Дело №

УИН №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 августа 2019 года Дзержинский городской суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Беляева Д.В.,

при секретаре Николаевой Е.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к СПАО «Ингосстрах» о возмещении ущерба, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением, в котором указал, что в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортного происшествия с участием автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением ФИО3, был поврежден принадлежащий ему автомобиль 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №.

В отношении ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол по административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, за совершение которого ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб.

ФИО2 обратился в СПАО «Ингосстрах», которое застраховало гражданскую ответственность водителя ФИО3, с заявлением о наступлении страхового случая по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. 

Страховая организация в осуществлении страховой выплаты отказала, ссылаясь на непредставление доказательств вины ФИО3 в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия. 

В соответствии с заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, вина участников дорожно-транспортного происшествия является обоюдной. 

Согласно отчету об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ, составленным по инициативе истца, стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства составляет 448762 руб. 

ФИО2 просит суд взыскать со СПАО «Ингосстрах» страховую выплату в размере 224381 руб., расходы по проведению оценки в сумме 21000 руб., расходы по направлению телеграмм в размере 390 руб., расходы по направлению претензии в сумме 162,22 руб. 

В судебном заседании истец ФИО2, его представитель ФИО9 исковые требования поддержали. 

Представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о месте и времени его проведения извещен. Согласно ранее представленному заявлению считает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 ФИО5 в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, а также представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора АО «Группа Ренессанс Страхование» в судебное заседание не явились, о месте и времени его проведения извещались судом надлежащим образом. 

Представитель АО «Группа Ренессанс Страхование» представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. 

Судебное извещение, направленно по адресу регистрации ФИО7 было возвращено в суд с отметкой «Истек срок хранения». 

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу п. 1 ст. 165.1 ГК РФ, юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам, либо его представителю (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным выше, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу (п. 63).

Суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, их представителей, извещенных о времени и месте проведения судебного разбирательства.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу п. 4 ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно ст. 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ по адресу 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ФИО7 автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением ФИО3, а также автомобиля 

<

данные изъяты> регистрационный знак № под управлением ФИО2 

Инспектором 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ составлен протокол об административном правонарушении, в соответствии с которым водитель ФИО2, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, при выезде на дорогу с прилегающей территории не уступил дорогу автомобилю 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением ФИО3, движущегося по главной дороге, в результате чего произошло столкновение транспортных средств, а пассажиру автомобиля 

<

данные изъяты> ФИО4 причинен легкий вред здоровью. В действиях водителя ФИО2 усмотрено нарушение п. 1.3., 1.5., 8.3. Правил дорожного движения РФ.

Постановлением судьи 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, за совершение которого ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 

<

данные изъяты> руб.

На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность водителя ФИО3 была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору серии 

<

данные изъяты> №, а гражданская ответственность водителя ФИО2 – в АО «Группа Ренессанс Страхование» по договору серии 

<

данные изъяты> №.

ДД.ММ.ГГГГ АО «Группа Ренессанс Страхование» перечислило ФИО7, собственнику автомобиля 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, страховую выплату в размере 

<

данные изъяты> руб.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховом возмещении по ОСАГО.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ СПАО «Ингосстрах» отказало в осуществлении страховой выплаты, поскольку к заявлению не были приложены документы, подтверждающие вину ФИО3 в указанном дорожно-транспортном происшествии. 

В соответствии с экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, составленным ИП ФИО6, как в действиях водителя ФИО2, так и в действиях водителя ФИО3 имеются нарушения Правил дорожного движения РФ. Водитель ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №, путем применения экстренного торможения. При этом, водитель ФИО2, технической возможностью предотвратить столкновение не располагал. Действия водителя ФИО3 не соответствовали требованиям п. 6.13, п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, а действия водителя ФИО2 – п. 8.3, что находится в прямой и безусловной причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

В соответствии с экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ, составленным ООО «

<

данные изъяты>», стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет с учетом износа 448762 руб. 

Претензия ФИО2 об осуществлении страховой выплаты оставлена СПАО «Ингосстрах» без удовлетворения.

Истец ФИО2 полагал, что вина участников дорожно-транспортного происшествия является ободной, поскольку ФИО3 проехал на запрещающий сигнал светофора на перекрестке рядом с местом ДТП и двигался с превышением установленного ограничения скорости.

В ходе судебного разбирательства ФИО3 оспаривал свою вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, полагая, что в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями находятся действия водителя ФИО2, который, выезжая с прилегающей территории, не уступил дорогу транспортному средству под управлением ФИО3

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Для защиты нарушенного права потерпевшей стороне надлежало доказать противоправность поведения и вину причинителя вреда в дорожно - транспортном происшествии, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда. 

Обязанность сторон доказать основания свои требований или возражений основывается на принципе состязательности сторон, закрепленным в ст. 123 Конституции РФ.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 Постановления от 31 октября 1995 г. N 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия», при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств. 

Вместе с тем суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства. 

В случае необходимости, с учетом состояния здоровья, возраста и иных обстоятельств, затрудняющих сторонам возможность представления доказательств, без которых нельзя правильно рассмотреть дело, суд по ходатайству сторон принимает меры к истребованию таких доказательств.

Принцип состязательности - один из основополагающих принципов процессуального права - создает благоприятные условия для выяснения всех имеющих существенное значение для дела обстоятельств и вынесения судом обоснованного решения.

Как следует из объяснений ФИО2, зафиксированных в материале проверки по ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, выезжая с придомовой территории, поворачивая налево, он столкнулся с автомобилем 

<

данные изъяты>, регистрационный знак №. Обзор проезжей части закрывал автомобиль с прицепом, автомобиль 

<

данные изъяты> он заметил на расстоянии 5 метров от него. Увидев, что движению создана опасность, он применил торможение, но избежать столкновения не удалось по причине плохой обзорности и быстро движущегося автомобиля 

<

данные изъяты>. Удар пришелся на левую часть его автомобиля.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО12 подтвердила обстоятельства, указанные ФИО2 в объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ, а также указав, что водитель автомобиля 

<

данные изъяты> проехал на запрещающий сигнал светофора на перекрестке 

<

адрес>.

Из объяснений ФИО3, зафиксированных в материале проверки по ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, он двигался на автомобиле 

<

данные изъяты> по 

<

адрес>, перед ним попутных автомобилей не было. Подъезжая к дому № по 

<

адрес> за 20 метров он увидел автомобиль 

<

данные изъяты>, который находился на проезжей части с левым указателем поворота. Он предпринял экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось по причине небольшого расстояния до автомобиля 

<

данные изъяты>. 

Исследовав доказательства в их совокупности, оценив действия водителей транспортных средств в данной дорожно-транспортной ситуации, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях водителя ФИО3 вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии по следующим основаниям. 

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В соответствии с Правилами дорожного движения РФ, в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч (пункт 10.2).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя ФИО3 была назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО1 

Согласно заключению эксперта № о ДД.ММ.ГГГГ, определить, с какой скоростью двигался автомобиль под управлением водителя ФИО3 в момент столкновения с автомобилем 

<

данные изъяты>, исходя из имеющихся в материалах дела видеозаписей, не представляется возможным. Автомобиль 

<

данные изъяты>, пересекший перекресток 

<

адрес>, двигался на запрещающий сигнал светофора со скоростью 99,3-103,7 км/ч.

В момент столкновения автомобиль 

<

данные изъяты> находился в неподвижном состоянии, в связи с чем предотвратить ДТП технической возможности не имел. 

Максимальная скорость движения, при которой водитель ФИО3 имел бы техническую возможность избежать столкновение, в рассматриваемой дорожной ситуации составляет 10,47 м/с или 37,7 км/ч. 

Водитель ФИО3 техническую возможность избежать столкновение не имел, поскольку скорость движения автомобиля под его управлением была больше 10,47 м/с или 37,7 км/ч. 

Движение со скоростью, превышающей разрешенную, проезд на запрещающий сигнал светофора, не делали данное ДТП неизбежным. В прямой и безусловной причинно-следственной связи с наступившим ДТП находились действия водителя ФИО2, которые не соответствовали требованиям п. 8.3. Правил дорожного движения РФ.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта не является обязательным для суда. 

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении.

Оценивая представленные в материалы дела заключения в части выводов о соответствии действий водителей транспортных средств Правилам дорожного движения РФ суд учитывает, что определение причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и возникновением неблагоприятных последствий на стороне потерпевшего, оценка действий водителей по соблюдению Правил дорожного движения РФ относится к компетенции суда. Данный факт устанавливается судом на основании оценки представленных доказательств в их совокупности. 

В ходе судебного разбирательства судом просматривались видеозаписи, представленные истцом. 

Из указанных видеозаписей видно, что за несколько десятков метров до места столкновения транспортных средств находится регулируемый перекресток 

<

адрес>, который пересекал автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением водителя ФИО8 В момент проезда перекрестка автомобилем 

<

данные изъяты> для движения во встречном направлении горел красный сигнал светофора. При этом по направлению движения автомобиля 

<

данные изъяты> другие автомобили (движущиеся в попутном направлении) осуществляли поворот налево одновременно с движением автомобиля 

<

данные изъяты> в прямом направлении. 

Из представленных видеозаписей невозможно однозначно установить, какой сигнал светофора был в момент проезда перекрестка автомобилем 

<

данные изъяты>. 

В ходе выездного судебного заседания судом установлено, что продолжительность времени работы зеленого сигнала светофора на перекрестке 

<

адрес> (по направлению движения по 

<

адрес>) отличается. Так, переключение сигналов светофора для транспортных средств, движущихся со стороны 

<

адрес>, происходит позднее, по сравнению с переключением сигналов светофора для транспортных средств, движущихся в обратном направлении. 

Указанные обстоятельства не были учтены экспертом ФИО6, составившим заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, а также экспертом ФИО1, в заключениях которых указано, что водитель ФИО3 двигался на перекрестке на запрещающий сигнал светофора.

Показания свидетеля ФИО10 в части проезда автомобиля под управлением ФИО3 на запрещающий сигнал светофора не подтверждены объективными данными. Так, свидетель находилась в автомобиле 

<

данные изъяты> и не могла видеть сигнал светофора с противоположной стороны перекрестка, учитывая режим его работы.

С учетом изложенного, оснований утверждать, что водитель ФИО3 двигался на запрещающий сигнал светофора, не имеется. 

Кроме того, сам по себе факт проезда на запрещающий сигнал светофора не находится в прямой причинной связи с наступившим дорожно-транспортным происшествием, поскольку столкновение транспортных средств произошло не на перекрестке проезжих частей, а на удалении от него.

Вместе с тем, у суда отсутствуют основания ставить под сомнение выводы эксперта ФИО1 в части определения скорости движения автомобиля, при которой ФИО3 располагал технической возможностью избежать столкновение транспортных средств.

Как следует из ответа 

<

данные изъяты> на запрос суда, на месте дорожно-транспортного происшествия установлено ограничение скорости движения транспортных средств, действующее в населенном пункте – 60 км/ч (п. 10.2 Правил дорожного движения).

Таким образом, движение автомобиля под управлением водителя ФИО3 с разрешенной скоростью (60 км/ч) не позволяло ему избежать столкновения транспортных средств. При этом, допустимых доказательств движения водителя ФИО3 именно в момент ДТП со скоростью, превышающую установленные ограничения, суду не представлено.

Из представленных сторонами видеозаписей с места ДТП следует, что столкновение произошло в тот момент, когда водитель ФИО2 выехал с придомовой территории на 

<

адрес> и остановился на проезжей части на пути движения автомобиля 

<

данные изъяты> 

Из видеозаписей также следует, что автомобиль 

<

данные изъяты> перед столкновением замедлялся, применяя торможение. 

Указанные действия водителя ФИО2 противоречат пункту 8.3 Правил дорожного движения РФ, согласно которому при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

Требование «уступить дорогу (не создавать помех)» означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2.).

В соответствии указанными пунктами Правил дорожного движения РФ, именно на водителя, который осуществляет выезд на дорогу с прилегающей территории, возлагается обязанность по обеспечению безопасности движения. Это означает, что водитель при выезде обязан соответствующим образом оценить действия других участников дорожного движения и осуществить необходимый маневр так, чтобы не создавать помех для движущихся по главной дороге транспортных средств. 

Указанная в п. 8.3 Правил дорожного движения РФ обязанность не ставится в зависимость от соблюдения требований Правил дорожного движения (п. 10.1, п. 6.13) водителем транспортного средства, двигающегося по дороге и имеющего преимущество. 

Нарушения водителем ФИО3 требований п. 10.1 Правил дорожного движения, как указывает истец, не имеет правового значения для разрешения данного спора, поскольку ФИО3, двигаясь по главной дороге, имел безусловное преимущество в движении по отношению к истцу, который выезжал на дорогу с прилегающей территории. 

Движение автомобиля с превышением установленного или необходимого в данной дорожной ситуации скоростного режима не находится в прямой причинно-следственной связи со столкновением автомобилей в рассматриваемом случае. Даже в случае соблюдения установленного ограничения скоростного режима у водителя ФИО3 отсутствовала техническая возможность избежать столкновение транспортных средств. 

Сам факт столкновения автомобилей под управлением ФИО3 (двигавшегося по главной дороге) и ФИО2 (осуществляющей выезд с прилегающей территории) означает, что помеха для движения по главной дороге была создана водителем ФИО2 

В случае соблюдения требований п. 8.3 Правил дорожного движения РФ, истец должен был пропустить автомобиль под управлением ФИО3, независимо от того, с какой скоростью он двигался, после чего совершить поворот налево, избежав столкновение транспортных средств. 

Суд также учитывает, что в противоречие с требованиями Правил дорожного движения РФ, водитель ФИО2 остановил транспортное средство на проезжей части, тем самым, увеличив риск столкновения транспортных средств.

В заданной дорожной обстановке водителю ФИО2 следовало отказаться от выполнения маневра поворота налево, учитывая отсутствие должного обзора проезжей части, что следует из его объяснений, либо, начав поворот налево, завершить его, не создавая помех для транспортных средств, движущихся по главной дороге. 

Поскольку водитель ФИО2 был обязан в силу пункта 8.3 Правил сообразовывать свои действия с действиями других участников дорожного движения, находившихся на главной дороге (независимо от того действуют они строго в рамках Правил или нарушают их), именно в его действиях по осуществлению маневра, не убедившись в его безопасности, имеются нарушения Правил дорожного движения РФ, которые явились непосредственной причиной столкновения указанных транспортных средств. 

Таким образом, оснований для установления обоюдной вины участников дорожно-транспортного происшествия у суда не имеется.

Как следует из абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Федеральный закон от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснений, содержащихся в пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58, если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим.

Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены.

В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено. 

С учетом изложенного, отказ СПАО «Ингосстрах» в осуществлении страховой выплаты являлся законным, оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания с ответчика в пользу истца страховой выплаты в размере 224381 руб., расходов по направлению претензии в сумме 162,22 руб. суд не усматривает.

Согласно статье 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, а также другие признанные судом необходимыми расходы (статья 94 ГПК РФ).

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком, например, исков о расторжении брака при наличии взаимного согласия на это супругов, имеющих общих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 23 Семейного кодекса Российской Федерации).

Поскольку СПАО «Ингосстрах» отказало истцу в выплате страхового возмещения, поскольку из представленных документов следовало, что заявитель является единственным лицом, виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия, действия ответчика на момент рассмотрения заявления о выплате страхового возмещения и претензии соответствовали предписаниям действующего законодательства, принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований истцу отказано, основания для взыскания с ответчика в пользу истца судебных расходов по проведению оценки в сумме 21000 руб., по направлению телеграмм в размере 390 руб. суд не усматривает. 

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано, а экспертом ИП ФИО1 заявлено ходатайство о возмещении расходов по проведению экспертизы в размере 22000 руб., указанные расходы следует взыскать с истца на основании ст. 85 ГПК РФ. 

Руководствуясь ст. 12, 56, 67, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к СПАО «Ингосстрах» о возмещении ущерба отказать. 

Взыскать с ФИО2 в пользу 

<

данные изъяты> ФИО1 расходы по проведению экспертизы в сумме 22000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Дзержинский городской суд Нижегородской области.

Судья п.п. Д.В. Беляев 

Копия верна

Судья Д.В. Беляев