Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чехов Московской области 05 июня 2019 года 

Чеховский городской суд Московской области в составе: 

председательствующего судьи Варенышевой М.Н. 

при секретаре Хоменко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-593/19 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки и прекращении записи в ЕГРН,

УСТАНОВИЛ:

Истец уточняя свои исковые требования обратился в суд с иском к ответчику о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес>.Применить последствия недействительности сделки, возвратить спорную квартиру в собственность С. Л.В. и прекратить запись о признании прав ответчика на спорную квартиру в ЕГРН.

В судебном заседании истец и его представитель по доверенности ФИО4 заявленные требования поддержали и пояснили, что его мать С. Л.В., в момент заключения спорного договора своему второму сыну, ответчику по данному делу, находилась в таком состоянии, что не отдавала отчет своим действиям, не могла ими руководить, в связи с тем, что страдала сильнейшими заболеваниями. Поскольку смерть С. Л.В. наступила, спустя значительное время, после того как ей были поставлены тяжелые диагнозы, полагает что данные заболевания развивались не очень быстро, полагает что ее состояние изменилось, после того как у нее скончался супруг, за которым она ухаживала. Она тяжело пережила это событие, и после чего ее состояние резко ухудшилось. Мать часто беспричинно кричала, приносила с помойки вещи, захламляла квартиру, забывала что ела, говорила, что по ночам к ней приходят чужие люди и едят еду, которую приносил истец, данные действия свидетельствуют о ее неадекватности. За С. Л.В. он ухаживал, периодически забирал к себе домой, но в связи с неприязненными отношениями с его супругой, мать уходила в квартиру и проживала там одна. Намерений распорядиться квартирой мать не высказывала, при жизни отца, была договоренность, о том, что квартира отца, так как их было две, достанется ответчику, а квартира матери достанется истцу. Кроме того, по настоянию матери, истец зарегистрировался в спорной квартире, поэтому заключая договор дарения спорной квартиры и зная о том, что там зарегистрирован второй сын, она не понимала какие действия совершает и не отдавала себе отчет в данных действиях.

В судебном заседании истец пояснил, что мать самостоятельно обращалась с заявлением на почту о том, что ей не доплачивают пенсию. При обращении на почту, в связи со своим неадекватным поведением, устроила там скандал. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 пояснила, что ее доверитель не согласен с исковыми требованиями, считает их незаконными и необоснованными. По воле С. Л.В. был заключен договор дарения спорной квартиры. Договор был заключен непосредственно самой С. Л.В., что подтверждается договором, также она лично присутствовала в управлении Росреестра при подаче документов на регистрацию договора дарения, сама заверяла документы, в том числе договор приватизации квартиры, в связи с чем утверждения истца, что мать не понимала и не отдавала отчет своим действиям, является несостоятельными. Договор был заключен по воле С. Л.В. и в соответствии с действующим законодательством. Согласно медицинских документов, имеющихся в материалах дела, мать не болела серьезными заболеваниями, в больницу не обращалась. Как следует из медицинских документов, сам истец при госпитализации матери пояснял медикам, что мать никогда не болела, в больницы не обращалась. В одежде мать всегда была опрятна, у нее было высшее образование, она много читала. Также пояснил, что у матери с истцом и его родственниками были конфликтные отношения.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Московской области надлежащим образом извещенный о слушании дела, в судебное заседание не явился, сведений об уважительности причин неявки не представил, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просил.

При таких обстоятельствах суд в соответствии со ст.167 ГПК РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося третьего лица.

Заслушав пояснения сторон и их представителей, показания свидетелей, проверив материалы дела, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Судом установлено, что квартира расположенная по адресу: 

<

адрес> принадлежала С. Л.В. 

С. Л.В. умерла ДД.ММ.ГГГГ. 

При жизни С. Л.В. ДД.ММ.ГГГГ заключила договор дарения спорной квартиры с С. И.А., ответчиком по делу. (л.д.58-59). 

Право собственности С. И.А. было зарегистрировано в Управлении федеральной службы государственной регистрации в установленном законом порядке (л.д. 15-18).

Оспаривая договор дарения заключенный между С. Л.В. и С. И.А. истец, ссылается на положения п.1 ст.177 ГК РФ, мотивирует тем, что сделка совершена гражданином не способным понимать значение своих действий и руководить ими. 

В соответствии со ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность, либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан или юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Согласно ст.154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двухсторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно п.1 ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ч.1 ст.79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных познаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Принимая во внимание характер заявленных исковых требований и основания для признания договора дарения недействительным, судом по делу была назначена посмертная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза ФИО3 с целью проверки доводов истца по вопросу того, что страдала ли С. Л.В. каким-либо психическим или иным душевным расстройством? Если да, то каким именно и не лишало ли оно ее возможности понимать характер совершаемых ею действий, позволяло ли отдавать отчет своим действиям и руководить ими при оформлении договора дарения квартиры ДД.ММ.ГГГГ? 

Согласно заключению посмертной судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза проведенной экспертами ГБУЗ Московской области «Психиатрическая больница №2 им. ФИО6» от ДД.ММ.ГГГГ № материалы дела, а также медицинские документации не содержат достоверных сведений о наличии у С. Л.В. до ДД.ММ.ГГГГ признаков какого-либо хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики, о чем свидетельствует отсутствие у нее в этот период какой-либо психотической симптоматики, возникновения и динамики негативных расстройств, свойственных хроническому психическому расстройству, не было признаков какого-либо временного психического расстройства, которое могло бы сопровождаться, расстройствами сознания и какой-либо психотической симптоматикой, в связи с чем на момент совершения оспариваемого договора дарения в юридически значимый период ДД.ММ.ГГГГ С. Л.В. могла понимать значение своих действий и руководить ими. По заключению психолога С. Л.В. способна была понимать значение своих действий и руководить ими в период, относящийся к совершению спорной сделки ДД.ММ.ГГГГ

Доводы истца и его представителя по доверенности ФИО4 на необходимость проведения повторной судебной посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы суд находит несостоятельными, поскольку оснований для назначения повторной экспертизы не имеется.

Суд считает, что договор дарения спорной квартиры, как следует из заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы содержит выраженную волю С. Л.В. совершить безвозмездную передачу недвижимого имущества – спорной квартиры, своему сыну С. И.А.

Оснований не доверять заключению экспертов у суда не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в состав комиссии входили компетентные эксперты, обладающие медицинскими познаниями, имеющие большой стаж работы-32 года,40лет,12 и 9 лет.

При этом суд учитывает, что предметом доказывания по правилам ст. 177 ГК РФ является неспособность гражданина понимать значение своих действий и руководить ими, медицинский критерий данному доводу определяется именно посредством проведения судебной психиатрической экспертизы.

В силу ст.60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований или возражений.

С целью полного и всестороннего рассмотрения дела по существу по заявленным требованиям суд допросил свидетелей.

Так, свидетель ФИО11 пояснил, что С. Л.В знает с ДД.ММ.ГГГГ, истец часто просил приезжать к ней как врач, поскольку у С. Л.В. было высокое давление, ее психическое состояние менялось после того, как в ДД.ММ.ГГГГ умер ее супруг. Раньше она его узнавала и знала как его зовут, а в ДД.ММ.ГГГГ когда приехал к ней, она перестала понимать кто он, путалась в месте где она находится. В больницу С. Л.В. попала в ДД.ММ.ГГГГ и ей был поставлен диагноз 

<

данные изъяты> Когда умерла С. Л.В., он не помнит, уточнил, что в ДД.ММ.ГГГГ Пояснил, что до того момента как С. Л.В. попала в больницу, она была ухоженной, опрятной и активной.

Свидетель ФИО12 пояснила, что знакома со С. Л.В. с ДД.ММ.ГГГГ. После смерти мужа С. Л.В., стала длительно говорить одно и тоже, таскала игрушки с помойки, рассаживала их в полисаднике возле дома, соседи просили ее это не делать однако она продолжала носить игрушки, в квартире был беспорядок. Со слов истца ей известно, что С. Л.В. включала газ, а сама спала в комнате, стала сильно ругаться нецензурно, тогда как всегда была очень интеллигентной, опрятно одетой.

Свидетель С. С.Д. пояснила в судебном заседании, что является женой истца, испытывает неприязнь к ответчику, но это не влияет на ее пояснения. После смерти мужа С. Л.В. жила у них. После С. Л.В. обозвала ее ведьмой, в связи с чем они отправили ее домой. После того как С. Л.В. заболела, она и истец привезли ее проживать к себе. Она была грязная, неухоженная. Также пояснила, что после 40 дней после смерти мужа С. Л.В., она со С. Л.В. не общалась, муж возил матери еду. Муж ей рассказывал, что С. Л.В. говорила, что к ней ночью кто-то приходит и ест ее еду. Пояснила, что сначала после смерти мужа, С. Л.В. была «нормальная», разговаривала, понимала, где находится. В последнее время была неопрятна, тащила в дом все с помойки. 

Свидетель ФИО13 допрошенная в судебном заседании, пояснила, что знакома со С. Л.В., ранее они вместе работали. Приезжала к ней в гости после 40 дней после смерти мужа, она была странная. Потом приезжала на 8-е Марта, но она начала кричать на нее, ругалась, в связи с чем она даже не зашла в квартиру и после этого ее больше не видела.

Свидетель ФИО14, пояснила, что С. Л.В. приходилась ей свекровью, общалась с ней часто. Оставляла ребенка с бабушкой, у них дома рядом, поэтому часто навещали друг друга. Лидия В. С. была женщиной опрятной, интеллигентной, она занималась «альпийской» ходьбой. У свекрови были не очень хорошие отношения с семьей истца.

Свидетель ФИО15 пояснила, что является няней сына С. И.А., внука С. Л.В. Часто гуляли вместе со С. Л.В. на детской площадке. С. Л.В. разговаривала с соседями. Выглядела С. Л.В. всегда опрятной, она приятная в общении женщина. Никогда не видела, чтобы С. Л.В. тащила что-то с помойки. В ДД.ММ.ГГГГ Лидия В. принесла внуку подарки на день рождения-ДД.ММ.ГГГГ., они стали разговаривать и она поделилась, что хочет оформить дарственную на сына И., потому что он помогал ей, помогал с мужем. Пояснила, что С. Л.В. говорила ей о конфликте с невесткой старшего сына.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд пришел к выводу, что истец не представил достаточных доказательств, подтверждающих, что С. Л.В. в момент совершения сделки-договора дарения ДД.ММ.ГГГГ не могла понимать значение своих действий и руководить ими, данными медицинской документации указанные обстоятельства с достоверностью не подтверждаются, а показания свидетелей со стороны истца и ответчика носят противоречивый и взаимоисключающий характер.

Руководствуясь ст. ст. 264-268, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2, квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, применении последствий недействительности сделки, возврате квартиры в собственность ФИО3 и прекращении записи в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ за № о праве собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Чеховский городской суд.

Председательствующий: