Дело № 2-1252/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

Рудничный районный суд города Кемерово 

в составе председательствующего судьи Бережной С.В.,

с участием старшего помощника прокурора Лапицкой Э.А.,

при ведении протокола секретарем Бабенко А.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании г. Кемерово

22 августа 2017 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о признании незаконным приказа об увольнении № № от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе в должности мастера с ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей.

Свои требования истец мотивирует тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен трудовой договор № на должность мастера, а так же вынесен приказ №-л о приеме на работу. ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был вынесен приказ «Об установлении полной коллективной материальной ответственности», которым: введена полная коллективная (бригадная) материальная ответственность работников; образован коллектив (бригада), в которую в числе 24 человек так же вошел истец в должности мастера и начальника бригады. ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор о полной коллективной (бригадной) ответственности №. ДД.ММ.ГГГГ трудовым коллективом АО «Газпромнефть-Терминал» на общем собрании было принято решение об исключении истца из состава трудового коллектива «в связи с утратой доверия». ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был вынесен незаконный приказ № «О внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об установлении полной коллективной материальной ответственности». Изменения заключались в том, что с ДД.ММ.ГГГГ истец был исключен из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы. 

По мнению истца, общее собрание от ДД.ММ.ГГГГ состоялось при полном отсутствии доказательств совершения истцом действий способных повлечь утрату доверия, и даже без указания в каких именно действиях истца проявляется утрата доверия, использование результатов такого собрания при вынесение приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-П, истец считает недопустимым, а сам приказ недействительным.

Истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ, в связи с проведенным собранием, между истцом и ответчиком (по его инициативе) было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору. В соответствии с его условиями вместо сменного графика была установлена 40 часовая рабочая неделя, которая исключала работу с товарно-материальными ценностями. Фактически с ДД.ММ.ГГГГ, после заключения данного соглашения, истец уже не имел отношения к товарно-материальным ценностям, работал в новых условиях отдельно и согласен был продолжить работу в таких условиях в соответствии с дополнительным соглашением. Несмотря на это, ответчик предъявил истцу несколько уведомлений «об изменении существенных условий трудового договора», содержание которых абсолютно идентично и заключается в следующем: «На основании проведенного общего собрания членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» (протокол от ДД.ММ.ГГГГ) и решения членов коллектива (бригады) об отводе Вас из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы, приказа АО «Газпромнефть- Терминал» № ДД.ММ.ГГГГ «О внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об установлении полной коллективной материальной ответственности» уведомляем Вас о том, что с ДД.ММ.ГГГГ Вы исключаетесь из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы. В связи с невозможностью осуществления должностных обязанностей мастера и обслуживания товарно-материальных ценностей с ДД.ММ.ГГГГ Вы отстраняетесь от работы мастера Кемеровской нефтебазы с сохранением среднемесячного заработка».

Истец указывает, что работодатель, сославшись на ст.74 ТК РФ, предложил ему работу электрослесаря по ремонту оборудования, а так же иные должности в других городах. В случае несогласия, истцу предложено направить уведомление об этом по адресу: 

<

адрес>

Кроме этого, истец был уведомлен о том, что в случае отказа от перевода на предложенные должности трудовой договор с ним будет прекращен с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с п.7 ст. 77 ТК РФ (отказ работника от предложения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора). Уведомления истцу были вручены: ДД.ММ.ГГГГ - №, ДД.ММ.ГГГГ - №, ДД.ММ.ГГГГ - №. Данные уведомления отличались по тексту друг от друга списками предложенных должностей, которые по своим функциональным обязанностям несхожи с должностью мастера; непосредственно должности «мастер» в данных списках также нет.

Истец считает уведомления незаконными. Так, отстранение от работы является незаконным, по мнению истца, статья 76 ТК РФ (отстранение от работы) не содержит таких оснований для отстранения как «невозможность осуществления должностных обязанностей.. . и обслуживания товарно-материальных ценностей». Предложение рассмотреть иную работу не связанную с обслуживанием товарно-материальных ценностей по основаниям ст. 74 ТК РФ незаконно. 

