Мотивированное 

решение

 составлено 31.01.2025.

Копия

Дело № 2-15/2025

УИД 66RS0039-01-2024-000829-37

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Нижние Серги 20 января 2025 года 

Нижнесергинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Глухих Г.А.,

при секретаре судебного заседания Коневой Л.Д., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возложении обязанности, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возложении обязанности произвести демонтаж труб для стока дождевых, талых и хозяйственных вод и переноса их на другую сторону от ее участка, расположенного по адресу: г. Нижние Серги, 

<

адрес>.

В обоснование требований указала, что с февраля 2002 г. владеет дачей и земельным участком по адресу г. Нижние Серги, 

<

адрес>. Рядом с ее земельным участком, по адресу г. Нижние Серги, 

<

адрес> расположен участок, который принадлежит ответчику ФИО2 Примерно в 2015 г. ответчик залил фундамент и поставил забор. В фундамент, прилегающий к ее участку, ответчик вставил три трубы для водостока. Факт наличия труб для стока вод в фундаменте подтверждается имеющимися фотографиями. Свое решение вывести на ее (истца) земельный участок сточные воды через трубы в фундаменте ФИО2 с ней (истцом) не согласовывал и разрешения не спрашивал. Его (истца) участок располагается выше по склону, и теперь все воды через трубы текут на ее участок, унося плодородную почву, кроме этого, образуются глубокие канавы, которые приходится устранять. Она (истец) разговаривала с ФИО2 и просила, чтобы он перенес трубы на другую сторону, но он отказался, пояснив, что трубы больше некуда выводить.

ДД.ММ.ГГГГ она (истец) обратилась за помощью в МО МВД России «Нижнесергинский». УУП ФИО4 выехала на место, где расположен ее участок и участок ФИО2, и провела с последним беседу, которая не возымела никакого действия и все осталось без изменений. В январе 2024 г. она (истец) повторно обратилась в МО МВД России «Нижнесергинский» с заявлением о нарушении ее гражданских прав ФИО2, оценивая действия соседа, как самоуправство. ДД.ММ.ГГГГ ст. участковым ФИО5 было рассмотрено ее (истца) заявление с выездом на место, а также вынесено постановление от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что состава самоуправства в данном деле нет, истцу рекомендовано обратиться в суд. Полагает, что бездействие ответчика в течение длительного времени, почти 10 лет, причиняло ей (истцу) нравственные страдания, нарушало ее право на спокойное пользование земельным участком. Весной и летом ей (истцу) приходилось бороться с потоком сточных вод, чтобы участок не заливало водой. Она (истец) вынуждена была неоднократно просить ответчика убрать трубы, ходить по инстанциям и просить помощи, чтобы его (ответчика) обязали закрыть или убрать эти трубы.

Просит обязать ответчика ФИО2 произвести демонтаж труб для стока дождевых, талых и хозяйственных вод и переноса их на другую сторону от ее участка, расположенного по адресу: г. Нижние Серги, 

<

адрес>.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО3 (л.д. 59-60), он же определением от ДД.ММ.ГГГГ привлечен к участию в деле в качестве соответчика (л.д. 78-79).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в нем доводам. Дополнительно пояснила, что рытвины на земельном участке от стока сточных вод с участка ответчиков образовывались весной 2021, 2022 года, поскольку фотографии не делала, то подтвердить, что земельный участок по вине ответчика подвергался затоплению, не может. Также указала, что дважды вызывала сотрудников полиции в 2023 и в 2024 году, которые осматривали участок, но во время осмотра участка участковым, следов залива участка не было, но ответчик не отрицал, что сливал воду на ее (истца) участок. Земельный участок по 

<

адрес> г. Нижние Серги использует как дачу, постоянно не проживает. Моральные страдания связывает с тем, что на ее (истца) земельный участок ответчик льет помои, нарушает ее права, мешает пользоваться участком. Граница участка проходит по фундаменту и забору ответчика. Сточной канавы между участками нет. Свои требования основывает на том, что ей (истцу) надоело исправлять последствия стока вод. Также указала, что ей (истцу) известно, что ответчик цементом заделал трубы, сейчас ей (истцу) трубы не мешают, но это будет понятно только весной. О возможности перенести трубы, заключения эксперта у нее (истца) нет. При обращении устно, сотрудник администрации пояснил, что трубы расположены неправильно. Технического образования у сотрудника администрации нет.

Ответчик ФИО2 с заявленными требованиями не согласился, указал, что технологические отверстия заделал в 2024 году цементным раствором. В настоящее время через технические отверстия, которые были сделаны в 2014-2025 годах, проход сточных вод не возможен. Сейчас только через верх вода может идти. Овраг проходит посередине участка, который в настоящее время принадлежит сыну, и уходит на участок истца. Поверхностные воды пойдут по его (ФИО6) участку, так как выше есть другие участки, также вода поступает на участок из леса. Вода ранее проходила через технологические отверстия. Перенос труб на другую сторону участка возможен, но это очень затратно. Если трубы отвести в другую сторону от участка истца, то вода пойдет в разные стороны, так как с другой стороны участка идет возвышение, как в гору. Он (ФИО6) предлагал мужу истца сделать водоотведение. Также указал, что земельный участок истца ниже по уровню, его (ФИО6) земельный участок находится выше на горе. С января 2024 года собственником земельного участка стал сын.

Соответчик ФИО3 с исковыми требованиями не согласился, поддержал сказанное ответчиком, дополнительно пояснил, что технического образования у него нет, чтоб еще что-то пояснить по делу.

Выслушав стороны, изучив доводы искового заявления, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно положений ч. 1 ст. 35 Конституции РФ право частной собственности охраняется законом.

