Дело № 2-831/2019 

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 февраля 2019 года г. Чебоксары

Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Тимофеева Е.М., 

при секретаре судебного заседания Клементьевой Н.Ю., 

с участием представителя истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к публичному акционерному обществу «Татфондбанк», обществу с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» о признании недействительными расторжение договора банковского вклада, обязании восстановить обязательства по вкладу, признании недействительным договора доверительного управления, обязании возвратить денежные средства на счет, признании вкладчиком, 

у с т а н о в и л :

ФИО2 с учетом уточнения обратился в суд с исковым заявлением к Публичному акционерному обществу «Татфондбанк» (далее – ПАО «Татфондбанк»), обществу с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» (далее – ООО «ИК «ТФБ Финанс») о признании недействительным расторжение договора банковского вклада физического лица от 21 марта 2016 года №, заключенного между истцом и ПАО «Татфондбанк», применении последствий недействительности сделки, обязании ПАО «Татфондбанк» восстановить обязательства по договору банковского вклада физического лица от 21 марта 2016 года № на сумму 1250000 руб. на условиях данного договора, признании недействительным договора доверительного управления между ФИО2 и ООО «ИК «ТФБ Финанс», заключенного по заявлению о присоединении к договору доверительного управления имуществом от 19 сентября 2016 года №№, обязании ООО «ИК «ТФБ Финанс» возвратить ФИО2 на его счет в ПАО «Татфондбанк» по договору банковского вклада от 21 марта 2016 года № денежные средства в сумме 1250000 руб., признании ФИО2 вкладчиком денежных средств в сумме 1250000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что 20 марта 2015 года между истцом и ПАО «Татфондбанк» путем подписания заявления на открытие банковского вклада физического лица, заключен договор вклада № по продукту «Кто копит на пенсии (с капитализацией %)» на депозитном счете в рублях на сумму 160000 руб. с процентной ставкой от 13,7% годовых, сроком на 367 дней до 21 марта 2016 года. В течение срока вклад неоднократно пополнялся истцом на различные суммы. 21 марта 2016 года договор вклада № был переоформлен путем продления в соответствии с условиями договора от 21 марта 2016 года № на срок до 21 марта 2017 года включительно. По состоянию на 19 сентября 2016 года на счете истца была сумма в размере 1250000 руб. 

19 сентября 2016 года истцу позвонили и предложили прийти в банк по пр.М.Горького г.Чебоксары, где сотрудниками банка настойчиво было предложено заключить другой договор по новому, более выгодному продукту «Доходные инвестиции» с повышенной процентной ставкой 14,5% годовых сроком до 24 февраля 2017 года. Сумма вклада по продукту «Доходные инвестиции» составила 1250000 руб. 

Позднее выяснилось, что истцом было подписано заявление о присоединении к договору доверительного управления имуществом №№ с ООО «ИК «ТФБ Финанс» от 19 сентября 2016 года, на основании которого денежные средства в размере 1250000 руб. были переведены на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс», то есть, истец вступил в сделку с иным лицом. 

Указанный договор доверительного управления был заключен под влиянием обмана и умолчания о существенных деталях совершаемой сделки сотрудниками ПАО «Татфондбанк», в связи с чем является недействительным. ПАО «Татфондбанк» не имеет полномочий по заключению договоров и сделок от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» либо в его интересах. 05 июля 2018 года истец был признан потерпевшим по уголовному делу по признакам преступления предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Его представитель ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, вновь привел их суду. 

Ответчики ПАО «Татфондбанк», ООО «ИК «ТФБ Финанс», явку в суд своих представителей не обеспечили, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Центральный банк Российской Федерации в лице Отделения – Национального банка по Республике Татарстан Волго-Вятского главного управления Центрального банка Российской Федерации, Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили.

Выслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В качестве способов ограничения свободы договора предусмотрены, в частности, институт публичного договора и институт договора присоединения.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, в случае изменения или расторжения договора судом по требованию присоединившейся к договору стороны договор считается действовавшим в измененной редакции либо соответственно не действовавшим с момента его заключения.