ДД.ММ.ГГГГ на основании вышеуказанных уведомлений и в связи с несогласием истца с переводами и работой в иных должностях, ответчик вынес приказ о его увольнении (номер документа №). Правовым основанием указан п.7 части 1 ст.77 ТК РФ - отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (ч. 4 ст. 74 ТК РФ);

Данный приказ истец считает незаконным по тем, основаниям, что он не отказывался от работы в новых условиях, определенных сторонами дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ.

В качестве правового обоснования по требованиям о признании незаконным приказа об увольнении и восстановлении на работе истец указывает норму ст. 74 ТК РФ.

Впоследствии истец уточнил исковые требования (л.д. 136). Помимо ранее заявленных требований, просил взыскать с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула из расчета 1579 рублей 90 копеек за 1 день; период с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда.

Ответчиком был предоставлен письменный отзыв (л.д. 68-72), в котором он указал, что с требованиями истца не согласен, считает, что они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; просил отказать истцу в удовлетворении требований в полном объеме. Ответчик указывает, что истец и ответчик до ДД.ММ.ГГГГ состояли в трудовых отношениях, согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, который в настоящее время расторгнут по основанию, предусмотренному п. 7 ст. 77 ТК РФ. Истец занимал должность мастера Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал». В связи с тем, что трудовые обязанности истца предусматривали обращение с вверенными ему ответчиком товарно-материальными ценностями, с ним в числе других членов коллектива (бригады) материально ответственных лиц Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности № № от ДД.ММ.ГГГГ (далее – договор). ДД.ММ.ГГГГ трудовой коллектив АО «Газпромнефть-Терминал» никаких решений в отношении истца не принимал - в этот день проводилось общее собрание членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал»; одним из вопросов, вынесенным на повестку дня которого, был вопрос об исключении из состава коллектива (бригады) материально ответственных лиц Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», в том числе и истца. По мнению ответчика, по результатам собрания было принято обоснованное решение.

ДД.ММ.ГГГГ г. на имя генерального директора АО «Газпромнефть- Терминал» поступило коллективное обращение от членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», в котором сообщалось о фактах хищения вверенного Коллективу (бригаде) имущества, в числе лиц, организовавших хищение, кроме прочих был указан истец, кроме того в обращении было озвучено требование коллектива (бригады) о проведении служебного расследования по указанным фактам хищения, а также рассмотрении вопроса (согласно п.п. «д», п.3.1. договора) об отводе из членов коллектива (бригады), лиц в связи с утратой доверия, в числе которых был указан и истец.

Приказом о создании комиссии по расследованию хищения нефтепродуктов на Кемеровской нефтебазе № от ДД.ММ.ГГГГ была назначена комиссия для проведения расследования хищения нефтепродуктов по информации, озвученной в обращении, также определены сроки работы комиссии.

В ходе проведения расследования, истец отказался от дачи объяснений по установленным расследованием фактам.

Факты, указанные в обращении были частично подтверждены, что было отражено в заключении по материалам служебного расследования по коллективному письму работников Кемеровской нефтебазы.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на имя генерального директора АО «Газпромнефть -Терминал» от членов коллектива (бригады) ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 поступили заявления об исключении ФИО1 из коллектива (бригады) материально ответственных лиц Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть - Терминал» в связи с их недоверием ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ коллективу Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть- Терминал» был дан ответ на обращение (исх.№), из которого следовало, что по результатам расследования были установлены признаки возможных хищений на Кемеровской нефтебазе АО «Газпромнефть-Терминал», а также лица возможно причастные к ним. Кроме того, коллективу (бригаде) одновременно сообщалось, что в целях рассмотрения вопроса об исключении из членов коллектива (бригады), в том числе истца, ответчиком будет организовано проведение очного собрания всех членов коллектива (бригады), с участием уполномоченных представителей работодателя (ответчика).

