Председательствующий: Тетенко Ю.С. Дело № 22-441/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Абакан 27 марта 2024 г. 

Верховный Суд Республики Хакасия в составе 

председательствующего Когай Г.А., 

при секретаре Садовой А.В.,

с участием прокурора Потаповой Л.В., 

представителя потерпевшего ФИО2,

защитника – адвоката Шурыгиной Н.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе представителя потерпевшего ПАО «

<

данные изъяты>» ФИО2 на постановление Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 21 декабря 2023 г., которым уголовное дело в отношении 

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>, гражданина РФ, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.159 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, - прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 1 ст. 254 УПК РФ в связи с его смертью. 

Изучив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников судебного заседания, суд 

УСТАНОВИЛ:

постановлением Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 21 декабря 2023 г., уголовное дело в отношении ФИО3 прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 1 ст. 254 УПК РФ в связи с его смертью. 

Судом установлено, что ФИО3 на территории 

<

адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества ПАО 

<

данные изъяты>, путем обмана ПАО «

<

данные изъяты> совершил кражу, то есть тайное хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба ФИО5, а также совершил две кражи, то есть тайное хищение чужого имущества ФИО7, ООО «Агроторг», при обстоятельствах подробно приведенных в постановлении суда. 

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ПАО 

<

данные изъяты> ФИО2 просит отменить постановление суда, как незаконное и необоснованное, уголовное дело возвратить прокурору. Не соглашается с процессуальным статусом ПАО 

<

данные изъяты>, указывая на то, что данное юридическое лицо не является потерпевшим и считает, что выводы суда в указанной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что повлекло и неверную юридическую оценку деяния. Отмечает, что у органов предварительного следствия и суда, вопреки положениям УПК РФ, разъяснениям п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 № 17 (ред. от 16.05.2017) «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», не имелось оснований для привлечения ПАО 

<

данные изъяты> в качестве потерпевшего по уголовному делу, в связи с чем полагает ошибочным отказ в удовлетворении ходатайства об исключении ПАО «Сбербанк» из числа потерпевших.

Анализируя исследованные судом первой инстанции доказательства, в том числе показания ФИО3, ФИО4, условия договора с ФИО4 о выпуске и обслуживании банковских карт, утверждает, что действиями ФИО3 ПАО «

<

данные изъяты> ущерб не причинен, а умысел ФИО3 был направлен на хищение денежных средств ФИО4

Так, обращает внимание, что гражданским законодательством установлено, что в случае заключения кредитного договора, у кредитной организации возникает обязанность предоставить заёмщику денежные средства (кредит), а у заемщика обязанность вернуть полученные денежные средства (кредит), уплатить проценты и иные платежи, предусмотренные договором. Держателем дебетовой банковской карты, счет №, является клиент ФИО4, которой на основании заявления на получение банковской карты предоставлена услуга «мобильный банк» по номеру +

<

данные изъяты>. В рамках предоставленной дебетовой банковской карты клиент ознакомлен с условиями использования банковских карт ПАО 

<

данные изъяты>», памяткой держателя карт ПАО 

<

данные изъяты>», памяткой по безопасности при использовании карт и иными документами, которые в совокупности являются заключенным договором о выпуске и обслуживании банковских карт. Указанный договор предусматривал обязанность ФИО4 не передавать карту (её реквизиты) для совершения операций другими лицами, предпринимать необходимые меры для предотвращения утраты, повреждения, хищения карты, мобильного устройства, в памяти которого сохранены реквизиты NFC-карты (на основании пункта 3.15 Условий), и ее ответственность за все операции с картой совершенные до момента получения банком уведомления об утрате карты в соответствии с п. 3.17 Условий использования банковских карт (п. 3.18 Условий). Факт ознакомления с условиями кредитования и согласие на получение кредита подтверждено клиентом путем ввода, полученного от банка смс-пароля, направленного на номер телефона клиента банка ФИО4 (ввод смс-пароля в подтверждении совершения операции клиентом является аналогом собственноручной подписи клиента соответствии с п. 11.8 Условиями использования банковских карт). Ссылаясь на нормативные требования Банка России, условия банковского обслуживания физических лиц ПАО 

<

данные изъяты> делает вывод, что в случаях, когда клиент предоставил необходимые для положительной идентификации и аутентификации сведения третьим лицам, выполнение всех действий в системах банка является для Банка распоряжением именно клиента о совершении операций по счёту, риск за проведение которых возлагается непосредственно на клиента, в том числе, и действия, направленные на получение кредитных средств. С момента выполнения Банком распоряжения клиента о проведении операции по банковской карте, денежные средства по данной операции в силу норм ст. 807 ГК РФ считаются поступившими в собственность клиента.