Правила, предусмотренные пунктом 2 данной статьи, подлежат применению также в случаях, если при заключении договора, не являющегося договором присоединения, условия договора определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.

Из обстоятельств дела, объяснений представителя истца следует, что 20 марта 2015 года между истцом и ПАО «Татфондбанк» путем подписания заявления на открытие банковского вклада физического лица, заключен договор вклада №. 21 марта 2016 года договор был продлен в соответствии условиями договора № на срок 367 дня до 21 марта 2017 года по продукту «Кто копит на пенсии (с капитализацией %)» на депозитном счете в рублях.

Из карточки клиента следует, что данный договор имеет остаток 1250000 руб.

19 сентября 2016 года денежные средства были перечислены со счета клиента, открытого в ПАО «Татфондбанк», на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс».

Основанием проведения данной операции указано заявление от 19 сентября 2016 года №№ о присоединении к договору доверительного управления имуществом.

Постановлением следователя, прикомандированного в четвертый отдел по расследованию особо важных дел (о преступлениях в сфере экономики) СУ СК России по Республике Татарстан ФИО3 от 05 июля 2018 года ФИО2 признан потерпевшим по уголовному делу №.

Из указанного постановления следует, что в период с 01 августа 2016 года по 15 декабря 2016 года ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 и неустановленные лица, действуя от лица ООО «ИК «ТФБ Финанс», под видом исполнения агентского договора от 02 сентября 2013 года №, заключенного между ПАО «Татфондбанк» и ООО «ИК «ТФБ Финанс», осуществили хищение денежных средств более 1174 вкладчиков. Хранящихся во вкладах в ПАО «Татфондбанк» способом их перевода под видом доверительного управления в ООО «ИК «ТФБ Финанс» на общую сумму более 1174000000 руб., после чего распорядились ими по своему усмотрению. По данному факту 02 июля 2017 года следователем следственной части ГСУ МВД по Республике Татарстан возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Из материалов уголовного дела следует, что 19 сентября 2016 года ФИО2 в отделении ПАО «Татфондбанк» заключил договор №, согласно которому ФИО2 перечислил на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс» сумму в размере 1250000 руб. Однако данные денежные средства в срок, предусмотренный договором клиенту, не возвращены, в связи с чем был причинен имущественный ущерб на сумму 1250000 руб.

Как следует из искового заявления и объяснений представителя истца, 19 сентября 2016 года истцу в операционном офисе ПАО «Татфондбанк» предложено перезаключить договор банковского вклада на более выгодных для вкладчика условиях сроком до 24 февраля 2017 года с процентной ставкой в размере 14,5%. Переоформление договора осуществлялось сотрудником Банка.

Подписывая предложенные бумаги, истец полагал, что заключает договор банковского вклада на срок до 24 февраля 2017 года с процентной ставкой 14,5% годовых, оснований не доверять банку не было, в связи с чем истец со ссылкой на ст.179 ГК РФ обратился в суд.

Договор банковского вклада с гражданами относится к договору присоединения, имеющему публичный характер, условия такого договора определяются банком в стандартных формах.

Согласно статье 834 ГК РФ по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Согласно п.2 ст.2 Федерального закона от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (далее – Закон о страховании вкладов) вклад - денежные средства в валюте Российской Федерации или иностранной валюте, размещаемые физическими лицами или в их пользу в банке на территории Российской Федерации на основании договора банковского вклада или договора банковского счета, включая капитализированные (причисленные) проценты на сумму вклада.

Договор банковского вклада, в котором вкладчиком является гражданин, признается публичным договором (статья 426 ГК РФ).

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (глава 45 ГК РФ), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы или не вытекает из существа договора банковского вклада.

Банк выплачивает вкладчику проценты на сумму вклада в размере, определяем договором банковского вклада. Определенный договором банковского вклада размер процентов на вклад, внесенный гражданином на условиях его выдачи по истечении определенного срока либо по наступлении предусмотренных договором обстоятельств, не может быть односторонне уменьшен банком, если иное не предусмотрено законом (статья 838 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 837 ГК РФ договор банковского вклада заключается на условиях выдачи вклада по первому требованию (вклад до востребования) либо на условиях возврата вклада по истечении определенного договором срока (срочный вклад).

