в воинскую часть г. Ачинска в командировку на 2-3 месяца, где необходимо было заниматься разгрузкой и загрузкой боеприпасов, которые следовало было вывезти из части. Впоследствии вернулся назад, а 16 июля 2019г. вновь стали набирать команду для отправки в г. Ачинск с целью проведения тех же самых работ. 05 августа 2019 года он с другими военнослужащими был занят разгрузкой боеприпасов. Работа велась внутри склада, к которому подъезжала машина с боеприпасами, ее необходимо было разгрузить для чего к машине ставился борт и по нему скатывались снаряды без гильз, поскольку их необходимо было носить на руках, чтобы не допустить возгорания. Сами снаряды перекатывали по полу, так как они очень тяжелые. Во время работы 05.08.2019г. в вечернее время раздался сильный хлопок, потом появился дым, впоследствии сразу после первого хлопка началась взрывы один за одним, крикнули, что нужно убегать. В этот период времени в ногу попал осколок снаряда, в результате чего образовалась рваная рана, пошла кровь. Все стали убегать в разные стороны, истец забежал за обваловку (ограждение вокруг складов) и спрятался за дерево. Как только от взрыва осыпалась земля, поднялся, сделал шаг и произошел еще один взрыв, в результате чего осколок снаряда попал ему в глаз, который перестал видеть и начал сильно болеть. Взрывы усиливались, истец понял, что нужно убегать дальше от складов и с ранами стал бежать дальше. По пути ему встретились солдаты ФИО6, ФИО7 и ФИО8. У ФИО7 было страшное ранение, ему снаряд попал под колено, была сломана была, он не мог передвигаться, поэтому с другими солдатами ФИО1 стали помогать ему выбираться из зоны взрывов. Позже начали взрываться другие склады, взрывы стали чаще и сильнее, потом практически не прекращались, стоял гул, как от полета самолетов, земля взрывалась, приходилось ложиться, постоянно засыпало землей и осколками снарядов, летел пепел и порох. Когда им удалось выбраться за территорию части, пройти по лесу километра 1,5, они оказались в карьере по добыче камня, на территории которого прятались люди, оказавшие им первую помощь и вызвавшие скорую. Состояние у них ухудшалось, и когда через 15-20 минут приехала машина скорой помощи, истец уже стал «отключаться» от боли, поэтому некоторых подробностей не помнит. Когда всех доставили в Ачинскую больницу, ему сделали обезболивающие уколы и зашили рану на ноге, врач передал ему телефон и он смог позвонить родителям, которые по телевизору уже знали о ЧП в воинской части п. Каменка Ачинского района, и сообщил, что он жив. Где остались другие ребята, он не знал на тот момент, но, осмотрев его, врачи приняли решение о направлении в Краевую офтальмологическую больницу, поскольку ранение было серьезным. Вызвали санавиацию и вертолетом его доставили в больницу, где сразу же повезли на операцию и зашили веки и глазницу. Боль во время операции была адская, поскольку делали под местным наркозом, такой он ранее никогда не испытывал. После операции перевели в палату, сил не было, он терял сознание временами, потом приходил в себя. Около 07 часов утра 06 августа 2019г. его разбудили, поскольку пришли два представителя военной полиции и стали его опрашивать. В связи с полученными ранениями он не мог даже ровно сидеть от боли. Через 09 дней его перевели на пару дней в Красноярский военный госпиталь, и оттуда направили в Военную медицинскую больницу имени Кирова в г. Санкт-Петербург. Там делали еще две операции, пытались спасти глаз, что не удалось, поскольку, как объяснил врач, зрительный нерв спасти. Помимо операции постоянно кололи уколы, он принимал различные медикаменты. Боль в это время была непроходящей. Кроме того, его психологическое равновесие было нарушено, поскольку в Санкт-Петербурге постоянно были какие-то праздники, взрывали фейерверки, которые едва услышав, он начинал паниковать и прятаться, поскольку не вполне мог справиться с шоком и волнением. До настоящего времени это чувство не прошло, громкие звуки и взрывы салютов вызывают чувство страха и беспокойства. При этом в результате второй операции врачи сохранили объем глаза, впоследствии в глазницу поместили протез. Когда лечение закончилось и сняли швы, его доставили в госпиталь в г.Алейске, а впоследствии направили дослуживать в свою часть, где он фактически просто находился, поскольку никаких обязанностей после перенесенных операций и травм выполнять не мог. Уже после окончания службы и возвращения домой, обращался в бюро медико-социальной экспертизы для установления инвалидности, но ему отказали и пояснили, что пока второй глаз видит на 80%, инвалидность не устанавливается. После произошедшего он получил выплату от страховой компании СОГАЗ, где был застрахован в связи с призывом на службу, всего около 280 000 рублей. Иных выплат не было. Сейчас благодаря матери он смог устроиться сторожем за минимальную заработную плату в центр детского творчества, поскольку поселок, где он проживает небольшой, и рабочих мест не много. Образования до призыва в армию получить не успел, хотя учиться хотел, но в настоящее время с одним глазом это затруднительно, хотя он намерен поступить в институт. Водительское удостоверение у него только категории «В» без права работы в такси, иные категории получить уже невозможно. Работать на стройку, а также с какими-то механизмами, его не берут из-за травмы. В связи с отсутствием правого глаза его жизнь существенно изменилась, поскольку физические возможности резко сократились. Учитывая, что утраченный им орган восстановлению не подлежит, качество его жизни изменилось к худшему в 21 год, он перенес нравственные и физические страдания, от некоторых психологических проблем, связанных с реакцией на громкие звуки не избавился до настоящего времени, просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 2 500 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства обороны РФ, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела (л.д.109, т.2), в судебное заседание не явился, представив отзыв, в котором указал, что предъявленные исковые требования просит оставить без удовлетворения, дело рассмотреть без участия представителя ответчика (л.д.124-130, т.1). Позиция основана на том, что в настоящем гражданском деле вина Министерства обороны РФ в причинении вреда истцу соответствующими следственными органами не установлена, поскольку постановлением руководителя военного следственного отдела Следственного комитета России по Красноярскому гарнизону ЦВО от 05.08.2019г. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 349 УК РФ. Кроме того, постановлением вышеуказанного должностного лица от 26.08.2019г. уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 285 УК РФ возбуждено в отношении начальника отдела хранения (ракет и боеприпасов) войсковой части 58 661-49 капитана ФИО3, а также по признакам состава преступления, предусмотренного ч.5 ст. 33, ч.3 ст. 285 УК РФ в отношении заведующей хранилища войсковой части 58661-49 ФИО4 В настоящее время виновность указанных лиц приговором суда не установлена, в связи с чем оснований полагать, что возможно возложение какой либо гражданско-правовой ответственности на Министерство обороны РФ не имеется. Кроме того, по данному уголовному делу ФИО1 признан потерпевшим, следовательно, не лишен возможности на предъявление гражданского иска в уголовном деле. Следует учесть и то, что гражданская ответственность Министерства обороны РФ в соответствии с нормами ФЗ от 27.07.2010г. №225-ФЗ застрахована в САО «ВСК» по договору от 01.11.2018г. №552/ЗК/2018/ДГЗ/З на оказание услуг по обязательному страхованию гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте для нужд Министерства обороны РФ в 2018-2019г., в связи с чем заявленное истцом событие подпадает под страховое покрытие, предусмотренное договором страхования. Взыскание же Министерства обороны РФ компенсации морального вреда со ссылкой на ст. ст. 151, 1064, 1068 ГК РФ является необоснованным, поскольку вина должностных лиц Министерства обороны РФ в непосредственном причинении вреда истцу не установлена.

Представить третьего лица АО «СОГАЗ», уведомленный о времени и месте рассмотрения дела (л.д.107-108, т.2), в судебное заседание не явился, представив отзыв, в котором просит в удовлетворении требований отказать. Свою позицию мотивирует тем, что Министерство обороны РФ (страхователь) и АО «СОГАЗ» (страховщик) 03.11.2017г. заключили государственный контракт№/ОК/2017/ДГЗ/3 на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих ВС РФ и граждан, призванных на военные сборы для нужд Министерства обороны РФ в 2018-2019г.г. в адрес АО «СОГАЗ» ФИО1 направил заявление от 24.01.2020г. о выплате страховой суммы в связи с получением военной травмы. По результатам рассмотрения заявленного события АО «СОГАЗ» произвело выплату страхового возмещения на основании страхового акта 18 WS 0004 D№ от 05.02.2020г. (в сумме 275 245,16 руб.), что подтверждается платежным поручением № от 05.02.2020г. в адрес АО «СОГАЗ» ФИО1 направил заявление от 24.01.2020г. о выплате страховой суммы в связи с увольнением с военной службы. По результатам рассмотрения заявленного события АО «СОГАЗ» произвело выплату страхового возмещения на основании страхового акта 18 WS 0004 D№ от 22.06.2020г. (68811,29 руб.), что подтверждается платежным поручением № от 22.06.2020г. при этом в соответствии с разделом IV п. 4.1 государственного контракта и разделом 2 п.2.1 правил страхования (Приложение 8 к Государственному контракту) объектами обязательного государственного страхования по контракту являются жизнь и здоровье застрахованных лиц. Следовательно, возмещение морального вреда не входит в объем застрахованных сумм, в связи с чем предъявленные требования удовлетворению не подлежат (л.д.70-71, т.2).