Указывает на то, что при хищении денежных средств со счета банковской карты заёмщика Банка в случаях, когда заемщик разгласил третьим лицам данные своей идентификации/аутентификации, имущественный ущерб причиняется именно держателю карты (заемщику), а не банку, соответственно предметом хищения явились денежные средства, полученные по кредитному договору на имя ФИО4 и перечисленные на её лицевой счет, открытый в ПАО «Сбербанк». Обязанность по выплате кредита ПАО 

<

данные изъяты> в размере 46706,58 руб. возникла у ФИО4, следовательно, имущественный ущерб причинен заёмщику ФИО4, а не банку. До настоящего времени кредитный договор не оспорен, недействительным не признан и в материалах уголовного дела имеется постановление о признании ее гражданским истцом.

В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора 

<

адрес> полагает доводы жалобы несостоятельными, просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, о приведенное выше постановление суда без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель потерпевшего ПАО 

<

данные изъяты> ФИО9 апелляционную жалобу поддержал, прокурор Потапова Л.В. и защитник – адвокат Шурыгина Н.Н. просили постановление оставить без изменения.

Суд апелляционной инстанции, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, заслушав выступления участников процесса, оснований для отмены судебного решения в апелляционном порядке, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ не усматривает.

В соответствии с требованиями п. 1 ст. 254 УПК РФ суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случае, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п.3-6 ч.1 ст. 24 УПК РФ.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи со смертью подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

Из материалов дела следует, что уголовное дело по обвинению ФИО3 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.159 УК РФ, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ поступило в Саяногорский городской суд 30 августа 2023 года. 

В ходе судебного разбирательства судом установлен факт смерти ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

Допущенный к участию в судебном заседании в качестве представителя подсудимого ФИО3 его родственник ФИО8 выразил согласие на прекращение уголовного дела в связи со смертью подсудимого.

Исходя из приведенных выше требований закона суд прекратил уголовное дело в отношении ФИО3 в связи с его смертью. При этом выводы суда о доказанности факта совершения ФИО3 мошенничества, то есть хищения имущества ПАО 

<

данные изъяты> путем обмана, двух краж, то есть тайного хищения имущества ФИО7, ООО «Агроторг», и кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба ФИО5, при обстоятельствах установленных постановлением суда сомнений не вызывают, так как основаны на совокупности относимых, допустимых и достоверных доказательств, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании.

К таким доказательствам суд верно отнес показания ФИО3 по всем фактам хищения имущества, показания потерпевших, письменные доказательства. Все изложенные в постановлении доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил между собой, их совокупность признал достаточной для разрешения уголовного дела и установления вины ФИО3 в совершении приведенных выше деяний. Судом дана верная юридическая оценка указанных деяний, оснований сомневаться в ней не усматривается. 

Выводы суда первой инстанции в части тайного хищения имущества ФИО7, ООО «Агроторг», и тайного хищения имущества ФИО5, с причинением ей значительного ущерба сторонами не оспариваются.

Несмотря на утверждения представителя потерпевшего ПАО «

<

данные изъяты>», какого - либо несоответствия выводов суда изложенных в постановлении фактическим обстоятельствам дела по факту хищения имущества ПАО «Сбербанк», путем обмана, не имеется.

Доводы жалобы представителя потерпевшего ПАО «

<

данные изъяты>», о том, что умысел ФИО3 был направлен на хищение денежных средств ФИО4, ущерб ПАО «Сбербанк», не причинен и соответственно юридическое лицо не является потерпевшим по делу, несостоятельны.

Мотивируя свои выводы по факту хищения имущества ПАО «

<

данные изъяты>», путем обмана суд первой инстанции обоснованно сослался в том числе на показания ФИО3, данные им в досудебной стадии производства по делу, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ, в 09 часов 20 минут, ФИО3, воспользовавшись тем, что ФИО4 оставила без присмотра телефон, с его помощью, зная код для входа в личный кабинет, воспользовался приложением «

<

данные изъяты>», оформил кредит, предоставив банку данные ФИО4 Кредит ПАО «

<

данные изъяты>» был одобрен, о чем пришло смс - уведомление, 46706 рублей 58 копеек были перечислены на банковский счет, открытый на имя ФИО4 ПАО «

<

данные изъяты> сразу была списана сумма 7706 рублей 49 копеек – страховая часть кредита. ФИО1 осуществил перевод денежных средств в сумме 38 000 рублей на банковский счет, открытый на его имя в АО «

<

данные изъяты>», за что была списана комиссия, всю информацию об оформлении кредита и переводе денег с телефона удалил. Похищенные денежные средства ПАО « 

<

данные изъяты>» истратил на собственные нужды.

Суд первой инстанции верно расценил сообщенные ФИО3 сведения как достоверные и учел, что они согласуются с иными доказательствами по делу, в том числе с показаниями свидетеля ФИО4, из которых следует, что ФИО3 не давала разрешения брать кредит, его об этом не просила, кредит не оформляла, пользовать приложением «

<

данные изъяты> Онлайн» в совершенстве не умеет. ДД.ММ.ГГГГ передавала ему свою банковскую карту «ПАО 

<

данные изъяты> и просила сходить в магазин, сообщив пин-коды, в апреле узнала, что в «ПАО 

<

данные изъяты> на ее имя был оформлен кредит, деньги перечислены на её банковский счет. Сообщенные ФИО3, свидетелем ФИО4 сведения согласуются и с показаниями представителя потерпевшего ФИО6 об обстоятельствах дистанционного оформления кредита на сумму 46706, 58 рублей ФИО4 в ПАО «

<

данные изъяты> и объективно подтверждены письменными доказательствами. В том числе сведения подтверждены информацией о реквизитах счета, приложения «

<

данные изъяты>» к счету банковской карты на имя ФИО4, протоколом осмотра предметов, содержащими данные о оформлении дебетовой банковской карты банка «ПАО 

<

данные изъяты>» № к банковскому счету №, движении денежных средств по указанному счету, зачислении ДД.ММ.ГГГГ кредита в сумме 46 706 рублей 58 копеек, списании страховой части, осуществлении перевода денежных средств через «

<

данные изъяты>» на карту №, и списании комиссии; фактическими данными, содержащимися в акте добровольной выдачи, протоколе осмотра предметов, выписке по счету банковской карты АО «

<

данные изъяты>» №, согласно которым счет открыт на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ на него поступили денежные средства в сумме 38 000 рублей.

Исследованными судом доказательствами подтверждается, что кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 46 706 рублей 58 копеек под 17,9% годовых ФИО4 не заключался, принадлежащие ей денежные средства, которые могли быть похищены, на ее банковском счете отсутствовали, а были зачислены на указанный счет № ввиду обмана ФИО3 

<

данные изъяты>», который с использованием мобильного телефона, учетных данных ФИО4 и мобильного приложения системы «

<

данные изъяты> Онлайн» оформил от имени ФИО4 заявку на получение кредита.

Мошенничество, совершенное ФИО3 в отношении ПАО «

<

данные изъяты> указанным выше способом, было окончено с момента зачисления ПАО «

<

данные изъяты>» принадлежащих ему кредитных денежных средств на счет ФИО4, находившийся под контролем ФИО3 Использование последним персональных данных ФИО4 при совершении мошеннических действий по оформлению кредита от ее имени, свидетельствует об умысле ФИО3 на хищение денежных средств, принадлежащих ПАО «

<

данные изъяты>

При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции о хищении ФИО3 денежных средств именно ПАО «

<

данные изъяты>» путем обмана сомнений не вызывают, а утверждения представителя потерпевшего ПАО 

<

данные изъяты>» об обратном, о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства об исключении из числа потерпевших приведенного юридического лица, сводятся к иной оценке исследованных доказательств и иному толкованию норм права, что, само по себе не ставит под сомнение выводы суда первой инстанции.

При этом утверждения апеллянта о том, что ФИО4 была ознакомлена с условиями использования банковских карт ПАО «

<

данные изъяты>», памяткой держателя карт ПАО «

<

данные изъяты> которые обязывали не передавать карту (её реквизиты) для совершения операций другими лицами, предпринимать необходимые меры для предотвращения утраты, повреждения, хищения карты, мобильного устройства, в памяти которого сохранены реквизиты NFC-карты и ответственность за все операции с картой совершенные до момента получения банком уведомления об утрате карты, не свидетельствуют о наличии оснований для признания ФИО4 потерпевшей по факту мошенничества. Денежные средства ФИО4 не принадлежали, а само по себе непринятие ею надлежащих мер к исключению доступа третьих лиц к мобильному банку на мобильном устройстве, получение третьими лицами кредита с использованием личных данных держателя банковского счета, к которым ФИО3 получил незаконный доступ, автоматически не определяет принадлежность данных денежных средств лицу, данными которого ФИО3 воспользовался.

Не инициирование ФИО4 вопроса о признании договора недействительным, на что указывает автор жалобы, не ставит под сомнение выводы суда, так как лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению, а в данном случае ФИО4 денежные средства не принадлежали, постановление о признании ее гражданским истцом отменено постановлением руководителя следственного органа от ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 224).

С учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в силу которой, в случаях, когда в целях хищения денежных средств лицо, например, выдавало себя за другое, представив при оформлении кредита чужой паспорт, либо действовало по подложным документам от имени несуществующего физического или юридического лица, либо использовало для получения кредита иных лиц, не осведомленных о его преступных намерениях, основание для квалификации содеянного по статье 159.1 УК РФ отсутствует, ответственность виновного наступает по статье 159 УК РФ, вопреки доводам жалобы, юридическая оценка деяния ФИО3 по факту хищения имущества ПАО «

<

данные изъяты> как мошенничества, соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам, произведена верно.

Вместе с тем, указанное постановление суда подлежит изменению в части уточнения способа совершения хищения имущества ПАО «

<

данные изъяты>» путем обмана, поскольку в описательно-мотивировочной части постановления суда допущена явная техническая ошибка, при описании события мошенничества.

Из материалов дела следует, что ФИО3 обвинялся в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ, при этом описание преступного деяния содержит указание на способ совершения денежных средств, принадлежащих ПАО «

<

данные изъяты> путем обмана.

При описании преступного деяния в описательно - мотивировочной части постановления по делу, суд указал, что ФИО3 совершил, в том числе мошенничество, то есть тайное хищение чужого имущества путем обмана, после чего подробно описал обстоятельства хищения имущества с указанием места, времени, способа его совершения путем обмана, проанализировал доказательства, подтверждающие хищение имущества данным способом и пришел к выводу о совершении хищения именно путем обмана.

Таким образом, судом излишне указано в описательно - мотивировочной части постановления на дополнительный способ хищения имущества ПАО «

<

данные изъяты> как на тайный, в связи с чем постановление суда в данной части подлежит изменению. 

Иных нарушений уголовно-процессуального закона, по делу не допущено. Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности. Участникам судебного разбирательства были созданы необходимые условия для исполнения процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав. Выводы суда, соответствуют представленным сторонами доказательствам и надлежащим образом мотивированы.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Замечаний на протокол от участников процесса в установленном порядке не поступило. Оснований для возвращения уголовного дела прокурора в порядке ст. 237 УПК РФ, суд верно не усмотрел. 

Таким образом, иных (помимо вышеуказанного) оснований для изменения постановления, а также его отмены, в т.ч. с учетом доводов апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38919, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Саяногорского городского суда Республики Хакасия от 21 декабря 2023 года о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 изменить, исключив из описательно - мотивировочной части постановления суда ошибочное дополнительное указание на способ хищения имущества ПАО «

<

данные изъяты>», как тайный.

В остальной части это же постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление и постановление суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня вынесения апелляционного определения. В случае пропуска указанного срока кассационные жалобы подаются непосредственно в суд кассационной инстанции, об участии в рассмотрении уголовного дела которым стороны вправе заявить ходатайство. 

Председательствующий Г.А. Когай