Судья Рогачева А.В. Дело № 33-668/2026

25RS0035-01-2025-000779-82

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года г. Владивосток

Судебная коллегия по гражданским делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Гареевой А.В.,

судей Ярошевой Н.А., Гуцалова И.В.,

при секретаре Гончаренко Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Дальневосточная распределительная сетевая компания» о возложении обязанности, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа по апелляционной жалобе акционерного общества «Дальневосточная распределительная сетевая компания» на решение Шкотовского районного суда Приморского края от 20 августа 2025 года, которым исковые требования ФИО1 удовлетворены в части: на акционерное общество «Дальневосточная распределительная сетевая компания» возложена обязанность в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу исполнить обязательства по технологическому присоединению к электрическим сетям энергопринимающих устройств максимальной мощностью 15 кВт объекта кадастровый №, расположенного в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>, с акционерного общества «Дальневосточная распределительная сетевая компания» в пользу ФИО1 взысканы неустойка за период с 6 сентября 2024 года по 20 августа 2025 года в размере 58321,43 рубль, компенсация морального вреда в размере 50000 рублей, штраф в размере 54161 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказано.

В доход местного бюджета с акционерного общества «Дальневосточная распределительная сетевая компания» взыскана государственная пошлина в размере 7000 рублей.

Заслушав доклад судьи Гареевой А.В., выслушав ФИО1 и ее представителя, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с названным иском, указав в обоснование заявленных требований, что ей принадлежит земельный участок кадастровый №, расположенный в районе 

<

адрес> в 

<

адрес>. 29 февраля 2024 года между ней и АО «ДРСК» заключен договор о технологическом присоединении к электрическим сетям жилого дома, расположенного на указанном земельном участке. Согласно техническим условиям срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня заключения договора и оплаты выставленного счета. 6 марта 2024 года ею произведена оплата за технологическое присоединение в размере 66844,05 рубля. АО «ДРСК» обязано было не позднее 6 сентября 2024 года осуществить строительство ЛЭП-0,4 кВ протяженностью 273 м, организовать коммерческий учет электрической энергии и обеспечить возможность фактического присоединения жилого дома к электрической сети, фактический прием электроэнергии, однако свои обязательства не исполнило. ФИО1 просила обязать АО «ДРСК» исполнить договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям жилого дома на земельном участке кадастровый №, расположенный в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу, взыскать с АО «ДРСК» неустойку за период с 6 сентября 2024 года по 25 апреля 2025 года в размере 38769,55 рублей, неустойку, начиная с 26 апреля 2025 года по день фактического исполнения обязательства по осуществлению технологического присоединения жилого дома к электрическим сетям, компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, штраф в размере 50 % от присужденной суммы.

В судебном заседании ФИО1 поддержала заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласился по доводам письменного отзыва. Заявлено о применении положений ст. 333 ГК РФ к размеру неустойки и штрафа.

Решением Шкотовского районного суда Приморского края от 20 августа 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены в части.

Не согласившись с постановленным решением суда, АО «ДРСК» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, поскольку просрочка исполнения обязательств по договору обусловлена объективными причинами, установленный судом срок исполнения судебного акта не позволит реализовать предусмотренные техническими условиями мероприятия. Судом необоснованно взыскана компенсация морального вреда, поскольку такая мера ответственности не предусмотрена специальным законодательством, присужденная сумма компенсации морального вреда несоразмерна цене договора и определена судом без учета причиненных подтвержденных истцом нравственных и физических страданий. Размер неустойки несоразмерен последствиям нарушенного обязательства, значительно превышает ключевые ставки Банка России, действующие в соответствующие периоды. Штраф не мог быть взыскан на основании норм Закона РФ «О защите прав потребителей», его размер несоразмерен нарушенному обязательству с учетом непродолжительного периода просрочки.

Судебная коллегия, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему.

В силу ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционной инстанции являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела и нарушение или неправильное применение норм материального права.

Таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

В силу п. 1 ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

Отказ лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы не допускается (п. 3 ст. 426 ГК РФ).

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Абзацем 2 п. 2 ст. 310 ГК РФ предусмотрено, что в случае, если исполнение обязательства связано с осуществлением предпринимательской деятельности не всеми его сторонами, право на одностороннее изменение его условий или отказ от исполнения обязательства может быть предоставлено договором лишь стороне, не осуществляющей предпринимательской деятельности, за исключением случаев, когда законом или иным правовым актом предусмотрена возможность предоставления договором такого права другой стороне.

В пункте 3 ст. 401 ГК РФ указано, что, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии со ст. 26 Федерального закона от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством РФ, и носит однократный характер. Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным. Технологическое присоединение осуществляется в сроки, определяемые в порядке, установленном Правительством РФ или уполномоченным им федеральным органом исполнительной власти.

В силу абз. 1 п. 3 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2004 года № 861, сетевая организация обязана выполнить в отношении любого обратившегося к ней лица мероприятия по технологическому присоединению при условии соблюдения им данных правил и наличии технической возможности технологического присоединения.

Независимо от наличия или отсутствия технической возможности технологического присоединения на дату обращения заявителя сетевая организация обязана заключить договор с лицами, указанными в п. п. 12.1, 14 и 34 названных Правил, обратившимися в сетевую организацию с заявкой на технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих им на праве собственности или на ином предусмотренном законом основании, а также выполнить в отношении энергопринимающих устройств таких лиц мероприятия по технологическому присоединению (абз. 2 п. 3 указанных Правил присоединения).

К заявителям, на которых распространяется действие абз. 2 п. 3 Правил присоединения, относятся, в частности, физические лица в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт включительно (с учетом ранее присоединенной в данной точке присоединения мощности), которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику (п. 14).

В соответствии с п. 16 Правил присоединения срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению является обязательным условием договора.

Согласно пп. «б» п. 16 Правил срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, который исчисляется со дня заключения договора не может превышать 6 месяцев - для заявителей, указанных в п.п. 12(1), 14 и 34 настоящих Правил, если технологическое присоединение осуществляется к электрическим сетям, уровень напряжения которых составляет до 20 кВ включительно, если расстояние от существующих электрических сетей необходимого класса напряжения до границ участка заявителя, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства, составляет не более 300 метров в городах и поселках городского типа и не более 500 метров в сельской местности.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15 февраля 2024 года ФИО1 оставлена заявка на технологическое присоединение энергопринимающего устройства жилого дома на земельном участке кадастровый №, расположенный в районе 

<

адрес> в 

<

адрес> для бытовых нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (заявка № ...).

29 февраля 2024 года АО «ДРСК» ФИО1 выданы типовые условия договора об осуществлении технологического присоединения электрическим сетям и технические условия № для присоединения к электрическим сетям энергопринимающих устройств на указанном выше земельном участке, максимальной мощностью 15 кВт, класс напряжения – 0,4 кВ, от проектируемой ЛЭП-0,4 кВ.

В соответствии с техническими условиями сетевая организация приняла обязанности по строительству ЛЭП-0,4 кВ протяженностью 273 м ответвлением от существующей ВЛ-0,4 кВ ф. 3 ТП-81119 до границы земельного участка, реконструкции ВЛ-0,4 кВ с монтажом узла присоединения к ответвленной опоре ВЛ-0,4 кВ, организации коммерческого учета электрической энергии в точке присоединения к электрическим сетям АО «ДРСК», обеспечению организации возможности осуществить действиями заявителя фактическое присоединение объектов к электрическим сетям и фактический прием (подачу) напряжения и мощности для потребления энергопринимающими устройствами заявителя электрической энергии (мощности).

5 марта 2024 года ФИО1 произведена оплата по выставленному счету на оказание услуги по технологическому присоединению.

Согласно п. 13 технических условий срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 6 месяцев со дня оплаты заявителем счета, то есть до 6 сентября 2024 года. 8 марта 2024 года ФИО1 в личном кабинете АО «ДРСК» подтверждена техническая готовность к подключению энергопринимающих устройств.

Вместе с тем, мероприятия по технологическому присоединению АО «ДРСК» не выполнены до настоящего времени, указанное обстоятельство не оспаривалось ответчиком.

Полагая, что АО «ДРСК» ненадлежащим образом исполняются условия договора, нарушен срок технологического присоединения ФИО1 обратилась с претензией в сетевую организацию.

В ответ на претензию АО «ДРСК» сообщило о невозможности технологического присоединения в 2024 году, для выполнения технических условий проводятся торговые процедуры по выбору подрядной организации. Присоединение будет осуществлено до 30 октября 2025 года.

18 апреля 2025 года между АО «ДРСК» и ООО «ТехЦентр» заключен договор подряда № для строительства и реконструкции ЛЭП-0,4 кВ на территории Приморского края.

В письменном отзыве на исковое заявление АО «ДРСК» указано на завершение мероприятий по технологическому присоединению не ранее 30 ноября 2025 года.

Разрешая спор, суд исходил из того, что АО «ДРСК» ненадлежащим образом исполнило обязательство по осуществлению технологического присоединения, в связи с чем признал требование о возложении на АО «ДРСК» обязанности устранить допущенное нарушение обоснованным, определив срок для исполнения обязанности в течение месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

Установив несвоевременное исполнение обязанностей по договору, руководствуясь п. 17 Условий типового договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям и пп «в» п. 16 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, суд взыскал с АО «ДРСК» в пользу ФИО1 неустойку за период с 6 сентября 2024 года по 20 августа 2025 года в размере 58321,43 рубль, не усмотрев оснований для применения положений ст. 333 ГК РФ к примененной мере ответственности.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции относительно разрешения настоящего спора по существу, так как они соответствуют как нормам материального права, регулирующим отношения спорящих сторон, так и имеющим значение для дела фактам, которые подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен такой способ защиты права, как присуждение к исполнению обязанности в натуре.

В соответствии с п. 1 ст. 206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, суд в том же решении может указать, что, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов.

В случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено (п. 2 ст. 206 ГПК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», удовлетворяя требование кредитора о понуждении к исполнению обязательства в натуре, суд обязан установить срок, в течение которого вынесенное решение должно быть исполнено. При установлении указанного срока, суд учитывает возможности ответчика по его исполнению, степень затруднительности исполнения судебного акта, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Устанавливая срок исполнения решения суда равный месяцу, суд исходил из того, что неисполнение ответчиком условий договора по осуществлению технологического присоединения к электрическим сетям существенно нарушает права и законные интересы истца, поскольку лишает его возможности пользоваться электроэнергией и реализовать в полной мере права собственника.

Ответчик, будучи профессиональным участником рынка услуг по технологическому присоединению, на протяжении полутора лет уклоняется от исполнения своих обязательств, неоднократно откладывая исполнение обязательств на более позднюю дату.

Такое необоснованное затягивание сроков осуществления технологического присоединения не отвечает принципам добросовестности и влечет нарушение прав потребителя.

Заключая договор об осуществлении технологического присоединения в 2024 году, ответчик обладал сведениями, необходимыми для реализации обязанностей по указанному договору, поскольку самостоятельно формировал технические условия.

При указанных обстоятельствах, оснований для изменения срока исполнения обязанности по осуществлению технологического присоединения судебная коллегия не находит.

В соответствии с п. 17 договора сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 % от общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки. Совокупный размер неустойки не может превышать размер неустойки, определенный за год просрочки.

Арифметическая верность расчета неустойки, исчисленная судом первой инстанции, АО «ДРСК» не обжалуется, однако приводится довод о неприменении положений ст. 333 ГК РФ.

Согласно ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в п. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Уменьшение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.

Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями, законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения исполнителей к надлежащему оказанию услуг в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.

В соответствии с разъяснениями абз. 3 п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 ГК РФ» ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Между тем, подобных доказательств ответчиком не представлено, обстоятельства непреодолимой силы, названные в п. 19 условий типового договора в качестве освобождающих от ответственности не установлены.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, применение к расчету неустойки иных ставок, чем те, которые предусмотрены условиями типового договора, недопустимо. Величина неустойки является фиксированной в отношениях с потребителями и исчисляется за каждый день просрочки с целью побудить профессионального участка к надлежащему исполнению обязательств.

Отношения, возникающие из договора об осуществлении технологического присоединения, регулируются специальными законами - Федеральным законом от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» и Правилами технологического присоединения, в которых компенсация морального ущерба как мера ответственности за нарушение порядка и сроков технологического присоединения к сетям не предусмотрена.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права, то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений ст. 39 Закона РФ «О защите прав потребителей» к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (ст. ст. 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (ст. 13), о возмещении вреда (ст. 14), о компенсации морального вреда (ст. 15), об альтернативной подсудности (п. 2 ст. 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (п. 3 ст. 17) в соответствии с п. п. 2 и 3 ст. 333.36 НК РФ.

Учитывая приведенные разъяснения, а также то, что договор на осуществление технологического присоединения, заключен между ФИО1 (потребителем) и ответчиком (исполнителем услуг) для оказания услуг, направленных на удовлетворение личных, семейных, домашних и иных нужд и не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, выводы суда первой инстанции о применении к данным правоотношениям положений Закона РФ «О защите прав потребителей» являются верными.

Согласно ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Как разъяснено в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Принимая во внимание данные нормативные положения и разъяснения по их применению, с учетом установления факта нарушения прав истца как потребителя, характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, продолжительности просрочки исполнения обязательства, что влечет для ФИО1 затруднительность удовлетворения бытовых нужд, связанных с проживанием в доме, а также требований разумности и справедливости, судом первой инстанции обоснованно взыскана в пользу истца компенсация морального вреда в размере 50000 рублей и штраф в размере 54161 рубль (58321,43 + 50000 /2).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328-229 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Шкотовского районного суда Приморского края от 20 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «Дальневосточная распределительная сетевая компания» - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.

Председательствующий Судьи