КОПИЯ

СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

гр. дело № 2-452/2025

89RS0003-01-2024-003479-16

судья Е.С. Стрельцов

апелл. дело № 33-274/2026

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Салехард 3 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего Долматова М.В.,

судей коллегии Акбашевой Л.Ю., Селиверстовой Ю.А.

при секретаре судебного заседания Кошкиной Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Белоярским районным судомСвердловской области гражданское дело по иску Надымского городского прокурора, действующего в интересах ФИО1, к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора, применении последствий недействительности сделки

по апелляционной жалобе Банка ВТБ (ПАО), апелляционному представлению помощника Надымского городского прокурора Власовой М.В. на решение Надымского городского суда от 23 октября 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования Надымского городского прокурора в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора, применении последствий недействительности сделки удовлетворить частично.

Признать недействительным кредитный договор №V625/0002-0280483 от 03.04.2024 между Банком ВТБ (ПАО) (ИНН 

<

***>) и ФИО1 (паспорт №) на сумму 5 538 264 рубля 00 копеек.

Применить последствия недействительности сделки по заключению кредитного договора №V625/0002-0280483 от 03.04.2024 между Банком ВТБ (ПАО) (ИНН 

<

***>) и ФИО1 (паспорт №).

Взыскать с ФИО1 (паспорт №) в пользу Банка ВТБ (ПАО) (ИНН 

<

***>) сумму в размере 1 906 995 (один миллион девятьсот шесть тысяч девятьсот девяносто пять) рублей 02 копейки.

Заслушав доклад судьи Акбашевой Л.Ю., пояснения представителя ответчика, прокурора, судебная коллегия

установила:

Надымский городской прокурор, действующий в интересах ФИО1, обратился с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании недействительным кредитного договора, применении последствий недействительности сделки. В обоснование требований указал, что в производстве следственного отдела ОМВД России «Надымский» находится уголовное дело № 12401711491246, возбужденное 4 апреля 2024 года по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, по факту хищения денежных средств у ФИО1 Потерпевшая ФИО1 пояснила, что 3 апреля 2024 года неустановленные лица, представившись сотрудниками полиции и Росфинмониторинга, под предлогом расследования мошеннических действий других неустановленных лиц и необходимости предотвратить совершающееся в отношении ФИО1 преступление вынудили ее прибыть в операционный офис Надымского филиала № 6602 Банка ВТБ (ПАО) и заключить с Банком кредитный договор от 3 апреля 2024 года № V625/0002-0280483 на 5538264 руб., под 16,127% годовых, сроком на 60 месяцев. Во исполнение обязательств по кредитному договору 3 апреля 2024 года банк зачислил на счет ФИО1 денежные средства в сумме 4 544 700 руб. Указанная денежные средства сняты ФИО1 со счета в кассе названного операционного офиса банка сразу после оформления кредита. ФИО1 в тот же день – 3 апреля 2024 года в период с 19 час 22 мин до 19 час 30 мин произвела операцию по переводу денежных средств в сумме 4 500 000 руб. через банкомат ПАО Сбербанк на счета в АО «Раффайзенбанк», принадлежащие неизвестным лицам. По результатам судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы от 31 мая 2024 года № 201, выполненной ГБУЗ ЯНАО «Новоуренгойский ПНД», установлено, что до и во время совершения в отношении ФИО1 преступления последняя страдала и страдает 

<

данные изъяты>. В момент заключения кредитного договора ФИО1 не могла понимать значение своих действий, находясь под влиянием заблуждения, обмана. Кредитной организацией не предприняты повышенные меры предосторожности при оформлении кредитного договора, что не может свидетельствовать о добросовестности банка. При этом банк как профессиональный участник этих правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств должен был принять повышенные меры предосторожности и обеспечивать безопасность предоставления услуг.

Судом постановлено решение, резолютивная часть которого указана выше, с которым не согласен ответчик Банк ВТБ (ПАО), помощник Надымского городского прокурора Власова М.В.

