РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Нижний Тагил 22 июля 2019 года

Ленинский районный суд г. Нижнего Тагила Свердловской области

в составе председательствующего судьи Луценко В.В.,

при секретаре Цыбуля А.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца адвоката Мастеренко В.А.,

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1213/2019 по иску ФИО1 к государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области об обязании включить оспариваемый период трудовой деятельности в специальный стаж и назначении пенсии,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском о признании незаконным решения ответчика об отказе в назначении пенсии, указав, что он в связи с достижением пенсионного возраста 06.08.2018 обратился к ответчику с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального Закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». 

Решением Управления Пенсионного фонда РФ в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области № 1138802/18 от 06.09.2018 ему отказано в досрочном назначении трудовой пенсии по старости, при этом в стаж на соответствующих видах работ ему не были включены следующие периоды.

Во время работы в муниципальном медицинском учреждении «Городская стоматологическая поликлиниках № 1», врач-стоматолог:

- отпуска без сохранении заработной платы: с 05.11.1990 по 06.11.1990 (02), с 15.02.1992 по 21.02.1992 (07), с 07.09.1992 по 11.09.1992 (05), с 15.11.1993 (01), с 25.07.1994 по 01.08.1994 (07), с 06.05.1996 по 08.05.1996 (03), с 05.06.1997 по 09.06.1997 (05), с 09.03.1999 по 11.03.1999 (03), с 24.04.2000 по 26.04.2000 (03), с 18.08.2000 по 22.08.2000 (05), с 03.01.2001 по 06.01.2001 (04), с 03.05.2001 по 05.05.2001 (03), с 04.01.2003 по 05.01.2003 (02), с 04.04.2003 по 07.04.2003 (04), с 05.05.2003 по 08.05.2003 (04), с 16.11.2004 по 20.11.2004 (05),

курсы повышения квалификации: с 04.01.1995 по 19.02.1995 (00 01 16), с 19.01.2009 по 14.02.2009 (26), с 11.03.2014 по 05.04.2014 (25),

- военные сборы: 27.08.2008 (01).

Работа в ООО «Стоматологическая клиника № 1», врач-стоматолог:

С 01.08.2005 по 03.08.2008 (03 00 03).

Истец считает решение ответчика об отказе в назначении досрочной страховой пенсии по старости незаконным, так как указанные в решении пенсионного органа периоды трудовой деятельности подлежат включению в специальный стаж для назначения досрочной страховой пенсии по старости, поскольку истец осуществлял лечебную деятельность в должностях и учреждениях, предусмотренных Списком профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденным постановлением Совета Министров РСФСР от 09.09.1991 №434, Списком должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 22.09.1999 № 1066, и Списком должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29.10.2002 №781.

Истец полагает, что независимо от наименования лечебного учреждения - ООО «Стоматологическая клиника № 1» характер его деятельности в спорные периоды не менялся, поскольку оно оказывало медицинскую помощь пациентам, осуществляло деятельность по охране здоровья населения.

Периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Не включение в специальный стаж периодов нахождения работников на курсах повышения квалификации влечет необоснованное ограничение их пенсионных прав.

В связи с этим истец просит признать незаконным решение ответчика об отказе в назначении пенсии, включить периоды работы с 04.01.1995 по 19.02.1995 (00 01 16), с 01.08.2005 по 03.08.2008 (03 00 03), 27.08.2008 (01), с 19.01.2009 по 14.02.2009 (26), с 11.03.2014 по 05.04.2014 (25) в качестве врача-стоматолога, а так же период службы в Вооруженных Силах РФ с 15.05.1983 по 23.10.1984 в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости и обязать ответчика назначить ему трудовую пенсию досрочно с даты обращения за ее назначением 06.08.2018.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали и просили их удовлетворить. 

Представитель ответчика - Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала и просила суд в удовлетворении заявленных требований ФИО1 отказать по доводам, изложенным в письменном отзыве, согласно которому 

06.08.2018 были представлены в УПФР документы истца для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона РФ от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Закон № 400-ФЗ) (ранее аналогичные правоотношения регулировались Федеральным законом от 17.12.2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации»),

УПФР была произведена оценка пенсионных прав истца по нормам, действующим до введения в действие нового правового регулирования, а также в соответствии с действующим законодательством.

