Дело № 2-3899/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 октября 2017 года город Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Голубовской Н.С. при секретаре судебного заседания Салопаевой Е.Е., при участии помощника прокурора Центрального административного округа города Омска Б.Е.Г,рассмотрев в открытом судебном заседании материалы гражданского дела по исковому заявлениюФИО1 к АО «ОТП Банк» о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании денежных сумм,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с названным выше иском, мотивируя свои требования тем, что с 14.06.2013 вступила в правоотношения с ответчиком. В дальнейшем была переведена на иную должность, в связи с чем, 16.07.2014 было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым стала занимать должность 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> В должностные обязанности по занимаемой должности входило руководство группой из 12 специалистов сектора. В дальнейшем ушла в отпуск по беременности и родам, в отпуск по уходу за ребенком и вышла на работу 18.05.2017. 01.08.2017 трудовой договор был расторгнут по инициативе ответчика по ч.1 п.5 ст.81 Трудового кодекса РФ. Непосредственному увольнению предшествовала конфликтная ситуация, связанная с отказом работодателя обеспечить работу по занимаемой должности. От выполнения возложенных работодателем обязанностей, не относящихся к занимаемой должности, отказалась. На требования обеспечить работой, обусловленной трудовым договором, ответчик ответил отказом, применил меры дисциплинарного взыскания. 09.06.2017 руководителем было выдано поручение осуществлять контактирование с клиентами банка посредством телефонных переговоров в период 09 по 30.06.2017. Для исполнения данного поручения было выделено рабочее место специалиста. 3.07.2017 было дано аналогичное поручение на период с 03.07.2017 по 31.07.2017. Работодателем составлены акты о неисполнении поручений. Приказами от 20.06.2017 № 17-ДВ, от 07.07.2017 № 22-ДВ привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказом от 07.07.2017 № 23-ДВ привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора. Полагает, что привлечение к дисциплинарной ответственности является незаконным. Просит признать несоответствующими закону: приказ от 20 июня 2017 года № 17-ДВ о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказ от 7 июля 2017 года № 22-ДВ о привлечении к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказ от 7 июля 2017 года № 23-ДВ в виде выговора, приказ об увольнении от 01.08.2017 № 005405-у, восстановить на работе в должности 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>.; взыскать с ответчика средний заработок за период вынужденного прогула со дня следующего за днем увольнения по дату вынесения решения, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1, ее процессуальный представитель Х, действующая на основании ордера (т.1 л.д.167), иск поддержали по доводам в нем изложенным.

Представители АО «ОТП Банк» П.В.В., П.К.В., Ю.И.Р., действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали по доводам отзыва на иск.

В своем заключении помощник прокурора Центрального административного округа города Омска Б.Е.Г. полагала, что исковые требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Исследовав материалы гражданского дела, проверив фактическую обоснованность и правомерность исковых требований, заслушав процессуальные позиции участников процесса, заключение помощника прокурора Центрального административного округа города Омска Б.Е.Г., суд находит требования ФИО2 подлежащими частичному удовлетворению.

Следуя материалам дела, на основании приказа ОАО «ОТП Банк» от 14.06.2013 №7126-л ФИО1 с 14.06.2013 была принята на должность 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.82). С истцом был заключен трудовой договор от 14.06.2013, к которому в дальнейшем заключались дополнительные соглашения, связанные с переводом истца на соответствующие должности (т.1 л.д.88-98).

На основании приказа ОАО «ОТП Банк» от 01.07.2013 ФИО1 переведена с должности 

<

данные изъяты> (л.д.83).

На основании приказа ОАО «ОТП Банк» от 16.07.2014 № 92188-пр ФИО1 переведена с должности 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.84).

На основании приказа АО «ОТП Банк» от 01.02.2017 № 000448-пр ФИО1 переведена на должность 

<

данные изъяты> по адресу: 644099

<

адрес> (т.1 л.д.85).