П.п. «е» п. 3.3. договора предусмотрена обязанность работодателя (ответчика) рассматривать в присутствии работника заявленный ему отвод и в случае обоснованности отвода принимать меры к выводу его из состава коллектива (бригады), решать вопрос о его дальнейшей работе в соответствии с действующим законодательством, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ было проведено Общее собрание членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», на котором был поставлен на голосование коллектива (бригады) вопрос об исключении истца из коллектива (бригады) и большинством голосов было принято решение об его исключении, о чем свидетельствует протокол Общего собрания членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с тем, что Коллективом (бригадой) на общем собрании ДД.ММ.ГГГГ было принято решение об исключении истца из коллектива (бригады), в дальнейшем он не мог выполнять работу, связанную с обслуживанием товарно- материальных ценностей вверенных ему ответчиком, приказом о внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-пк «Об установлении полной коллективной материальной ответственности» №- п от ДД.ММ.ГГГГ истец был исключен из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал».

ДД.ММ.ГГГГ с истцом было заключено дополнительное соглашение об изменении условий трудового договора, согласно которого, с указанной даты работа истца перестала быть связанной с обслуживанием товарно- материальных ценностей и прочих обязанностей, предусмотренных п.п. 5, 27, 33, 34, 44 50 должностных обязанностей работника, должностной инструкции мастера Кемеровской нефтебазы, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик в отзыве указывает, что уведомление об изменении условий трудового договора — это способ, которым работодатель доводит до сведения работника информацию о том, что им принято решение о внесении изменений в трудовой договор, следовательно, быть законным или незаконным оно не может.

Истцу были направлены уведомления №№ от ДД.ММ.ГГГГ,№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, с указанием вакансий не связанных с обслуживанием товарно-материальных ценностей, которые истец может замещать, однако знакомиться с уведомлением № от ДД.ММ.ГГГГ он отказался, что подтверждается актом об отказе ознакомления с уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, а уведомления №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ истец считал незаконным, о чем истцом были сделаны соответствующие пометки на указанных уведомлениях.

Уведомлениями было определено, что в случае отказа от перевода на другую должность, трудовой договор с истцом будет расторгнут по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - отказ работника от продолженной работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, согласно норм ТК РФ.

Обосновывая позицию о законности увольнения, ответчик указывает, что согласно п. 1.6 трудового договора, содержание и объем работы истца, его должностные функции, обязанности определяются трудовым договором, должностной инструкцией - истец не мог выполнять обязанности, предусмотренные п№ должностных обязанностей работника, должностной инструкции, в связи с его исключением из коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы. Истец, в связи с его исключением из коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы, - с ДД.ММ.ГГГГ не мог выполнять работу связанную с обслуживанием товарно-материальных ценностей, следовательно, организационные условия труда изменены. Поэтому истцу согласно п. 3 ст. 74 ТК РФ были предложены другие имеющиеся у ответчика вакансии, не связанные с обслуживанием товарно - материальных ценностей, которые истец мог замещать.

Ответчик полагает, что нормы ТК РФ ответчиком по отношению к истцу нарушены не были - основания для направления истцу уведомлений имелись. Истец отказался от предложенных ему в уведомлениях вакансий, о чем свидетельствует отметка, сделанная им на уведомлении № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой истец не согласен с переводом, следовательно, свое волеизъявление он выразил. Согласно ст. 74 ТК РФ - в случае отказа работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 7 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Ответчик не согласен с позицией истца о том, что фактически истец был уволен по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ; ответчик полагает, что это субъективное мнение истца, поскольку основанием для увольнения истца согласно приказу о прекращении трудового договора с работником № от ДД.ММ.ГГГГ является п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (ч. 4. ст. 74 ТК РФ).

Ответчик полагает, что истец не обосновал требование о компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей, не указал в чем выразился/проявился причиненный истцу вред. 

Ответчиком также были предоставлены письменные дополнения к отзыву (л.д. 169-172), в котором указал что в связи с тем, что коллективом (бригадой) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть - Терминал» на общем собрании ДД.ММ.ГГГГ было принято решение об исключении истца из коллектива (бригады), с ДД.ММ.ГГГГ он не мог выполнять работу связанную с обслуживанием товарно-материальных ценностей, следовательно, организационные условия труда с указанной даты изменены и выполнение истцом своих трудовых обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией мастера Кемеровской нефтебазы, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ в прежних условиях стало невозможным. Согласно должностной инструкции, в функциональные обязанности мастера входят координация и контроль работы по качественному и своевременному приему, хранению и отпуску, восстановлению качества нефтепродуктов, изготовлению брендированного топлива, обеспечение количественной и качественной сохранности нефтепродуктов - в связи с тем, что истец был исключен из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» он не мог выполнять предусмотренные должностной инструкцией функциональные обязанности. Иной должности на Кемеровской нефтебазе АО «Газпромнефть - Терминал», не связанной с обслуживанием товарно - материальных ценностей не было и нет, а должностные обязанности мастера, согласно должностной инструкции, не предусматривают выполнение иной работы, не связанной с обслуживанием товарно-материальных ценностей. На основании дополнительного соглашения об изменении условий трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № от ДД.ММ.ГГГГ, истцу был изменен график (режим) работы.

При этом довод истца о том, что подписав дополнительное соглашение он выразил согласие на изменение существенных условий труда является не обоснованным в связи с тем, что существенные условия трудового договора в части обслуживания товарно-материальных ценностей истцу не изменялись.

В связи с тем, что вакантных должностей мастера в иных регионах присутствия у ответчика не было, а на Кемеровской нефтебазе истец не мог выполнять обязанности мастера, ему предлагался перевод на вакансии, не связанные с обслуживанием товарно-материальных ценностей имеющиеся у ответчика на территории Кемеровской области и иных регионов РФ, что не противоречит действующему законодательству РФ.

Нефтебазы ответчика являются его структурными подразделениями, и в связи с тем, что на Кемеровской нефтебазе не было вакансии, не связанной с обслуживанием товарно-материальных ценностей, истцу были предложены вакансии, имеющиеся в других структурных подразделениях ответчика, с указанием их адресов.

В случае согласия с переводом на предложенные вакансии, истцу нужно было уведомить об этом ответчика в срок до ДД.ММ.ГГГГ, а позднее-до ДД.ММ.ГГГГ. По мнению ответчика, уведомлениями истцу была предоставлена возможность продолжить работу у того же работодателя (ответчика) и предоставлено время, достаточное для принятия решения об отказе от продолжения работы и поиска новой работы, следовательно, уведомления не могут рассматриваться как документы, нарушающие права истца.

Одновременно уведомлениями было определено, что в случае отказа от перевода на другую должность, трудовой договор с истцом будет расторгнут по основаниям, предусмотренным п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ - отказ работника от продолженной работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, согласно норм ТК РФ.

Уведомление № от ДД.ММ.ГГГГ датировано ранее дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, истец вначале был уведомлен о предстоящих изменениях, а затем дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения в трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, которые вводились на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, а позднее до ДД.ММ.ГГГГ - с момента недопущения истца к обслуживанию вверенных товарно-материальных ценностей до момента принятия им решения о переводе на другую работу. Ответчик указывает, что в данном случае речь шла о недопущении работника к обслуживанию вверенных товарно-материальных ценностей, а не об отстранении от работы в соответствии со ст. 76 ТК РФ. 

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец ежедневно выходил на работу, а заработная плата ему начислялась и выплачивалась в полном объеме. В данный период трудовые функции истца перестали быть связанными с обслуживанием товарно-материальных ценностей и прочих обязанностей, предусмотренных п.п. 5, 27, 33, 34, 44, 50 должностной инструкции, и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, он не выполнял ни какие должностные обязанности.

Ответчик считает, что п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ, закрепляющий соответствующее основание увольнения работника, во взаимосвязи с положениями ст. 74 ТК РФ направлен на обеспечение определенности правового положения работника, учитывает невозможность формального сохранения трудовых отношений при несогласии работника с изменением определенных сторонами условий трудового договора по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда, и не может расцениваться как нарушающий права работников.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, в письменных уточнениях к исковому заявлению- по требованию о восстановлении на работе уточнил дату восстановления в должности – с ДД.ММ.ГГГГ. Дополнительно пояснил, что фактически с ДД.ММ.ГГГГ, после заключения соглашения, он уж не имел отношения к товарно-материальным ценностям; работал в новых условиях в отдельном кабинете и согласен был продолжить работу в таких условиях в соответствии с дополнительным соглашением. Подтвердил, что не исполнял обязанности, установленные должностными инструкциями, так как ему был предложен работодателем иной характер работы. В обоснование требования о компенсации морального вреда истец пояснил, что он испытывает нравственные переживания в связи с потерей работы, что поставило его семью в тяжелое материальное положение.

Представители истца ФИО19, действующий на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.142), ФИО20, действующий на оснвоании устного ходатайства (лд.181) уточненные требования поддержали в полном объеме, просили уточненные исковые требования удовлетворить. Полагают, что несмотря на то, что формально истец был уволен не по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ («утрата доверия»), а по ч. 7 ст. 77 ТК РФ (несогласие работать в новых условиях) фактически истец был уволен за недоверие. Считают, что установленная законом процедура увольнения по инициативе работодателя с соответствующими гарантиями работника была подменена чередой незаконных действий ответчика без каких-либо взятий объяснений и служебных расследований.

Представители ответчика ФИО21, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 62), ФИО22, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 169), возражали против удовлетворения уточненных исковых требований по доводам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление и в дополнении к отзыву; просили отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Считают, что при увольнении истца не были нарушены нормы ТК РФ; имелись основания для направления истцу уведомлений, указанных в отзыве. Представители ответчика считают, что позиция истца и представителя истца о том, что истец фактически был уволен по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, - является их субъективным мнением. 

Старший помощник прокурора Лапицкая Э.А. предоставила письменное заключение (л.д.179), согласно которому считает требования истца о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Суд, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Соответствии с ч. 2 ст. 391 Трудового кодекса Российской Федерации непосредственно в судах рассматриваются индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника - о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об оплате за время вынужденного прогула либо о выплате разницы в заработной плате за время выполнения нижеоплачиваемой работы, о неправомерных действиях (бездействии) работодателя при обработке и защите персональных данных работника.

Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

По смыслу подп. 1 п. 1 ст. 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации и ст. 393 ТК РФ работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 74 ТК РФ в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением изменения трудовой функции работника.

О предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

В случае когда причины, указанные в части первой настоящей статьи, могут повлечь за собой массовое увольнение работников, работодатель в целях сохранения рабочих мест имеет право с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации и в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, вводить режим неполного рабочего дня (смены) и (или) неполной рабочей недели на срок до шести месяцев.

Если работник отказывается от продолжения работы в режиме неполного рабочего дня (смены) и (или) неполной рабочей недели, то трудовой договор расторгается в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса. При этом работнику предоставляются соответствующие гарантии и компенсации.

Отмена режима неполного рабочего дня (смены) и (или) неполной рабочей недели ранее срока, на который они были установлены, производится работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации.

Изменения определенных сторонами условий трудового договора, вводимые в соответствии с настоящей статьей, не должны ухудшать положение работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашениями.

В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (ч. 4 ст. 74 ТК РФ).

Согласно позиции, изложенной в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разрешая дела о восстановлении на работе лиц, трудовой договор с которыми был прекращен по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса (отказ от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора), либо о признании незаконным изменения определенных сторонами условий трудового договора при продолжении работником работы без изменения трудовой функции (статья 74 ТК РФ), необходимо учитывать, что исходя из статьи 56 ГПК РФ работодатель обязан, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, например изменений в технике и технологии производства, совершенствования рабочих мест на основе их аттестации, структурной реорганизации производства, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. При отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по пункту 7 части первой статьи 77 Кодекса или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между работодателем, ООО «Газпромнефть-Терминал» и работником ФИО1 был заключен трудовой договор № (л.д. 9-12), согласно которому работник был принят на работу к работодателю по основному месту работы по адресу: 

<

адрес>, с ДД.ММ.ГГГГ в должности мастер Кемеровской нефтебазы (п.п. 1.1-1.3). В последующем в данный трудовой договор в рамках дополнительных соглашений неоднократно вносились изменения (л.д. 33-39).

Согласно п. 4.2.1 трудового договора работнику была установлена сменная работа-работа согласно графика сменности, вводимая в целях увеличения объема оказываемых услуг в связи с превышением длительности производственного процесса над допустимой продолжительностью ежедневной работы; Продолжительность смены составляет 11 часов.

Согласно п. 5.1.1 работнику устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда по окладу по часам и должностной оклад в размере 22104 (двадцать две тысячи сто четыре рубля ноль копеек) в месяц, а также устанавливается доплата за работу с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда в размере 4 % к начисляемой Работнику сумме повременной оплаты труда по окладу за время работы в условиях труда, предусмотренных пунктом 4.1. настоящего Договора. Данный должностной оклад устанавливается для продолжительности рабочего времени из расчета 40 часов в неделю. Оплата производится пропорционально отработанному времени в соответствии с п.4.2.1 Трудового договора.

ДД.ММ.ГГГГ ответчиком был вынесен приказ «Об установлении полной коллективной материальной ответственности» (л.д. 13-14), которым введена полная коллективная (бригадная) материальная ответственность работников; образован коллектив (бригада), в которую в числе 24 человек так же вошел ФИО1 в должности мастера и руководителя коллектива (бригады).

ФИО1 был ознакомлен и принял к исполнению должностную инструкцию на должность: мастер, структурное подразделение: нефтебаза, утвержденную генеральным директором ЗАО «Газпромнефть-Терминал» ФИО23 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 22-30).

ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор о полной коллективной (бригадной) ответственности № (л.д. 73-77).

ДД.ММ.ГГГГ было проведено общее собрание членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», одним из вопросов, вынесенным на повестку дня которого, был вопрос о исключении из состава коллектива (бригады) материально ответственных лиц Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», в том числе ФИО1, что подтверждается протоколом общего собрания членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» (л.д. 15-19).

ФИО1, в отношении которого было принято решение об исключении из членов коллектива (бригады), были принесены письменные замечания на протокол общего собрания членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» (л.д. 20-21).

На основании приказа АО «Газпромнефть-Терминал» от ДД.ММ.ГГГГ № «О внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № СО/18-пк «Об установлении полной коллективной материальной ответственности» (л.д. 31-32) в приказ № от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения: исключен с ДД.ММ.ГГГГ из членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы мастер Кемеровской нефтебазы ФИО1; начальнику Кемеровской нефтебазы ФИО2 обеспечить с ДД.ММ.ГГГГ отстранение мастера Кемеровской нефтебазы ФИО1 в связи с невозможностью осуществления должностных обязанностей мастера и обслуживания товарно-материальных ценностей; начальнику управления по работе с персоналом ФИО25 обеспечить проведение кадровых мероприятий в отношении мастера ФИО1 в соответствии с Трудовым кодексом РФ.

Истцу были направлены уведомления №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40-46), с указанием вакансий не связанных с обслуживанием товарно-материальных ценностей, которые истец может замещать, однако знакомиться с уведомлением № от ДД.ММ.ГГГГ он отказался, что подтверждается актом об отказе ознакомления с уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 121, 124), на уведомлениях №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ истец сделал пометки об их незаконности.

Уведомлениями было определено, что в случае отказа от перевода на другую должность, трудовой договор с истцом будет расторгнут по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - отказ работника от продолженной работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, согласно норм ТК РФ.

На основании приказа (распоряжения) о прекращении, расторжении трудового договора с работником (увольнении) от ДД.ММ.ГГГГ № СО/66-лс (л.д. 47) ФИО1 был уволен ДД.ММ.ГГГГ, действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ было прекращено. 

До увольнения ФИО1 обращался в Государственную инспекцию труда в Новосибирской области о возможном нарушении его трудовых прав Акционерным обществом «Газпромнефть-Терминал», что подтверждается актом проверки органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля юридического лица, индивидуального предпринимателя № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 59-60). Согласно данному акту заявителю были даны разъяснения, что после расторжения с ним трудового договора в случае несогласия с увольнением, признания его незаконным и восстановления на работе он имеет право обратиться в суд.

Также истец обращался в Государственную инспекцию труда в Кемеровской области, что подтверждается ответом от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 58).