Представитель третьего лица САО «ВСК», уведомленный о времени и месте рассмотрения дела (л.д.119, т.2), в судебном заседании не участвовал, представив отзыв относительно исковых требований, в котором указал, что исковые требования находит не подлежащими удовлетворению, дело просит рассмотреть в свое отсутствие (л.д.123-124, т.2). Позиция основана на том, что в целях страхования ответственности, которая может возникнуть вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц Минобороны РФ заключило с САО «ВСК» государственный контракт №/ЗК/2018/ДГЗ/З от 01.11.2018г. Указанный контракт заключен на основании Правил № страхования гражданской ответственности организаций, эксплуатирующих опасные производственные объекты за причинение вреда жизни, здоровью, имуществу третьих лиц, окружающей среде в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте. В силу ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, утвержденных страховщиком. Условия, содержащиеся в правилах и не включенные в текст договора страхования, обязательны для страхователя, если в договоре прямо указано на применение таких правил и сами правила приложены к нему. Вышеуказанные правила являются приложением к государственному контракту. Согласно пп. «а» п.6.6 Правил страхования не возмещается моральный вред, причиненный потерпевшим. Согласно п.2 ст. 9 Закона РФ от 27.11.1992г. № «Об организации страхового дела в РФ» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату. Стороны, заключая договор страхования, определили для себя его условия, в том числе понятие страхового случая и страхового события. Стороны на добровольной основе определили условия, при которых страховщик будет обязан произвести выплату страхового возмещения, а также условия, при которых убытки не покрываются страховой защитой, при этом стороны отдельно оговорили события, которые не являются страховыми случаями и не влекут, соответственно, для страховщика каких-либо обязательств по заключенному договору страхования. В договоре страхования могут быть предусмотрены исключения из страхового в зависимости от степени риска и иных обстоятельств, оцениваемых страховщиком при заключении конкретного договора страхования. Требования истца о взыскании с САО «ВСК» морального вреда противоречат условиям договора страхования, который исключает выплату страхового возмещения по этому основанию.

Третьи лица ФИО3, ФИО5, ФИО4, уведомленные о времени и месте рассмотрения дела (л.д.118, 120, 15, т.2), в зал суда не явились, позиции относительно рассматриваемого спора не представили.

При этом ФИО4, ранее участвовавшая при рассмотрении дела, по исковым требованиям не возражала, указав, что обстоятельства произошедшего истец изложил верно. Она присутствовала рядом с ним в момент взрыва, поскольку как заведующий хранилищем руководила работами по разгрузке боеприпасов. В момент, когда истец находился сверху в машине и подавал снаряды, она стояла рядом с машиной. Вдруг где-то метрах в ста от машины раздался хлопок, пошел дым. Она сразу поняла, что начались взрывы и закричала, чтобы все убегали. После этого истца она более не видела, до судебного заседания ничего об его состоянии здоровья не знала. 

Представители третьих лиц Войсковых частей 41659, 58661, уведомленные о времени и месте рассмотрения дела (л.д.18, 117, т.2) в судебное заседание не явились, позиции относительно рассматриваемого спора не выразили.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, заключение прокурора, полагавшего возможным удовлетворить предъявленные требования частично, суд полагает, что исковое заявление ФИО1 подлежит удовлетворению в следующем объеме и на основании следующего.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 59 Конституции Российской Федерации защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несет военную службу в соответствии с федеральным законом (части 1 и 2).

Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" (преамбула Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", далее также - Федеральный закон от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ).

Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ).

Командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-политическое и психологическое состояние подчиненного личного состава, безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обеспечение (пункт 2 статьи 27 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ в редакции федерального закона от 29.05.2019г. №118-ФЗ, действовавшей на время возникновения спорных отношений).

Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495. В частности, в соответствии со статьей 75 данного устава (здесь и далее нормы Устава приведены в редакции, действовавшей на время возникновения спорных отношений; далее - Устав внутренней службы) командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы; за внутренний порядок, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества.

Командир (начальник) в целях обеспечения безопасности военной службы обязан: в своей служебной деятельности отдавать приоритет сохранению жизни и здоровья подчиненных военнослужащих; руководствуясь положениями главы 7 Устава внутренней службы, принимать все возможные меры по обеспечению защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей, предупреждению их гибели (смерти) и увечий (ранений, травм, контузий), а также осуществлять мероприятия по предотвращению причинения вреда жизни, здоровью, имуществу местного населения и окружающей среде в ходе повседневной деятельности воинской части (подразделения) (статья 81 Устава внутренней службы).

Заместитель командира полка является непосредственным организатором боевой подготовки в полку. Он обязан в том числе организовывать и осуществлять мероприятия по обеспечению безопасности военной службы в полку; организовывать изучение личным составом требований безопасности военной службы, анализировать причины нарушений требований безопасности военной службы, принимать меры по их предупреждению (статья 99 Устава внутренней службы).

Заместители командира полка, начальники родов войск и служб, командиры подразделений и их заместители, другие должностные лица полка (подразделения) отвечают за безопасность военной службы в подчиненных подразделениях (службах) в соответствии с должностными, специальными обязанностями и главой 7 Устава внутренней службы ("Безопасность военной службы").

Указанные должностные лица, организующие мероприятия повседневной деятельности или руководящие их проведением (начальники команд, старшие или руководители на местах исполнения должностных и специальных обязанностей либо на рабочих местах), непосредственно при организации и проведении каждого мероприятия повседневной деятельности, в частности, обязаны:

- уточнять опасные факторы военной службы, которые могут возникнуть при выполнении мероприятия, и определять меры по их ограничению (нейтрализации);

- обеспечивать создание безопасных условий военной службы на каждом месте исполнения должностных, специальных обязанностей (на рабочем месте) и снабжение военнослужащих положенными средствами индивидуальной и коллективной защиты, лечебно-профилактическими средствами; проводить лично (организовывать) занятия по изучению требований безопасности, в том числе по овладению личным составом безопасными приемами и способами исполнения своих должностных и специальных обязанностей, а также инструктажи;

- лично убедиться перед проведением мероприятия повседневной деятельности, что для этого созданы безопасные условия, подчиненные усвоили доведенные до них требования безопасности военной службы и обладают достаточными практическими навыками в их выполнении, знают порядок действий в аварийных ситуациях и умеют оказывать помощь пострадавшим;

- добиваться выполнения требований безопасности военной службы, принимать в ходе контроля за их выполнением меры по предупреждению гибели, увечий (ранений, травм, контузий), заболеваний военнослужащих и гражданских лиц, причинения вреда окружающей среде (статья 320 Устава внутренней службы).

Одними из основных проводимых в полку (подразделении) мероприятий по предупреждению гибели (смерти), увечий (ранений, травм, контузий) и снижению заболеваемости военнослужащих являются регулярная подготовка личного состава к выполнению мероприятий повседневной деятельности с изучением перед их проведением необходимых требований безопасности военной службы, контроль за выполнением личным составом требований безопасности военной службы (абзацы первый, третий, четвертый статьи 322 Устава внутренней службы).

Статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет общие основания ответственности за причинение вреда. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101) данного кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 20 октября 2010 г. N 18-П, нормы статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случаях установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. В данной статье реализуется конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.

При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 постановления от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что предусмотренная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия своей вины должен представить сам ответчик.

Компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с тяжким вредом здоровью, причиненным при исполнении обязанностей военной службы, заявлено ФИО1, является одним из видов гражданско-правовой ответственности.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10).

Как установлено по делу, 26.10.2018г. ФИО1 был призван на военную службу Военным комиссариатом Сорочинского городского округа Грачевского и 

<

адрес>ов 

<

адрес> (л.д.12-16, т.1).

Для прохождения военной службы с 29.10.2018г. направлен в Войсковую часть 41659 

<

адрес> края (л.д.110, т.1).

