Дело № 2-2-778/2020 64RS0004-01-2020-000168-78

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 сентября 2020 года город Балаково Саратовской области

Балаковский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Ефремовой Т.С.,

при секретаре судебного заседания Лариной Н.В.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2,

представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Сигма» ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Сигма», ООО «Омега+» о возврате стоимости товара, взыскании убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором с учетом уточнения заявленных требований просила расторгнуть договор купли-продажи от 24 июля 2019 года № 200 БАЛ/1, заключенный с ООО «Сигма», и взыскать с ООО «Сигма» денежные средства за кухонный гарнитур в размере 194 656 рублей, убытки, понесенные в связи со сборкой кухонного гарнитура в размере 4 900 рублей, неустойку за период с 21 января 2020 года по 05 апреля 2020 года в размере 145 992 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а также расторгнуть договор от 11 сентября 2019 года № 200Бал, заключенный с ООО «Омега+», и взыскать с ООО «Омега+» денежные средства в размере 4 900 рублей за сборку кухонного гарнитура, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, взыскать с ответчиков ООО «Сигма» и ООО «Омега+» штраф в размере 50 % от суммы, присужденной судом, за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, расходы по оплате юридических услуг в размере 25 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что 24 июля 2019 года между ФИО1 и ООО «Сигма» заключен договор № 200БАЛ/1, согласно которому продавец в соответствии со спецификациями к данному договору обязался передать покупателю товар - кухонную мебель нестандартного модуля по изготовлению в количестве и в сроки, предусмотренные договором. В сентябре 2019 года товар поставлен истцу. Для установки, сборки и монтажа кухонного гарнитура ФИО1 заключила договор с ООО «Омега+». 03 января 2020 года истцом обнаружены недостатки в товаре в виде вздутия покрытия столешницы, что не соответствует заявленному продавцом качеству. 05 января 2020 года истец написала претензию о расторжении договора купли-продажи от 24 июля 2019 года № 200БАЛ/1 и возврате уплаченной за товар денежной суммы и убытков, в чем ей ООО «Сигма» было отказано со ссылкой на некачественные услуги по установке мебели и предложено изготовить новую столешницу по низкой цене. С таким предложением продавца ФИО1 не согласилась, полагала его необоснованным. Кроме того, истец указывала, что впоследствии в процессе эксплуатации возникли новые недостатки, а именно: отходит покрытие, которое наложено на основные конструкции кухонного гарнитура.

Определением Балаковского районного суда Саратовской области от 10 сентября 2020 года производство по делу в части требований истца о расторжении договора купли-продажи от 24 июля 2019 года № 200 БАЛ/1, заключенного между ООО «Сигма» и ФИО1, расторжении договора № 200Бал от 11 сентября 2019 года, заключенного между ООО «Омега+» и ФИО1, взыскании с ООО «Омега+» в пользу ФИО1 расходов в размере 4 900 рублей за сборку кухонного гарнитура прекращено в связи с отказом истца от заявленных исковых требований в указанной части.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании поддержали заявленные требования с учетом их уточнения по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика ООО «Сигма» ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения заявленных исковых требований возражал, указывал, что оснований для возврата стоимости товара не имеется в связи с отказом от исполнения договора, выявленные недостатки не являются существенными, являются устранимыми, столешница и фасады могут быть заменены, о чем неоднократно им указывалось. Кроме того, подержал доводы письменных возражений о том, что предметом заключенного сторонами договора является выполнение работ по изготовлению и доставке комплекта кухонной мебели, что юридически относит его к договору бытового подряда. В силу действующего гражданского законодательства заказчик вправе отказаться от исполнения такого договора только в случае невыполнения подрядчиком правомерного требования об устранении недостатков. Вместе с тем ООО «Сигма» на протяжении всего судебного разбирательства выражало готовность устранить обнаруженные ФИО1 недостатки, однако истец отказалась предоставить ответчику такую возможность. Таким образом, заявленные требования удовлетворению не подлежат, поскольку истец отказалась от защиты своих прав в установленном законом порядке.

Представитель ответчиков ООО «Сигма», ООО «Омега+» ФИО4 о слушании дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не известно.

В ранее поданных письменных возражениях на исковое заявление ответчик ООО «Омега+» полагал заявленные истцом требования необоснованными, не подлежащими удовлетворению, поскольку дефект в виде вздутия покрытия столешницы образовался из-за попадания избыточной влаги по вине потребителя, настоявшего при выполнении работ по сборке и монтажу кухонного гарнитура на удалении защитной кромки в местах стыка частей столешницы. Более того, до обращения в суд истец не извещал ООО «Омега+» о наличии каких-либо претензий к выполненным организацией работам.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), суд рассмотрел дело в отсутствие неявившегося ответчика ООО «Омега+».

