К делу № 2-607/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

п. Каменоломни 26 июля 2017 года 

Октябрьский районный суд Ростовской области в составе председательствующего судьи Купченко Н.В., при секретаре Семисотовой С.В., с участием представителя истца ФИО16, ответчика ФИО17, представителя ответчика ФИО18, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО19 к ФИО17 третье лицо - Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области, о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным и о прекращении права собственности на квартиру,- 

УСТАНОВИЛ :

ФИО19 обратилась в суд с иском к ФИО20, о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным и о прекращении права собственности на квартиру. В обоснование своих требований указала на те обстоятельства, что между истцом и ответчиком заключен договор дарения жилого помещения от 11.08.2015 г., по которому истец (даритель) безвозмездно передал ответчику (одаряемому) в собственность домовладение, а именно: целый земельный участок с расположенными на нем строениями, общей площадью 600 кв.м, кадастровый № и 1/3 долю в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, общей площадью 206.5 кв.м, находящиеся по адресу: 

<

адрес>. Домовладение принадлежало истцу на праве собственности. Переход права собственности на домовладение от ФИО19 к ФИО20 был зарегистрирован в Октябрьском Отделе Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области 27.08.2015 года. Титульным собственником квартиры является ФИО17, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости, выданной 09.02.2017г. филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ростовской области. Истец полагает, что имеются основания для признания договора недействительным под влиянием обмана со стороны ответчика. ФИО17 в 2014 году, вследствие тяжелых жизненных обстоятельств, оставшись одна с тремя детьми, попросилась к пожить к истцу. Истец пустила ее, так как на тот момент ее дочь ФИО17 не имела собственного жилья. Через какое-то время от ответчика ФИО17 поступило предложение истцу переоформить на ответчика квартиру, на что истец ответила отказом. 10.08.2015 г. ФИО19 поступила на стационарное лечение МБУЗ ЦРБ 

<

адрес> с диагнозом 

<

данные изъяты> Данное заболевание сопровождалось 

<

данные изъяты>. 11.08.2015 года. истцу позвонила ответчик и попросила срочно приехать в г. Шахты, для того, чтобы подписать документы, необходимые для приобретения ответчиком квартиры за счет «материнского капитала». Являясь юридически неграмотным человеком, истец решила, что это правда, и, несмотря на свое плохое состояние, поехала Шахтинский отдел Росреестра, где истец ФИО19 подписала все необходимые документы не читая, просто доверившись ответчику. В 2016 г. истец узнала о том, что ФИО17 обманным путем завладела ее домовладением, когда вследствие все более ухудшающихся отношений с дочерью, последняя предложила ей уехать из квартиры, и сообщила, что теперь квартира принадлежит ответчику. Таким образом, данная сделка была совершена сторонами под влиянием обмана со стороны ответчика. На основании изложенных обстоятельств истец просила суд признать договор дарения недвижимого имущества, заключенный между ФИО19 и ФИО17 11.08.2015 года, недействительным, прекратить право собственности ответчика на квартиру и возвратить квартиру в собственность истца.

Истец ФИО19 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена лично.

Представитель истца ФИО16, действующий на основании доверенности от 11.04.2017 года, в судебном заседании исковые требования ФИО19 поддержал, по основаниям, изложенным в иске, настаивал на их удовлетворении.

Ответчик ФИО17 в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просила отказать. Пояснила, что ФИО19 является ее матерью и договор дарения был заключен 11.08.2015 года добровольно самой ФИО19, без понуждения. При этом они договорились, что истец остается проживать в данном домовладении. Доводы истца о заключении договора дарения обманным путем ничем не обоснованы и не соответствуют обстоятельствам дела, поскольку, на оспариваемом договоре дарения стоит фамилия, имя, отчество истца, поставлена ее подпись. Текст оспариваемого договора дарения был прочитан истцом, документы на земельный участок и долю жилого дома истец лично предъявляла в регистрирующий орган. В учреждении юстиции истец лично подписала заявление о регистрации перехода права собственности на земельный участок и долю жилого дома, показала и сдала необходимые свои правоустанавливающие документы для регистрации перехода права собственности.Оспариваемый договор дарения ФИО19 предложила заключить ей сама, чтобы внуки были с жильем. Никакого отношения оспариваемый договор к договору о приобретении жилья за счет материнского капитала не имеет и обстоятельства по приобретению жилья за счет материнского капитала к рассматриваемому делу отношения не имеют.С момента подписания и регистрации перехода права по оспариваемому договору дарения бремя содержания недвижимого имущества несет только она, истец в этих расходах не участвует. Кроме того, указала, что, исковое заявление подано за рамками срока исковой давности оспаривания договора дарения, срок исковой давности по данному спору истек ДД.ММ.ГГГГ. Пропуск истцом срока исковой давности является отдельным основанием суда в отказе в иске.

Представитель ответчика ФИО18, действующая на основании доверенности от 26.04.2017 года, в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать и поддержала возражения ответчика.