На основании телеграммы начальника штаба Центрального военного округа от 16.05.2019г. № личный состав 2 мотострелкового батальона Войсковой части 1659 с 16.06.2019г. прибыл на такелажные работы в войсковую часть 58661 

<

адрес> края (л.д.100, т.1, л.д.5-6, т.2).

05.08.2019г. на территории склада хранения боеприпасов 58661-49 в 

<

адрес> произошел пожар с последующим подрывом части хранящихся боеприпасов. 09.08.2019г. в вечернее время в результате детонации боеприпасов произошли повторные подрывы. Указанные обстоятельства сторонами спора не оспаривались.

Данный склад хранения ракет и артиллерийских боеприпасов войсковой части 58661-49 является структурным подразделением 1062 Центр материально – технического обеспечения Центрального военного округа – войсковая часть 58661, организацией Министерства Обороны Российской Федерации. Командир склада действует на основании доверенности от командира войсковой части 58661 ЦМТО.

В период с 05 по 09.08.2019г. произошли множественные несанкционированные взрывы боеприпасов и вооружения на территории воинской части 58661-49 в п. Каменка Ачинского района Красноярского края, в связи с чем постановлением Главы Ачинского района от 05.08.2019г. на территории Ачинского района был введен режим чрезвычайной ситуации.

Постановлением Главы Ачинского района от 07.08.2019г. режим функционирования чрезвычайной ситуации с территории Ачинского района был снят с 20-00 часов 07.08.2019г.

Постановлением Главы Ачинского района от 09.08.2019г. с 23-50 час. 09.08.2019г. режим чрезвычайной ситуации был введен вновь, зона ЧС была определена на территории д. Каменка.

Отменен данный режим был 07.02.2020г. постановлением Главы Ачинского района от 07.02.2020г. №46А-П.

Постановлением руководителя военного следственного отдела СК России по Красноярскому гарнизону ЦВО от 05.08.2019г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст. 349 УК РФ (л.д.215-216, т.1).

Постановлением руководителя военного следственного отдела СК России по Красноярскому гарнизону ЦВО, рассмотревшим указанное выше постановление от 26.08.2019г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 285 УК РФ в отношении начальника отдела хранения (ракет и боеприпасов) в/части 58661- БВ ФИО3, а также по признакам ч.5 ст. 33, ч.3 ст.285 УК РФ в отношении заведующей хранилищем ФИО4 (л.д.217-220, т.1).

Из данного постановления следует, что с 20 июня по 05 августа 2019г. на указанном объекте хранения боеприпасов проводились работы по перемещению 152-мм артиллерийских выстрелов с открытых площадок хранения в закрытые хранилища с привлечением автомобильной техники и прикомандированных военнослужащих. 05.08.2019г. рабочая команда в составе семи военнослужащих по призыву под руководством ФИО4 были назначены на работы по разгрузке боеприпасов (152-мм выстрелов) в хранилище №70 В соответствии с требованиями Руководства по обеспечению безопасности военной службы в вооруженных Сила РФ (введено в действие приказом Минобороны России от 22.07.2015г. №) основанием для выполнения погрузочно-разгрузочных работ является суточный приказ начальника склада (арсенала), которым определяются подлежащие выполнению работы, ответственные за соблюдение требований безопасности должностные лица. 

ФИО3, достоверно зная об отсутствии подписанного начальником Склада приказа о выполнении мероприятий по вседневной деятельности, вопреки требованиям Руководства по обеспечению безопасности и военной службы, поручил выполнение военнослужащими по призыву в указанный день ПРР с грубейшими нарушениями требований безопасности с боеприпасами на технической территории склада в хранилище № под руководством ФИО4 При этом в нарушение п.81 Руководства по эксплуатации ракетно-артиллерийского вооружения (введено приказом начальника вооружения ВС РФ – заместителем Министра обороны РФ от 14.09.2006г. №) и п. 9.2.5 инструкции, запрещающих проведение работ с боеприпасами при отсутствии исправной тары, ФИО3 приказал ФИО4 выполнять ПРР, перевозку боеприпасов и последующее их перемещение в хранилище без тары вопреки п.81 Руководства по эксплуатации РАВ дал указание использовать для перевозки боеприпасов автомобили, не имеющие кассетных стеллажей, выгружать в хранилище с помощью деревянного трапа под углом 45 градусов, скатывая снаряды с кузова грузового автомобиля на пол хранилища, после чего укладывать боеприпасы в несколько рядов капсюльными втулками по направлению к месту разгрузки. 

ФИО4, непосредственно руководившая работой по выгрузке боеприпасов, исполняя заведомо незаконный приказ и указания ФИО3 о порядке ПРР, перевозке и складированию боеприпасов, действуя вопреки требованиям п. 617 Руководства для арсеналов, п.4.1 инструкции по организации временного хранения, п.3.3.2 инструкции, дала указания на укладку зарядов военнослужащими по призыву в ряды на пол хранилища при отсутствии исправной порожней тары, специальных рам или каркасов, а также в нарушение п.78 Руководства по эксплуатации РАВ и п.п. ДД.ММ.ГГГГ и 9.2.5 инструкции, организовала разгрузку снарядов с кузова автомобиля путем скатывания по трап, что привело к их беспорядочному скоплению на полу хранилища.

Около 17 часов 05.08.2019г. в помещении хранилища № на технической территории Склада, действуя в соответствии с приказами и указаниями ФИО3 и ФИО4, не зная об их незаконности и, не имея должной специальной подготовки, один из военнослужащих скатывал с кузова автомобиля снаряды вниз, а другой принимал их и складировал на полу в ряды, допуская неаккуратное скатывание снарядов на бетонный пол хранилища. Принимавший не успел принять один из снарядов, в связи с чем произошло его неконтролируемое скатывание с последующим ударом об капсюльную втулку одного из лежащих неподалеку зарядов, его воспламенение, приведшее к пожару и последующим неконтролируемым взрывам снарядов – сначала в хранилище №, а после в других хранилищах и открытых площадках, расположенных на технической территории Склада.

Кроме того, произошедшие взрывы повлекли гибель прибывшего на место командира отделения пожарной группы, причинение телесных повреждений различной степени тяжести военнослужащим и гражданам, а также существенное повреждение военной техники, зданий и сооружений Министерства обороны РФ, различного имущества физических и юридических лиц, учреждений и органов государственной власти, то есть тяжкие последствия.

Постановлением от 06.08.2019г. старшего следователя следственного отдела СК России по Красноярскому гарнизону ФИО1 признан потерпевшим по данному уголовному делу (л.д.233-234, т.1).

При его допросе в качестве потерпевшего по уголовному делу 18.10.2019г. сообщим сведения, аналогичные указанным ранее (л.д.235-240, т.1).

В результате описанных событий ФИО1 получил травмы правого глаза и раны левой голени и был доставлен в КГБУЗ «Ачинская МРБ №», где были выполнены ПХО раны левой голени, наложена повязка на правый глаз.

После оказания неотложной помощи был эвакуирован в КГБУЗ «

<

адрес>вую офтальмологическую клиническую больницу им проф. ФИО9», где ему было выполнено ушивание раны роговицы и склеры правого глаза, после чего 12.08.2019г. ФИО1 был направлен в филиал № ФГКУ «425 ВГ» Минобороны России (л.д.69, т.1).

С 14.08.2019г. по 27.09.2019г. ФИО1 проходил лечение в Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова 

<

адрес>, где ему было сделаны две операции: 15.08.2019г. – гемвитрэктомия, ревизия стекловидной камеры, КЭП правового глаза, а также 29.08.2019г. – эвисцирация правого глаза. По результатам лечения выставлен окончательный диагноз: амавроз, тотальный организующийся гемофтальм, гифема, травматическая отслойка сетчатки, травматическая нейрооптикопатия, ушитая рана роговицы и склеры, неокрепшие кожные рубцы со швами верхнего и нижнего века, афакия, переломы верхней и нижней стенок правой глазницы после проникающего корнеосклепрального ранения правого глаза и тяжелой контузии правой орбиты от 05.08.2019г. и последующей ПХО (л.д.8, 33 т.1).

Впоследствии в период с 09.10.2019г. по 18.10.2019г. ФИО1 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении филиала № ФГКУ «425 ВГ» Минобороны России, где ему было проведено обследование, 10.10.2019г. установлен окончательный диагноз: состояние после контузии тяжелой степени правого глаза (от 05.08.2019г.) проникающего корнеосклерального ранения (л.д.7, т.1).

Во время нахождения на лечении в данном лечебном учреждении 17.10.2019г. ФИО1 был освидетельствован ГВВК, которой на основании ст.35 п. «б» графы II расписания болезней и ТДТ (приложения к Положению о прохождении военно-врачебной экспертизы, утвержденной постановлением Правительства РФ № от 2013г.) – «В» ограниченно годен к военной службе (л.д.7, 69, т.1).

27.12.2019г. ФКУ «ГБ МСЭ по 

<

адрес>» ФИО1 в связи с имеющимся и указанным выше заболеванием инвалидность не была установлена (л.д.10-11, 51- 82,т.1).

Заключением эксперта №Н/15-ж от 08.04.2020г. по результатам судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках указанного выше уголовного дела по факту взрывов в воинской части 

<

адрес>, травма правого глаза и глазницы квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью ФИО1, ушибленная рана задней области левой голени – как легкий вред его здоровью (л.д.244-262, т.1).

Материалами служебного разбирательства по факту получения ФИО1 указанных травм его вины в произошедшем не установлено, указано, что основной причиной является взрыв снарядов при проведении работ по их разгрузке (л.д.88-91, 93, т.1)

Приказом командира войсковой части № от 11.09.2019г. № в срок до 15.09.2019г. было приказано провести дополнительные занятия с подчиненным личным составом по изучению требований безопасности при выполнении такелажных работ, ст.321 Устава внутренней службы ВС РФ, в ходе которого проанализировать случай, произошедший с ФИО1 (л.д.92, т.1).

С 25.10.2019г. ФИО1 был исключен из списка личного состава части в связи с окончанием военной службы по призыву приказом командира части № от 24.10.2019г. (л.д.109, т.1).

24.04.2020г. в указанный выше приказ командиром части 41659 были внесены изменения приказом № от 24.04.2020г. с указанием, что ФИО1 уволен в запас по состоянию здоровья по пп. «г» п.1 ст. 51 ФЗ РФ «О воинской обязанности и военной службе», в связи с признанием военнослужащего военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе (л.д.111, т.1).

03.11.2017г. между Министерством обороны РФ (страхователем) и АО «СОГАЗ» (страховщиком) был заключен государственный контракт №/ОК/2017/ДГЗ/3 на оказание услуг по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих ВС РФ и граждан, призванных на военные сборы для нужд Министерства обороны РФ в 2018-2019г.г. (л.д.23-48, т.2).

Объектом страхования по данному государственному контракту является жизнь и здоровье застрахованных лиц (л.д.25, т.2).

К страховым случаям, в частности, относится получение застрахованным лицом в период прохождения военной службы увечья (ранения, травмы, контузии) (п.5.1.5 госконтракта – л.д.25, т.2).

Порядок производства страховых выплат и подачи заявлений регулируется правилами обязательного государственного страхования, являющихся неотъемлемой частью заключенного государственного контракта (л.д.49-65, т.2).

Моральный вред, причиненный жизни и здоровью военнослужащего, в результате прохождения военной службы, к объектам страхования по данному госконтракту не относится.

19.12.2019г. ФИО1 в АО «СОГАЗ» было направлено заявление о страховой выплате в связи с полученной им военной травмой и увольнением с военной службы по данному основанию (л.д.144, т.1).

По результатам рассмотрения заявленного события АО «СОГАЗ» признало случай страховым и выплатило страховое возмещение на основании страхового акта 18 WS 0004 D№ от 05.02.2020г. в сумме 275 245,16 руб. в связи с полученными травмами (л.д.148, т.1, л.д.100, т.2).

Кроме того, с учетом приказа командира войсковой части 

<

адрес>, где проходил службу ФИО1, № от 24.04.2020г. (л.д. 111, т.1) на основании страхового акта 18 WS 0004 D№ от 22.06.2020г. основания увольнения с военной службы в связи с полученной военной травмой также были страховым случаем, в связи с чем произведена страховая выплата в размере 68 811,29 руб. (л.д.101-102, т.2).

Иных выплат по указанному государственному контракту ФИО1 выплачено не было.

Кроме того, в целях страхования ответственности, которая может возникнуть вследствие причинения вреда жизни, здоровья или имущества других лиц Министерством обороны РФ (страхователем) с САО «ВСК» (Страховщиком) был заключен госконтракт №/ЗК/2018ДГЗ /З от 01.11.2018г., предметом которого является оказание в 2018-2019 г.г. услуг по страхованию гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте (п.2.1) (л.д.127-153, т.2).