Договором может быть предусмотрено внесение вкладов на иных условиях их возврата, не противоречащих закону.

По договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором.

Условие договора об отказе гражданина от права на получение вклада по первому требованию ничтожно.

В случаях, когда срочный либо другой вклад, иной, чем вклад до востребования, возвращается вкладчику по его требованию до истечения срока либо до наступления иных обстоятельств, указанных в договоре банковского вклада, проценты по вкладу выплачиваются в размере, соответствующем размеру процентов, выплачиваемых банком по вкладам до востребования, если договором не предусмотрен иной размер процентов.

В случаях, когда вкладчик не требует возврата суммы срочного вклада по истечении срока либо суммы вклада, внесенного на иных условиях возврата, - по наступлению предусмотренных договором обстоятельств, договор считается продленным на условиях вклада до востребования, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии со статьей 840 ГК РФ возврат вкладов граждан банком обеспечивается путем осуществляемого в соответствии с законом обязательного страхования вкладов, а в предусмотренных законом случаях и иными способами.

Способы обеспечения банком возврата вкладов юридических лиц определяются договором банковского вклада.

При заключении договора банковского вклада банк обязан предоставить вкладчику информацию об обеспеченности возврата вклада.

При невыполнении банком предусмотренных законом или договором банковского вклада обязанностей по обеспечению возврата вклада, а также при утрате обеспечения или ухудшении его условий вкладчик вправе потребовать от банка немедленного возврата суммы вклада, уплаты на нее процентов в размере, определяемом в соответствии с пунктом 1 статьи 809 ГК РФ, и возмещения причиненных убытков.

Пунктом 1 статьи 845 ГК РФ по договору банковского счета на банк возложена обязанность принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Статьями 848, 849 ГК РФ установлена обязанность банка совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное; по распоряжению клиента выдавать или перечислять со счета денежные средства клиента не позже дня, следующего за днем поступления в банк соответствующего платежного документа, если иные сроки не предусмотрены законом, изданными в соответствии с ним банковскими правилами или договором банковского счета.

В силу пунктов 1, 1.1, 3 статьи 859 ГК РФ договор банковского счета расторгается по заявлению клиента в любое время. Если иное не предусмотрено договором, при отсутствии в течение двух лет денежных средств на счете клиента и операций по этому счету банк вправе отказаться от исполнения договора банковского счета, предупредив в письменной форме об этом клиента. Договор банковского счета считается расторгнутым по истечении двух месяцев со дня направления банком такого предупреждения, если на счет клиента в течение этого срока не поступили денежные средства. Остаток денежных средств на счете выдается клиенту либо по его указанию перечисляется на другой счет не позднее семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента.

В соответствии со статьей 1013 ГК РФ и статьей 5 Федерального закона от 22 апреля 1996 года № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», объектом доверительного управления могут быть денежные средства. Деятельностью по управлению ценными бумагами признается деятельность по доверительному управлению ценными бумагами, денежными средствами, предназначенными для совершения сделок с ценными бумагами и (или) заключения договоров, являющихся производными финансовыми инструментами.

Как следует из ч.2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

По смыслу указанной нормы при совершении сделки под влиянием обмана волеизъявление потерпевшей стороны не соответствует ее действительной воле, либо она вообще лишена возможности действовать по своей воле и в своих интересах. При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Обязательным условием применения ст.179 ГК РФ является наличие умысла на совершение обмана. Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Обман может заключаться в утверждениях об определенных фактах и в умолчании, намеренном сокрытии фактов и обстоятельств, знание о которых отвратило бы потерпевшего от совершения сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман (п.99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием обмана, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного Кодекса.

Положениями статьи 167 ГК РФ определено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статьей 56 ГК РФ на каждую сторону возложено бремя доказывания тех обстоятельств, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование доводов о признании договора доверительного управления недействительным, истец ссылается на то обстоятельство, что в отношении него совершен обман со стороны ответчиков относительно предмета сделки, лица, с которым вступает в сделку, также не был проинформирован о возможной утрате вложенных денежных средств, оформление документов происходило в помещении Банка лицом, имеющим соответствующие признаки принадлежности к банковским работникам ПАО «Татфондбанк» (фирменная одежда, бейдж работника Банка, наличие доступа к сведениям о банковском вкладе истца и возможности внесения изменений в них, реквизиты Банка на печатях).

Данные доводы истца ответчиками не опровергнуты.

Кроме того, в заявлении о присоединении к договору доверительного управления имуществом от 19 сентября 2016 года не указано, какому юридическому лицу адресовано заявление. Действия истца по подписанию документов, предложенных работником ПАО «Татфондбанк», были аналогичны её действиям, по оформлению вклада, совершенных ранее, поэтому воспринимались истцом как очередное переоформление вклада.

Доказательств того, что ФИО2 были разъяснены существенные отличия договора банковского вклада от договора доверительного управления имуществом, отсутствие страхования вложенных денежных средств и изменение стороны в сделке с ПАО «Татфондбанк» на ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс», суду не представлено.

Следовательно, у истца имелись все основания полагать, что происходит оформление им договора банковского вклада на очередной срок под более высокий процент.

При этом суд исходит из того, что гражданин-потребитель не обладает специальными познаниями в банковской сфере и в сфере осуществления доверительного управления имуществом, права потребителей как наиболее слабой стороны сделки обеспечиваются особой защитой государства. Эти же обстоятельства требуют от профессиональных участников этих рынков ясного и понятного регламентированного поведения и оформления соответствующих правоотношений, таким образом, чтобы надлежащим образом подтверждалось, что потребитель ясно понимает и осознает последствия и результаты заключения сделок.

Вместе с тем, полная и достоверная информация о финансовом состоянии кредитной организации и направленности всех совершаемых сделок, не были предоставлены истцу. Это свидетельствует о недобросовестном поведении стороны ответчиков, как лиц, предоставляющих услуги потребителям.

Кроме того, представленный суду «Агентский договор № (на привлечение клиентов)» от 02 сентября 2013 года не является подтверждением полномочий ПАО «Татфондбанк» по заключению договоров и сделок от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс» либо в интересах ООО «ИК «ТФБ Финанс» по следующим основаниям. 

В силу ст.1011 ГК РФ к отношениям, вытекающим из агентского договора, применяются правила, предусмотренные главой 49 или главой 51 настоящего Кодекса, в зависимости от того, действует агент по условиям этого договора от имени принципала или от своего имени, если эти правила не противоречат положениям настоящей главы или существу агентского договора.

ООО «ИК «ТФБ Финанс» обязано было выдать ПАО «Татфондбанк» доверенность на совершение соответствующих юридических действий, чего в данном случае сделано не было, что говорит об отсутствии у ПАО «Татфондбанк» соответствующих полномочий по заключению договоров доверительного управления имуществом и на подписание каких - либо документов от имени ООО «ИК «ТФБ Финанс». 

Из анализа условий агентского договора № (на привлечение клиентов)» от 02 сентября 2013 года и положений глав 49, 51, 52 ГК РФ следует, что предметом агентского договора является лишь поиск ПАО «Татфондбанк» клиентов с последующей их передачей ООО «ИК «ТФБ Финанс» для заключения договора доверительного управления имуществом, но никак не самостоятельное заключение договоров и сделок в интересах ООО «ИК «ТФБ Финанс» с их подписанием и исполнением.

Также следует отметить, что истцу не были разъяснены работниками ПАО «Татфондбанк» существенные отличия договора банковского вклада от договора доверительного управления имуществом, отсутствие страхования вложенных денежных средств и изменение стороны в сделке с ПАО «Татфондбанк» на ООО «ИК «ТФБ Финанс». Доказательств обратного суду не представлено.

Исследовав материалы дела, суд полагает, что риски истца при заключении договора банковского вклада, застрахованного в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 года №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации», были несопоставимы с рисками, связанными с заключением договора доверительного управления имуществом с ООО «ИК «ТФБ Финанс».

Анализируя текст заявления о присоединении к договору доверительного управления имуществом в совокупности с указанными выше обстоятельствами по открытию текущего банковского счета, банковского вклада, отсутствие у истца специальных познаний в сфере финансов, суд приходит к выводу о наличии порока воли истца при заключении договора доверительного управления №№ от 19 сентября 2016 года, заключенного между им и ООО «ИК «ТФБ Финанс». Истец имел намерение открыть в ПАО «Татфондбанк» вклад на более выгодных условиях на сумму 1 250 000 руб.

То обстоятельство, что истцом было подписано заявление на перечисление денежных средств на счет ООО «ИК «ТФБ Финанс» и о присоединении к договору доверительного управления имуществом, само по себе не свидетельствует о том, что истец понимал природу совершаемых сделок. В данном случае его подпись выражает волеизъявление, однако оно сформировалось под влиянием ошибочных представлений, вследствие заблуждения, которое является существенным в смысле пункта 1 статьи 178 ГК РФ. 

Таким образом, сделка по присоединению к договору доверительного управления имуществом заключена истцом под влиянием существенного заблуждения относительно его природы и лица, с которым он вступил в сделку, в связи с чем, требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ общими последствиями недействительности сделок является двусторонняя реституция, сводящаяся к обязанности каждой из сторон возвратить другой стороне все полученное по соответствующей сделке.

В силу статьи 167 ГК РФ в целях реализации последствий недействительности сделки, предусмотренных статьями 178, 167 ГК РФ, суд полагает необходимым применить последствия недействительности сделок, признать ФИО2 вкладчиком ПАО «Татфондбанк» денежных средств в сумме 1 250 000 руб., внесенных им в ПАО «Татфондбанк» по договору банковского вклада от 21 марта 2016 года, обязать ПАО «Татфондбанк» восстановить обязательства по договору банковского вклада физического лица от 21 марта 2016 года № на сумму 1250000 руб. на условиях данного договора, обязать ООО «ИК «ТФБ Финанс» возвратить ФИО2 на его счет в ПАО «Татфондбанк» по договору банковского вклада от 21 марта 2016 года № денежные средства в сумме 1250000 руб.

Согласно ст.103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчиков в солидарном порядке подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета города Чебоксары в размере 900 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Признать недействительным расторжение договора банковского вклада физического лица от 21 марта 2016 года №, заключенного между публичным акционерным обществом «Татфондбанк» и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки, обязать ПАО «Татфондбанк» восстановить обязательства перед ФИО2 по договору банковского вклада физического лица от 21 марта 2016 года № в сумме 1250000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) руб. 00 коп. на условиях данного договора.

Признать недействительным договор доверительного управления, заключенный между ФИО2 и ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» на основании заявления о присоединении к договору доверительного управления имуществом от 19 сентября 2016 года №№.

Применить последствия недействительности сделки, обязать ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» возвратить на счет ФИО2 в ПАО «Татфондбанк» по договору банковского вклада от 21 марта 2016 года № денежные средства в сумме 1250000(один миллион двести пятьдесят тысяч) руб. 

Признать ФИО2 вкладчиком денежных средств в сумме 1250000 (один миллион двести пятьдесят тысяч) руб. 0 коп. по договору банковского вклада физического лица № от 22 мая 2015 года в ПАО «Татфондбанк».

Взыскать с ПАО «Татфондбанк» и ООО «Инвестиционная компания «ТФБ Финанс» в доход местного бюджета муниципального образования города Чебоксары государственную госпошлину по 450 (четыреста пятьдесят) руб. с каждого.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения. 

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Калининский районный суд г.Чебоксары Чувашской Республики в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления. 

Судья Е.М. Тимофеева

Мотивированное решение составлено 04 марта 2019 года.