Дело №2-2071/17

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

29 июня 2017 года г.Новосибирск

Железнодорожный районный суд г. Новосибирска в составе судьи О.В. Пуляевой, при секретаре Ермаковой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Российский Сельскохозяйственный банк» о защите прав потребителя банковской услуги,

УСТАНОВИЛ:

Нор И.В. обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просил взыскать с банка принадлежащие ему денежные средства в размере 777 233,02 руб., проценты за пользование ими в размере 6558,48 руб. за период с **** по ****, штраф, моральный вред 25 000 руб.

В обоснование иска указано, что в банке истцом открыт карточный счет, на который поступили денежные средства от ООО «Лидер» (через банк ВТБ) в размере 1 381 148,89 руб. в счет исполнения договора займа от ****, подтвержденного исполнительной надписью нотариуса. **** истцу стало известно о блокировки карты, на которой на тот момент находилось 777 233,02 руб. из перечисленных ранее средств по вышеуказанной сделке. Истцом в банк предъявлены претензии, которые оставлены без удовлетворения.

Истец в судебных заседаниях иск поддержал, увеличив **** требования, просил взыскать неустойку на **** в размере 23 934,51 руб., штраф 400 583,76 руб., денежные средства 777 233,02 руб., компенсацию морального вреда 25 000 руб., а всего 1 226 751,29 руб., указав, что им в банк предоставлены доказательства в подтверждении оснований поступления денежных средств.

Представитель ответчика в судебных заседаниях с иском не согласился, представив письменный отзыв (л.д.26), в котором указал, что действия банка основаны на ст.7 ФЗ-115, истцом не предоставлены необходимые доказательства, подтверждающие происхождение заемных денежных средств, представление договора займа было недостаточно, необходимо предоставление информации, позволяющей банку выяснить цели и характер операций.

Исследовав письменные доказательства, заслушав истца, представителя ответчика, суд приходит к следующему.

Сторонами не оспаривалось наличие правоотношений банковского счета и выдачи истцу банковской карты. Указанные обстоятельства так же подтверждаются выпиской по счету. На указанный карточный счет истца, открытый ответчиком, поступали денежные средства, в т.ч. в размере 777 233,02 руб., которыми истец с февраля 2017 г. не может распорядиться.

Так же сторонами не оспаривалось, что указанные средства поступили в счет исполнения договора займа от **** от ООО «Лидер». Цена указанного договора составляла 22 600 000 руб. Срок договора - ****.

Банк в своих ответах клиенту указывал, что необходимо представить документы, подтверждающие источник поступления в его распоряжение крупной денежной суммы, которая впоследствии была им передана ООО «Лидер» в качестве займа. Банк сделал вывод о том, что представленный договор займа, исполнительная надпись нотариуса, приходный кассовый ордер не являются документами, подтверждающими источник происхождения денежных средств по сделке.

По договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету (п. 1 ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, отношения граждан, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, а также государственных органов, осуществляющих контроль на территории Российской Федерации за проведением операций с денежными средствами или иным имуществом, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма регулируются так же Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма".

Целью названного Федерального закона является защита прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

Как указывал Конституционный суд РФ (Определение от 20.04.2017 N 797-0) предусмотренные оспариваемым пунктом 11 статьи 7 названного Федерального закона особые права организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, представляют собой меры по реализации целей этого Федерального закона. Данные меры направлены на противодействие финансированию терроризма и экстремизма, применяются указанными организациями в строго оговоренных законом случаях и не содержат признаков конституционно неприемлемого ограничения. Следовательно, оспариваемое законоположение не может рассматриваться как нарушающее конституционные права заявителя.

Определение же обоснованности действий банка в связи с отказом в проведении операций по банковским картам клиента связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств конкретного дела и не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации").

Обязанность по документальному фиксированию информации об операциях с денежными средствами или иным имуществом, возложена на

кредитные организации п. 2 ст. 7 Закона о противодействии легализации, в соответствии с которым кредитные организации должны разработать правила внутреннего контроля и программы его осуществления. При этом Закон о противодействии легализации преступных доходов не устанавливает перечень сведений, подлежащих обязательному фиксированию, тем самым позволяя кредитной организации самостоятельно определять объем соответствующих сведений.

Основаниями для документального фиксирования информации о соответствующих операциях и сделках являются; запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели; несоответствие сделки целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации:

выявление неоднократного совершения операций или сделок, характер которых дает основание полагать, что целью их осуществляется уклонение от процедур обязательного контроля, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

иные обстоятельства, дающие основания полагать, что сделки осуществляются в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Как следует из представленных ответчиком Правил (с приложением № 2) внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма (утв. 17.03.2014 г.) (п.п.6.18, 7.7):

При выявлении подозрительной операции (сделки), ответственный сотрудник Банка принимает решение о проведении углубленной проверки в отношении клиента и его сделки: может обратиться к клиенту с просьбой о предоставлении необходимых объяснений, сведений.

Факторами, влияющими на принятие решение об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, в частности, является если клиентом в значительных объемах совершаются операции, содержащие признаки, указывающие на необычный характер сделки (запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или очевидной законной цели).

Вышеуказанные пункты Правил согласуются с Законом. Так, при реализации правил внутреннего контроля в случае, если операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется банком в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в п. 2 ст. 7 Закона о противодействии легализации и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента предоставления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций.

Из этого следует, что законодательством в области противодействия легализации преступных доходов кредитной организации предоставлено право истребования соответствующих документов, в том числе для обоснования существа и экономического смысла проводимых клиентом операций.