Неотъемлемой частью данного госконтракта являются Правила страхования № от 31.07.2014г., в соответствии с п. 6.6 которых моральный вред САО «ВСК» возмещению не подлежит (л.д.156, т.2).

При таких обстоятельствах оснований для компенсации морального вреда при описанных в настоящем решении событиях ФИО1 ни один заключенный Министерством обороны РФ государственный контракт не предусматривал, несмотря на то, что основания для такой компенсации имеются.

Так, судом установлено, что в результате произошедшего 05.08.2019г. взрыва на территории артиллерийских складов в воинской части 

<

адрес> военнослужащему ФИО1 были причинены телесные повреждения легкой и тяжкой степени тяжести.

Данные повреждения были получены не по его вине, а вследствие ненадлежащего исполнения должностными лицами воинской части 58661 предписаний Устава внутренней службы, обязывающих их обеспечить безопасные условия прохождения военной службы подчиненными военнослужащими, принимать меры, направленные на обеспечение защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей и на предупреждение получения увечья военнослужащими.

При этом ответчик, несмотря на возложенную на него положениями ч.2 ст. 1064 ГК РФ, обязанность доказать отсутствие вины должностных лиц воинской части 58661, в причинении вреда здоровью ФИО1, таких доказательств не представил. Само по себе отсутствие вступившего в законную силу приговора в отношении указанных выше должностных лиц к таким обстоятельствам не относится, поскольку деликтной ответственности в рамках гражданских правоотношений не исключает, так как вред его здоровью причинен при прохождении военной службы в результате несоблюдения должностными лицами воинской части порядка и правил по погрузке и разгрузке боеприпасов, то есть исполнения обязанностей военной службы.

При этом военная служба является особым видом государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, которая, по смыслу статей 32 (часть 4), 37 (часть 1) и 59 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, осуществляется в публичных интересах, а лица, несущие такого рода службу как по контракту, так и по призыву, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2014 года N 15-П, от 19 июля 2016 года N 16-П, от 16.01.2018г. №7-О и др.).

Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 и 71 (пункты "в", "м"), - влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. Выбор правовых средств, направленных на возмещение такого вреда, относится к дискреции федерального законодателя, который, осуществляя на основании статьи 76 Конституции Российской Федерации соответствующее правовое регулирование, обязан предусматривать эффективные гарантии прав указанных лиц, адекватные правовой природе и целям возмещения вреда, причиненного их жизни или здоровью, характеру возникающих между ними и государством правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2009 года N 13-П, от 20 октября 2010 года 18-П и др.).

Конкретизируя названные положения Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, цель которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.

И как уже было указано выше в настоящем решении, наряду с указанными публично-правовыми механизмами возмещения вреда военнослужащим действуют также и гражданско-правовые механизмы возмещения вреда. Так, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, возмещается по правилам главы 59 ГК Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности (статья 1084 указанного Кодекса). Компенсация морального вреда согласно пункту 5 статьи 18 "Страховые гарантии военнослужащим. Право на возмещение вреда" Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" осуществляется по правилам гражданского законодательства.

Определяя размер компенсации морального вреда суд исходит из обстоятельств его причинения, отсутствие вины ФИО1 в его наступлении, учитывает значительный период реабилитации и восстановления истца после полученной травмы глаза, неоднократные оперативные вмешательства, которые однако не смогли восстановить функции данного органа, полную слепоту глаза, его последующее удаление и замену протезом, исходя из возраста ФИО1, получившего травму в 21 год и необходимости его социальной реабилитации с целью встраивания в общественную жизнь, предполагающую возможность получения образования, что при отсутствии одного глаза представляет для истца объективные затруднения, овладение иными общественно-полезными навыками, возможность обретения семьи и ее последующего содержания и обеспечения, полагает возможным требования удовлетворить частично и взыскать с ответчика в пользу истца 1 000 000 рублей.

При этом доводы представителя ответчика о невозможности такого взыскания и возложения ответственности на иных лиц суд во внимание не принимает по изложенным выше обстоятельствам.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, подлежит взысканию с ответчика в доход соответствующего бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства обороны РФ в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 1 000 000 (один миллион) рублей.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Взыскать с Министерства обороны РФ в бюджет муниципального образования г. Ачинск Красноярского края госпошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Ачинский горсуд.

Судья Е.В. Большевых

Мотивированное решение изготовлено 29 июля 2021г.