РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 сентября 2019 года город Уфа

Уфимский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Серова А.А., 

при секретаре – Парфёновой А.А.,

с участием ответчика ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части 00000 о взыскании с бывшего военнослужащего указанной воинской части младшего сержанта запаса ФИО4 денежных средств за выданное ему вещевое имущество личного пользования и инвентарное вещевое имущество, срок носки которого на момент увольнения с военной службы не истек,

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части 00000 обратился в Уфимский гарнизонный военный суд с исковым заявлением, из содержания которого, а также приложенных материалов усматривается, что ФИО4 в период прохождения военной службы в войсковой части 00000 выдавалось инвентарное вещевое имущество и имущество личного пользования, однако при увольнении с военной службы таковое, не выслужившее установленные сроки носки, сдано не было, чем государству, в лице Министерства обороны Российской Федерации, был причинен материальный ущерб на сумму 40108 рублей 72 копейки.

В связи с изложенным, командир указанной части в своем иске просил суд обязать ответчика в добровольном порядке возвратить выданное ему инвентарное вещевое имущество, а в случае отказа взыскать с ФИО4 в пользу финансового органа – Федерального казенного учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес>» (далее ФКУ «ОФО МО Российской Федерации по 

<

адрес>») положенную к удержанию остаточную стоимость выданного ФИО4 в период прохождения военной службы имущества, на указанную сумму.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что во время прохождения военной службы он действительно получал вещевое имущество, но при увольнении сдал его надлежащим порядком, с соответствующим оформлением обходного листа, однако представить суду копии соответствующих накладных не смог. При этом, ФИО4 ходатайствовал о применении срока исковой давности и отказе в связи с этим в удовлетворении требований иска.

Врио командира части ФИО уведомленный о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыл, а в своем письменном заявлении просил рассмотреть дело без участия истца и его представителя.

Представитель третьего лица ФКУ «ОФО Минобороны России по 

<

адрес>» ФИО5, уведомленный о месте и времени судебного заседания, в него так же не прибыл, а в своем письменном заявлении просил рассмотреть дело без его участия.

Выслушав доводы ответчика, изучив исковое заявление и исследовав представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих» от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ военнослужащий, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с указанным федеральным законом и другими федеральными законами.

В силу статьи 2 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ (далее – Закон) к имуществу воинской части отнесены все виды вооружения, вещевое имущество и иные виды военного имущества, деньги и ценные бумаги, другие материальные средства, являющиеся федеральной собственностью и закрепленные за воинской частью.

В соответствии со статьей 5 Закона военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен, в частности, военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, пользования и других целей.

Из пункта 2 статьи 9 Закона следует, что в случае, когда причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы и не был привлечен к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится судом по иску, предъявленному командиром воинской части, в размере, установленном настоящим законом.

Из статьи 14 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и пункта 25 «Правил владения, пользования и распоряжения вещевым имуществом, а также банно-прачечного обслуживания в мирное время», утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 июня 2006 года № 390 усматривается, что возврату подлежит вещевое имущество личного пользования, срок носки которого не истек, выданное военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, в случае их увольнения с военной службы по основаниям, предусмотренным п.п. «д»-«з» п. 1 и п.п. «в»-«е(2)» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», а так же инвентарное имущество, за исключением отдельных предметов, предусмотренных нормами снабжения.

Согласно пункту 62 «Порядка вещевого обеспечения в Вооруженных Силах Российской Федерации на мирное время», утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 14 августа 2013 года № 555 (действовавшего в период увольнения ФИО4 с военной службы), военнослужащие при убытии в длительные командировки, переводе из одной воинской части в другую, увольняемые с военной службы, сдают на вещевой склад воинской части (в кладовую подразделения) находящееся у них в пользовании инвентарное имущество.

Аналогичный порядок предусмотрен и ныне действующим приказом Министра обороны Российской Федерации от 14 августа 2017 года № 500.

Из материалов дела следует, что во время прохождения военной службы по контракту ФИО4 было выдано положенное ему инвентарное вещевое имущество и имущество личного пользования, что подтверждается копиями раздаточных ведомостей за апрель 2014 года №, за октябрь 2014 года №, №, за февраль 2015 года №, №, за март 2015 года №, за июль 2015 года №, №, за август 2015 года №, а также копиями ведомости выдачи материальных ценностей № от 12 февраля 2014 года, копиями требований-накладных за октябрь 2014 года №, за сентябрь 2015 года №, за декабрь 2015 года № в которых имеются подписи ответчика о получении им предметов инвентарного вещевого имущества. При этом получение указанного в вышеприведенных документах имущества, ответчиком в судебном заседании не оспаривалось.

В подтверждение факта не сдачи ответчиком при увольнении с военной службы полученного инвентарного имущества и имущества личного пользования на сумму 40108 рублей 72 копейки, истцом представлен акт встречной проверки контрольной группы Межрегионального управления ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по 

<

адрес> военному округу) от 22 мая 2017 года № и приложение к нему в виде поименных списков военнослужащих №. Из указанного акта усматривается, что в ходе проверки была выявлена не сдача военнослужащими воинской части различного вещевого имущества, в том числе ФИО4, на сумму 40108 рублей 72 копейки.

Согласно выписке из приказа от 18 января 2016 года № командира 

<

данные изъяты>, ФИО4 был досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением им условий контракта и на основании приказа от 20 января 2016 года № командира войсковой части 00000, исключен из списков личного состава части с 21 января 2016 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности (для воинских частей, дислоцированных за пределами Российской Федерации, - в стране пребывания) на день обнаружения ущерба.

Цены на вооружение, военную технику, боеприпасы, другое имущество, централизованно поставляемые воинским частям, определяются уполномоченными на то государственными органами.

Согласно справкам-расчетам войсковой части 00000 от 03 мая 2017 года № и №, стоимость утраченного ФИО4 вещевого имущества ВКПО и имущества личного пользования, сроки носки которого на момент его увольнения не истекли, составляет 34485 рублей 76 копеек и 5622 рубля 96 копеек, соответственно, а всего на сумму 40108 рублей 72 копейки. 

Из копии электронного требования - накладной № по войсковой части 00000 от 01 декабря 2016 года, представленной 

<

данные изъяты> отделением ФКУ «ОФО Минобороны России по 

<

адрес>», где ранее на обслуживании находилась войсковая часть 00000, видно, что за ФИО4 числилось различное вещевое имущество, в том числе указанное в справке-расчете воинской части от 03 мая 2017 года №.

Свидетель ФИО1 в суде пояснил, что с ответчиком ФИО4 они проходили военную службу в войсковой части 00000. В январе 2016 года он увольнялся со службы и при сдаче имущества на вещевой склад встретил ФИО4, который пояснил ему, что тоже сдает вещевое имущество, однако достоверно пояснить о сдаче ответчиком вещевого имущества, в том числе какого и кому, указанный свидетель не смог, пояснив что знает об этих фактах лишь со слов самого ФИО4

Свидетель ФИО2 в суде показал, что в 2016 году он занимал должность начальника отделения кадров войсковой части 00000, однако о предоставлении ФИО4 при увольнении обходного листа, он пояснить не смог, сославшись на то, что данного военнослужащего он не помнит. При этом свидетель пояснил, что в связи со служебной необходимостью имелись и отдельные случаи увольнения военнослужащих без надлежащей сдачи ими вещевого имущества.

Из заключения по материалам проведенного административного расследования по факту причинения материального ущерба следует, что ФИО4 перед увольнением с военной службы обходной лист не получал и вещевое имущество на склад не сдавал.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако каких-либо доказательств, достоверно подтверждающих добровольное возмещение ущерба, либо отсутствие оснований для привлечения к ответственности, ответчиком ФИО4 суду представлено не было.

Вместе с тем, истцом в суд представлены доказательства получения ФИО4 инвентарного имущества и имущества личного пользования, а также факт не сдачи такового, что подтверждается вышеназванными документами.

При таких обстоятельствах, с учетом вышеприведенных требований законодательства, суд пришел к выводу, что полученное ФИО4 инвентарное имущество, не выслужившее установленные сроки, подлежало сдаче в воинскую часть, а не выполнение этого требования повлекло причинение государству имущественного ущерба.

Вместе с тем, в настоящее время оснований для удовлетворения иска не имеется.

Так, согласно пункту 1 статьи 1 Закона условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причинённый ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закреплённому за воинскими частями, а также порядок возмещения причинённого ущерба установлены данным Федеральным законом.

Одним из таких условий является давность привлечения военнослужащих к материальной ответственности.

Как определено пунктом 4 статьи 3 Закона военнослужащие могут быть привлечены к материальной ответственности в течение трёх лет со дня обнаружения ущерба.

По смыслу приведённой нормы указанный срок не может быть приостановлен, прерван или восстановлен, поскольку не является разновидностью срока исковой давности, а регламентирует порядок привлечения военнослужащих к материальной ответственности. При этом срок привлечения военнослужащего к материальной ответственности ограничивает тремя годами весь процесс такого привлечения, вплоть до издания приказа командиром воинской части или принятия решения военным судом. Истечение указанного срока является препятствием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности, как во внесудебном порядке, так и безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленного соответствующим командиром иска.

При таких обстоятельствах доводы ответчика о применении срока исковой давности, установленного Гражданским кодексом Российской Федерации, суд находит безосновательными.

Это обусловлено в том числе и тем, что оговариваемая норма Закона является специальной и направлена на регулирование правоотношений, связанных с условиями и размером материальной ответственности военнослужащих и граждан, призванных на военные сборы, за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также определяет порядок возмещения причиненного ущерба.

В пункте 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснено, что днём обнаружения ущерба следует считать день, когда командиру воинской части, а в соответствующих случаях вышестоящим в порядке подчинённости органам военного управления и воинским должностным лицам стало известно о наличии материального ущерба, причинённого военнослужащим.

Пунктами 1 и 3 Приказания от 10 июля 2012 года № начальника штаба 

<

адрес> военного округа «О погашении задолженностей по материальным ценностям…» командирам подчиненных войсковых частей предписывается подписывать обходной лист на увольняемых военнослужащих только после подписи должностных лиц о том, что за ними не имеется задолженности по материальным ценностям, а начальникам отделений кадров воинских частей выдавать документы (предписания, выписки из приказов) только после представления данного обходного листа, подписанного уполномоченными должностными лицами территориальных управлений финансового обеспечения с записью об отсутствии задолженности.

Вместе с тем, согласно сообщению представителя командира войсковой части 00000 ФИО6 обходной лист ответчика в воинской части отсутствует, о чем не могло быть неизвестно командованию в момент увольнения ФИО4 с военной службы и его исключения из списков личного состава воинской части.

Данное обстоятельство подтверждается и заключением по материалам административного расследования, а также имеющимся в них объяснением от 17.06.2017 года командира взвода ФИО3, из которых следует, что ответчик перед увольнением обходной лист не получал и вещевое имущество на вещевой склад не сдавал.

Исходя из вышеизложенного, следует, что трёхлетний срок привлечения ФИО4 к материальной ответственности необходимо исчислять с даты, когда командованию части стало известно о причинении им материального ущерба, то есть о не сдаче на вещевой склад инвентарного вещевого имущества, а именно с даты исключения указанного военнослужащего из списков личного состава воинской части, т.е. с 21 января 2016 года.

При этом, проведение в войсковой части 00000 документальной проверки контрольной группой Межрегионального управления ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по 

<

адрес> военному округу) 22 мая 2017 года, в ходе которой был выявлен причиненный государству ущерб, а также административного расследования по результатам этой проверки в июне 2017 года, то есть по истечении более одного года с момента увольнения ответчика с военной службы, свидетельствует лишь о нераспорядительности командования в вопросе принятия мер для возмещения ущерба государству и не является фактическим моментом обнаружения такового.

Таким образом, датой обнаружения ущерба следует считать именно 21 января 2016 года, с которой на настоящий момент прошло более трех лет, то есть истек срок привлечения ответчика к материальной ответственности и в настоящее время оснований для удовлетворения иска в части взыскания денежных средств за выданное ему вещевое имущество не имеется.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащий может добровольно полностью или частично возместить причиненный ущерб в денежной форме. При этом каких-либо материально-правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по возврату инвентарного вещевого имущества в натуральном виде указанный Закон не содержит.

С учетом изложенных выше обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что требования истца, в части возложения на ответчика обязательства по возврату выданного ему инвентарного вещевого имущества, также удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК Российской Федерации, военный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска командира войсковой части 00000 о взыскании с бывшего военнослужащего указанной воинской части младшего сержанта запаса ФИО4 денежных средств за выданное ему вещевое имущество личного пользования и инвентарное вещевое имущество, срок носки которого на момент увольнения с военной службы не истек, отказать в связи с истечением срока привлечения ответчика к материальной ответственности.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приволжский окружной военный суд, а начиная с 1 октября 2019 года - в Центральный окружной военный суд через Уфимский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 24 сентября 2019 года.

Председательствующий по делу: А.А. Серов