Суд, на основе полного и всестороннего исследования имеющихся в материалах дела доказательств, допроса свидетелей по делу, приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований ФИО19 к ФИО20 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным и о прекращении права собственности на квартиру, следует отказать по следующим основаниям: 

В соответствии со ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу приведенной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Как следует из пункта 2 статьи 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Пунктами 1 и 2 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено и из материалов дела следует, что многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО10, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО17, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 5). Данный жилой дом расположен в границах земельного участка, по указанному адресу.

Между ФИО19 и ФИО17 11.08.2015 года заключен договор дарения недвижимого имущества (без передаточного акта), согласно которому ФИО19 подарила принадлежащие ей на праве собственности целый земельный участок, общей площадью 600 кв.м, кадастровый № и 1/3 долю в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, общей площадью 206,5 кв.м, в том числе жилой площадью 141,6 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

адрес>.(л.д. 7-8).

Исследованными по делу доказательствами подтверждается, что стороны лично 15.08.2015 года сдали документы на государственную регистрацию договора дарения и перехода права собственности на земельный участок и 1/3 долю жилого дома.

Как следует из документов, представленных Межрайонным отделом Федеральной кадастровой палаты Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Ростовской области, право собственности на 1/3 долю жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано за ФИО17 в установленном законодательством порядке, на основании совместных заявлений ФИО17 и ФИО19, собственноручно подписанных ими лично.

Судом установлено, что ФИО19 на момент предъявления иска проживает в указанном жилом доме совместно с дочерью ФИО17 по адресу: 

<

адрес>. Данные обстоятельства никем не оспариваются.

Кроме того, ФИО17 оплачиваются коммунальные платежи, о чем свидетельствуют представленные суду квитанции об оплате счетов на имя ответчика.

Суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства доводы истца о наличии порока воли при совершении договора дарения, не нашли своего объективного подтверждения. Текстуально договор дарения не вызывает никаких сомнений в предмете договора и всех иных его существенных условий.

Доводы истца о том, что она заключила договор дарения под влиянием обмана, дарить жилой дом не намеревалась, полагала, что помогает дочери оформить сделку за счет материнского капитала, суд признает необоснованными, поскольку они опровергаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами в их совокупности, свидетельствующими об осознанных действиях истца по передаче права собственности на жилое помещение ответчику, так как после собственноручного подписания договора дарения стороны явились в регистрирующий орган, подписали и подали государственному регистратору заявления и иные документы в целях их регистрации, при этом, до 2017 года никаких сомнений условия договора дарения у сторон не вызывали, претензий друг к другу стороны не имелось, процедура государственной регистрации спорного договора проведена в полном объеме, условия договора исполнены сторонами полностью.

Доводы истца о болезненном состоянии, его преклонном возрасте, сами по себе об обоснованности иска не свидетельствуют и порок воли дарителя при совершении сделки не подтверждают.

Согласно выписному эпикризу № из истории болезни стационарного больного 

<

данные изъяты>, в период с 10.08.2015 года по 20.08.2015 года, ФИО19 находилась на лечении с основным диагнозом 

<

данные изъяты> однако доказательством, подтверждающим наличие у ответчика существенных физических или психических отклонений, безусловно влияющих на понимание ответчиком в момент заключения договора значения своих действий и способность руководить ими, указанный эпикриз не является.

Более того, намерение истца подарить квартиру ответчику ФИО17 в ходе рассмотрения дела подтвердили допрошенные судом свидетели ФИО9 и ФИО5 Свидетель ФИО9пояснила, что неоднократно находилась в гостях ФИО17, которая проживала вместе с ФИО19 и ФИО19 лично при одной из встреч рассказывала ей о том, что планируеи подарить свою квартиру дочери ФИО17, что бы та проживала сне и ухаживала за ней, а потом в ходе одной из встреч рассказала ей, что подарила квартиру ФИО17 Свидетель ФИО5 пояснила, что является соседкой ФИО19 и от соседей слышала, что ФИО19 подарила свою квартиру ФИО17

Суд приходит к выводу о том, что показания свидетелей со стороны истца ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о том, что при них ФИО19 никогда не говорила о том, что планирует подарить свою квартиру ФИО17, не свидельствуют о том, что ФИО19 заключила спорный договор дарения с ответчиком под влиянием обмана или заблуждения. 

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Договор дарения от 11.08.2015 года зарегистрирован Управлением Федеральной регистрационной службы 24.08.2015 года, следовательно, суд приходит к выводу о том, что срок давности для предъявления в суд указанного иска истек 24.08.2016 года, при этом иск был предъявлен в суд 16.05.2017 года.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием для отказа в исковых требованиях.

Оснований для восстановления срока исковой давности в порядке статьи 205 ГК РФ, не имеется, поскольку причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

ФИО19 в удовлетворении исковых требований к ФИО17 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным и о прекращении права собственности на квартиру, отказать.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд Ростовской области.

Судья: 

Решение принято в окончательной форме 31.07.2017 года.