Рассмотрев документы ФИО4, представленные для назначения досрочной страховой пенсии, было вынесено решение об отказе от 06.09.2018 № 1138802/18. В соответствии с Постановлением Правительства РФ № 665 принятый к зачету стаж составил 25 лет 07 месяцев 24 дня, стаж принятый к зачету в соответствии с Постановлением Правительства РФ № 665 с применением ч. 3, ч. 4 ст. 30 ФЗ-400 - 27 лет 02 месяца 26 дней, с применением Постановления Конституционного суда РФ от 29.01.2004 года № 2-П принятый к зачету стаж составил 25 лет 07 месяцев 24 дня.

Период работы с 01.08.2005 по 03.08.2008 (03 года 03 дня) в ООО «Стоматологическая клиника № 1», врачом-стоматологом не был принят к зачету в стаж на соответствующих видах работ, так как при назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 «О страховых пенсиях» включается работа только в учреждениях. ООО «Стоматологическая клиника № 1» по своей организационно-правовой форме не является учреждением. Общество с ограниченной ответственностью и учреждение имеют разную юридическую природу и создаются для осуществления различных целей.

Кроме того, в соответствии с п. 4 Правил № 781 с 01.11.1999 работа в должностях в учреждениях указанных в Списке, засчитывается при условии ее выполнения в режиме нормальной или Сокращенной продолжительности рабочего времени в объеме полной ставки по одной из должностей. Данное условие не подтверждено.

Помимо этого, в соответствии с ч.2 ст. 14 Закона № 400-ФЗ периоды работы и иной деятельности, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. Согласно пп «б» п.4 Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 02.10.2014 № 1015, при подсчете страхового стажа периоды работы и (или) иной деятельности и иные периоды после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. Дата регистрации ФИО1 - 13.05.1998. Таким образом, периоды после регистрации застрахованного лица в системе обязательного пенсионного страхования, не подтвержденные сведениями индивидуального (персонифицированного) учета (реквизитами «условия для досрочного назначения трудовой пенсии по старости»), не могут быть включены в стаж на соответствующих видах.

В период с 01.08.2005 по 01.04.2007 имела место работа по совместительству в должности врача стоматолога-ортопеда в Муниципальном учреждении здравоохранения Стоматологическая поликлиника № 1, г. Н. Тагил. В соответствии с п. 4 Правил № 781 работа в должностях и учреждениях, указанных в Списке, засчитывается при условии ее выполнения в режиме нормальной или сокращенной Продолжительности рабочего времени в объеме полной ставки по одной из должностей. Учреждением документально не подтвержден режим работы на ставку заработной платы. Согласно уточняющей справке ГАУЗ Свердловской области «Стоматологическая поликлиника город Нижний Тагил» от 23.08.2018 № 243 подтвердить долю ставки работы за указанный период нет возможности ввиду отсутствия документов.

Кроме того, в спорный период имел место один день без сохранения заработной платы, который не подлежит зачету в специальный стаж истца по действующему пенсионному законодательству.

Курсы повышения квалификации с 04.01.1995 по 19.02.1995 (01 месяц 16 дней); с 19.01.2009 по 14.02.2009 (26 дней); с 11.03.2014 по 05.04.2014 (25 дней) в период работы в муниципальном медицинском учреждении «Городская стоматологическая поликлиника № 1», врач-стоматолог, не подлежат включению в специальный стаж, так как основным условием для досрочного назначения трудовой пенсии в связи с лечебной и иной деятельностью по охране населения является осуществление такой деятельности. Находясь на курсах усовершенствования, истец не выполнял свои трудовые обязанности и не осуществлял лечебную деятельность. 

Период службы ФИО1 в Вооруженных Силах РФ 15.05.1983 по 23.10.1984, который он просит включить в специальный стаж, уже включен пенсионным органом, в связи с чем требование о его зачете в стаж на соответствующих видах работ заявлено ошибочно.

Другие периоды, также исключенные из специального стажа, в исковом заявлении не оспариваются.

При исключении оспариваемых периодов специальный стаж истца составляет менее 30 лет, поэтому досрочная страховая пенсия по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ не может быть назначена.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно со ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потури кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

В силу ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее по тексту Закон № 400-ФЗ), вступившего в силу с 01.01.2015, право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ страховая пенсия по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 назначается лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Как установлено судом, истец 06.08.2018 обратился в Управление пенсионного фонда с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

При этом суд отмечает, что истец не достиг пенсионного возраста как он указывает в исковом заявлении, поскольку его возраст на момент обращения в пенсионный орган составлял 54 года.

Решением Управления № 11138802/18 от 06.09.2018 ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности специального стажа. Зачтенный ответчиком специальный стаж на дату обращения истца с заявлением о назначении пенсии составил в разных вариантах его исчисления 25 лет 07 месяцев 24 дня или 27 лет 02 месяца 26 дней.

Как следует из решения Управления, в специальный стаж не включен ряд периодов трудовой деятельности истца, в том числе, которые оспариваются истцом. 

Свое решение о невключении периода работы с 01.08.2005 по 03.08.2008 в ООО «Стоматологическая поликлиника № 1» врачом-стоматологом ответчик мотивировал тем, что при назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п. 20 ч. 1 ст. 30 «О страховых пенсиях» включается работа только в учреждениях.

Суд не находит законных оснований для отмены решения ответчика в данной части ввиду следующего.

ООО «Стоматологическая клиника № 1» по своей организационно-правовой форме не является учреждением. В соответствии с п. 1 ст. 120 Гражданского кодекса РФ учреждением признается некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Обществом с ограниченной ответственностью признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей (ст. 87 Гражданского кодекса РФ).

Хозяйственными товариществами и обществами, в свою очередь, признаются корпоративные коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом (ст. 66 Гражданского кодекса РФ).

Исходя из приведенных положений Гражданского кодекса РФ общество с ограниченной ответственностью и учреждение имеют разную юридическую природу и создаются для осуществления различных целей.

Осуществляемая коммерческими организациями деятельность, в том числе, в медицинской сфере, организуется ими по своему усмотрению и не охватывается требованиями действующего законодательства, предъявляемыми к продолжительности и интенсивности работы в тех или иных должностях. В связи с этим выполняемая профессиональная деятельность существенно отличается от жестко регламентируемой деятельности работников учреждений здравоохранения, а потому установленные законодателем различия в условиях досрочного пенсионного обеспечения по старости, основанные на таких объективных критериях, как условия, режим и интенсивность работы, не могут рассматриваться как нарушающие конституционный принцип равенства при реализации права на пенсионное обеспечение, гарантированного статьей 39 (часть 1) Конституции Российской Федерации.

В основу дифференциации досрочного пенсионного обеспечения по старости законодателем положены не только специфика профессиональной деятельности лиц, осуществлявших лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, но и особенности функционирования учреждений здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий и выполнение определенной нагрузки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.06.2004 № 11-П, а также в Определении от 04.03.2004 № 81-О, закрепляя в Федеральном законе «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения трудовой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда (в данном случае речь идет о лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, осуществляемой на протяжении длительного периода); при этом учитываются и различия в характере работы, функциональных обязанностях лиц, работающих на одних и тех же должностях, но в разных по профилю и задачам деятельности учреждениях и организациях.

Основанная на указанных признаках дифференциация в условиях реализации права на трудовую пенсию по старости сама по себе не может расцениваться как нарушающая принцип равенства всех перед законом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации) либо ограничивающая право граждан на пенсионное обеспечение (статья 39, часть 1, Конституции Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 03.06.2004 № 11-П указал, что форма собственности как таковая не может служить достаточным основанием для дифференциации условий назначения трудовых пенсий по старости лицам, работающим в учреждениях здравоохранения в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям; то обстоятельство, в чьем ведении находятся эти учреждения и кому принадлежит закрепленное за ними имущество - государству, муниципальному образованию, акционерному обществу и пр., само по себе не предопределяет различий в условиях и характере профессиональной деятельности их работников и не свидетельствует о существовании таких различий. Однако в названном Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации указано на недопустимость ограничения пенсионных прав лиц, работающих в учреждениях здравоохранения в одних и тех же по своим функциональным обязанностям должностях и по одним и тем же профессиям, в зависимости от формы собственности такого учреждения (государственная, муниципальная или частная), т.е. речь идет не о любых организационно-правовых формах юридических лиц, а лишь о виде собственности учреждения здравоохранения, в то время как в ходе рассмотрения дела установлено и истцом не оспаривается, что в спорный период он работал не в учреждении здравоохранения, а в коммерческой организации (обществе с ограниченной ответственностью).

Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую или лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, периодов работы в организациях, не относящихся по своей организационно-правовой форме к учреждениям, судам следует иметь в виду, что в силу подпунктов 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической и лечебной деятельностью предоставляется исключительно работникам учреждений. Исходя из пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). При этом форма собственности (государственная, муниципальная, частная) учреждений в данном случае правового значения не имеет.

В то же время при изменении организационно-правовой формы учреждений, предусмотренных подпунктами 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в случае сохранения в них прежнего характера профессиональной деятельности работников суд вправе установить тождественность должностей, работа в которых засчитывается в стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости, тем должностям, которые установлены после такого изменения (абзац второй пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 № 30).

Каких-либо сведений о том, что вышеуказанное общество ООО «Стоматологическая поликлиника № 1» ранее являлось учреждением, которое впоследствии изменило организационно-правовую форму, не представлено.

В то же время суд не может согласиться с обоснованностью исключения из стажа истца периода прохождения курсов повышения квалификации и военных сборов по следующим основаниям.

В соответствии с пунктами 4, 5 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2002 № 516, в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Периоды работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, которая выполнялась постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж в календарном порядке, если иное не предусмотрено настоящими Правилами и иными нормативными правовыми актами. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Согласно ст. 187 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

Аналогичные положение содержались в ранее действовавшем Кодексе законов о труде Российской Федерации (ст. 112).

В силу приведенных выше норм, периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. Не включение в специальный стаж периодов нахождения работников на курсах повышения квалификации влечет необоснованное ограничение их пенсионных прав.

Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права истца на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

Таким образом, курсы повышения квалификации в периоды с 04.01.1995 по 19.02.1995 (1 месяц 16 дней), с 19.01.2009 по 14.02.2009 (26 дней), с 11.03.2014 по 05.04.2014 (25 дней), подлежат включению в стаж лечебной деятельности в календарном исчислении.

В период прохождения истцом военных сборов действовало постановление Совмина СССР от 03.08.1972 № 590 «Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий» абзацем вторым пункта «л» части 109 которого было предусмотрено, что при назначении на льготных условиях или в льготных размерах пенсии по старости рабочим и служащим, работавшим на работах с вредными и тяжелыми условиями труда, периоды, указанные в пункте «к» и «л» данного Постановления, в том числе и период службы в составе Вооруженных Сил СССР, приравнивались по выбору обратившегося за назначением пенсии либо к работе, которая предшествовала данному периоду, либо к работе, которая следовала за окончанием этого периода.

Таким образом, действовавшее в период прохождения истцом службы на военных сборах правовое регулирование предусматривало возможность зачета такой деятельности в специальный стаж работы, а дальнейшее изменение законодательства не может служить основанием для ущемления его права в области пенсионного обеспечения.

Действующий в настоящее время Федеральный закон от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» призыв на военные сборы также включает в воинскую обязанность гражданина (статья 1), а граждане, проходящие военные сборы, считаются исполняющими обязанности военной службы (статья 37).

Таким образом, период прохождения истцом военных сборов подлежит включению в специальный стаж, иное повлекло бы нарушение конституционных прав истца в сфере пенсионного обеспечения.

Кроме этого, за время прохождения военных сборов за работником сохранялась средняя заработная плата, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Граждане на время прохождения военных сборов освобождаются от работы с сохранением за ними места постоянной работы и выплатой среднего заработка по месту постоянной работы (п. 2 ст. 6 Федерального закона от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»).

Таким образом, день прохождения военных сборов 27.08.2008 подлежит включению в стаж лечебной деятельности в календарном исчислении.

Поскольку период службы в Вооруженных Силах РФ с 15.05.1983 по 23.10.1984 уже включен ответчиком в специальный стаж истца, оснований для удовлетворения требований истца о включении данного периода в стад не имеется.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Возложить на Государственное учреждение Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области обязанность зачесть в специальный стаж ФИО1, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в календарном исчислении периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 04.01.1995 по 19.02.1995 (1 месяц 16 дней), с 19.01.2009 по 14.02.2009 (26 дней), с 11.03.2014 по 05.04.2014 (25 дней), и период прохождения военных сборов 27.08.2008 (1 день), признав незаконным решение Государственного учреждения Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Нижнем Тагиле и Пригородном районе Свердловской области № 1138802/18 от 06 сентября 2018 года в части отказа во включении указанных периодов в специальный трудовой стаж истца.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г.Нижнего Тагила Свердловской области.

Решение в окончательной форме принято 26 июля 2019 года.

<

...>

<

...>

Судья Луценко В.В.