Дело № 22-2039 судья Старикова Н.Г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

7 сентября 2020 года г.Тула

Тульский областной суд в составе: 

председательствующего судьи Угнивенко Г.И., 

при помощнике судьи Глебове А.П.,

с участием прокурора Снетковой И.А., 

осужденного ФИО7, 

защитника – адвоката Соловьева А.В., представившего удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер №270805 от 3 сентября 2020 года, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу осужденного ФИО7 на приговор Богородицкого районного суда Тульской области от 9 июня 2020 года, в соответствии с которым 

ФИО7, 

<

данные изъяты>, холостой, имеющий на иждивении малолетнего сына, не судимый, 

осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к наказанию в виде ограничения свободы на срок 2 года, в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года, с возложением ограничений и обязанностей. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения. 

Доложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений, выслушав выступления осужденного ФИО7, защитника – адвоката Соловьева А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Снетковой И.А., полагавшей приговор оставить без изменения,

установил:

по приговору ФИО7 признан виновным и осужден за то, что, управляя автомобилем 11 октября 2018 года в период с 15 часов 30 минут по 16 часов 10 минут и следуя по проезжей части ул.Кирова пос.Товарковского Богородицкого района Тульской области в направлении пос.Куркино Тульской области, нарушил правила дорожного движения, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО7 цитируя положения ст.389.15 УПК РФ выражает несогласие с приговором, считая его несправедливым ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе предварительного следствия и судом первой инстанции, вынесенным с нарушением уголовно-процессуального закона и неправильном применении уголовного закона. 

Просит приговор отменить. 

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО7, излагая обстоятельства уголовного дела, приводя положения праворазъяснительной практики, полагает, что на этапе возбуждения дела и его дальнейшего расследования неправильно определены обстоятельства, которые подлежали доказыванию. Считает что не соответствующие действительности факты, положенные в основу предъявленного ему обвинения, привели к несправедливому наказанию.

Отмечает, что недоказанность фактов, которые имеют юридически важное значение и которые положены в основу его обвинения, не полное и не всестороннее изучение материалов дела привело к неточности установления истины по факту ДТП в рамках данного уголовного дела.

Полагает, что суд первой инстанции вопреки требованиям закона придал решающее значение проведенной по делу судебно-медицинской экспертизе об определении степени тяжести полученных ФИО1. в ДТП телесных повреждений.

Считает, что, несмотря на то, что в судебном заседании предметом исследования были все три проведенные судебно медицинские экспертизы (№284 от 12.11.2018 года, № 16-Д от 21.01.2019 года и №23 от 11.02.2019 года), суд в приговоре сослался как на доказательства его вины только на заключения №23 от 11.02.2019 года и № 16-Д от 21.01.2019 года, признав их допустимыми, достоверными и достаточными доказательствами, не дав аргументированной оценки имеющимся противоречиям.

Приводя положения уголовно – процессуального законодательства, считает, что исследовательские части экспертных заключений, положенных в основу его виновности в совершенном преступлении, противоречат друг другу, а выводы медицинского заключения недостаточно аргументированы, и, в связи с тем, что именно они влияют на исход уголовного дела, в ходе судебного следствия им было заявлено ходатайство о проведении дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы с подробным его обоснованием. Однако данное ходатайство по непонятным причинам было отклонено.

Полагает неубедительными доводы, положенные судом в обоснование отклонения данного ходатайства. 

В связи с тем, что суд не обладает специальными медицинскими познаниями, он был вынужден обратиться за разъяснениями к специалистам в независимое медицинское экспертное заключение.

Приводит п.6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 г. N 28 и указывает, что справки, акты, заключения и иные формы фиксации результатов ведомственного или другого исследования, полученные по запросу органов предварительного следствия или суда, не могут рассматриваться как заключение эксперта и служить основанием к отказу в проведении судебной экспертизы. Полагает, что указанные положения не препятствуют приобщению к материалам уголовного дела и использованию в процессе доказывания заключения специалиста, полученного в соответствии с частью 3 статьи 80 УПК РФ (ст. 389.13 УПК РФ).