Судом установлено, что в период, когда истец находился в трудовых отношениях с ответчиком, на имя генерального директора АО «Газпромнефть- Терминал» поступило коллективное обращение от членов коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал», в котором сообщалось о фактах хищения вверенного Коллективу (бригаде) имущества, в числе лиц, организовавших хищение, кроме прочих был указан истец, кроме того в обращении было озвучено требование коллектива (бригады) о проведении служебного расследования по указанным фактам хищения, а также рассмотрении вопроса (согласно п.п. «д», п.3.1. договора) об отводе из членов коллектива (бригады), лиц в связи с утратой доверия в числе которых, был указан и истец (л.д. 78).

Приказом о создании комиссии по расследованию хищения нефтепродуктов на Кемеровской нефтебазе №-П от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 79) была назначена комиссия для проведения расследования хищения нефтепродуктов по информации, озвученной в обращении, также определены сроки работы комиссии.

В ходе проведения расследования, истец отказался от дачи объяснений по установленным расследованием фактам (л.д. 81).

Факты, указанные в обращении были частично подтверждены, что было отражено в заключении по материалам служебного расследования по коллективному письму работников Кемеровской нефтебазы (л.д. 82-87).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на имя генерального директора АО «Газпромнефть -Терминал» от членов коллектива (бригады) ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 поступили заявления об исключении истца из коллектива (бригады) материально ответственных лиц Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» в связи с их недоверием истцу (л.д. 88-101).

ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 102-103) коллективу Кемеровской нефтебазы АО «Газпромнефть-Терминал» был дан ответ на обращение (исх.№), из которого следовало, что по результатам расследования были установлены признаки возможных хищений на Кемеровской нефтебазе АО «Газпромнефть - Терминал», а также лица возможно причастные к ним. Кроме того, коллективу (бригаде) одновременно сообщалось, что в целях рассмотрения вопроса об исключении из членов коллектива (бригады), в том числе истца, ответчиком будет организовано проведение очного собрания всех членов коллектива (бригады), с участием уполномоченных представителей работодателя (ответчика).

Решением Заводского районного суда г.Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 отказано в удовлетворении требований к Акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал», ФИО2 о признании приказа недействительным, признании решения членов коллектива (бригады) незаконным (л.д. 104-120).

Решением Заводского районного суда г.Кемерово от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 отказано в удовлетворении требований к Акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о признании незаконным уведомления от ДД.ММ.ГГГГ № «Об изменении существенных условий трудового договора» (л.д. 125-134).

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Поскольку вышеуказанные решения Заводского районного суда г.Кемерово не вступили в законную силу на дату рассмотрения настоящего гражданского дела, то они не могут носить преюдициальный характер. 

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

Поскольку требование об изменении формулировки основания увольнения истцом заявлено не было, то суд считает, что не подлежат оценке доводы истца о том, что формально истец был уволен не по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (утрата доверия), а по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (несогласие работать в новых условиях), так же как и не подлежат оценке возражения ответчика по данным доводам. 

Суд считает обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о признании незаконным приказа об увольнении.

Исходя из положений статьи 56 ГПК РФ, обосновывая свои возражения по требованию истца, трудовой договор с которым был прекращен по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, работодатель - Акционерное общество «Газпромнефть-Терминал» обязан был, в частности, представить доказательства, подтверждающие, что изменение определенных сторонами условий трудового договора явилось следствием изменений организационных или технологических условий труда, и не ухудшало положения работника по сравнению с условиями коллективного договора, соглашения. 

Однако такие надлежащие доказательства ответчиком суду предоставлены не были.

В связи с чем суд считает, что при отсутствии таких доказательств прекращение трудового договора по п. 7 ч. 1 ст. 77 ТК РФ или изменение определенных сторонами условий трудового договора не может быть признано законным.

Из анализа норм ст.ст. 74, 77 ТК РФ следует, что основанием для расторжения трудового договора является отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.