В силу нормы ст. 36 Конституции РФ граждане и их объединения вправе иметь в частной собственности землю (ч. 1).

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц (ч. 2).

В силу положений п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с п. 3 ст. 261 Гражданского кодекса РФ собственник земельного участка вправе использовать по своему усмотрению все, что находится над и под поверхностью этого участка, если иное не предусмотрено законами о недрах, об использовании воздушного пространства, иными законами и не нарушает прав других лиц.

Согласно п. 1 ст. 263 Гражданского кодекса РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (п. 2 ст. 260).

Из положений ст. 304 Гражданского кодекса РФ следует, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», применяя ст. 304 Гражданского кодекса РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу ст.ст. 304, 305 Гражданского кодекса РФ иск об устранении нарушений права, не связанный с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 является собственником жилого дома, с кадастровым номером № и земельного участка с целевым использованием для индивидуального жилищного строительства с кадастровым номером №, расположенных по адресу: Свердловская область, г. Нижние Серги, 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д.10) и выписками из ЕГРН (л.д. 20-26, 27-35). 

ФИО3 является собственником земельного участка с целевым использованием под строительство жилого дома с кадастровым номером 66:16:2001038:35, расположенного по адресу: Свердловская область, г. Нижние Серги, 

<

адрес> (л.д. 36-45).

Таким образом, судом установлено, что земельные участки истца и ответчика ФИО3 граничат между собой, при этом земельный участок данного ответчика расположен выше по склону, чем земельный участок истца.

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

Заявляя исковые требования ФИО1 указала, что примерно в 2015 г. ответчик залил фундамент и поставил забор. В фундамент, прилегающий к ее (истца) участку, вставил три трубы для водостока. Свое решение вывести на ее (истца) земельный участок сточные воды через трубы в фундаменте ФИО2 с ней (истцом) не согласовывал и разрешения не спрашивал. Поскольку земельный участок ответчика располагается выше по склону, все воды через трубы текут на ее (истца) земельный участок, унося плодородную почву, кроме этого, образуются глубокие канавы, которые приходится устранять. Она разговаривала с ФИО2 и просила, чтобы он перенес трубы на другую сторону, но таковой отказался, пояснив, что трубы больше некуда выводить.

Факт наличия труб для стока вод в фундаменте, расположенном на земельном участке ответчика подтверждается представленными фотографиями. 

Так, на указанных фотографиях изображен ленточный фундамент с установленными на нем металлическим забором, в фундаменте имеются отверстия, однако, достоверно установить, что зафиксированные на них объекты являются объектами в отношении которых заявлен спор не возможно, поскольку адрес нахождения объектов не указан. 

Однако, ответчики не отрицали, что в исковом заявлении речь идет именно об этих отверстиях, которые являются технологическими, через указанные отверстия планировалось отводить воду, попадающую на земельный участок.

В возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 Уголовного кодекса РФ, отказано по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО2 (л.д. 11-12).Из объяснения ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что с ДД.ММ.ГГГГ он является собственником земельного участка по 

<

адрес> в г. Нижние Серги Свердловской области, им были выполнены работы по устройству забора на бетонном основании, в котором предусмотрены технологические отверстия для стока верхних вод (дождевых и талых), так как рельеф участка имеет уклоны. Все работы производились в 2014 году на личные денежные средства.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из отзыва на исковое заявление следует, что отверстия в бетонном ростверке, которые явились причиной разногласий, заделаны цементным раствором, далее вода будет течь, как и раньше, таковы особенности ландшафта территории, только через верх ростверка.

В судебном заседании истец подтвердила, что трубы заделаны.

Доказательств обратного суду не представлено. 

Ходатайств о назначении и проведении по делу судебной экспертизы сторонам не заявлялось. 

Поскольку на земельном участке Л-ных на момент рассмотрения дела сквозные технологические отверстия в бетонном фундаменте отсутствуют, а доказательств того, что нахождение на земельном участке ответчиков на бетонном основании забора технологических отверстий для стока верхних вод (дождевых и талых), нарушают права истца, в том числе путем поступления хозяйственных вод с участка ответчика на участок истца и ухудшения в этой связи плодородности почвы, суду не представлено, то оснований полагать, что действиями ответчиков, не связанными с лишением владения, нарушались и (или) нарушаются в настоящее время права истца, в том числе право собственности или законное владение истца земельным участком, то суд не усматривает оснований для удовлетворения требований об обязании ответчиков демонтировать трубы и перенести таковые на другую сторону земельного участка удовлетворены быть не могут.

Таким образом, поскольку условием для удовлетворения иска об устранении препятствий является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушения своего права, при этом у истца имеется право собственности или иное вещное право на вещь, им представлены доказательства наличия препятствий в осуществлении прав собственности, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком создаются препятствия в использовании собственником имущества, а истцом такая совокупность не доказана, то оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.

Абзац 10 ст. 12 Гражданского кодекса РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно разъяснениям абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда и определении размера такой компенсации суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

На основании ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 названного постановления).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Поскольку достоверных и допустимых доказательств причинения морального вреда нематериальным благам, предусмотренным ст.151 Гражданского кодекса РФ, виновными противоправными действиями ответчиков, в судебное заседание истцом не представлено, нравственные страдания истец связывает с имущественным ущербом, что не предусмотрено законом как основание для компенсации морального вреда, сам факт наличия указанного имущественного ущерба, истцом не доказан, то суд считает, что в удовлетворении требований истца о компенсации морального вреда также надлежит отказать.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возложении обязанности, компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом путем подачи жалобы через Нижнесергинский районный суд. 

Судья (подпись)

Копия верна. Судья Г.А. Глухих