В силу ч. 2 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

По п. 11 ст. 7 Закона организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, вправе отказать в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств, поступивших на счет физического или юридического лица, по которой не представлены документы, необходимые для фиксирования информации в соответствии с положениями настоящего Федерального закона, а также в случае, если в результате реализации правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма у работников организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, возникают подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Из Письма Банка России от 26.12.2005 N 161-Т "Об усилении работы по предотвращению сомнительных операций кредитных организаций" следует, что к сомнительным операциям, совершаемым кредитными организациями по поручению клиентов, могут быть отнесены операции, указанные в письмах Банка России от 21 января 2005 г. N 12-Т, от 26 января 2005 г. N 17- Т, а также следующие виды операций:

Регулярные зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц (за исключением кредитов) на банковские счета (депозиты, вклады) физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме либо с их последующим переводом на банковские счета (депозиты, вклады) третьих лиц в течение нескольких дней.

Осуществление иных операций, которые не имеют очевидного экономического смысла (носят запутанный или необычный характер), либо не соответствуют характеру (основному виду) деятельности клиента или его возможностям по совершению операций в декларируемых объемах, либо обладают признаками фиктивных сделок.

Руководствуясь положениями ст. 858 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 7 Федерального закона "О противодействии легализации

(отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", суд приходит к выводу о том, что ответчик был праве давать оценку операциям клиента - истца на предмет их сомнительности и принять меры по блокировке банковской карты, а также потребовать от клиента предоставления документов, обосновывающих целесообразность совершаемых операций, что и было им произведено в соответствии с приведенными выше положениями законодательства.

В силу п. 12 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ приостановление операций в соответствии с пунктом 10 настоящей статьи и отказ от выполнения операций в соответствии с пунктом 11 настоящей статьи не являются основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, за нарушение условий соответствующих договоров.

Банк правомерно реализовал свое право, предусмотренное п. 11 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 г. N 115-ФЗ.

При этом, суд приходит к выводу о том, что Банк не принимал на себя функции контролирующих, надзорных, правоохранительных органов по противодействию легализации средств, полученных преступным путем, как на то указывает истец, а фактически, исключал себя из цепочки операций, которые, по его мнению, дают основания полагать, что сделка осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Это подтверждается тем, что клиент не вправе после принятия банком соответствующих (вышеперечисленных) действий пользоваться денежными средствами на счете, но вправе обратиться в банк за закрытием счета и в этом случае получить денежные средства и распоряжаться ими без участия банка. Так, сам истец в Распоряжении (л.д.13) указывает, что ему создали препятствия для дистанционного управления счетом и распоряжению находящимися там средствами, но счет не заблокирован, возможность распоряжения денежными средствами не утрачена.

Представленные истцом документы (договор займа - исполнительная надпись нотариуса, приходный кассовый ордер), не позволили банку установить мотивы совершенных операций, и не устраняют неясность в их экономическом смысле и в вопросе о законности целей при совершении операций.

Поэтому представленные истцом документы не могут быть признаны надлежащим исполнением истцом предусмотренной обязанности по предоставлению информации, необходимой для исполнения Банком требований законодательства Российской Федерации о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.

Нарушение банком срока уведомления в уполномоченный орган (п.3.17 Правил) не влияет на квалификацию действий ответчика в отношении истца и не может влиять на результат рассмотрения спора.

Суд считает, что действия ответчика по приостановлению предоставления истцу услуг дистанционного банковского обслуживания в целях предотвращения совершения сомнительных операций не противоречат закону и принятым на его основе локальным актам, нарушений действующего законодательства в действиях ответчика не установлено.

Довод истца о том, что действия ответчика по блокировке карты без получения соответствующего решения органа финансового мониторинга являются неправомерными, несостоятельны, поскольку в данном случае блокировка карты осуществлена банком в соответствии с заключенным сторонами договором, при этом арест на денежные средства истца, находящиеся на банковском счете, ответчиком не налагался, препятствия истцу в закрытии счета не чинились.

Так же при разрешении спора необходимо учесть следующее.

Заявление истца от **** (л.д. 10) не содержит требование о выдаче наличных средств со счета (выдвинуто требование о восстановлении функционирования счета и банковской карты) и не содержит требование о закрытии счета.

В Распоряжении истца от **** (л.д.13) указано, что он желает получить в кассе банка имеющиеся так средства (****), но так же не просит закрыть счет.

Затем, **** (л.д.14) истец предъявляет претензию, в которой требует исполнения распоряжения о выдаче средств с расчетного счета.

Требование ответчиком не исполнено - денежные средства не выданы.

Согласно ст.85 8 ГК РФ ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, не допускается, за исключением наложения ареста на денежные средства, находящиеся на счете, или приостановления операций по счету в случаях, предусмотренных законом.

Из текста ответов банка истцу следует, что с целью исполнения антикоррупционного законодательства произведена блокировка карты, но не счета (при попытке истца использовать банковскую карту).

Однако, из представленного ответчиком сообщения в

Росфинмониторинг от **** следует, что Банком так же отказано в выдаче наличных денежных средств со счета.

Таким образом, поскольку истец не обращался к ответчику о закрытии счета (п.п.8.1-8.3 Инструкция Банка России от 30.05.2014 N 153-И) \в указанном случае банк обязан был закрыть счет, и после прекращения договора банковского счета до истечения семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента остаток денежных средств выдать с банковского счета клиенту наличными денежными средствами либо осуществляет перевод денежных средств платежным поручением), и имел место обоснованный (на основании вышеприведенных норм закона № 115-ФЗ\ отказ в выдаче наличных, то отсутствовала обязанность удовлетворять распоряжение клиента от ****, а следовательно оснований для удовлетворения требований истца (в т.ч.

производных) не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к АО «Российский Сельскохозяйственный банк» о защите прав потребителя банковской услуги отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через суд вынесший решение.

Судья