Суд не может согласиться с доводом ответчика о том, что истец не мог выполнять обязанности, предусмотренные п.п. 5, 27, 33, 34, 44 50 должностных обязанностей работника, должностной инструкции, в связи с его исключением из коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы; истец, в связи с его исключением из коллектива (бригады) Кемеровской нефтебазы, - с ДД.ММ.ГГГГ не мог выполнять работу связанную с обслуживанием товарно-материальных ценностей, следовательно, организационные условия труда изменены. Поэтому истцу согласно п. 3 ст. 74 ТК РФ были предложены другие имеющиеся у ответчика вакансии, не связанные с обслуживанием товарно - материальных ценностей, которые истец мог замещать.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком было заключено дополнительное соглашение об изменении условий трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.178), согласно п. 4.2 которого с ДД.ММ.ГГГГ работнику устанавливается нормальная продолжительность рабочего времени: 40 часов в неделю с двумя выходными днями: суббота и воскресенье. 

Согласно п. 5.1.1 работнику устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда по окладу и должностной оклад в размере 22104 (двадцать две тысячи сто четыре рубля ноль копеек) в месяц, а также устанавливается доплата за работу с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда в размере 4 % к начисляемой Работнику сумме повременной оплаты труда по окладу за время работы в условиях труда, предусмотренных пунктом 4.1. настоящего Договора. Данный должностной оклад устанавливается для продолжительности рабочего времени из расчета 40 часов в неделю. Оплата производится пропорционально отработанному времени в соответствии с п.4.2.1 Трудового договора.

Указанное дополнительное соглашение было подписано как работником - ФИО1, так и работодателем - Акционерным обществом «Газпромнефть-Терминал». При этом работник с условиями дополнительного соглашения согласился, от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора, не отказывался, что подтверждается пояснениями истца в судебном заседании и не опровергнуто ответчиком.

В связи с чем суд приходит к выводу, что правовых оснований для направления ответчиком в адрес истца уведомлений №№ от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 40-46), с указанием вакансий не связанных с обслуживанием товарно-материальных ценностей, которые истец может замещать, не имелось. Кроме того, предлагаемые вакансии связаны с изменением трудовой функции работника- истца и находились в других регионах.

На основании изложенного требование истца о признании незаконным приказа № от ДД.ММ.ГГГГ обосновано и подлежит удовлетворению, а истец подлежит восстановлению на работе в должности мастера с ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч. 2 ст. 394 ТК РФ суд считает подлежащим удовлетворению требование о взыскании с ответчика в пользу истца среднюю заработную плату за время вынужденного прогула.

Согласно ч.ч. 1, 2 ст. 139 ТК РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. 

Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 № 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, согласно п. 4 которого расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Аналогичная норма содержится и в ч. 3 ст. 139 ТК РФ.

Предоставленный истцом расчет суммы средней заработной платы за время вынужденного прогула, подлежащей взысканию с ответчика (л.д. 136), судом проверен, основан на справках о доходе, выданных ответчиком (л.д. 64, 65) и на справке о сумме заработной платы (л.д. 66), признан арифметически верным.

В связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средняя заработная плата за время вынужденного прогула из расчета 1579 рублей 09 копеек за 1 день, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (48 дней) в сумме 75796 рублей 32 копейки

В соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно п. 63 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Учитывая позицию Пленума Верховного Суда РФ и конкретные обстоятельства рассматриваемого гражданского дела, пояснения истца по данному требованию, суд считает, что требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 100000 рублей подлежит удовлетворению частично.

Суд считает, что с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, разумным и справедливым будет взыскание с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в сумме 3000 рублей.

Поскольку при обращении в суд истец был освобожден от уплаты судебных расходов, то в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 333.17 НК РФ, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию сумма государственной пошлины по заявленным истцом требованиям, составляющая 3373 рубля 89 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 211 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Газпромнефть-Терминал» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 .

Восстановить ФИО1 на работе в Акционерное общество «Газпромнефть-Терминал» в должности мастера с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Акционерного общества «Газпромнефть-Терминал» в пользу ФИО1 среднюю заработную плату за время вынужденного прогула из расчета 1579 рублей 09 копеек за 1 день, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (48 дней) в сумме 75796 рублей 32 копейки.

Взыскать с Акционерного общества «Газпромнефть-Терминал» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Газпромнефть-Терминал» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3373 рублей 89 копеек.

Решение в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Рудничный районный суд г.Кемерово в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения – 25.08.2017.

Председательствующий: