Дело № 2-2997/2020 

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

город Воронеж 28 сентября 2020 года

Коминтерновский районный суд г. Воронежа 

в составе председательствующего судьи Кузьминой И.А.,

при секретаре Араповой А.А.,

с участием помощника прокурора 

Коминтерновского района г. Воронежа Павловой Ю.А.,

истца ФИО1,

его представителя, действующего на основании нотариальной

доверенности (№) от 30.05.2018 ФИО2, 

представителя ответчика, действующего на основании 

доверенности № (№) от 17.06.2018 ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Промтекстиль», в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований указав, что проходил профессиональное обучение в качестве ученика по должности – оператор технологических установок с 14.11.2017 у ответчика, 25.11.2017 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он лишился 4 пальцев левой руки, что привело к длительному лечению, установлению 3 группы инвалидности и невозможности осуществлять трудовую деятельность. В результате несчастного случая ему причинены физические и нравственные страдания. Он перенес физическую боль, связанную с причинением увечья. В связи с чем, вынужден обратиться в суд с вышеуказанным иском.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, исковые требования поддержали. 

Представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения иска в заявленном размере возражал, просил о снижении до 50 000 руб., которые истцу ранее уже были выплачены.

В заключении помощник прокурора Коминтерновского района городского округа город Воронеж Павлова Ю.А. полагала необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1, в части, полагая возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Выслушав истца, заключение помощника прокурора Коминтерновского района г. Воронежа Павловой Ю.А., проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

Правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются Гражданским и Трудовым Кодексами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 Гражданского Кодекса РФ (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

Статьей 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии с п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 25.07.2019 года исковые требования ФИО1 к ООО «Промтекстиль» о возмещении вреда здоровью в виде утраченного заработка, удовлетворены.

Как установлено в ходе судебного разбирательства 25.11.2017 ФИО1 в период действия ученического договора при работе на технологическом оборудовании ООО «Промтекстиль» были причинены телесные повреждения – размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, при этом Акт о несчастном случае, квалифицированном по результатам расследования как несчастный случай на производстве, в порядке ст.230 ТК РФ не составлялся, несмотря на то, что ФИО1, являясь учеником, относился к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, а травма наступила в период выполнения им работы на территории работодателя.

ООО «Промтекстиль» составлен Акт № (№) расследования обстоятельств непроизводственной травмы, в котором установлены обстоятельства ее получения: 25.11.2017 ФИО1 находился на обучении у оператора ультразвуковой резки ФИО4, во время работы ФИО4 находился в головной части оборудования, голосом сообщил о включении машины, включил оборудование и услышал крик, нажал кнопку стоп, подошел к ФИО1 и увидел травму, оказал первую помощь и вызвал скорую помощь, а также Протокол расследования, в котором отражено, что комиссия установила факт травмированияФИО1 на территории предприятия, вину ФИО1 в нарушении правил охраны труда, так как приступил к практическому обучению не имея на это допуска, вину ФИО4, так как позволил ФИО1 практическое обучение.

Выписным эпикризом, Выписками из истории болезни, листками нетрудоспособности подтверждается, что ФИО1, 1995г.р., находился на стационарном и амбулаторном лечении:

- в период с 25.11.2017 по 12.12.2017 в БУЗ ВО «ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, где 25.11.2017 ему была проведена операция: пхо ран, ампутация ногтевых фаланг, пластика сухожилий, кожная пластика кожными лоскутами передней брюшной стенки, с выдачей листков нетрудоспособности на период с 25.11.2017г. 15.12.2017;

-в период с 06.02.2018 по 16.02.2018 в БУЗ ВО ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, травматическая ампутация ногтевых фаланг, воспаление кожного лоскута, кровообращение в лоскутах и кисти было компенсировано, получал терапию антибактериальную и анальгизирующую;

- в период с 27.08.2018 по 06.09.2018 в БУЗ ВО ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, травматическая ампутация ногтевых фаланг, дерматодесмогенная контрактура 4 пальца левой руки, получал терапию антибактериальную и анальгизирующую, с выдачей листка нетрудоспособности с 27.08.2018 по 07.09.2018;

- в БУЗ ВО «ВГКП №1» с 16.12.2017 по 22.05.2018, с 08.09.2018 по 08.10.2018 с выдачей листком нетрудоспособности.

ФИО1 была установлена 3 группа инвалидности по общему заболеванию – последствия травм верхней конечности – последствия травмы и оперативного вмешательства от 25.11.2017 размозжения и травматической ампутации 2,3,4,5 пальцев левой кисти в виде культей 2,3,4,5 пальцев левой кисти на уровне оснований средних фаланг, нарушение схвата левой кисти, болевой синдром, стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, на период до 01.11.2020, что подтверждается Справкой серии (№) (л.д.11).

Решением суда от 25.07.2019 также установлено, что со стороны ответчика были нарушены нормы охраны труда, а именно был допущен пострадавший (ученик) к самостоятельной работе до окончания полного курса обучения по охране труда, проверки знаний требований охраны труда и стажировки на рабочем месте. Оснований полагать, что ФИО1 проявил собственную инициативу и приступил к выполнению работы на машине ультразвуковой резки самовольно без разрешения уполномоченных ООО «Промтекстиль» лиц, нет исходя из фактических обстоятельств произошедшего: событие имело место в выходной день на территории ООО «Промтекстиль», когда к работе были организовано привлечены работники для выполнения работ сверх установленной продолжительности рабочего времени, при этом присутствие второго оператора технологического оборудования для работы на машине, на которой выполнял трудовые обязанности ФИО4, обеспечено не было; работу на машине ФИО1 выполнял с согласия наставника. Поскольку в результате неправомерных действий сотрудников ответчика, являющегося владельцем источника повышенной опасности – машины ультразвуковой резки, истцу был причинен вред здоровью, приведший к установлению ему 3 группы инвалидности.

Изложенные последствия несчастного случая с ФИО1 свидетельствует о том, что он перенес большие физические страдания.

Физические страдания сопровождаются нравственными. Кроме того, что размозжения и травматической ампутации 2,3,4,5 пальцев левой кисти в виде культей 2,3,4,5 пальцев левой кисти на уровне оснований средних фаланг, нарушение схвата левой кисти, болевой синдром, стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций вызовет определенные трудности при устройстве на работу, осуществлении ее, у истца, молодого человека, обезображена в связи с этим рука.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" компенсация морального вреда (ст. 237 ТК РФ) возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Возмещение же морального вреда следует возложить в силу изложенных выше норм на работодателя, как виновного в данном несчастном случае с истцом. Добровольно он этот вред не компенсировал.

Поэтому, оснований отказывать в компенсации морального вреда в судебном порядке, нет.

С учетом всех этих обстоятельств суд определяет размер компенсации ФИО1 в размере 200 000 руб. Размер компенсации морального вреда в данном случае суд определяет с учетом тяжести повреждения здоровья истца, длительного периода временной нетрудоспособности, последствий в виде ампутации пальцев, а также с учетом степени вины работодателя и того обстоятельства, что истец при должной степени осмотрительности мог избежать повреждения здоровья.

При этом, для признания действий истца грубой неосторожностью, позволяющей в силу ст. 1083 ГК РФ освободить работодателя от материальной ответственности, суд не находит оснований. 

Размер компенсации в 1 000 000 руб., заявленный истцом, не соответствует ни степени вины причинителя вреда, ни причиненным последствиям.

Сумму компенсации морального вреда в 200 000 руб. ответчик в состоянии погасить. Поскольку, является действующим юридическим лицом, о своем тяжелом финансовом состоянии не заявлял. 

Но и меньше присужденного размера, суд не считает необходимым взыскивать компенсацию морального вреда, учитывая степень физических и нравственных страданий истца и другие вышеперечисленные последствия данного несчастного случая.

Довод представителя ответчика о том, что истцу уже компенсирован моральный вред в размере 50 000 руб. суд не может признать состоятельными. Поскольку, как установлено решением суда от 25.07.2019 года, факт получения от работодателя в целом 50 000 рублей не отрицается ФИО1 Однако доказательств того, что переданные денежные средства в размере 50000 рублей были переданы в виде финансирования лечения пострадавшего, компенсации ему морального вреда, или в иных целях именно ООО «Промтекстиль», суду до настоящего времени не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы, связанные с уплатой государственной пошлины при подаче иска, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд - 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Коминтерновский районный суд города Воронежа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 05 октября 2020 года.