В период с 18.09.2015 по 04.02.2016 ФИО1 находилась в отпуске по беременности и родам. С 05.02.2016 по 18.05.2017 ФИО1 находилась в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет (т.1 л.д.198-201).

Как следует из расчетных листков на май-июнь 2017 года, ФИО1 после окончания отпуска по уходу за ребенком находилась на больничном листе, фактически в мае 2017 года отработала 3 дня. Данные сведения согласуются с пояснениями истца.

В ходе судебного разбирательства ответной стороной не отрицалось, что после выхода из отпуска по уходу за ребенком ФИО1 вышла на прежнюю должность 

<

данные изъяты>

На основании приказа от 01.08.2017 № 005405-у действие трудового договора от 14.06.2013 прекращено по инициативе работодателя по п.5 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ (неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание). Ознакомиться с соответствующим приказом ФИО1 отказалась (т.1 л.д.86-87).

Обращаясь в суд с названным иском, ФИО1 обосновала незаконный характер привлечения к дисциплинарной ответственности тем, что возложенные на нее поручения, от исполнения которых она отказалась, относятся к должностным обязанностям специалиста, соответствующая работа по должности 

<

данные изъяты> ей предоставлена не была, наличие закрепленной за ней группы работодателем обеспечено не было, несмотря на неоднократные обращения к работодателю.

Возражая по заявленному иску, ответная сторона указала на неоднократное неисполнение ФИО1 без уважительных причин поручений работодателя, которые входят в число обязанностей истца, определенных должностной инструкцией по занимаемой должности.

Содержание трудовых правоотношений, возникших на основании трудового договора, предполагает личное выполнение работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании п.5 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Увольнение по данному основанию является дисциплинарным и предполагает, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

В пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ№ 2 от 17.03.2004 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Кодекса, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Устанавливая основания, условия и порядок применения дисциплинарных взысканий, трудовое законодательство исходит из интересов обеспечения справедливости и законности в действиях работодателя и работника, нарушившего трудовую дисциплину (ст.ст.192,193,194 Трудового кодекса РФ).

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который также учитывает тяжесть проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о том, что: работник совершил дисциплинарный проступок; сроки привлечения к дисциплинарной ответственности соблюдены (ч.3,4 ст.193 ТК РФ); при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч.5 ст.192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Оценивая обоснованность иска, суд исходит из анализа нормативного порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности в совокупности с фактическими действиями ответчика по привлечению истца к дисциплинарной ответственности, с учетом системного характера вмененных ФИО1 нарушений трудовой дисциплины оценивает законность наложения на ФИО1 всех дисциплинарных взысканий, образовавших неоднократность и, как итог, законность увольнения.

Из представленных ответной стороной доказательств следует, что основанием для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности явилось неисполнение истцом письменных поручений.

Так, из письменного поручения от 09.06.2017 следует, что в период с 09.06.2017 по 30.06.2017 ФИО1 дано поручение осуществлять контактирование с клиентами банка посредством телефонных переговоров с целью взыскания просроченной задолженности, соблюдая при этом все требования и правила, установленные внутри подразделения. Также в тексте поручения определены параметры совершения звонков. С данным поручением ФИО1 была ознакомлена (л.д.109). Для выполнения данного поручения ФИО1 выделено рабочее место № в кабинете № (т.1 л.д.30,111).

В связи с данным поручением ФИО1 на имя руководителя написана служебная записка от 09.06.2017, из содержания которой следует просьба работника предоставить рабочее место по занимаемой должности руководителя в кабинете №, укомплектованное необходимым оборудованием (т.1 л.д.110).

В судебных заседаниях ФИО1 пояснила, что выделенное рабочее место соответствовало месту специалиста, основной функцией которого является так называемый «выход в линию» (непосредственное совершение звонков), на соответствующем компьютере отсутствовал доступ к программам, к которым имелся доступ у руководителя сектора.

