Судья 1 инстанции - М. № 22-1213/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

23 апреля 2018 года г.Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Сергеевой Г.Р., 

при секретаре Пустынцевой Т.Ю.,

с участием прокурора Барановой М.И.,

подсудимой Ш., с использованием системы видеоконференц-связи,

ее защитника - адвоката Писарева М.А., представившего удостоверение № 3257 и ордер № 123,

защитника подсудимого Б. – адвоката Болдыревой И.В., представившей удостоверение № 3163 и ордер № 3402,

защитника подсудимого Г. – адвоката Фроловой Л.И., представившей удостоверение № 00854 и ордер № 448,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Писарева М.А. в интересах подсудимой Ш. на постановление Усольского городского суда Иркутской области от 6 марта 2018 года, которым уголовное дело в отношении

Ш., родившейся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданки РФ, образования не имеющей, замужней, имеющей на иждивении двоих малолетних детей, Дата изъята г.р., Дата изъята г.р., не работающей, зарегистрированной по адресу: 

<

адрес изъят> проживавшей по адресу: 

<

адрес изъят>, не судимой;

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, п.п. «а,г», ч. 4 ст. 228.1 УК РФ;

Б., родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданина РФ, имеющего среднее образование, военнообязанного, женатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка – Дата изъята г.р., не работающего, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес изъят>, проживавший по адресу: 

<

адрес изъят>, не судимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ;

Г., родившегося Дата изъята в 

<

адрес изъят>, гражданина 

<

адрес изъят>, имеющего высшее образование, невоеннообязанного, не женатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка – Дата изъята года рождения, не работающего, регистрации на территории Иркутской области не имеющего, проживавшего по адресу: 

<

адрес изъят>, не судимого;

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ;

- в порядке ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав мнение адвоката Писарева М.А. и подсудимой Ш., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника; мнение адвокатов Болдыревой И.В. и Фроловой Л.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы в части необоснованности вывода суда о необходимости указания в обвинении Б. и Г. о действиях Ш. по покушению на сбыт наркотических средств в крупном размере, прокурора Барановой М.И., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия Ш. обвиняется в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный организованной группой в крупном размере, если преступление не доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Г. и Б. обвиняются в совершении незаконного сбыта наркотических средств, совершенного организованной группой, Б. дополнительно- в значительном размере.

6 марта 2018 года постановлением Усольского городского суда Иркутской области уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании ст. 237 УПК РФ, ввиду нарушения требований ст. 220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, что исключает возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

В апелляционной жалобе адвокат Писарев М.А. в интересах подсудимой Ш. просит постановление суда отменить.

Считает постановление суда незаконным и необоснованным, подлежащим отмене. 

Полагает, что Ш., имея умысел на сбыт в составе организованной группы всей приобретенной не позднее первых чисел января 2017 года партии наркотического средства – героин в крупном размере, совершила такие действия в несколько приемов, реализовав лишь часть имеющегося у неё указанного наркотического средства, при том, что сбыт всей партии не был доведен до конца по не зависящим от нее обстоятельствам, в связи с изъятием оставшейся части героина из незаконного оборота сотрудниками полиции, то есть все содеянное ею подлежит квалификации, как единое продолжаемое преступление – покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное организованной группой в крупном размере, то есть по ч. 3 ст. 30 п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Обращает внимание, что единство партии изъятого по уголовному делу героина подтверждаются показаниями Ш., данными в ходе допросов в качестве обвиняемой от 7 августа 2017 года, 28 сентября 2017 года, 15 ноября 2017 года, 8 декабря 2017 года (т.3 л.д. 101-104, т. 3 л.д. 115-121, т. 3 л.д. 137-140, т. 3 л.д. 156-160), проверки показаний на месте от 19 октября 2017 года (т.3 л.д. 132-136). Кроме того, единство партии по признакам идентичности состава героина и бумажных свертков подтверждается заключением эксперта от 31 августа 2017 года № 157 (т.7 л.д. 96-132).

Факт осведомленности либо неосведомленности Г., Б. о том, что изъятый по делу героин составлял единую партию, не влияет на квалификацию действий Ш., как единого продолжаемого преступления. 

Также, по мнению защитника, необоснованным является довод суда о необходимости указания в обвинении Г., Б. на действия Ш. по передаче П. 44 свертков с героином и по хранению ею героина массой 6,540 грамм в 53 бумажных свертках и массой 98,866 грамма – в нерасфасованном виде, поскольку никаких действий с данным наркотиком они не совершали и не знали о его существовании. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с требованиями п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в том случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления. 

В соответствии с ч.1 ст.220 УПК РФ, обвинительное заключение должно содержать, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение по делу, формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части и статьи УК РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору с целью устранения препятствий его рассмотрения судом, суд первой инстанции обоснованно указал, что изложенные выше требования закона по уголовному делу органом предварительного расследования выполнены не были, а в силу ст.237 УПК РФ, нарушение норм уголовно-процессуального закона является препятствием для вынесения по делу законного и обоснованного судебного решения, то есть является основанием для возвращения уголовного дела прокурору с целью их устранения.

Так, возвращая уголовное дело прокурору, суд сослался на допущенные органами предварительного расследования нарушения, выразившиеся в том, что описание преступных действий Ш., изложенного в обвинительном заключении и предъявленном обвинении, не соответствует квалификации, вмененной органом предварительного следствия. 

При этом суд сослался на обстоятельства дела, изложенные в обвинительном заключении, где при описании преступных действий Ш. указано о сбыте наркотических средств 26.01.2017, 01.02.2017, 01.03.2017 в составе организованной группы с Г., Б. и лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и покушении на сбыт наркотических средств в крупном размере, и при этом квалификация её действий противоречит описанию преступных деяний.

Кроме того, суд указал, что из исследованных судом показаний обвиняемых Ш. и лица, уголовное дело, в отношении которого выделено в отдельное производство, умысел на сбыт наркотического средства героин у последних возникал каждый раз при реализации новой партии героина. При этом лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство, а равно Г. и Б., не были осведомлены, из одной или из нескольких партий передается им наркотическое средство для последующего сбыта.

Таким образом, формулировка предъявленного обвинения Ш., является противоречивой и не основана на положениях действующего законодательства, равно и установленных органом следствия фактических обстоятельствах дела, а потому суд первой инстанции обоснованно указал, что квалификация деяния, предъявленного Ш. одновременно, как оконченного и неоконченного преступления не позволяет постановить приговор и принять иное решение на основе данного обвинительного заключения.

Выводы суда основаны на материалах уголовного дела и фактических обстоятельствах совершенных преступлений, изложенных в обвинительном заключении, и суд апелляционной инстанции соглашается с ними. 

Принимая во внимание вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами адвоката Писарева М.А. и прокурора в суде апелляционной инстанции, поскольку суд не вправе самостоятельно изменить и дополнить существо предъявленного обвинения, а от предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации права обвиняемого на защиту. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что установленное нарушение исключает возможность рассмотрения уголовного дела по существу на основании составленного по делу обвинительного заключения.

Доводы прокурора Барановой М.И. в суде апелляционной инстанции о том, что суд, в нарушение требований ч.1.3 ст. 237 УПК РФ сделав выводы об обстоятельствах произошедшего, фактически дал оценку представленным доказательствам, затронул вопросы подлежащие разрешению при постановлении приговора, предрешил судьбу доказательств, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку в постановлении суда изложены нарушения положений ст.220 УПК РФ при составлении обвинительного заключения, которые препятствуют постановлению приговора или иного решения на основании этого обвинительного заключения. 

Как следует из протокола судебного заседания, судом исследованы те доказательства о которых ходатайствовали стороны в ходе судебного следствия. При обсуждении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору, стороны не ходатайствовали об исследовании каких-либо доказательств, в связи с чем, судом апелляционной инстанции отклоняются соответствующие доводы адвоката Писарева М.А. и прокурора Барановой М.И. 

Принимая во внимание, что органом следствия на досудебной стадии производства по делу допущены нарушения, которые суд лишен возможности устранить в ходе судебного разбирательства, суд первой инстанции обоснованно принял решение о возвращение прокурору уголовного дела для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит обоснованным и подлежащим удовлетворению довод апелляционной жалобы адвоката Писарева М.А. о том, что вывод суда о необходимости указания в обвинении Г. и Б. на действия Ш. по передаче П. 44 свертков с героином и по хранению ею героина массой 6,540 грамм в 53 бумажных свертках и массой 98,866 грамма – в нерасфасованном виде, поскольку никаких действий с данным наркотиком они не совершали и не знали о его существовании, исходя из положений ч.5 ст.35 УК РФ, предусматривающей, что лицо, создавшее организованную группу, либо руководившее ею, подлежит уголовной ответственности за все совершенные организованной группой преступления, если они охватывались его умыслом, другие участники организованной группы несут уголовную ответственность за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали.

Разрешая вопрос о мере пресечения, суд апелляционной инстанции учитывает, что оснований, предусмотренных ч. 1 ст. 110 УПК РФ, для изменения меры пресечения подсудимым Ш., Б., Г. не имеется. Подсудимые обвиняются в совершении особо тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде длительного лишения свободы, с учетом сведений о личности подсудимых, установленных судом, имеются основания полагать, что находясь на свободе, они могут скрыться под тяжестью обвинения.

Учитывая, что срок меры пресечения в виде заключения под стражу подсудимых Ш., Б., Г. истекает 5 мая 2018 года, в целях надлежащего проведения судебно-следственных действий в разумные сроки, учитывая, что обстоятельства, послужившие основанием для заключения Ш., Б., Г. под стражу, не изменились, а необходимость в ранее избранной мере пресечения не отпала, суд апелляционной инстанции находит необходимым продлить срок заключения под стражу подсудимым Ш., Б., Г. на один месяц, то есть до 23 мая 2018 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Усольского городского суда Иркутской области от 6 марта 2018 года о возвращении прокурору в порядке ст.237 УПК РФ уголовного дела в отношении Ш., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п.п. «а,г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, Б., Г., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, - изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание суда о том, что органом предварительного следствия в обвинении Б. и Г. не вменены все действия Ш., направленные на покушение на сбыт наркотического средства в крупном размере. 

В остальной части постановление суда оставить без изменения.

Меру пресечения подсудимым Ш., Б., Г. оставить прежней – заключение под стражу, продлив срок содержания под стражей каждому на один месяц, то есть до 23 мая 2018 года. 

Апелляционную жалобу адвоката Писарева М.А. в интересах подсудимой Ш. –удовлетворить частично. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Сергеева Г.Р.

.

.