Судья И.А. Кузьмина 

Дело № 2-2997/2020 Р Е Ш Е Н И Е 

Именем Российской Федерации

город Воронеж 28 сентября 2020 года

Коминтерновский районный суд г. Воронежа 

в составе председательствующего судьи Кузьминой И.А.,

при секретаре Араповой А.А.,

с участием помощника прокурора 

Коминтерновского района г. Воронежа Павловой Ю.А.,

истца ФИО1,

его представителя, действующего на основании нотариальной

доверенности (№) от 30.05.2018 ФИО2, 

представителя ответчика, действующего на основании 

доверенности № (№) от 17.06.2018 ФИО3 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Промтекстиль», в котором просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обоснование заявленных требований указав, что проходил профессиональное обучение в качестве ученика по должности – оператор технологических установок с 14.11.2017 у ответчика, 25.11.2017 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он лишился 4 пальцев левой руки, что привело к длительному лечению, установлению 3 группы инвалидности и невозможности осуществлять трудовую деятельность. В результате несчастного случая ему причинены физические и нравственные страдания. Он перенес физическую боль, связанную с причинением увечья. В связи с чем, вынужден обратиться в суд с вышеуказанным иском.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2, исковые требования поддержали. 

Представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения иска в заявленном размере возражал, просил о снижении до 50 000 руб., которые истцу ранее уже были выплачены.

В заключении помощник прокурора Коминтерновского района городского округа город Воронеж Павлова Ю.А. полагала необходимым удовлетворить исковые требования ФИО1, в части, полагая возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

Выслушав истца, заключение помощника прокурора Коминтерновского района г. Воронежа Павловой Ю.А., проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

Правоотношения, возникшие между сторонами, регулируются Гражданским и Трудовым Кодексами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 Гражданского Кодекса РФ (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

Статьей 220 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии с п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда; указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 25.07.2019 года исковые требования ФИО1 к ООО «Промтекстиль» о возмещении вреда здоровью в виде утраченного заработка, удовлетворены.

Как установлено в ходе судебного разбирательства 25.11.2017 ФИО1 в период действия ученического договора при работе на технологическом оборудовании ООО «Промтекстиль» были причинены телесные повреждения – размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, при этом Акт о несчастном случае, квалифицированном по результатам расследования как несчастный случай на производстве, в порядке ст.230 ТК РФ не составлялся, несмотря на то, что ФИО1, являясь учеником, относился к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, а травма наступила в период выполнения им работы на территории работодателя.

ООО «Промтекстиль» составлен Акт № (№) расследования обстоятельств непроизводственной травмы, в котором установлены обстоятельства ее получения: 25.11.2017 ФИО1 находился на обучении у оператора ультразвуковой резки ФИО4, во время работы ФИО4 находился в головной части оборудования, голосом сообщил о включении машины, включил оборудование и услышал крик, нажал кнопку стоп, подошел к ФИО1 и увидел травму, оказал первую помощь и вызвал скорую помощь, а также Протокол расследования, в котором отражено, что комиссия установила факт травмированияФИО1 на территории предприятия, вину ФИО1 в нарушении правил охраны труда, так как приступил к практическому обучению не имея на это допуска, вину ФИО4, так как позволил ФИО1 практическое обучение.

Выписным эпикризом, Выписками из истории болезни, листками нетрудоспособности подтверждается, что ФИО1, 1995г.р., находился на стационарном и амбулаторном лечении:

- в период с 25.11.2017 по 12.12.2017 в БУЗ ВО «ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, где 25.11.2017 ему была проведена операция: пхо ран, ампутация ногтевых фаланг, пластика сухожилий, кожная пластика кожными лоскутами передней брюшной стенки, с выдачей листков нетрудоспособности на период с 25.11.2017г. 15.12.2017;

-в период с 06.02.2018 по 16.02.2018 в БУЗ ВО ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, травматическая ампутация ногтевых фаланг, воспаление кожного лоскута, кровообращение в лоскутах и кисти было компенсировано, получал терапию антибактериальную и анальгизирующую;

- в период с 27.08.2018 по 06.09.2018 в БУЗ ВО ВОКБ №1» с диагнозом: производственная травма, размозжение 2,3,4,5 пальцев левой кисти, обширный дефект мягких тканей 2,3,4,5 пальцев, травматическая ампутация ногтевых фаланг, дерматодесмогенная контрактура 4 пальца левой руки, получал терапию антибактериальную и анальгизирующую, с выдачей листка нетрудоспособности с 27.08.2018 по 07.09.2018;

- в БУЗ ВО «ВГКП №1» с 16.12.2017 по 22.05.2018, с 08.09.2018 по 08.10.2018 с выдачей листком нетрудоспособности.

ФИО1 была установлена 3 группа инвалидности по общему заболеванию – последствия травм верхней конечности – последствия травмы и оперативного вмешательства от 25.11.2017 размозжения и травматической ампутации 2,3,4,5 пальцев левой кисти в виде культей 2,3,4,5 пальцев левой кисти на уровне оснований средних фаланг, нарушение схвата левой кисти, болевой синдром, стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, на период до 01.11.2020, что подтверждается Справкой серии (№) (л.д.11).

Решением суда от 25.07.2019 также установлено, что со стороны ответчика были нарушены нормы охраны труда, а именно был допущен пострадавший (ученик) к самостоятельной работе до окончания полного курса обучения по охране труда, проверки знаний требований охраны труда и стажировки на рабочем месте. Оснований полагать, что ФИО1 проявил собственную инициативу и приступил к выполнению работы на машине ультразвуковой резки самовольно без разрешения уполномоченных ООО «Промтекстиль» лиц, нет исходя из фактических обстоятельств произошедшего: событие имело место в выходной день на территории ООО «Промтекстиль», когда к работе были организовано привлечены работники для выполнения работ сверх установленной продолжительности рабочего времени, при этом присутствие второго оператора технологического оборудования для работы на машине, на которой выполнял трудовые обязанности ФИО4, обеспечено не было; работу на машине ФИО1 выполнял с согласия наставника. Поскольку в результате неправомерных действий сотрудников ответчика, являющегося владельцем источника повышенной опасности – машины ультразвуковой резки, истцу был причинен вред здоровью, приведший к установлению ему 3 группы инвалидности.

Изложенные последствия несчастного случая с ФИО1 свидетельствует о том, что он перенес большие физические страдания.

Физические страдания сопровождаются нравственными. Кроме того, что размозжения и травматической ампутации 2,3,4,5 пальцев левой кисти в виде культей 2,3,4,5 пальцев левой кисти на уровне оснований средних фаланг, нарушение схвата левой кисти, болевой синдром, стойкие умеренные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций вызовет определенные трудности при устройстве на работу, осуществлении ее, у истца, молодого человека, обезображена в связи с этим рука.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 219, 220, 212 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" компенсация морального вреда (ст. 237 ТК РФ) возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Возмещение же морального вреда следует возложить в силу изложенных выше норм на работодателя, как виновного в данном несчастном случае с истцом. Добровольно он этот вред не компенсировал.

Поэтому, оснований отказывать в компенсации морального вреда в судебном порядке, нет.

С учетом всех этих обстоятельств суд определяет размер компенсации ФИО1 в размере 200 000 руб. Размер компенсации морального вреда в данном случае суд определяет с учетом тяжести повреждения здоровья истца, длительного периода временной нетрудоспособности, последствий в виде ампутации пальцев, а также с учетом степени вины работодателя и того обстоятельства, что истец при должной степени осмотрительности мог избежать повреждения здоровья.

При этом, для признания действий истца грубой неосторожностью, позволяющей в силу ст. 1083 ГК РФ освободить работодателя от материальной ответственности, суд не находит оснований. 

Размер компенсации в 1 000 000 руб., заявленный истцом, не соответствует ни степени вины причинителя вреда, ни причиненным последствиям.

Сумму компенсации морального вреда в 200 000 руб. ответчик в состоянии погасить. Поскольку, является действующим юридическим лицом, о своем тяжелом финансовом состоянии не заявлял. 

Но и меньше присужденного размера, суд не считает необходимым взыскивать компенсацию морального вреда, учитывая степень физических и нравственных страданий истца и другие вышеперечисленные последствия данного несчастного случая.

Довод представителя ответчика о том, что истцу уже компенсирован моральный вред в размере 50 000 руб. суд не может признать состоятельными. Поскольку, как установлено решением суда от 25.07.2019 года, факт получения от работодателя в целом 50 000 рублей не отрицается ФИО1 Однако доказательств того, что переданные денежные средства в размере 50000 рублей были переданы в виде финансирования лечения пострадавшего, компенсации ему морального вреда, или в иных целях именно ООО «Промтекстиль», суду до настоящего времени не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы, связанные с уплатой государственной пошлины при подаче иска, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд - 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Промтекстиль» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через Коминтерновский районный суд города Воронежа в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 05 октября 2020 года.

Судья И.А. Кузьмина 

1версия для печати