Приводит определение Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС17-11486 от 25.01.2018г. и отмечает, что заключение специалистов является заключением, составленным в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 188 ГПК РФ, 58 УПК РФ, 55.1 АПК РФ и подлежит исследованию по общим правилам оценки доказательств.

Утверждает, что выводы независимых экспертов, сделанные в результате подробного анализа рецензируемого заключения №23 от 11.02.2019 года и материалов уголовного дела с точки зрения его научной и методической обоснованности, соответствия рекомендациям, выработанным общей теорией судебной экспертизы, также относительно соблюдения требований действующего процессуального законодательства и законодательства, регулирующего судебно-экспертную деятельность, свидетельствуют о наличии ошибок при производстве экспертизы и в выводах суда о допустимости, достоверности и достаточности сведений, которыми располагали эксперты, чтобы имеющиеся в распоряжении суда первой инстанции экспертные заключения могли быть признаны доказательством по делу.

Согласно выводам независимых экспертов, рецензируемое Заключение выполнено в нарушение требований статьи 25 Федерального закона № 73- ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ»" от 31.05.2001 г. (с изменениями) и содержит не все сведения, обязательные для заключения эксперта, а именно отсутствует письменное поручение и сведения о том, когда и кем экспертам поручено производство экспертизы и когда и кем им разъяснены процессуальные права и обязанности эксперта, а также когда и кем они предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

Таким образом, Заключение выполнено должностными лицами, процессуально не привлеченными в качестве экспертов для проведения экспертизы судом либо должностным лицом, назначившим судебную экспертизу, и не предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения до начала экспертного исследования.

Указывает, что в Заключении представлены неполные сведения об экспертах, отсутствуют сведения о действующем сертификате специалистов, а также о документах, свидетельствующих о наличии специальной медицинской подготовки экспертов.

Кроме того, указывает, что при анализе рецензируемого экспертного Заключения выявлены нарушения методики проведения данного вида исследования, которые не позволяют считать Заключение объективным, обоснованным и полным, составленным на строго научной и практической основе, с исчерпывающими ответами на поставленные вопросы. Так, в нарушение ст. 25 Федерального закона от 31.01.2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» №73-Ф3 и требований, предъявляемых Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ №346н от 12.05.2010 года «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ» исследовательской части Заключения, не указана оценка результатов исследований и полученных результатов при исследовании медицинских документов материалов дела и обстоятельств дела.

Из текста материалов дела и из Заключения известно, что согласно предъявленному ФИО7 обвинению пострадавшему в ДТП ФИО1. в соответствии с Заключением № 23 от 11.02.2019 г. повторной медицинской судебной экспертизы причинен тяжкий вред здоровью. В основу обвинения ФИО7 положено лишь исследуемое Заключение, и обвинение построено на выводах Заключения. В Заключении при этом не указано, что по делу было назначено и проведено ещё несколько судебно-медицинских экспертиз об определении степени вреда здоровью ФИО1 (№284 от 12.11.2018 года, № 16-Дот 18-21.01.2019 года).

Обращает внимание, что отсутствуют свидетельства изучения экспертами обстоятельств дела, что вызвало необходимость поставить дополнительные вопросы для разрешения, поскольку с учетом квалифицирующих признаков, установленных частью 2 статьи 318 УПК РФ, результаты экспертизы влияют на исход уголовного дела. 

Подробно приводит заключение эксперта №23 от 11.02.2019 года, указывает, что «на основании анализа, проверки, оценки, сравнения, обобщения и синтеза с позиций достаточности и достоверности при одних и тех же исходных данных пришли к выводу о наличии: «... повреждения - перелом височной и теменной костей справа с переходом на основание черепа с ушибом лобных и височных долей головного мозга; переломы 1-3, 5-7 ребер справа; разрыв ключично-акромиального сочленения справа; тупая травма мошонки с разрывом и вывихом правого яичка...», которые, по мнению экспертов, причинены ударным воздействием тупых твёрдых предметов, возможно, в условиях дорожно-транспортного происшествия; впервые зафиксированы в медицинских документах 11 октября 2018 года. Указанные повреждения также квалифицированы как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, но уже по п.6.1.2, 6.1.3 приложения к Приказу М3 и СР РФ от 24.04.2008 г. №194н «об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Полагает, что данное обстоятельство вносит неясность в понимание аргументации выводов, учитывая наличие в распоряжении экспертов одних и тех же материалов для исследования и одних и тех же поставленных на разрешение вопросов.

Обращает внимание, что в исследуемом заключении не верифицированы данные рентгенографии, согласно которым ФИО1. проводилось рентгеновское исследование грудной клетки и определялись переломы 2, 5, 6, 7 ребер справа.

Согласно данным в исследовательской части Заключения в результате проведённой ФИО1. Rg-графии правой ключицы 26.10.18 года признаков разрыва акромиально-ключичного сочленения не выявлено, исходя из этого неясно, на каком основании в выводах заключения указаны переломы 1 и 3 ребер, разрыв акромиально-ключичного сочленения и перелом височной и теменной костей с переходом на основание черепа.

Отмечает, что, учитывая обстоятельства дела, наличие этих повреждений может иметь значение для исхода уголовного дела и требовало от экспертов объективности при отборе сведений, лежащих в основе экспертных выводов.

Обращает внимание на то, что в заключении эксперта отсутствует разграничение имеющихся у пострадавшего ФИО1 повреждений по степени тяжести и обоснование вывода о причинении тяжкого вреда здоровью ФИО1., исходя из чего недопустимо считать выводы Заключения аргументированными.

Полагает, что для квалификации вреда здоровью с учетом обстоятельств, изложенных в определении о назначении экспертизы, необходимо было запросить дополнительные сведения о произошедшем, включая сведения всех медицинских документов ФИО1

Указывает, что в нарушение требований, предъявляемых Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ № 346н от 12.05.2010 года, при производстве экспертизы не выполнено фотографирование, видеосъемка или зарисовка повреждений на контурных схемах частей тела человека. Отмечает, что при наличии у ФИО1 разночтения признаков сотрясения головного мозга, оценка рентгенологических данных, верификация диагноза должна производиться лицом, обладающим специальными медицинскими знаниями по профилю «травматология и ортопедия» и «рентгенология».

Считает, что для экспертной оценки данных инструментальных компьютерных исследований необходимо было привлечение специалиста по профилю «рентгенология», без которого невозможно суждение о повреждениях костей скелета ФИО1

Утверждает, что согласно выводам независимых экспертов, изложенных в рецензии, суждения в экспертном заключении о степени тяжести полученных в ДТП пострадавшим ФИО1 повреждений не позволяют считать выводы экспертизы №23 экспертной оценкой.

Указывает, что для квалификации вреда здоровья с учетом обстоятельств, изложенных в определении о назначении экспертизы, по мнению независимых экспертов необходимо было запросить дополнительные сведения о произошедшем, включая сведения анамнеза жизни и болезни из медицинских документов.

Заключение эксперта № 23 от 11.02.2019 г, выполненное комиссией судебно-медицинских экспертов ГУЗ ТО «БСМЭ» в составе: ФИО8, ФИО9 по материалам проверки КУСП 

<

данные изъяты>, произведено с нарушениями действующего законодательства, методик проведения данного вида исследований, регламентированных Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ (ред. от 08.03.2015) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ №346н от 12.05.2010 года «Об утверждении порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях РФ», «Правилами определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (утвержденными Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522 (в ред. от 17.11.2011 г.) «Об утверждении Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»).

Указывает, что изложенные в выводах заключения суждения не позволяют считать положения выводов экспертной оценкой, которая является результатом экспертного анализа полученных при экспертном исследовании результатов. Об этом говорит наличие в тексте заключения результатов исследования представленных объектов на основании клинико-экспертного способа анализа данных обстоятельств, указанных в представленном постановлении, а также результата использования сравнительно аналитического метода исследования и позволяет констатировать отсутствие экспертной оценки данных осмотра врачом после ДТП.

Заключает, что при наличии отраженных в рецензии нарушений, допущенных в ходе проведения судебно - медицинской экспертизы по определению степени тяжести полученных в ДТП пострадавшим ФИО1 повреждений, комиссия независимых специалистов пришла к выводу, что рецензируемое заключение №23 от 11.02.2019 года, выполненное комиссией судебно-медицинских экспертов ГУЗ ТО «БСМЭ» в составе: ФИО8, ФИО9, с учётом медицинского заключения № 16-Д от 21.012019 года, не может использоваться в качестве доказательства при принятии юридически значимых и процессуальных решений.

В связи с этим считает, что раз данное доказательство - медицинское заключение № 16-Д от 21.012019 года - не может использоваться в качестве доказательства, оно должно быть признано недопустимым и исключено из доказательств.

Считает, что приговор суда первой инстанции основан на неверном предположении о его виновности.

Полагает, что его вина в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, по признаку причинения пострадавшему ФИО1 тяжких телесных повреждений не нашла своего подтверждения ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия.

Утверждает, что приговор был постановлен вопреки п.4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.1996 года №1 « О судебном приговоре». 

Отмечает, что суд в приговоре указал, что его вина в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств. Так, суд положил в основу его вины в качестве доказательств получения ФИО1 телесных повреждений, которые отнесены заключением экспертов (которое вызывает сомнение в его законности и объективности) к тяжким, его пояснения, где он не отрицал того, что он и ФИО1 11.10 2018 года 

<

данные изъяты> были участниками ДТП. Замечает, что отрицал именно обстоятельства, при которых произошло ДТП.

Описывая обстоятельства произошедшего ДТП, указывает, что суд не дал соответствующей оценки количеству алкоголя и в крови, и в моче ФИО1 Высказывает непонимание позиции суда о том, что нахождение ФИО1. в состоянии такой степени опьянения не имеет отношения к ДТП.

Обращает внимание на то, что ФИО1 не отрицал и то, что он привлекался к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения и снова был привлечен к ответственности, уже уголовной, подтвердил в суде, что уже осужден за управление транспортным средством 11.10 2018 года в состоянии алкогольного опьянения, за повторное управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, будучи лишенным водительских прав за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Этот приговор суда вступил в законную силу, ФИО1 его не обжаловал и уже отбыл наказание.

Считает, что суд необоснованно отклонил ходатайство об истребовании и приобщении к материалам уголовного дела материалов другого дела, согласно которым ФИО1. заменялось назначенное судом по приговору суда наказание на более строгое наказание (лишение свободы), которым ФИО1 был осужден за повторное управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, будучи лишенным водительских прав за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, так как личность потерпевшего и обстоятельства, имеющие отношение к характеристике личности не только обвиняемого, но и пострадавшего, имеет важное значение при определении обстоятельств случившегося происшествия и доказательств степени его вины.

Указывает, что суд положил в основу доказательств его виновности в совершенном преступлении показания свидетеля ФИО2., брата потерпевшего ФИО1., которому ничего неизвестно об обстоятельствах ДТП и получения его братом в этом ДТП повреждений, по признаку получения его братом тяжких телесных повреждений, при этом не придав никакого значения и не дав соответствующей оценки показаниям данного свидетеля в части того, что его брат ФИО1. был лишен водительских прав, однако в день ДТП, по показаниям данного свидетеля, срок лишения водительских прав, якобы, истек.

Полагает, что данный свидетель не просто утаивает достоверно известную ему информацию, но вводит суд в заблуждение и преподносит ее в выгодном для брата свете при том, что ему доподлинно известно, что его брат ФИО1. осужден за повторное управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения именно в этот день 11.10 2018 года.

Считает вывод суда о том, что допущенное ФИО1. в ДТП нарушение при данных обстоятельствах не находится в причинной связи с наступившими последствиями, то есть с получением им телесных повреждений, по меньшей мере, является, непонятным и ошибочным, противоречащим имеющимся по делу доказательствам. Полагает, что суд ошибочно, без надлежащей соответствующей оценки, исключил из обвинения обстоятельство, согласно обвинительному заключению являющееся смягчающим ответственность, а именно указание на нарушение ФИО1 правил дорожного движения. 

Утверждает, что суд необоснованно положил в основу обвинения показания свидетелей ФИО3 и ФИО4

Полагает, что, несмотря на то, что оба участника ДТП были известны работникам правоохранительных органов, суд ошибочно не усмотрел нарушений его прав в ходе ведения предварительного следствия, в том числе и на защиту его интересов как основного подозреваемого.

Отмечает, что суд в приговоре указал, что в материалах дела не имеется доказательств того, что ФИО1 двигался с нарушением скоростного режима, и в нарушение закона не дал никакой оценки тому, что в распоряжение экспертов эти доказательства и не были представлены.

Считает, что суд ошибочно сделал выводы о том, что возможность ФИО1 согласно заключению автотехнической экспертизы избежать столкновения даже при заявленной им скорости, не свидетельствует об отсутствии в его действиях состава преступления.

Высказывает убеждение в том, что при устранении недочетов предварительного следствия в ходе судебного следствия и удовлетворении заявленных им в суде ходатайств суд не смог бы сделать иного вывода, получив дополнительные доказательства его невиновности. Однако, несмотря на то, что суд незаконно отказался вернуться к исследованию автотехнической экспертизы, в нарушение закона суд даёт оценку доказательству, которое не было предметом исследования в ходе судебного следствия.

Указывает на суровость назначенного наказания, и это, при отсутствии по делу обстоятельств, отягчающих его вину, при наличии смягчающих по делу обстоятельств, к которым суд отнес тот факт, что поводом для преступления явилось противоправное поведение потерпевшего, поскольку потерпевший ФИО1 управлял мотоциклом в состоянии алкогольного опьянения, однако по непонятным причинам суд не признал это обстоятельство исключительным. 

Просит суд апелляционной инстанции принять в качестве доказательства и приобщить к материалам уголовного дела проведённое специалистами исследование и сделанное на основе этого исследования заключение № 3663 от 29 июля 2020 года, просит использовать его как дополнительное доказательство в процессе оценки и доказывания его невиновности, исследовать его и принять решение по его жалобе с учетом сделанных специалистами исследований и выводов.

Просит признать медицинское заключение № 16-Д от 21.012019 года недопустимым и исключить его из доказательств, признать приговор суда незаконным и отменить, его оправдать. 

В возражениях на апелляционную жалобу Богородицкий межрайонный прокурор Иванова С.В. находит приговор законным и обоснованным, а доводы - не подлежащими удовлетворению. 

Полагает, что выводы о виновности осужденного в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются доказательствами, приведенными в приговоре. 

Считает назначенное ФИО7 наказание соответствующим требованиям уголовного закона, характеру и степени общественной опасности преступления, данным о личности виновного, справедливым, назначенным в пределах санкции статьи, с учетом смягчающих и отсутствия отягчающих вину обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Просит приговор оставить без изменения, а доводы апелляционной жалобы - без удовлетворения. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, выслушав выступления участвующих в апелляционном рассмотрении дела лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Выводы суда о виновности ФИО7 в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, являются правильными, они основаны на достаточной совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, исследованных в судебном заседании в установленном законом порядке и приведенных в приговоре с надлежащим изложением их содержания, а также оцененных судом в соответствии с законом. 

В этой части выводы суда первой инстанции полностью обоснованы. 

Доказательствами виновности ФИО7 в нарушении правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, в частности, являются: 

показания потерпевшего ФИО1, согласно которым 11 октября 2018 года на мотоцикле двигался со скоростью не более 55 км/ч по своей полосе движения ближе к краю; в п.Товарковский около Сбербанка стоял автомобиль ВАЗ 2114, который, совершая разворот, выехал с обочины на его полосу движения таким образом, что его правое переднее колесо стояло на краю его полосы движения, где произошло столкновение; его мотоцикл ударился передним колесом об автомобиль ФИО7 в переднее правое колесо, после чего он перелетел через его автомобиль и ударился о дерево; больше ничего не помнит, так как потерял сознание; 

показания свидетеля ФИО3 о том, что он двигался на своем автомобиле по ул.Кирова п.Товарковский Богородицкого района в сторону Сбербанка, перед ним двигались два транспортных средства: автомобиль легковой и мотоцикл, когда он стал поворачивать налево на ул.Базарная, посмотрел направо, чтобы убедиться в отсутствии помех для движения, увидел, как автомобиль ВАЗ 2114 разворачивался, выехал с обочины на полосу движения мотоцикла, не пропустил движущийся мотоцикл, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие; 

показания свидетеля ФИО4, из которых следует, что она находилась в своем автомобиле, который стоял на обочине напротив д.38 по ул.Кирова п.Товарковский, на противоположной стороне на обочине по направлению в п.Куркино стоял автомобиль, водитель автомобиля разворачивался, мотоцикл ехал по ул.Кирова п.Товарковский в сторону г.Богородицка по полосе своего движения по краю проезжей части с включенным светом фар, его скорость была не более 60 км/ч, и в момент разворота автомобиля произошло столкновение с мотоциклом, водитель которого несколько раз перевернулся в воздухе и упал на обочину; 

показания свидетеля ФИО5, согласно которым в тот день он находился на дежурстве, совместно с ФИО6 приехал на место ДТП на ул. Кирова в п.Товарковский Богородицкого района, по ходу их движения с левой стороны в п.Товарковский находился автомобиль ВАЗ 2114, рядом лежал мотоцикл, стояла машина скорой помощи. Автомобиль стоял ближе к левой обочине или на обочине, передняя правая часть его была разбита в районе правового крыла и правового переднего колеса, рядом лежал мотоцикл, у которого была разбита передняя часть. Водитель автомобиля на месте пояснил, что, совершая маневр разворота, не заметил мотоциклиста. Удар пришелся на правую сторону автомобиля. Он составлял схему дорожно-транспортного происшествия, где все было отражено, в присутствии понятых, с участием водителя автомобиля ФИО7, с его слов в схеме было указано, где находился его автомобиль, откуда он двигался. ФИО7 был согласен с составленной схемой, на которой указано направление от трассы М4 в сторону п.Куркино. Автомобиль находился на левой стороне дороги по ходу движения. Со слов водителя стрелками указано направление, откуда он разворачивался. Уточнил, что при составлении схемы ориентиром был дом; 

показания свидетеля ФИО6 о том, что в октябре 2018 года он выезжал на место дорожно-транспортного происшествия в п.Товарковский, где находился автомобиль марки ВАЗ 2114 и на обочине лежал мотоцикл. На месте находился участник ДТП – водитель ВАЗ 2114, водителя мотоцикла уже увезли на скорой помощи. Автомобиль ВАЗ 2114 находился на ул.Кирова п.Товарковский, напротив дома №38, часть машины находилась на проезжей части, а часть - на обочине. Мотоцикл лежал на обочине. У автомобиля имелись повреждения переднего правого крыла. Водитель автомобиля пояснил, что совершал разворот от сбербанка, произошло столкновение с мотоциклом, который двигался со стороны д.Моховое; 

а также письменные материалы дела, включая протокол осмотра места совершения административного правонарушения от 11 октября 2018 года и фототаблица к нему, протокол выемки от 11 августа 2019 года с фототаблицей к нему, протокол осмотра предметов от 11 августа 2019 года, протокол проверки показаний потерпевшего ФИО1 на месте от 16 января 2020 года с фототаблицей к нему, протокол очной ставки между потерпевшим ФИО1 и обвиняемым ФИО7 от 23 августа 2019 года, протокол проверки показаний свидетеля ФИО3 на месте от 27 июля 2019 года с фототаблицей к нему, протокол проверки показаний свидетеля ФИО4 на месте от 25 июля 2019 года с фототаблицей к нему, заключения экспертов от 21 января 2019 года №16-Д, от 11 февраля 2019 года №23, и другие доказательства. 

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона показания потерпевшего, свидетелей в совокупности с другими доказательствами, суд пришел к обоснованному выводу о совершении ФИО7 нарушения правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Относимость, допустимость и достоверность доказательств, которые легли в основу обвинительного приговора в отношении ФИО7, в полном объеме проверены судом первой инстанции, оценены в их совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, то есть в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ. 

Вопреки доводам жалоб, показания потерпевшего и свидетелей были подробны, последовательны и не противоречивы по существу. У суда не имелось оснований не доверять им. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб заключения экспертов соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, экспертные исследования проведены на основании постановлений уполномоченных лиц, по поставленным вопросам, входящим в компетенцию экспертов, которым разъяснены положения ст.57 УПК РФ, ст.ст.25.9, 26.4 КоАп РФ и они предупреждены об уголовной ответственности. Защитнику и осужденному были разъяснены права, перечисленные в ст.ст.198, 206 УПК РФ. 

Выводы экспертов непротиворечивы, компетентны, научно обоснованы, объективно подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, а потому суд правильно признал заключения экспертов достоверными и положил в основу приговора. 

Доводы апелляционных жалоб, которые по существу сводятся к иной оценке доказательств, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым в приговоре дана надлежащая оценка, как и всем исследованным доказательствам с приведением их подробного анализа и мотивов принятого решения. 

Приложенное к дополнению к апелляционной жалобе осужденного заключение специалистов №3663 от 29 июня 2020 года, на которое также ссылается автор жалобы в обоснование своих доводов, в соответствии с требованиями ст.74 УПК РФ не является доказательством по данному уголовному делу и не может быть признано таковым, поскольку содержит суждения и сводится к оценке заключений экспертов, являющихся доказательствами по уголовному делу, в то время как оценка доказательств в силу требований ст. ст. 17, 85-88 УПК РФ является компетенцией органов уголовного судопроизводства, на данной его стадии - суда. 

Вывод суда об исключении из предъявленного обвинения ФИО7 указания на нарушение потерпевшим ФИО1 Правил дорожного движение, поскольку в отношении водителя ФИО1 в ходе предварительного расследования было отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, суд апелляционной инстанции находит правильным. 

Наличие вступившего в законную силу приговора в отношении потерпевшего ФИО1 и лишение его водительского удостоверения не влияет на правильность принятого судебного решения в отношении ФИО7 

Выводы суда о квалификации действий осужденного ФИО7 основаны на доказательствах, совокупность которых явилась достаточной для разрешения дела по существу и постановления в отношении ФИО7 обвинительного приговора за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ. Согласен с данными выводами и суд апелляционной инстанции. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб при назначении ФИО7 наказания суд первой инстанции учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о его личности, влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, смягчающие наказание обстоятельства: наличие малолетнего ребенка, частичное признание вины, состояние его здоровья, наличие родителей, являющихся пенсионерами и состояние их здоровья, оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание. 

Суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о возможности исправления ФИО7 в условиях, не связанных с изоляцией от общества, не усмотрев оснований для применения положений ст.64 УК РФ, приведя при этом мотивы принятого решения.

Назначенное ФИО7 судом наказание является справедливым, оснований для его смягчения суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе и права осужденного на защиту, которые могли бы повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом не допущено. 

Вместе с тем суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям. 

Как следует из обжалуемого приговора, ФИО7 в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года. 

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при назначении ФИО7 дополнительного наказания судом первой инстанции не в полной мере учтены фактические обстоятельства дела, характер допущенных нарушений Правил дорожного движения РФ, данные о личности осужденного, наличие трудовой деятельности, связанной с управлением транспортными средствами, характер и степень общественной опасности преступления, в связи с чем назначенное ФИО7 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, подлежит смягчению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.22, 389.28, 389.33 УПК РФ,

постановил:

приговор Богородицкого районного суда Тульской области от 9 июня 2020 года в отношении ФИО7 изменить: 

снизить срок лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, до 1 года 6 месяцев. 

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья