2-1- 387/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 июня 2017 года город Балашов

Балашовский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Тарараксиной С.Э.,

при секретаре Мостовой А.П.

с участием представителя ФКУТ УФСИН России по Саратовской области по доверенности ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление ФИО2 к Федеральному Казенному Учреждению тюрьма УФСИН России по Саратовской области о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился с вышеуказанным иском к Федеральному Казенному Учреждению тюрьма УФСИН России по Саратовской области ( далее по тексту ФКУТ УФСИН России по Саратовской области), в котором просит о взыскании недополученной заработной платы за период ДД.ММ.ГГГГ. Свои требования мотивирует тем, что приговору суда отбывал наказание в отряде по хозяйственному обслуживанию, был трудоустроен, в том числе с ДД.ММ.ГГГГ на должность сборщика обуви, где работал до освобождения. Согласно расчетным листам по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ года заработная плата выплачивалась ниже минимального размера оплаты труда. Полагает, что указанные действия ответчика являются незаконными, нарушают требования ч. 3 ст. 37 Конституции РФ, в связи с чем вынужден обратиться в суд и просил о взыскании, согласно расчету заработной платы в размере 48 911 рублей 55 копеек, компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явился, о дне слушания дела извещен надлежащим образом. Согласно письменному обращению просил о рассмотрении дела в его отсутствие, настаивая на заявленных требованиях. 

Представитель ответчика по доверенности ФИО1 не признала заявленные ФИО2 исковые требования. Указала на требование статей 103-105 УИК РФ, которыми регулируются вопросы привлечения к труду, условия труда, оплаты труда осужденных к лишению свободы. Это не свободное волеизъявление осужденного, а его обязанность трудится в определенных местах и на работах. Трудовые обязанности работника и работодателя, исходя из заявленных требований отсутствуют. Трудовое законодательство в отношении осужденных применяется только в случаях, прямо предусмотренных статьями УИК РФ. С ДД.ММ.ГГГГ приказом №ос от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 был переведен сборщиком обуви участка сборки обуви со сдельной оплатой труда. И в рамках требований статьи 150 ТК РФ при выполнении работником со сдельной оплатой труда работ различной квалификации его труд оплачивался по расценкам выполняемой им работы. Пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ введен режим неполного рабочего дня, который до освобождения ФИО2 отменен не был. Была установлена продолжительность ежедневной работы - 3 часа 12 минут. Введение режима неполного рабочего дня уголовно-исполнительному законодательству не противоречит (ст. 105 УИК РФ). На условиях неполного рабочего времени оплата труда ФИО2 производилась пропорционально отработанному времени ( ст. 93 ТК РФ). Дополнила, что работу осуществлял осужденный в бригаде, а поэтому заработная плата распределялась на все. Просила в иске отказать. 

Анализируя в совокупности доводы сторон, имеющиеся в деле доказательства и законодательство, подлежащее применению к рассматриваемому спору, суд находит заявленный иск ФИО2 необоснованным и подлежащим отклонению, исходя из следующего.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 отбывал наказание по приговору Ртищевского районного суда (2) Саратовской области в ФКУТ УФСИН России по 

<

адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

В период отбытия наказания истец с ДД.ММ.ГГГГ ( л.д. 34) осуществлял трудовую деятельность в должности сборщика обуви участка сборки обуви со сдельной оплатой труда. С ДД.ММ.ГГГГ введен режим полного рабочего дня для осужденных, привлекаемых к оплачиваемому труду в Центре трудовой адаптации осужденных на участке раскроя обуви, участке сборки обуви, швейном и механическом участках (приказ №ос от ДД.ММ.ГГГГг. ( л.д. 35)). 

Приказом №ос от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ введен режим неполного рабочего дня, с продолжительностью ежедневной работы 3 часа 12 минут ( л.д. 37-38).

Приказом №-ос от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 прекращено привлечение к труду, о чем имеется подпись последнего ( л.д. 72-73 ( оборотная сторона)).

В соответствии с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно ст. 11 Трудового кодекса Российской Федерации трудовое законодательство и иные акты, содержащие нормы трудового права, также применяются к другим отношениям, связанным с использованием личного труда, если это предусмотрено настоящим Кодексом или иным федеральным законом.Ограничение распространения трудового законодательства в полной мере на осужденного предусмотрено ч. 1 ст. 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, из которой следует, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Поскольку общественно полезный труд, как средство исправления (ст. 9) и обязанность (ст. ст. 11 и 103) осужденных, является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Из толкования указанных правовых норм следует, что правоотношения, возникающие в связи с осуществлением трудовой деятельности осужденными в местах отбывания наказания в виде лишения свободы, регулируются не только нормами трудового, но и уголовно-исполнительного законодательства.

Законодатель не отнес указанную категорию граждан к лицам, работающим по трудовым договорам, то есть состоящим в трудовых отношениях с учреждениями, в которых они трудоустраиваются на период отбывания наказания.

Между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, с одной стороны, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не на свободном волеизъявлении осужденного, а его обязанностью трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые правоотношения, регулируемые исключительно нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

Из приведенных правовых норм следует, что привлечение лиц, осужденных к лишению свободы, к труду в период отбывания наказания не является трудовыми отношениями, характеризующимися добровольностью труда и основанными на соглашении непосредственно между работником и работодателем.

В соответствии с ч. ч. 2 и 3 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда.

Оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки.

Проверяя доводы истца о наличии у ответчика перед истцом задолженности по заработной плате, суд, исследовав представленные ответчиком в материалы дела доказательства, в том числе: наряды по исполнению обязанностей, согласно трудоустройству ( л.д. 39-51) за спорный период, отражающих количество отработанного времени, выполнении норм выработки и коэффициенте трудового участия в составе бригады, справку о начисленной заработной плате за вычетом подоходного налога ( л.д. 61-62), вкладыши в карточки учета лицевых счетов за указанный период, в которых указана ежемесячная заработная плата истца и содержится его подпись ( л.д. 63-69), пришел к выводу, что заработная плата истцу в указанный период начислялась с учетом отработанного им времени и норм выработки, в составе бригады с распределением бригадного заработка пропорционально отработанному времени и КТУ, перечислялась на его лицевой счет за вычетом произведенных удержаний.

Доводы истца, что размер производимой оплаты труда был меньше установленного минимального размера оплаты труда, с учетом доказательств по делу, выполнением истцом (его бригадой) установленных норм выработки при сдельной форме оплаты труда, положениям Трудового кодекса Российской Федерации не противоречит.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства не было установлено нарушения трудовых прав истца виновными действиями ответчика, суд пришел к выводу и об отсутствии оснований для удовлетворения производных требований о компенсации морального вреда (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к Федеральному Казенному Учреждению тюрьма УФСИН России по Саратовской области о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации морального вреда, отказать. 

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца, со дня изготовления мотивированного решения с 19 июня 2017 года, путем подачи жалобы через Балашовский районный суд.

Судья С.Э.Тарараксина