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства в материалах дела, суд приходит к следующему выводу.

Пунктами 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В силу пункта 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон № 2300-1), другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 24 июля 2019 года между ФИО1 и ООО «Сигма» заключен договор № 200БАЛ/1, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателю товар в соответствии с приложением № 1 (спецификацией) в количестве и в сроки, предусмотренные договором, а покупатель обязуется принять указанную мебель и уплатить за него цену, предусмотренную договором - 191 496 рублей (л.д. 8-12).

Продавец разработал эскизы №№ 1-3 кухонной мебели нестандартного модуля по изготовлению и 27 июля 2019 года между сторонами заключено дополнительное соглашение к договору № 200БАЛ об изменении стоимости товара на 186 106 рублей (л.д. 15-19).

24 июля 2019 года между ФИО1 и ООО «Сигма» заключен договор заказа дополнительных комплектующих № 200БАЛ/4 на сумму 8 550 рублей (л.д. 13-14).

В сентябре 2019 года товар поставлен истцу, стоимость кухонного гарнитура ФИО1 оплачена в полном объеме в размере 194 656 рублей (л.д. 20-22).

Для установки сборки и монтажа кухонного гарнитура между ФИО1 и ООО «Омега+» заключен договор возмездного оказания услуг № 200БАЛ от 11 сентября 2019 года, стоимость работ составила 4 900 рублей (л.д. 27-31).

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются.

Проанализировав содержание договора № 200БАЛ/1, заключенного 24 июля 2019 года между ФИО1 и ООО «Сигма», его субъектный состав, условия и цели, исходя из приведенных выше положений гражданского законодательства и правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», суд приходит к выводу, что указанный договор является смешанным договором купли-продажи кухонной мебели и услуг по ее доставке.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 4 Закона № 2300-1 продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В силу абзаца 5 пункта 1 статьи 18 Закона № 2300-1 потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы.

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара. По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению в одном из следующих случаев: обнаружение существенного недостатка товара; нарушение установленных настоящим Законом сроков устранения недостатков товара; невозможность использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем тридцать дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.

Перечень технически сложных товаров утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 ноября 2011 года № 924, в котором кухонная мебель не поименована.

Пунктом 5 статьи 14 Закона № 2300-1 предусмотрено, что изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что в процессе эксплуатации в период срока гарантии в январе 2020 года в кухонной мебели проявился недостаток: произошло вздутие покрытия столешницы (л.д. 24-25), впоследствии также выявились иные недостатки, а именно: отходит покрытие, которое наложено на основные конструкции кухонного гарнитура.

Претензия истца от 05 января 2020 года, направленная в адрес ООО «Сигма» с требованием о расторжении договора купли-продажи и возврате уплаченной стоимости товара, а также возмещении расходов, связанных с установкой и монтажом кухонной мебели, оставлена ответчиком без удовлетворения со ссылкой на некачественные услуги по установке мебели и предложением изготовить новую столешницу по максимально низкой цене (л.д. 23, 26).

В целях определения наличия в кухонном гарнитуре недостатков и причин их возникновения (производственный дефект, неквалифицированная сборка, нарушение правил эксплуатации) по ходатайству истца ФИО1 по делу назначена судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено ООО «Научно-исследовательская лаборатория специальных экспертиз» (далее - ООО «НИЛСЭ»).

Согласно заключению эксперта от 26 июля 2020 года № 60 на момент проведения экспертизы в кухонном гарнитуре имеются следующие недостатки: в тумбах кухонных напольных № 3 и № 5 установлено наличие щели между выдвижными ящиками - указанные дефекты связаны с низким качеством работ по сборке мебели (отсутствие регулировки мебельной фурнитуры); в шкафу кухонном навесном № 8 установлено провисание левой дверцы - указанный дефект связан с низким качеством работ по сборке мебели (отсутствие регулировки мебельной фурнитуры), а также в нижней части правой дверцы установлено наличие пузыря под облицовкой из пленки - указанный дефект является производственным (непрокат поверхности на прессах на участке выполнения фрезеровки, недопустим), увеличение геометрических параметров дверок фасада с фрагментарным отслоением пленочного покрытия на прилегающих участках - указанный дефект является эксплуатационным (нарушение тепловлажностного режима в процессе эксплуатации); в нижней части левой дверцы шкафа кухонного навесного № 9 установлено наличии пузыря под облицовкой из пленки - указанный дефект является производственным (непрокат поверхности на прессах на участке выполнения фрезеровки, недопустим); в шкафу кухонном навесном № 10 установлено провисание левой дверцы - указанный дефект связан с низким качеством работ по сборке мебели (отсутствие регулировки мебельной фурнитуры); в шкафу кухонном навесном № 14 установлено нарушение целостности на облицовочной пленке фасада в виде порезов - указанный дефект является производственным (брак пленочного покрытия); на днище шкафа кухонного комбинированного № 15 с правой стороны установлен вырыв материала - указанный дефект является производственным (утрата части материала на поверхности детали в результате механического воздействия, недопустим); нижняя дверца шкафа кухонного комбинированного № 16 установлена с отклонением от вертикали, провисла, имеется щель между корпусом шкафа и дверцей - указанный дефект связан с низким качеством работ по сборке мебели (отсутствие регулировки мебельной фурнитуры); столешница кухонной мебели на стыке между напольными шкафами №№ 4 и 17 имеет следы увеличения геометрических параметров - указанный недостаток связан с удалением кромки при сборке мебели и проникновением влаги на незащищенный участок в процессе эксплуатации (л.д. 127-139).

Допрошенная в судебном заседании эксперт ООО «НИЛСЭ» ФИО5 показала, что следов преднамеренного постороннего воздействия на кухонную мебель не выявлено.

Установив изложенные выше обстоятельства, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, принимая во внимание, что в приобретенном товаре имеются, в том числе недостатки производственного характера, суд приходит к выводу, что предъявление потребителем ФИО1 требования об отказе от исполнения договора купли-продажи кухонного гарнитура и возврате уплаченных по договору денежных средств в размере 194 656 рублей, а также возмещении убытков, связанных с несением расходов по сборке мебели в размере 4 900 рублей, является правом последней, гарантированном ей законом, в связи с чем заявленные исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

При этом, поскольку приобретенный ФИО1 товар не относится к технически сложным товарам, с учетом положений статьи 18 Закона № 2300-1 при рассмотрении вопроса о наличии оснований для удовлетворения требования истца о возврате уплаченной за товар суммы не имеет правового значения свойство недостатка товара (существенный или нет).

Наличие устранимых недостатков в самой кухонной мебели и ее сборке не освобождают продавца от ответственности за обнаруженные в товаре недостатки производственного характера.

В силу положений статьи 22 Закона № 2300-1 требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

За нарушение предусмотренного статьей 22 Закона № 2300-1 срока удовлетворения требования потребителя продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такое нарушение, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара (пункт 1 статьи 23 Закона № 2300-1).

Как указывалось выше, письменная претензия ФИО1 о возврате уплаченной за товар денежной суммы получена ООО «Сигма» 10 января 2020 года, следовательно, последний день исполнения обязательства по возвращению денежных средств за некачественный товар приходился на 20 января 2020 года, однако требование истца до настоящего времени не удовлетворено.

Согласно части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, в связи с чем с ответчика ООО «Сигма» в пользу истца подлежит взысканию неустойка начиная с 21 января 2020 года по 05 апреля 2020 года в размере 145 992 рублей исходя из расчета: 194 656 рублей х 1 % х 75 дней.

В соответствии со статьей 15 Закона № 2300-1 моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Принимая во внимание характер допущенного продавцом нарушения, степень вины нарушителя и степень нравственных страданий истца, с учетом требований разумности и справедливости суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ООО «Сигма» в пользу ФИО1, в размере 5 000 рублей.

Учитывая, что в ходе разрешения спора установлены, в том числе недостатки кухонного гарнитура, за которые несет ответственность ООО «Омега+», оказавшее услуги по сборке мебели, суд полагает правильным взыскать с него в пользу истца моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения его прав некачественно оказанной услугой, в размере 1 000 рублей.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона № 2300-1 при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку факт нарушения прав истца действиями ответчиков установлен, в пользу ФИО1 с ООО «Сигма» взыскана стоимость кухонного гарнитура в размере 194 656 рублей, расходы по его сборке в размере 4 900 рублей, неустойка в размере 145 992 рублей и компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей, размер штрафа, подлежащий взысканию с ответчика ООО «Сигма» в пользу истца, составляет 175 274 рубля.

С ответчика ООО «Омега+» в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 рублей, в связи с чем с него также подлежит взысканию в пользу ФИО1 штраф в размере 500 рублей.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пунктах 11 - 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Интересы истца ФИО1 при рассмотрении судом настоящего гражданского дела представляли адвокат Усачева Г.П. на основании ордера № 263 от 18 февраля 2020 года (л.д. 51) и представитель ФИО2, действующая по устному заявлению доверителя, занесенному в протокол судебного заседания.

За консультацию по правовым вопросам, составление искового заявления, сбора документов, а также за ведение гражданского дела в суде ФИО1 оплатила адвокату Усачевой Г.П. 5 000 рублей по квитанции от 24 января 2020 года и 10 000 рублей по квитанции от 28 февраля 2020 года (л.д. 32, 171).

В соответствии с договором на оказание юридических услуг от 01 сентября 2020 года истцом оплачено представителю ФИО2 10 000 рублей, что подтверждается платежным поручением от 04 сентября 2020 года (л.д. 168-170).

С учетом принципа разумности и справедливости, принимая во внимание степень сложности рассмотренного дела, объем выполненной представителями работы, исходя из стоимости оказываемых на территории Балаковского муниципального района Саратовской области юридических услуг, суд полагает возможным взыскать с ООО «Сигма» и ООО «Омега+» в равных долях в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителей, снизив их общий размер до 15 000 рублей, то есть по 7 500 рублей с каждого ответчика.

Частью 1 статьи 88, статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате экспертам.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации в бюджеты муниципальных районов подлежат зачислению налоговые доходы от федеральных налогов и сборов, в том числе государственной пошлины по делам, рассматриваемым судами общей юрисдикции.

Исходя из размера удовлетворенных исковых требований ФИО1, на основании подпунктов 1 и 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ООО «Сигма» подлежит взысканию в бюджет Балаковского муниципального района Саратовской области государственная пошлина в размере 6 954 рублей 57 копеек (из которых 6 654 рубля 57 копеек за требование имущественного характера и 300 рублей за требование неимущественного характера о компенсации морального вреда), с ООО «Омега+» - 300 рублей за требование неимущественного характера о компенсации морального вреда.

Кроме того, в соответствии с частью 2 статьи 85 ГПК РФ эксперт или судебно-экспертное учреждение не вправе отказаться от проведения порученной им экспертизы в установленный судом срок, мотивируя это отказом стороны произвести оплату экспертизы до ее проведения. В случае отказа стороны от предварительной оплаты экспертизы эксперт или судебно-экспертное учреждение обязаны провести назначенную судом экспертизу и вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов направить заключение эксперта в суд с документами, подтверждающими расходы на проведение экспертизы, для решения судом вопроса о возмещении этих расходов соответствующей стороной с учетом положений части 1 статьи 96 и статьи 98 ГПК РФ.

По смыслу указанных норм при разрешении вопроса о взыскании судебных издержек в порядке, предусмотренном частью 2 статьи 85 ГПК РФ, необходимо учитывать положения статьи 98 ГПК РФ.

Таким образом, при распределении судебных расходов в случае, когда денежная сумма, подлежащая выплате экспертам, не была предварительно внесена стороной на счет суда в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 96 ГПК РФ, денежная сумма, причитающаяся в качестве вознаграждения экспертам за выполненную ими по поручению суда экспертизу, подлежит взысканию с проигравшей гражданско-правовой спор стороны.

Из материалов дела усматривается, что в ходе производства по гражданскому делу по ходатайству истца ФИО1 назначена судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено ООО «НИЛСЭ», расходы по оплате экспертизы возложены на истца (л.д. 117-118).

Истцом ФИО1 оплата за экспертизу не произведена.

Вместе с заключением эксперта от 27 февраля 2020 года в суд поступило ходатайство ООО «НИЛСЭ» об оплате проведенной экспертизы и счет № 60 от 26 июня 2020 года на сумму 26 400 рублей (л.д. 125-126).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание приведенные выше положения процессуального закона, учитывая, что заявленные ФИО1 исковые требования к ответчикам удовлетворены в полном объеме, проведение экспертизы не оплачено, суд приходит к выводу, что денежные средства, подлежащие выплате экспертной организации ООО «НИЛСЭ» за производство судебной экспертизы, необходимо взыскать с ответчиков ООО «Сигма» и ООО «Омега+» в равных долях по 13 200 рублей с каждого.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Сигма», обществу с ограниченной ответственностью «Омега+» о возврате стоимости товара, взыскании убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сигма» в пользу ФИО1 стоимость кухонного гарнитура в размере 194 656 рублей, расходы по сборке кухонного гарнитура в размере 4 900 рублей, неустойку за нарушение сроков удовлетворения требования потребителя о возврате стоимости товара за период с 21 января 2020 года по 05 апреля 2020 года в размере 145 992 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 175 274 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 7 500 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Омега+» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 500 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 7 500 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сигма» в доход бюджета Балаковского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 6 954 рублей 57 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Омега+» в доход бюджета Балаковского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сигма» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательская лаборатория специальных экспертиз» расходы, связанные с производством судебной экспертизы, в размере 13 200 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Омега+» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательская лаборатория специальных экспертиз» расходы, связанные с производством судебной экспертизы, в размере 13 200 рублей.

В течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме на него может быть подана апелляционная жалоба в Саратовский областной суд через Балаковский районный суд Саратовской области.

Мотивированное решение составлено 17 сентября 2020 года.

Судья Т.С. Ефремова