13.06.2017 от ФИО1 истребованы объяснения по факту невыполнения поручения от 09.06.2017 (т.1 л.д.116). 14.06.2017 ФИО1 написана объяснительная, из содержания которой следует, что выполнение поручения от 09.06.2017 относится к функциональным обязанностям специалиста, а также неисполнение работодателем требований, изложенных в служебной записке (т.1 л.д.117). Данные действия истца были расценены ответчиком в качестве неисполнения возложенных на работника обязанностей (т.1 л.д.114-115). По итогам проверки указанных фактов ответчикам вынесен приказ от 20.06.2017 № 17-ДВ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания (т.1 л.д.112). С данным приказом ФИО1 не согласилась, указав данное несогласие на соответствующем приказе. 

15.06.2017 на имя руководителя Центра ФИО1 также была написана служебная записка, из содержания которой следует, что группа, которой истец могла бы руководить ей не передана, меры по ранее поданным служебным запискам не приняты (т.1 л.д.34-35).

21.06.2017 ФИО1 вновь обратилась к руководителю со служебной запиской, ссылаясь на то, что данное поручение к ее функциональным обязанностям руководителя не относится, группа, которая была закреплена ей до ухода в отпуск по уходу за ребенком, ей не передана (т.1 л.д.129). Вследствие невыполнения письменного поручения на основании приказа от 07.07.2017 № 22-ДВ ФИО1 была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания. 

03.07.2017 ФИО1 вновь дано письменное поручение, аналогичное по содержанию прежнему. Период исполнения поручения определен с 03.07.2017 по 31.07.2017 (т.1л.д.133). 11.07.2017 от ФИО1 истребован отчет о проделанной работе, 19.07.2017 от ФИО1 истребована объяснительная по факту неисполнения поручения. В соответствующем акта содержится указание на отсутствие объяснительной (т.1 л.д.135-137). На основании приказа от 07.07.2017 № 23-ДВ ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора. 

24.07.2017 Начальником центра по сбору просроченной задолженности «Сибирь» К на имя заместителя директора Дирекции по персоналу и организационному развития написана служебная записка о невыполнении ФИО1 поручений, содержится также просьба о применении к ФИО1 меры дисциплинарной ответственности в виде выговора (т.1 л.д.132).

На основании приказа от 01.08.2017 № 005405-у действие трудового договора от 14.06.2013 прекращено по инициативе работодателя по п.5 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ (неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание). В качестве неоднократных дисциплинарных взысканий указаны приказы № 17-ДВ, 22-ДВ, 23-ДВ. Ознакомиться с соответствующим приказом ФИО1 отказалась (т.1 л.д.130-131).

Из представленной ответчиком справки следует, что ниодного звонка на основании указанных поручений ФИО1 не совершила (т.1 л.д.202). Данное обстоятельство не отрицалось истцом с указанием, что поручения работодателя не являются ее трудовыми функциями.

Каких-либо ответов на неоднократные служебные записки истца ответной стороной представлено не было. Не следует из представленных ответной стороной доказательств, что указанные в служебных записках обстоятельства проверялись, были обсуждены с ФИО1

Из представленной ответной стороной структуры Центра по сбору просроченной задолженности «Сибирь»г.Омск следует, что в структуру сектора 1 ступени сбора просроченной задолженности входят специалисты, младшие специалисты, старшие специалисты, главные специалисты, ведущие специалисты, руководитель смены, должность которого занимала истец (т.1 л.д.190). По мнению истцу, содержание данных ей поручений соответствовала трудовой функции специалистов, в том числе из которых формировались группы, деятельность которых координировалась руководителя смены.

Проанализировав должностные инструкции специалиста, младшего специалиста, старшего специалиста, ведущего специалиста, главного специалиста, суд отмечает, что у каждого из данных специалистов имеется непосредственная функция осуществления контакта с клиентами, допустившими пропуски платежей, анализом задолженности, осуществлять сбор просроченной задолженности.

Из содержания должностной инструкции руководителя смены, с которой ФИО1 была ознакомлена 29.05.2017 следует, что в функциональные обязанности руководителя смены функция контакта с клиентами, аналогичная по содержанию функции приведенных выше специалистов, отсутствует. Последняя редакция должностной инсткрукции содержит указание на исполнение поручений руководства, связанных с необходимостью контактирования с клиентами банка в ходе телефонных переговоров с целью выполнения задач, определенных в поручениях.

Оценивая содержание приведенных выше письменных поручений, суд отмечает, что единой процессуальной позиции по вопросу о том, для какой цели необходимы данные поручения для ФИО1, у ответной стороны не имелось.

Так, в ходе предварительного судебного заседания 26.09.2017 представитель АО «ОТП Банк» пояснил, что данные поручения имелись цель оценки деловых качеств истца после выхода из отпуска по уходу за ребенком. В дальнейшем, представители ответной стороны указали на исполнение иными руководителями смен аналогичных по содержанию полномочий в целях реализаций изменений в законодательстве, предоставили соответствующие электронные письма в адрес руководителей, отчеты об исполнении поручений. В дальнейшем, на вопросу суда о причинах, по которым за истцом не была закреплена соответствующая группа, ответная сторона указала на необходимость понимая способности ФИО1 руководить группой.

В судебном заседании свидетельК не отрицал, что данные ФИО1 поручения отличались от поручений и функций, исполняемых другими специалистами сектора только отсутствием цели взыскания, в остальной части содержание поручений идентично функциональным обязанностям иных специалистов сектора.

При этом, назвать иные функциональные обязанности, которая ФИО1 выполняла или могла выполнять руководитель смены после выхода из отпуска по уходу за ребенком, помимо контактирования с клиентами, ответная сторона не смогла. Проанализировав содержание должностной инструкции, суд отмечает, что фактически иных функциональных обязанностей, определенных данной инструкцией, ФИО1 выполнять не могла при причине того, что группа сотрудников за ней закреплена не была (т.1 л.д.107).

Из содержания должностной инструкции по должности, занимаемой истцом, следует, что основные функциональные обязанности руководителя смены связаны с координацией работы сотрудников группы (т.1 л.д.107-108). Закрепленная во всех должностных инструкциях функция осуществления комплекса мероприятий, направленных на взыскание просроченной задолженности, не была конкретизирована представителями ответной стороны на неоднократные вопросы суда. Толкуя содержание положенийдолжностной инструкцииоб обязанности исполнения поручений руководства, связанных с необходимостью контактирования с клиентами банка в ходе телефонных переговоров, суд полагает, что в соответствующих поручениях должна быть указана соответствующая задача, для достижения которой это поручение дается, в частности цель сбора задолженности, которая перед истцом не ставилась. В спорной ситуации, четкого и определенного понимания цели и задачи в отношении указанных поручений ответной стороной приведено не было, в самих письменных поручениях также отсутствует указание на какую-либо цель. 

Из представленных ответной стороной электронных писем от февраля и июля 2017 года следует, что целью выхода руководителей смен «в линию» является внедрение в работу изменений в законодательстве. При этом системный характер исполнения данных поручений в течение длительного периода времени, аналогичного периодам исполнения поручений, выданных истцу, из данных писем не следует. 

Возлагая на ФИО1, являющуюся руководителем смены, в течение с периодов 09.06.2017 по 30.06.2017,с 03.07.2017 по 31.07.2017обязанность осуществлять контактирование с клиентами банка посредством телефонных переговоров, работодатель формально опираясь на приведенное выше положение инструкции, задачи и цель исполнения данных поручений для ФИО1 не определил, фактически возложил на истца обязанности полностью идентичные по содержанию обязанностям специалистов, функциональные обязанности которых основаны именно на обзвоне клиентов банка (выход в линию).

По мнению суда, заслуживает внимание и то обстоятельство, что свидетель К указал на возможность свободного формирования групп и их закрепления за руководителями смены.

При этом, мотивированных доводов по какой причине за истцом не была закреплена как и ранее до ухода в отпуск по уходу за ребенком группа ответной стороной приведено не было. В подтверждение отсутствия объективной возможности формирования подобной группы ответной стороной доказательств представлено не было.

Рассматривая указанные выше поручения в качестве проверки деловых качестве ФИО1, ее способности руководить группой, суд приходит к убеждению о неправомерности подобного способа оценки деловых качеств ФИО1 В ходе рассмотрения спора ответной стороной не было представлено доказательств того, что до ухода в отпуск по уходу за ребенком к исполнению ФИО1 трудовых обязанностей имелись претензии, принимались какие-то меры. По мнению суда, сама по себе реализация ФИО1 гарантированного трудовым законодательством права на нахождение в отпуске по уходу за ребенком, не свидетельствует об утрате истцом в период подобного отпуска квалификации, либо иного изменения деловых качеств. Суд полагает, что в целях проверки деловых качестве работника ответчиком могли быть использованы иные способы, предусмотренные трудовым законодательством, локальными актами.

Одновременно, суд учитывает, что после выхода из отпуска по уходу за ребенком ФИО1 было предоставлено время для изучения изменений в законодательстве. Также, из представленных исковой стороной документов следует, что ФИО1 как руководитель смены проходила тестирование, прошла его положительно с результатом 94,3%. Ответной стороной данный результат оценен в качестве положительного. При этом, на вопрос суда имелись ли при проведении тестирования вопросы, касающиеся изменений в законодательстве, которые были названы ответной стороной в качестве необходимости выхода истца «в линию», представитель ответчика ответил утвердительно. Таким образом, уровень знаний ФИО1 после выхода из отпуска по уходу за ребенком работодателем был проверен и оценен положительно.

Суд критически оценивает доводы ответной стороны о полной идентичности тех поручений, которые давались иным руководителям смен, поскольку из поручений, данных истцу, следовал систематический характер выполнения обзвона клиентов на заданных банком параметрах, без указания какой-либо цели и без постановки задачи. 

Более того, по мнению суда, исполнением поручений руководства, связанных с необходимостью контактирования с клиентами банка, не должны ограничиваться трудовые функции руководителя смены. Однако, в спорной ситуации иных поручений, в том числе, указанных в должностной инструкции, работодателем ФИО1 не давалось. 

При изложенных обстоятельствах суд приходит к убеждению о фактическом возложении работодателем в поручениях от 09.06.2017, 03.07.2017 трудовых обязанностей по должности нижестоящей (должности специалиста), которые к числу трудовых функций руководителя смены не относятся и ранее в число обязанностей ФИО1 по иным редакциям должностных инструкций не входили. 

Оценивая последствия отказа ФИО1 от исполнения поручений от 09.06.2017, 03.07.2017, суд учитывает, что поведение истца была расценено работодателем в качестве нарушения трудовой дисциплины. 

Во всех случаях привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности работодателем констатировано несоблюдение пунктов 3.2.5,3.2.1,3.2.3. Правил внутреннего трудового распорядка. Данные пункты Правил предусматриваю обязанности сотрудника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные трудовым договором, своевременно и точно исполнять распоряжения руководства Банка и непосредственного руководителя, соблюдать трудовую дисциплину.

Суд учитывает, что дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, регулирующих правила внутреннего трудового распорядка, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. 

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям о дисциплине, должностным инструкциям.

Основываясь на приведенном выше фактическом анализе, суд приходит к выводу о том, что не исполнение ФИО1 письменных поручений от 09.06.2017, 03.07.2017,о виновном, противоправном поведении работника не свидетельствует, поскольку ФИО1 фактически отказалась от выполнения функций, не предусмотренных в отношении руководителя смены трудовым договором или должностной инструкцией. 

Более того, работодатель проигнорировал все обращения истца по поводу предоставления прежнего объема трудовых функций, продолжил контролировать исполнение истцом данных письменных поручений, не дал никакой оценки доводам работника о том, что порученные функции к должностным обязанностям руководителя смены не относятся. Одновременно, с учетом длительности контроля работодателя над исполнением истцом письменных поручений, АО «ОТП Банк» не довело до сведения истца цель исполнения данных поручений. 

Проанализировав содержание трудового договора, заключенного с ФИО1 в совокупности с содержанием должностной инструкции, суд приходит к выводу о том, что возложенные в письменных поручениях от 09.06.2017, 03.07.2017 на ФИО1 обязанности не относятся к трудовым обязанностям руководителя смены, в связи с чем, отказ ФИО1 от выполнения указанных в поручениях функций не может быть квалифицирован в качестве уклонения или ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей. 

В этой связи в поведении ФИО1 дисциплинарных проступков суд не усматривает.

Поскольку у АО «ОТП Банк» отсутствовали фактически и правовые основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности, приказ от 20 июня 2017 года № 17-ДВ, приказ от 7 июля 2017 года № 22-ДВ, приказ от 7 июля 2017 года № 23-ДВ в виде выговора не могут быть признаны соответствующими закону.

В силу инициативы АО «ОТП Банк» на прекращение трудовых правоотношений вследствие виновного поведения работника, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Расторжение договора в соответствии с положениями п.5 ст. 81 Трудового кодекса РФпредполагает неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Поскольку системный характер нарушений ФИО1 трудовой дисциплины в ходе судебного разбирательства подтверждения не нашел, приказ об увольнении от 01.08.2017 № 005405-у и увольнение ФИО1 на основании данного приказазакону не соответствуют.

В силу п. 60 Постановления Пленума от 17 марта 2004 г. N 2 работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе. При невозможности восстановления его на прежней работе вследствие ликвидации организации суд признает увольнение незаконным, обязывает ликвидационную комиссию или орган, принявший решение о ликвидации организации, выплатить ему средний заработок за все время вынужденного прогула.

Учитывая избранный истцом способ защиты, суд считает возможным восстановить ФИО1 в должности 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>

Статей 396 ТК РФ предусмотрено немедленное исполнение судебных решений по делам о восстановлении на работе, которое считается завершенным с момента фактического допуска работника к исполнению прежних обязанностей, последовавшего за изданием руководителем организации приказа об отмене своего незаконного распоряжения об увольнении, т.е. после совершения представителем работодателя всех действий, необходимых для обеспечения фактического исполнения работником обязанностей, которые выполнялись им до увольнения. Незаконно уволенный работник должен быть допущен к исполнению трудовых обязанностей по прежней должности (работе) на следующий день после вынесения соответствующего решения судом.

В этой связи, решение суда в части восстановления ФИО1 в прежней должности подлежит немедленному исполнению.

Одновременно с требованием о восстановлении на работе истцом заявлено требование о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Исходя из ст. 234 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан возместить работнику неполученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться.Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в том числе, в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

В силу п. 62 Постановления Пленума от 17 марта 2004 г. N 2 средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 ТК РФ.

В соответствии с положениями ст.139 Трудового кодекса РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы определяются Правительством Российской Федерации, в частности Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы".

В числе прочих доказательств по делу ответной стороной представлен расчет среднего заработка ФИО1 за фактически отработанное время – за период с мая по июль (включительно) исходя из 42 рабочих дней, предшествующих увольнению (т.1 л.д.154). По расчету истца среднедневной заработок составил 1 290,29 рублей.

Исковой стороной расчет заработка произведен в ином порядке, за период с января по август 2015 года и с мая по август 2017 года, исключая период нахождения истца на листках нетрудоспособности, а также период отпуска по уходу за ребенком.

При этом, расчетный механизм исковая сторона основывает на положениях пунктов 4,5 указанного Постановления Правительства, которыми регламентирован расчет среднего заработка, в том числе среднедневного для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска. Толкуя приведенные положения, суд полагает, что данный расчетный механизм применим для расчета среднего дневного заработка для оплаты именно отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска. Специальные правила предусмотрены в пункте 9 Постановления, который предусматривает, что при определении среднего заработка для случаев, предусмотренных Трудовым кодексом РФ, используется средний дневной заработок, который, кроме случаев исчисления среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, на количество фактически отработанных дней. 

Именно по механизму, указанному в пункте 9 ответной стороной и произведен соответствующий расчет за фактически отработанное истцом время в течение расчетного периода, который равен 42 рабочим дням.

Проанализировав представленный ответчиком расчет на предмет соответствия положениями материального закона, суд находит его верным и полагает возможным произвести расчет среднего заработка, основываясь на расчетных данных, представленных АО «ОТП Банк».

Период вынужденного прогула с 02.08.2017 по 24.10.2017 составил 83 календарных дня. Однако, суд считает необходимым рассчитать размер среднего заработка за время вынужденного прогула исходя из рабочих дней, приходящихся на указанный период.

Из содержания трудового договора, заключенного с истцом, следует, что истцу установлена 40 часовая рабочая неделя, следовательно, 5-дневная рабочая неделя (т.1 л.д.89). Дополнительными соглашениями указанный режим работы изменен не был.

Из производственного календаря на 2017 год следует, что в августе 2017 года при пятидневной рабочей неделе было 23 рабочих дня, в сентябре - 21, в октябре (с учетом даты восстановления) – 17 дней, итого 61 рабочий день. Вследствие неправомерных действий работодателя ФИО1 была лишена возможности трудиться в течение указанного времени. Соответственно, размер среднего заработка за время вынужденного прогула составляет 78707,69рублей (1 290,29 рублей х 61). 

Данная сумма компенсации подлежит взысканию в пользу истца.

Разрешая вопрос о компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, суд исходит из следующего. 

В силу ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, суд полагает, что действия работодателя по возложению иной трудовой функции, а также необходимость защиты своих законных прав в судебном порядке безусловно повлекли для ФИО1 нравственные страдания, объем и характер которых являются объективно измерены быть не могут. Принимая во внимание степень вины работодателя в нарушении трудовых прав работника, с учетом принципов разумности и справедливости, суд считает возможным размер компенсации морального вреда определить в сумме 10 000 рублей.Данный размер компенсации морального вреда суд находит разумным, не нарушающим баланс интересов сторон.

С учетом процессуального результата разрешения спора в соответствии с правилами ст.ст.98,103 ГПК РФ с АО «ОТП Банк» подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой ФИО1 в соответствии с п.п.1 ч.1 ст.333.36 НК РФ была освобожден.

Государственная пошлина подлежит исчислению в соответствии с правилами ст.333.19 Налогового кодекса РФ.

Учитывая размер присуждения по имущественному требованию в сумме 78707,69рублей, размер государственной пошлины по данному требованию составляет 2561рублей (800 рублей плюс 3 процента суммы, превышающей 20 000 рублей), по неимущественному требованию - 300 рублей. Общий размер государственной пошлины подлежащей взысканию с ответчика составляет 2861 рубль.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать несоответствующими закону: приказ от 20 июня 2017 года № 17-ДВ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказ от 7 июля 2017 года № 22-ДВ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания, приказ от 7 июля 2017 года № 23-ДВ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, приказ об увольнении ФИО1 от 01.08.2017 № 005405-у.

Признать незаконным увольнение ФИО1, произведенное на основании приказ об увольнении ФИО1 от 01.08.2017 № 005405-у.

Восстановить ФИО1 в должности 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с АО «ОТП Банк» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 78707,69 рублей.

Взыскать с АО «ОТП Банк» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с АО «ОТП Банк» в бюджет муниципального образования город Омск государственную пошлину в размере 2861 рубль.

Решение суда в части восстановления ФИО1 в должности руководитель 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Центральный районный суд г. Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Н.С. Голубовская

Решение в окончательной форме изготовлено 30.10.2017