В апелляционной жалобе представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) ФИО2, действующий на основании доверенности (том 2, л.д. 98 – 101), подтвердивший наличие высшего юридического образования дипломом (том 2, л.д. 97), просит об отмене решения суда и постановлении нового об отказе в удовлетворении требований иска. Выражает несогласие с заключениями врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 31 мая 2024 года № 201, от 13 августа 2025 года № 330. Полагает, что указанные заключения экспертов не могут быть положены в основу решения суда, поскольку вывод о наличии у ФИО1 

<

данные изъяты> в момент заключения кредитного договора является необоснованным, субъективным, сделан по истечении длительного времени со дня заключения договора в отсутствие подтверждающих медицинских заключений, исключительно на основании показаний ФИО1, которая имеет заинтересованность в разрешении спора в ее пользу. Экспертами не установлено как в дальнейшем развивалось заболевание, понимала ли ФИО1 значение своих действий и того факта, что заключает кредитный договор. Отсутствие у ФИО1 

<

данные изъяты>. В спорных правоотношениях отсутствует порок воли ФИО1, поскольку ФИО1 обратилась в Банк за получением кредитных денежных средств, т.е. в конкретную организацию за совершением банком определенных действий. Оспариваемый кредитный договор заключен при умолчании ФИО1 об обстоятельствах, о которых она должна была сообщить при той степени добросовестности, какая от нее требовалась. Вследствие указанного ответчик не знал и не должен был знать о заключении ФИО1 кредитного договора под влиянием заблуждения со стороны третьих лиц, так как указанное находится за пределами ответственности банка.

В апелляционном представлении помощник Надымского городского прокурора Власова М.В. просит об изменении решения суда в части применения последствий недействительности сделки путем возврата денежных средств, выплаченных ФИО1 Банку ВТБ (ПАО) по кредитному договору. Указывает, что судом не дана оценка недобросовестности банка при заключении сделки с ФИО1, находившейся под влиянием заблуждения. Так, в силу ст. 24.2 Федерального закона от 2 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» при предоставлении потребительских кредитов кредитная организация обязана реализовывать мероприятия по противодействию заключению договоров потребительского кредита без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием. В соответствии с п. 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 года № ОД-25252 (действующего на момент заключения кредитного договора), к таким признакам относится несоответствие характера и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществлялась операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств), операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности). Однако банком повышенные меры предосторожности и обеспечения безопасности предоставления услуг в условиях наличия объективных признаков совершения операции клиентом ФИО1, находящейся под влиянием третьих лиц, предприняты не были, что свидетельствует о недобросовестном исполнении ответчиком предусмотренных законодательством обязанностей по противодействию заключению договора потребительского кредита без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием. Указанное является основанием для возложения на ответчика обязанности по возвращению ФИО1 всей суммы исполненного денежного обязательства и прекращения его в будущем (освобождение от уплаты оставшейся части задолженности с возвращением банком всех полученных от ФИО1 денежных средств).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) ФИО2 поддержал требования и доводы апелляционной жалобы.

Прокурор Ю.А. Шальнова поддержала требования и доводы апелляционного представления.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены: материальный истец ФИО1 - смс-оповещением и электронным почтовым отправлением, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, ОМВД России «Надымский» - посредством электронной почты.

Кроме того, информация о времени и месте слушания дела заблаговременно размещена на сайте суда ЯНАО в сети Интернет.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав пояснения представителя ответчика, прокурора, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в производстве следственного отдела ОМВД России «Надымский» находится уголовное дело № 12401711491246, возбужденное 4 апреля 2024 года по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ, по факту хищения денежных средств у ФИО1 (том 1, л.д. 20, 191).

Допрошенная в качестве потерпевшей ФИО1 пояснила, что 3 апреля 2024 года неустановленные лица, представившись сотрудниками полиции и Росфинмониторинга, под предлогом расследования мошеннических действий других неустановленных лиц и необходимости предотвратить совершающееся в отношении ФИО1 преступление, вынудили ее прибыть в операционный офис Надымского филиала № 6602 Банка ВТБ (ПАО) и заключить с банком кредитный договор. При этом злоумышленниками контролировалось каждое действие ФИО1 Сотрудникам банка она сообщила, что целью кредита является покупка квартиры в г. Тюмени (том 1, л.д. 45 – 49).

Между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) 3 апреля 2024 года заключен кредитный договор № V625/0002-0280483 на сумму 5 538 264 руб., полная стоимость кредита 16,127% годовых, сроком на 60 месяцев (том 1, л.д. 53 – 64, 125 - 127).

Банк во исполнение обязательств по кредитному договору 3 апреля 2024 года зачислил на лицевой счет ФИО1 № денежные средства в сумме 4 544 700 руб. (993 564 руб. составила плата за услугу «Ваша низкая ставка») (том 2, л.д. 17).

При этом ФИО1 сняла указанные денежные средства со счета по расходно-кассовому ордеру в кассе операционного офиса банка 3 апреля 2024 года сразу после оформления кредита (том 1, л.д. 50, том 2, л.д. 18).

3 апреля 2024 года в период с 19 час 22 мин до 19 час 30 мин ФИО1 производила операции по переводу денежных средств в сумме 4 500 000 руб. через банкомат ПАО Сбербанк на счет в АО «Раффайзенбанк», принадлежащий неизвестному лицу (том 1, л.д. 50 - 52).

Впоследствии ФИО1 производилось погашение задолженности по кредитному договору; общая сумма по состоянию на 30 сентября 2025 года составила 3 631 268,98 руб., что подтверждается историей операций по кредитному договору (том 2, л.д. 15 - 16, 61 - 62). Данный факт сторонами не оспаривался.

Разрешая возникший спор и удовлетворяя требования иска, суд первой инстанции исходил из того, что в момент заключения оспариваемого договора ФИО1 не понимала значение своих действий, что в силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ влечет признание кредитного договора недействительным. При разрешении вопроса о применении последствий недействительности сделки судом учтено, что перечисленные банком на лицевой счет ФИО1 денежные средства сняты последней со счета и переведены на счет, принадлежащий неизвестному лицу, а также то, что кредитные обязательства погашены ФИО1 по состоянию на 30 сентября 2025 года на 3 631 268,98 руб. Суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости взыскания с ФИО1 в пользу Банка ВТБ (ПАО) денежных средств, полученных по кредитному договору, за вычетом исполненного по состоянию на 30 сентября 2025 года, что составляет 1 906 995,02 руб.

Данные выводы являются верными в силу следующего.

В силу п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 153 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 420 Гражданского кодекса РФ договором признаётся соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

Согласно п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк (кредитор) обязуется предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную по договору сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита. К отношениям по кредитному договору, по которому заемщик обязуется возвратить полученную от банка по кредиту денежную сумму и уплатить проценты на эту сумму, применяются по общему правилу положения закона, предусмотренные для договора займа.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании п. п. 1, 3 ст. 177 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

В п. 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачёте, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 Гражданского кодекса РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при её совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ).

Согласно заключению врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от 31 мая 2024 года № 201, выполненному ГБУЗ ЯНАО «Новоуренгойский ПНД», установлено, что до и во время совершения в отношении ФИО1 преступления последняя страдала и страдает 

<

данные изъяты> (том 1, л.д. 80 – 91).

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от 13 августа 2025 года № 330, выполненной ГБУЗ ЯНАО «Новоуренгойский ПНД», ФИО1 в момент заключения кредитного договора страдала 

<

данные изъяты> (том 1, л.д. 226 – 245).

Соответственно, врачом-судебно-психиатрическим экспертом и медицинским психологом сделан вывод о том, что в момент заключения кредитного договора ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими. При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не доверять экспертным заключениям у судебной коллегии не имеется, поскольку обе экспертизы, как проведенная в рамках производства по уголовному делу, так и судебная экспертиза проводились комиссиями экспертов в составе врача-судебно-психиатрического эксперта и медицинского психолога, обладающих специальными познаниями в области психологии и психиатрии, имеющими высшее образование по соответствующей специальности и продолжительный стаж работы, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В этой связи судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что при заключении кредитного договора от 3 апреля 2024 года № V625/0002-0280483 ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем на основании п. п. 1, 3 ст. 177 Гражданского кодекса РФ данный кредитный договор подлежит признанию недействительным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы указанные выше нормативные положения предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение при ее совершении. При этом необходимым условием оспаривания сделки по указанному основанию является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и др.

В части выводов суда первой инстанции о наличии оснований для возложения на ФИО1 обязанности возвратить банку денежные средства по признаваемому недействительным кредитному договору (за вычетом ранее уплаченной суммы задолженности) судебная коллегия отмечает следующее.

Факт получения ФИО1 денежных средств в сумме 5 538 264 руб. подтверждается справкой по операции от 3 апреля 2024 года, согласно которой выдача кредита произведена путем перечисления денежных средств на счет заёмщика, открытый в Баке ВТБ (ПАО) (том 1, л.д. 17). Денежными средствами ФИО1 в дальнейшем распорядилась по своему усмотрению, сняв 4 500 000 руб. в банкомате и перечислив их на счет неустановленного лица (том 1, л.д. 18).

В силу прямого указания закона в случае признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ, суд обязан разрешить вопрос о применении последствий недействительности сделки в виде возврата всего полученного в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возмещении его стоимости.

То есть в случае признания кредитного договора недействительным по заявленному истцом основанию заемщик обязан возвратить кредитору денежные средства, полученные по данному договору, в полном объеме. В этом случае заемщик освобождается только от производных обязательств, вытекающих из данного договора, в частности, от обязанности по уплате процентов, неустойки и т.д.

Доводы апелляционного представления о несогласии с применением последствий недействительности сделки путем взыскания указанных средств судебная коллегия не принимает, поскольку в соответствии с п. 4 ст. 167 Гражданского кодекса РФ суд вправе не применять последствия недействительности сделки (п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

Доказательств наличия указанных обстоятельств сторонами не представлено.

Кроме того, при рассмотрении дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны банка.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 24 апреля 2019 года, согласно ст. 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса РФ).

Вместе с тем, таких обстоятельств по делу не установлено.

Согласно объяснениям, данным ФИО1 при ее допросе в качестве потерпевшей 4 апреля 2024 года, оформление кредита производилось ею при личном посещении отделения банка. После поступления денежных средств на личный счет она обналичила их в кассе отделения банка. Затем через банкомат ПАО «Сбербанк» при помощи приложения «Mir Pay» перечислила денежные средства в сумме 4 500 000 руб. девятью операциями на один счет, ей не принадлежащий (том 1, л.д. 45 – 49).

Таким образом, судом с достоверностью установлено, что кредит оформлен заемщиком при личном обращении в банк, кредитные денежные средства поступили в распоряжение ФИО1, банк операций по переводу денежных средств на счета неустановленных лиц в иное кредитное учреждение не осуществлял, при этом оснований для отказа в операции по снятию наличных денежных средств и ограничения клиента в его праве распоряжаться собственными денежными средствами по своему усмотрению у банка не имелось.

Учитывая пояснения ФИО1 о том, что денежные средства она самостоятельно по требованию звонившего ей лица перевела на указанный им счет, в действиях Банка ВТБ (ПАО) нарушения прав и законных интересов ФИО1 не усматривается. То обстоятельство, что при заключении кредитного договора ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в отсутствие недобросовестности действий банка не может служить основанием для возложения на него риска совершения такой недействительной сделки, учитывая, что ущерб заемщику причинен третьими лицами.

Таким образом, судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства, представленным доказательствам дана надлежащая оценка. Нарушений норм материального и процессуального права не допущено.

Доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления сводятся к переоценке выводов суда апелляционной инстанции и основаны на несогласии с постановленным решением.

При наличии таких обстоятельств оснований для отмены или изменения решения суда не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 - 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Надымского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 23 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Банка ВТБ (ПАО), апелляционное представление помощника Надымского городского прокурора Власовой М.В. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с даты его принятия и может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий подпись

Судьи подписи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 февраля 2026 года