Судья Репьев О.В. Дело № 22-4566/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Барнаул 11 декабря 2025 года

Суд апелляционной инстанции Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Маликова А.И.

судей Ведищевой Л.А., Тараховой Г.Н.

при помощнике судьи Егере В.С.

с участием прокурора Горовой В.В.

осужденного ФИО1 (по видео-конференц-связи)

адвоката Ворошиловой О.Д.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника прокурора г. Бийска Алтайского края Лысенко Т.В., апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Ким Т.В. на приговор Бийского городского суда Алтайского края от 17 июля 2025 года, которым

ФИО1 ч, ДД.ММ.ГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, ранее судимый:

- 29.11.2010 года Центральным районным судом г.Барнаула по ч.1 ст.111 УК РФ (с учетом постановления Новоалтайского городского суда Алтайского края от 22.06.2011, кассационного определения Алтайского краевого суда от 18.08.2011, постановления Президиума Алтайского краевого суда от 24.04.2012) к 4 годам 11 месяцам лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Освобожден 10.07.2015 по отбытии;

осужденный:

- 10.11.2020 Центральным районным судом г.Барнаула по ст.264.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ – условно, с испытательным сроком 1 год, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. Постановлением Центрального районного суда г.Барнаула от 27.08.2021 условное осуждение по указанному приговору отменено, ФИО1 22.12.2021 направлен для отбывания наказания в виде лишения свободы на срок 8 месяцев в исправительную колонию строгого режима. Освобожден 19.08.2022 по отбытии, дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами отбыто 6.01.2023,

осужден по

- ч.3 ст.160 УК РФ (по эпизоду хищения имущества Г.Н.А.) к 2 годам лишения свободы;

- ч.2 ст.160 УК РФ (по эпизоду хищения имущества К.Т.А.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

- ч.2 ст.160 УК РФ (по эпизоду хищения имущества Л.Ю.С.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы;

- ч.2 ст.160 УК РФ (по эпизоду хищения имущества Г.А.А.) к 1 году 8 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по преступлениям в отношении Г.Н.А.., К.Т.А., Л.Ю.С.., назначено 3 года лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ к наказанию назначенному по совокупности преступлений в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенного наказания в виде лишения свободы и полного присоединения неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами по приговору Центрального районного суда г.Барнаула от 10 ноября 2020 года, назначено 3 года 4 месяца лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст.70 УК РФ, путем частичного присоединения наказания, назначенного на основании ч.5 ст.69 УК РФ, с наказанием по преступлению в отношении Г.А.А., окончательно назначено 4 года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбытого наказания период содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГ до дня вступления настоящего приговора суда в законную силу из расчета один день за один день в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, а также наказание, отбытое по приговору Центрального районного суда г.Барнаула от 10.11.2020 в период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, а также отбытое наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Постановлено о взыскании с ФИО1 процессуальных издержек в доход государства в сумме 120 000 рублей.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ведищевой Л.А., выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором суда ФИО1 признан виновным и осужден за растрату денежных средств потерпевших К.Т.А.., Л.Ю.С.., Г.А.А. с причинением значительного ущерба гражданину (три преступления), а также за растрату денежных средств потерпевшего Г.Н.А. с причинением ущерба в крупном размере, в период с 2019 по 2021 г.г. в 

<

адрес>, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемых преступлениях не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель по делу Лысенко Т.В., не оспаривая выводов суда о виновности ФИО1, выражает несогласие с квалификацией его деяний по эпизодам в отношении Г.Н.А., К.Т.А.., Л.Ю.С. Просит изменить приговор в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несправедливостью назначенного наказания и квалифицировать действия ФИО1: по эпизоду в отношении К.Т.А. и Л.Ю.С. по ч. 2 ст. 159 УК РФ, по эпизоду в отношении Г.Н.А. по ч. 3 ст. 159 УК РФ, по эпизоду в отношении Г.А.А. по ч. 2 ст. 160 УК РФ. В случае рассмотрения дела судом апелляционной инстанции после 21.08.2025, освободить ФИО1 от наказания по эпизоду в отношении К.Т.А., в связи с истечением срока давности уголовного преследования. В остальной части просила приговор оставить без изменения. В обоснование доводов указывает, что в судебном заседании с достоверностью установлено, что по фактам хищения денежных средств, принадлежащих Г.Н.А.., К.Т.А.., Л.Ю.С., осужденный ФИО1 в установленные в договорах подряда сроки к выполнению работ не приступил, на неоднократные телефонные звонки от потерпевших не отвечал, скрывался от них, тем самым путем обмана похитил принадлежащие им денежные средства. Об умысле ФИО1 на совершение мошенничества, путем обмана по указанным преступлениям, по мнению автора представления, свидетельствует способ совершения каждого преступления, необоснованно короткие сроки исполнения обязательств (которые ФИО1 изначально не собирался исполнять), маленький промежуток времени, в который осужденный заключал договоры (набирал заказы, заведомо не имея реальной возможности выполнить взятые на себя обязательства). Полагает, что приобретение ФИО1 строительных материалов на незначительную сумму (2336,00 руб.) по эпизоду в отношении Г.Н.А., при полученном от потерпевшего авансе в размере 368953,00 руб., не свидетельствует о добросовестности намерений ФИО1 По эпизоду в отношении Г.А.А. считает, что суд немотивированно исключил квалифицирующий признак «присвоение», поскольку, вопреки выводам суда, при рассмотрении дела стороной обвинения доказано, что ФИО1 в корыстных целях безвозмездно обратил вверенные ему Г.А.А. для проведения строительных работ и приобретения строительных материалов денежные средства, в свою пользу, против воли потерпевшей, а после израсходовал их, в связи с чем, в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 24 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 48 от 30.11.2017, в действиях ФИО1 имеются оба квалифицирующих признака: «присвоение» и «растрата».

В апелляционной жалобе адвокат Ким Т.В., ссылаясь на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу, просит приговор отменить, оправдать ФИО1 по всем эпизодам, в связи с отсутствием в его действиях составов преступлений. Указывает, что стороной обвинения не представлено и судом не установлено доказательств свидетельствующих о возникновении у ФИО1 умысла (по каждому преступлению), в ходе исполнения принятых на себя обязательств, на хищение полученных от потерпевших денежных средств в свою пользу. Отмечает, что осужденный, являясь индивидуальным предпринимателем, не один год работающий на рынке строительного бизнеса, заключал с каждым из потерпевших договор подряда, встречался с ними, использовал свои личные данные, свои банковские карты, оказывал услуги не скрывая ни от кого никакой информации. Более того, по каждому эпизоду, который инкриминирован ФИО1, стороной защиты доказано, что ФИО1 приступил к исполнению обязательств по договорам, но, по разного рода, не зависящим он него причинам, не успел исполнить обязательства в установленные договорами сроки. Несогласие потерпевших с ходом работ и сроками их выполнения, по мнению автора жалобы, не подтверждает возникновение умысла у ФИО1 на совершение преступлений, и подлежит разрешению в гражданско-правовом порядке.

Настаивая на невиновности ФИО1, подробно приводит и анализирует представленные доказательства обвинения, указывая, что они не свидетельствуют о его виновности. Считает, что показания потерпевших и свидетелей обвинения необоснованно приняты судом без проверки в совокупности с письменными доказательствами (договорами поставки, протоколами осмотра земельных участков, которые проведены спустя годы после выполнения работ осужденным, экспертными заключениями и т.д.), сами по себе не влияют на доказанность вины ФИО1, при этом свидетели по обстоятельствам дела ничего не поясняли. Суд не мотивировал по каким основаниям он отверг показания ФИО1, и отказал стороне защиты в ряде ходатайств, разрешение которых повлекло бы безусловное оправдание ФИО1, чем лишил их возможности установить реальные затраты ФИО1 при исполнении обязательств по договорам с потерпевшими.

Судом достоверно не установлены суммы ущерба, причинённого потерпевшим, не дана оценка принятым решениям судов по гражданским делам о расторжении договоров, показания свидетелей Ж.Г.В., Ч.В.В., О.В.В.., Р.И.С., Г.Э.В.., И.В.М.., З.М.А.., Р.Т.А.., Ф.Л.П. по своей сути не подтверждают виновности осужденного. Настаивает, что по эпизоду в отношении Л.Ю.С.., ФИО1 не имеет отношения к договору на оказание ей услуг, что, по мнению автора жалобы, нашло своё подтверждение при рассмотрении дела, поскольку даже потерпевшая не смогла с достоверностью показать с кем договаривалась её дочь Г.Л.Ф., показания которой были незаконно оглашены судом без вызова свидетеля в судебное заседание, кому потерпевшая отдавала деньги, а так же кто приезжал к ней для получения денег. В данном случае ФИО1 выступал посредником заключая договор в интересах Н.М., который и принял на себя все обязательства перед Л.Ю.С. Свидетель Р.Т.А. так же показала суду, что никогда не видела ФИО1, свидетель Ф.Л.П. не смогла описать мужчину которого видела. Деятельность посредника не запрещена законом, следовательно, виновных действий со стороны осужденного, по мнению адвоката, не установлено.

Защитник полагает, что заключая договоры с каждым из потерпевших, ФИО1 действовал законно, добросовестно, не имея намерений причинить ущерб. Целью заключения каждого договора было намерение выполнить свои обязательства на возмездной основе. К выполнению подрядных обязательств ФИО1 приступил, и версия осужденного, как на стадии предварительного расследования, так и в судебном заседании, которая являлась последовательной на протяжении длительного периода времени, необоснованно отвергнута судом и не опровергнута стороной обвинения. Считает, что судом допущена предвзятая, односторонняя и необъективная оценка представленных стороной защиты доказательств.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором, просит его отменить, оправдать его в связи с отсутствием составов преступлений по всем эпизодам инкриминируемых ему деяний, либо возвратить дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. В обоснование доводов жалобы указал, что вопреки его позиции, в основу приговора суд положил недостоверные и необоснованные данные, выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу и нарушают нормы уголовно-процессуального законодательства. Обстоятельства, изложенные в приговоре, противоречат, в том числе, и доказательствам, собранным на стадии предварительного расследования. Утверждает, что стороной обвинения не было представлено достоверных и допустимых доказательств тому, что у него до заключения договоров, а так же после заключения договоров на оказание услуг, возникал преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества (по всем эпизодам деяний), а так же тому, что потерпевшие Г.Н.А., К.Т.А.., Л.Ю.С.., Г.А.А.., находились под влиянием обмана с его стороны. Суд, при переквалификации его деяний с ч.ч. 2,3 ст. 159 УК РФ на ч.ч.2,3 ст. 160 УК РФ, нарушил его конституционные права, положения ст. 252 УК РФ, а также его право на защиту, поскольку свою защитную позицию он выстраивал с учетом вменения ему возникновения умысла до заключения договоров с потерпевшими. По мнению автора жалобы, доказательства, которые представлены по уголовному делу, не соответствуют фактическим обстоятельствам, существенно противоречат тем фактам, которые установлены в судебном заседании, и по большей своей части являются ничтожными.

По эпизоду в отношении Г.А.Н., приводит показания потерпевшего в судебном заседании, дает им собственную оценку, указывая, что показания Г.А.Н. в протоколе судебного заседания изложены неверно, его показания не были проверены, следственные действия, которые бы подтвердили наличие строительных материалов на его участке, не проводились, соседи не опрашивались, при этом Г.А.Н. не отрицал, что материалы ФИО1 завозил несколько раз, материалы он впоследствии использовал при строительстве дома, что подтверждает и свидетель Г.Л.В. Суд, не учел показания указанных лиц, а так же свидетеля С.А.Н.., пояснившей, что на участке Г.Г. следственных действий не проводилось. Судом необоснованно было ему отказано в ходатайстве о выезде для осмотра участка Г.Г., для установления факта доставления им всех строительных материалов. Выводы суда о том, что ущерб подтвержден заключениями экспертиз, не обоснован, так как экспертизы проводились лишь по фотографиям на 2021 год, которые предоставил Г.Н.А., и на которых запечатлен не весь объем поставленного им материала, а лишь оставшаяся часть после использования материала Г.Н.А. для постройки дома. Ссылку суда на протокол очной ставки между ним и Г.Н.А.., считает незаконной, поскольку указанный протокол оглашен в отсутствие потерпевшего, и он был лишен возможности задавать ему вопросы. Таким образом, судом не были устранены разногласия по количеству завезенных им (ФИО1) строительных материалов Г., что, полагает, свидетельствует о недоказанности его вины. Считает, что показания свидетелей О.М.В. и З.М.А.., являются несоотносимыми. Ссылки суда на решение по гражданскому делу от ДД.ММ.ГГ, также полагает необоснованными, поскольку при подаче иска Г.Н.А. указывал лишь о том, что ему не построили дом, и не оспаривал поставку материалов, что свидетельствует об отсутствии у него претензий по объему поставленного строительного материала.

По эпизоду в отношении К.Т.А. также полагает, что судом допущены существенные противоречия. Показания потерпевшей К.Т.А. изложены в приговоре не в том объеме как были даны в судебном заседании и не в тех формулировках. Полагает, что показания К.Т.А. не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они противоречивы, изначально К.Т.А. не сообщала ему, что для строительства буду использованы денежные средства материнского капитала. Судом необоснованно не принята во внимание переписка с потерпевшей, в которой он сообщал ей о готовности заказа и возможности забрать его, а также показания свидетеля Ж.Г.В.. о том, что после освобождения им (ФИО1) помещения, которое он арендовал, в помещении оставались сендвич-панели. Показания свидетеля С.А.Н., которая подтвердила в судебном заседании факт предоставления ей К.Т.А. переписки, не включены в приговор. Указывает, что условиями договора на него не возлагалась обязанность доставить К.Т.А. заказ, доставка не входила в сумму договора. Указание судом на очную ставку с К.Т.А. как на доказательство, без описания содержания всего протокола, полагает незаконным. Считает, что судом необоснованно было отказано в истребовании переписки по WhatsApp из гражданского дела, что повлекло незаконное его осуждение. Судом не учтено, что спор между ним и К.Т.А. разрешен в гражданском порядке в соответствии с «Законом о правах потребителей».

По эпизоду в отношении Л.Ю.С.., указывает, что показания потерпевшей являются противоречивыми, судом незаконно были приняты в качестве доказательства его вины оглашенные, вопреки его возражениям, показания свидетеля Г.Л.Ф. Утверждает, что Г.Л.Ф. договаривалась не с ним, а с субподрядчиком - Н.М. и могла сообщить, что именно Н. являлся исполнителем по договору. Суд, нарушив его право на защиту, не принял исчерпывающих мер для вызова свидетеля Г.Л.Ф. Дает собственную оценку показаниям свидетеля Р.Т.А.., выражая несогласие с оценкой суда, утверждая, что свидетель четко говорила о том, что Г.Л.Ф. дала ей номер человека, который представлялся «представителем ИП Иванова» а не самим ФИО1. Судом не было установлено, с кем именно общалась по телефону Р.Т.А.., хотя на его вопросы в судебном заседании она показала, что с ним никогда по телефону не разговаривала. Свидетель Ф.Л.П. не смогла описать мужчину, которому Л.Ю.С.. передавала пакет. После оглашений показаний свидетеля Ф.Л.П., председательствующий задавал ей наводящие вопросы, что также, полагает, является недопустимым. Оглашенный протокол проверки показаний на месте потерпевшей Л.Ю.С. противоречит её показаниям в суде, что судом не устранено. Судом не разрешены противоречия в показаниях свидетелей Г.Л.Ф. и Р.Т.А. в части чей номер и фамилия были переданы Р.Т.А.., а также в протоколе проверки показаний на месте в части где вышла из автомобиля потерпевшая Л.Ю.С.

По преступлению в отношении Г.А.А. оспаривает показания потерпевшей о том, что за выполненные работы (очистка территории, оплата услуг спецтехники «

<

данные изъяты>») она якобы оплатила деньги, помимо перечисленных ему. По договору с Г.А.А. он выполнил все оговоренные работы и даже сверх этого сделал часть работ (монтаж ЖБИ – колец, ЖБИ-крышки, покупка и монтаж дополнительных 5-ти винтовых свай под забор, доставка данных материалов, покупка 5-ти винтовых свай), что Г.А.А. оплачено не было. Полагает, что именно Г.А.А. осталась должна ему деньги, поскольку оплатила не все работы и не все материалы, которые он выполнил и поставил ей. Судом не учтено, что срок сдачи объекта был до майских праздников, доставка материалов производилась за его (осужденного) счет, он производил монтаж винтовых свай и ЖБИ – колец, спецтехника вызывалась им, его работник С. приезжал для продолжения работ. Суд не принял во внимание, что в материалах дела имеется заключение эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которому установлены виды и стоимость работ, выполненных на участке Г.А.А. и которое доказывает его невиновность. В его ходатайстве о назначении строительно-технической экспертизы для оценки выполненных им работ по монтажу ЖБИ – колец, ЖБИ-крышки, монтажу 5-ти винтовых свай и их доставке, ему необоснованно отказано судом. Показания свидетеля Г.Е.Г. не достоверны, его показания о том, что потерпевшая якобы переводила ему (ФИО1) аванс в сумме 100000,00 руб. являются ложными, справок из банка о переводе таких сумм в деле не имеется. Нет доказательств переводов и иных сумм. Показания свидетелей Р.И.С.., Г.Э.В. и И.В.М. не имеют юридической силы и не подтверждают его вину. Сроки выполнения работ, которые предусмотрены договором, судом так же не учтены, на момент обращения Г.А.А. с заявлением в полицию основная часть работ была выполнена и сроки окончания работ по договору не истекли, что само по себе, полагает, свидетельствует об умысле потерпевшей на то, чтобы не оплачивать выполненные работы по договору. Показания Г.А.А. в суде, в части суммы переданных денежных средств, противоречат её же показаниям, данным на стадии предварительного расследования и противоречат показаниям свидетеля Г.Е.Г., что не устранено судом, сумма переданных денежных средств не установлена. Судом не приняты во внимание протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ и показания свидетеля О.С.В. подтвердившего, что в марте 2021 год года он с ФИО1 приезжал по месту жительства потерпевшей, где установил сваи под беседку. Указывает, что изложенные в приговоре показания потерпевшей противоречат ее показаниям, данным в судебном заседании.

С учетом изложенного, полагает, что суд незаконно вышел за рамки предъявленного ему обвинения, изложил в приговоре те обстоятельства, которые не были предметом судебного разбирательства, не устранил все противоречия между показаниями потерпевших и свидетелей, положил в основу приговора недостоверные и не допустимые показания потерпевших и свидетелей, и иные доказательства, которые получены незаконно, принял одни доказательства и не принял его доказательства, нарушив принцип состязательности процесса, постановил приговор на противоречивых доказательствах стороны обвинения, что привело к принятию незаконного решения о его осуждении.

Также отмечает, что в протоколе судебного заседания отсутствуют показания свидетелей К.Т.А. и Л.Ю.С.., изложенные в приговоре показания указанных лиц не соответствуют их показаниям, данным в судебном заседании. Ссылается, что судом удовлетворено ходатайство о вызове эксперта, но эксперт не вызван.

Судом не дана правовая оценка показаниям и действиям следователя С., в части необоснованности его уголовного преследования, неполноты следственных действий, ареста имущества, умышленного сокрытия фактических обстоятельств по уголовному делу. Считает, что уголовное дело в отношении него сфабриковано, предварительное и судебное следствие проводились с явной волокитой. Указывает, что из дела пропали доказательства, свидетельствующие о его невиновности.

Выражает несогласие с взысканием с него процессуальных издержек, ссылаясь на то, что защитник Ким Т.В. формально выполняла свои обязанности, не оказывала юридической помощи, в апелляционной жалобе адвоката не указаны множественные и существенные нарушения в приговоре. Считает, что необоснованное количество судодней было связно с желанием суда увеличить гонорар адвокату Ким Т.В. Просит освободить его от уплаты процессуальных издержек в размере 120 000 рублей

Кроме того обжалует постановление суда о частичном удовлетворении его замечаний на протокол судебного заседания, указывая, что судом незаконно и необоснованно отказано в удовлетворении его замечаний, поскольку он подробно конспектировал показания потерпевших и свидетелей. Указывает, что не был своевременно ознакомлен с протоколом и аудиопротоколом судебного заседания.

Полагает, что отзыв уголовного дела из Алтайского краевого суда нарушает его право на рассмотрение уголовного дела в разумные сроки.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Ким Т.В. государственный обвинитель по делу Лысенко Т.В. просит оставить ее без удовлетворения. В возражениях на апелляционную жалобу адвоката потерпевший К.П.В., не оспаривая процессуальных оснований прекращения уголовного преследования ФИО1 по эпизоду хищения принадлежащего ему имущества, полагает доводы защиты о невиновности ФИО1 несостоятельными. Кроме того, указывает, что им было подано заявление о взыскании с ФИО1 в его пользу материального ущерба, однако суд, несмотря на прекращение уголовного дела в отношении ФИО1 по эпизоду хищения его (К.) имущества по нереабилитирующим основаниям, не разрешил данное заявление, а также не разъяснил право и порядок взыскания с ФИО1 материального ущерба. В возражениях на апелляционное представление осужденный ФИО1 просит отказать в его удовлетворении, отменить обвинительный и вынести оправдательный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб и возражений на них, суд апелляционной инстанции принимает следующее решение.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, регламентирующих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Виновность осужденного в совершении хищения имущества потерпевших К.Т.А., Л.Ю.С.., Г.А.А., Г.Н.А., несмотря на отрицание им своей вины, установлена и подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств:

- по факту хищения имущества Г.Н.А..: показаниями потерпевшего Г.Н.А. о заключении ДД.ММ.ГГ с ФИО1 договора подряда на выполнение строительных работ на их участке, стоимость работ была определена сметой и составила 456700 руб., включала в себя вознаграждение подрядчику и стоимость материалов необходимых для строительства, авансовый платеж на приобретение строительных материалов составил 374700 руб. ДД.ММ.ГГ он со счета в Сбербанке перевёл ФИО1 аванс в размере 368953 руб., после чего ФИО1 в течение 24 дней должен был завезти строительные материалы и начать работу. ФИО1 завез незначительную часть материалов (вентиляторы, саморезы), приезжал 2-3 раза, обещал в указанные в договоре сроки закончить строительство, затем перестал выходить на связь. Ни каких работ ФИО1 произведено не было. Ущерб в сумме 368953 руб. является для него крупным. Свои показания потерпевший подтвердил на очной ставке с осужденным, указав, в том числе, вид и количество завезенных ФИО1 материалов; показаниями свидетеля Г.Л.В.. об обстоятельствах заключения договора подряда с ФИО1 на строительство дома на их участке, перевода ФИО1 с ее счета в Сбербанке аванса в размере 368953 рублей (с учетом процентов за перевод). В указанный в договоре срок ФИО1 обязательства по договору не выполнил, дом не построил; показаниями свидетеля З.М.А. - менеджера магазина «

<

данные изъяты>», о том, что в базе «1С» контрагента (покупателя) как ФИО1 или ИП ФИО1 не имеется, протоколами выемки и осмотра договора подряда на выполнение строительных работ *** между «подрядчиком» в лице ИП ФИО1 и «заказчиком» Г.Н.А. на выполнение строительных работ по адресу 

<

адрес>, согласно которому «подрядчик» приступает к выполнению работ в течение 24 дней с момента получения авансового платежа, работы должны быть завершены в течение 40 дней с момента получения авансового платежа. Стоимость работ по настоящему договору определяется сметой (приложение 2) и составляет 456700 руб., стоимость включает вознаграждение «подрядчика» и материалы необходимые для строительства. «Заказчик» выплачивает «подрядчику» авансовый платеж на приобретение строительных материалов в размере 374700 рублей, в соответствии со сметой; заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, которым установлена стоимость доставленных ФИО1 стройматериалов; протоколами осмотра информации ПАО Сбербанк, которой установлено осуществление перевода со счета Г.Л.В. на карту ФИО1 в сумме 368953 руб. в 

<

адрес>; решением 

<

данные изъяты>, которым расторгнут договор подряда на выполнение строительных работ *** от ДД.ММ.ГГ между Г.Н.А. и ИП ФИО1 чем, взыскана с ИП ФИО1 ча в пользу Г.Н.А. сумма предварительной оплаты подряда на выполнение строительных работ в размере 368953 руб.;

- по факту хищения имущества К.Т.А.: показаниями потерпевшей К.Т.А., об обстоятельствах заключения договора подряда с ФИО1, стоимость работ по которому определена в сумме 264440 руб., которая включала вознаграждение «подрядчика» и стоимость материалов необходимых для строительства. Авансовый платеж на приобретение строительных материалов составил 195000 руб., которые она сначала внесла наличными на банковскую карту К.Н.В., затем та перевела ФИО1, который скинул фото своей банковской карты. По условиям, которые они обговорили, ФИО1 должен был сам привезти стройматериалы и начать стройку в течение 40 дней с момента оплаты. После перечисления денежных средств ФИО1 общался с ней по телефону, обещал ей купить стройматериалы в 

<

адрес>, затем перестал отвечать на телефонные звонки и заблокировал её номер. Она написала ФИО1, что хочет расторгнуть договор и вернуть деньги. ДД.ММ.ГГ от ФИО1 пришло сообщение, что на следующей неделе ее комплект будет готов, и она может его забрать. В сентябре или октябре 2019 года от ФИО1 было сообщение «забирайте материалы, сип-панели», откуда нужно было забрать она пояснить не может. В связи с неисполнением договора она обратилась в суд, в марте 2020 года договор был расторгнут, с ФИО1 в ее пользу были взысканы денежные средства, но до настоящего времени она ни чего не получила. Причиненный ущерб в сумме 195000 руб. является для неё значительным; показаниями свидетеля Ж.Г.В. - бухгалтера в ООО «

<

данные изъяты>», пояснившей, что ФИО1 до сентября 2019 года арендовал складские помещения по 

<

адрес>, после расторжения договора ФИО1 съехал, после него на складе ничего не осталось; данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании показаниями свидетеля К.Н.В. о том, что в августе 2019 года К.Т.А.., пояснив, что заключила договор с ФИО1 на поставку стройматериалов и строительство летнего домика, попросила с ее карты перевести деньги ФИО1 После чего через банкомат она внесла деньги К.Т.А. в сумме 195000 руб. на свою карту, которые затем перевела на указанную К.Т.А.. карту на имя С. С.ча И. Затем ФИО1 перестал выходить на связь, стройматериалы никто не привез, летний домик не построен; протоколами выемки и осмотра договора подряда на выполнение строительных работ *** между «подрядчиком» в лице ИП ФИО1 и «заказчиком» К.Т.А., предметом которого является выполнение строительных работ по адресу 

<

адрес>, «подрядчик» приступает к выполнению работ в течении 21 дней с момента получения от «заказчика» авансового платежа, работы должны быть завершены в течении 40 дней с момента получения авансового платежа. Стоимость работ по настоящему договору составляет 264440 руб., которая включает вознаграждение «подрядчика» и материалы необходимые для строительства. Авансовый платеж на приобретение строительных материалов составил 196680 руб., в соответствии со сметой; протоколом осмотра информации ПАО «

<

данные изъяты>» о переводе со счета К.Н.А. ДД.ММ.ГГ на карту ФИО1 денежных средств в сумме 195000 руб., а также о том, что карта *** счет ***, открыт на имя ФИО1 ча, ДД.ММ.ГГ г.р.; решением 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГ, которым расторгнут договор на выполнение строительных работ *** от ДД.ММ.ГГ между К.Т.А. и ИП ФИО1, взыскана с ИП ФИО1 в пользу К.Т.А. сумма предварительной оплаты по договору в размере 195000 руб.;

- по факту хищения имущества Л.Ю.С.: показаниями потерпевшей Л.Ю.С. об обстоятельствах заключения договора подряда на восстановление бани в 

<

адрес>. Стоимость договора составила 121495 руб., аванс - 69595 руб. Она отдала ФИО1 деньги в сумме 70000 руб. наличными, без расписки, так как доверяла. На следующий день она не смогла дозвониться до ФИО1 Через 3-4 дня ФИО1, ссылаясь на проблемы, указал, что пока не может привезти материал, но обещал в течение месяца выполнить обязательства по договору. Спустя месяц ФИО1 ничего не сделал, никаких материалов не привез, на связь не выходил и она больше ФИО1 не видела. Ущерб в сумме 70000 руб. является для неё значительным. Свои показания Л.Ю.С. подтвердила при проверке показаний на месте, указав, место, где был заключен договор и место, где она передала денежные средства; данными на предварительном следствии и оглашенными на основании п. 5 ч.2 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля Г.Л.Ф., указавшей, что ФИО1 ДД.ММ.ГГ приезжал в 

<

адрес>, осмотрел дом и баню, произвел расчеты, в этот же день он встретился с Л.Ю.С., с которой заключили договор на строительство бани. Согласно договору, авансовый платеж на приобретение строительных материалов составлял 69595 руб., её дочь Л.Ю.С. отдала ФИО1 наличными 70000 руб. Больше ФИО1 не приезжал, никаких работ не производил, строительные материалы не привозил. До настоящего времени ФИО1 свои обязательства не выполнил; показаниями свидетеля Р.Т.А.., которой со слов Л.Ю.С. было известно, что та заключила договор подряда на строительство бани с ФИО1 и передала ему наличными аванс в размере 70000 руб., однако тот стройматериалы не привез, к строительству не приступил. Она (Р.Т.А.) звонила ФИО1 по телефону, сказав, что представляет интересы Л.Ю.С.., на ее вопросы ФИО1 ответил, что будет в городе через три дня и вернет денежные средства Л.Ю.С. в полном объеме. Впоследствии, когда она звонила ФИО1, телефон у него был недоступен, на связь с ней ФИО1 больше не вышел; показаниями свидетеля Ф.Л.П., которая видела, как ДД.ММ.ГГ в вечернее время на улице Л.Ю.С. что-то передала неизвестному мужчине. После чего Л.Ю.С. пояснила, что данный мужчина занимается строительством, она заключила с ним договор подряда и только что отдала ему предоплату на стройматериалы в сумме 70000 руб.; протоколами выемки и осмотра договора подряда на выполнение строительных работ ИП ФИО1 и Л.Ю.С.., на выполнение строительных работ по адресу с. 

<

адрес>, указано, что «подрядчик» приступает к выполнению работ в течении 7 дней с момента получения авансового платежа, работы должны быть завершены в течении 21 дня с момента получения авансового платежа, стоимость работ по настоящему договору включает вознаграждение «подрядчика» и материалы необходимые для строительства и составляет 121495 руб., авансовый платеж на приобретение строительных материалов - 69595 руб. Также осмотрены скриншоты переписки с ФИО1, согласно которой достигается договоренность о просмотре объекта, имеется информация о том, что Ю. надо взять деньги, за которыми надо доехать в район почта 15 больница;

- по факту хищения имущества Г.А.А.: показаниями потерпевшей о заключении с ФИО1 ДД.ММ.ГГ договора подряда на строительство беседки за 195000 руб., в эту сумму входили стройматериалы и работа, её цена устроила, на словах ФИО1 сказал, что сдаст объект до ДД.ММ.ГГ. В этот же день она по указанию ФИО1 перевела деньги на сваи в сумме 18000 руб. на имя В.М.И.. ДД.ММ.ГГ ФИО1 приехал с трактором, был расчищен участок от снега и была выкопана яма под ЖБИ-кольца, за работу трактора она перевела трактористу деньги на карту «Сбербанка» в сумме 4300 руб. После чего она отдала ФИО1 деньги в сумме 85000 руб. наличными, без расписки. Так же ФИО1 привез два ЖБИ-кольца и крышку к ним. За данные кольца она также перевела деньги в сумме 7200 руб. через «Сбербанк Онлайн» на карту на имя В.М.И.. ДД.ММ.ГГ она по указанию ФИО1 перечислила имя В.М.И. деньги в сумме 22000 руб. на окна, двери, метизы и пуны. ДД.ММ.ГГ ФИО1 привез сваи в количестве 12 штук, затем приехал с «

<

данные изъяты>», были установлены 12 свай, за установку которых она рассчиталась с водителем «

<

данные изъяты>», перевела тому на карту 4000 руб. Больше ФИО1 не приезжал, ничего не привозил, беседку не построил; показаниями свидетеля Р.И.С.., который оказывает услуги «

<

данные изъяты>», устанавливает сваи, либо бурит землю под сваи, за услуги клиенты часто переводят деньги на карту Сбербанка, а также свидетеля Г.Э.В.., который при допросе в ходе предварительного следствия, указал, что он оказывает услуги по расчистке территории трактором, выравниванию участка, копке ям, за услуги клиенты оплачивают либо на карту Сбербанка, либо наличными; показаниями свидетеля Г.Е.Г.., который подтвердил заключение между Г.А.А. и ФИО1 договора на постройку беседки, перечисление ФИО1 Г.А.А.. денежных средств на приобретение строительных материалов, которые должен был закупить ФИО1, а также передачу денежных средств наличными. По договору строительные материалы должен был закупить И.И.И. Г.А.А. оплатила ФИО1 аванс путем перечисления на карту, а также наличными. Указал, что работу за установку свай и услуги экскаватора они оплатили сами. ЖБИ –кольца не были включены в договор, они их приобретали отдельно. Беседку ФИО1 должен был построить у себя и привезти. С середины апреля 2021 года ФИО1 престал выходить на связь, они обратились в полицию. Ущерб в сумме 132200 руб. для семьи является значительным; данными на предварительном следствии и оглашенными показаниями свидетеля И.В.М.., согласно которым ее картой «Сбербанка» пользовался сын ФИО1; протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГ в ходе которого осмотрен участок по адресу: 

<

адрес>, на котором установлены 12 свай и яма с двумя железобетонными кольцами; заключением эксперта *** от ДД.ММ.ГГ, согласно которому среднерыночная стоимость крышки к ЖБИ кольцу КС 15-9 составляет 4600 руб., ЖБИ кольца КС 15-9 в количестве 2 штук составляет 9200 руб.; протоколами выемки и осмотра договора подряда между ФИО1 и Г.А.А. на выполнение строительных работ по адресу 

<

адрес>, срок выполнения работ не указан, стоимость работ по договору определяется сметой и составляет 195100 руб., включает вознаграждение «подрядчика» и материалы необходимые для строительства. «Заказчик» выплачивает «подрядчику» авансовый платеж на приобретение строительных материалов в размере 16500 руб., в соответствии со сметой, смета на строительные работы и используемые материалы (приложение 2) к договору, смета стоимости материалов на сумму 165100 руб., расчет стоимости работ на сумму 30000 руб., с печатью ИП «

<

данные изъяты>» с подписью ФИО1 Осмотрена выписка по счету, согласно которой совершены переводы со счета Г.А.А..: ДД.ММ.ГГ - 18000 руб. и 74,78 руб. на карту И.В.М.; ДД.ММ.ГГ - 4300 руб. и 43 руб. на карту Г.Э.В..; ДД.ММ.ГГ - 6200 руб., 62 руб., 200 руб., 2 руб., 800 руб., 8 руб., ДД.ММ.ГГ - 22000 руб. и 220 руб. на карту И.В.М..; ДД.ММ.ГГ - 4000 руб. и 40 руб. на карту Р.И.С. Осмотрена информация ПАО «Сбербанк» по операциям на имя И.В.М., имеются переводы от Г.А.А. в сумме 18000 руб., 6200 руб., 200 руб., 800 руб., 22000 руб. Осмотрены выписка по счету Г.Е.Г.: ДД.ММ.ГГ снятие 75000 руб. и чеки по банковским операциям; протоколом выемки и осмотра диска с аудиозаписью разговоров Г.А.А. с ФИО1 и скриншоты переписки, где идет речь относительно написания расписки, по поводу передачи денег больше 100000 руб. без расписки, невыполнения работ; в скриншотах имеется переписка относительно стройки и расчетов, протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГ с фототаблицей, согласно которому осмотрен диск с видеозаписью, на которой трактор расчищает территорию, голос поясняет, что устанавливаются сваи, начались работы по 

<

адрес>;

- показаниями свидетеля З.М.А. - менеджера в магазине «

<

данные изъяты>» по 

<

адрес>А 

<

адрес>, о том, что в базе «1С» контрагента (покупателя) как ФИО1 или ИП ФИО1 не имеется;

- и другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и положенными судом в основу приговора.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в соответствии с требованиями ст.ст. 73,87,88 УПК РФ, суд дал надлежащую оценку всем представленным сторонами доказательствам с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела по существу. Мотивы принятого судом решения по результатам оценки доказательств изложены в приговоре, как того требует ст. 307 УПК РФ. При этом, суд указал, почему принял одни и отверг другие доказательства; противоречия надлежаще выяснены и устранены. Какие-либо противоречивые доказательства, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности осужденного, и которым суд не дал оценки в приговоре, отсутствуют, поэтому доводы жалоб о том, что приговор основан на предположениях, противоречивых показаниях, являются несостоятельными. Оснований подвергать сомнению правильность изложенных в приговоре выводов суда, в том числе, относительно доказанности вины осужденного, не имеется.

На основании анализа и объективной оценки совокупности собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, суд верно установил фактические обстоятельства дела, обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в содеянном.

По эпизоду хищения имущества Г.А.А. судом обоснованно установлено, что умысел на хищение денежных средств Г.А.А. возник у ФИО1 после заключения договора строительного подряда, при этом ФИО1, распоряжаясь вверенными ему потерпевшей в качестве аванса денежными средствами, доставил часть строительных материалов, тем самым частично исполнил условия подрядного договора, а оставшиеся денежные средства, вверенные ему потерпевшей, противоправно обратил в свою пользу, распорядившись денежными средствами потерпевшей по своему усмотрению.

Действия осужденного по указанному преступлению, с учетом позиции прокурора, судом квалифицированы по ч.2 ст. 160 УК РФ как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Однако, как следует из приговора, суд первой инстанции признал доказанным, что ФИО1, имея умысел на хищение полученных от потерпевшей Г.А.А. денежных средств, противоправно, безвозмездно обратил денежные средства, вверенные ему потерпевшей для исполнения условий заключенного между ними договора, в свою пользу, причинив ущерб потерпевшей.

То есть, судом фактически установлено, что ФИО1 похитил имущество потерпевшей Г.А.А. путем «присвоения», что соответствует фактическим обстоятельствам дела, подтвержденным исследованными доказательствами, и разъяснениям, содержащимся в п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» о том, что присвоение, по делам о преступлениях, предусмотренных статьей 160 УК РФ, состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника.

Последующие действия осужденного, связанные с расходованием похищенных денежных средств, являются способом распоряжения похищенным.

Таким образом, верно квалифицируя действия ФИО1 по ч.2 ст. 160 УК РФ, судом ошибочно указано на квалификацию его действий по признаку «растраты», что подлежит уточнению, с указанием при квалификации действий ФИО1 по данному преступлению признака объективной стороны «присвоение» чужого имущества.

При этом, изменение судом квалификации действий осужденного в рамках ч.2 ст. 160 УК РФ не увеличивает объем предъявленного обвинения и не изменяет указанные в нем фактические обстоятельства, не влияет на назначение наказания, поскольку оба признака охватываются диспозицией ч.2 ст. 160 УК РФ, предусматривающей одинаковое наказание за совершение деяний с данными признаками, не ухудшает положение ФИО1, не нарушает его право на защиту, не противоречит требованиям ст.252 УПК РФ.

Оснований для иной квалификации, как указано в апелляционном представлении, либо оправдания ФИО1 по данному преступлению, как об этом ставится вопрос в апелляционных жалобах, не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного и адвоката, переквалификация действий ФИО1 с ч.2 ст. 159 УК РФ на ч.2 ст. 160 УК РФ, не свидетельствует о нарушении судом положений уголовно-процессуального закона, а также о нарушении права на защиту, поскольку объем преступных действий осужденного не был увеличен, изначально действия последнего были квалифицированы органами предварительного расследования по более тяжкому уголовному закону - ч.2 ст. 159 УК РФ, в связи с чем переквалификация его действий на менее тяжкий уголовный закон не ухудшает положения осужденного и не свидетельствует о нарушении судом требований ст. 252 УПК РФ.

Кроме того, переквалифицируя действия осужденного по эпизодам хищения денежных средств потерпевших К.Т.А. и Л.Ю.С. с ч.2 ст. 159 УК РФ на ч.2 ст. 160 УК РФ, а по эпизоду хищения имущества Г.Н.А. с ч.3 ст. 159 УК РФ на ч.3 ст. 160 УК РФ, суд первой инстанции в приговоре признал установленным, что осужденный в корыстных целях противоправно обратил вверенные ему каждым потерпевшим денежные средства в свою пользу, против воли потерпевших, израсходовав их, распорядившись ими по своему усмотрению, то есть совершил хищение вверенного ему имущества путем растраты.

Данные выводы суда нельзя признать обоснованными.

Как следует из материалов дела и фактически установлено судом, по эпизодам хищения денежных средств потерпевших Г.Н.А., К.Т.А., Л.Ю.С. осужденный ФИО1, изначально не намереваясь выполнять принятые на себя обязательства по осуществлению подрядных работ, заключил с указанными лицами договоры подряда, в рамках которых взял на себя обязательства выполнить согласованные в каждом из договоров строительные работы, и по условиям которых предусматривалась передача ФИО1 авансового платежа на приобретение строительных материалов, получил предусмотренные подрядными договорами денежные средства в качестве аванса, в установленные договорами сроки к выполнению своих обязательств не приступил, на неоднократные звонки потерпевших не отвечал, скрывался от них, похитив принадлежавшие им денежные средства.

Исходя из изложенного, характер действий осужденного свидетельствует о наличии у него умысла на хищение денежных средств потерпевших мошенническим способом путем обмана.

Из фактических обстоятельств дела следует, что обман при хищении денежных средств выразился в сообщении потерпевшим несоответствующих действительности сведений о выполнении ФИО1 строительных работ по договорам подряда. В действительности ФИО1 не имел намерения и не выполнял принятые на себя обязательства, а полученными денежными средствами распорядился по своему усмотрению.

Об умысле осужденного на мошенничество свидетельствуют и последующие его действия, связанные с невыполнением взятых на себя обязательств и невозвращением денежных средств, которыми он завладел мошенническим способом.

При этом, заключение соответствующих договоров, приобретение для Г.Н.А. строительных материалов на незначительную сумму, было обусловлено стремлением завуалировать преступный характер своих действий, что также свидетельствует о наличии корыстного умысла на хищение чужого имущества путем мошенничества.

С учетом изложенного, признавая доводы апелляционного представления обоснованными, суд апелляционной инстанции приходит к убеждению, что действия ФИО1 по эпизодам хищения имущества потерпевших К.Т.А., Л.Ю.С.. следует квалифицировать по ч.2 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, по каждому; по эпизоду хищения имущества потерпевшего Г.Н.А. по ч.3 ст. 159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере.

Тщательно проверив доводы стороны защиты о невиновности ФИО1, о надлежащем исполнении им обязательств по договорам подряда, об использовании денежных средств всех потерпевших, переданных ему в качестве аванса, для приобретения строительных материалов в целях исполнения договорных обязательств, суд обоснованно признал их несостоятельными, противоречащими исследованным доказательствам, совокупность которых явилась достаточной для постановления обвинительного приговора, изложив в приговоре мотивы принятого решения. Показания ФИО1 о непричастности к преступлениям, за которые он осужден, опровергаются совокупностью исследованных доказательств, изобличающих осужденного, в связи с чем обоснованно оценены как способ защиты с целью избежать ответственности за содеянное.

Доводы стороны защиты о том, что им были закуплены и завезены все материалы Г.Н.А.., об изготовлении домкомплекта К.Т.А.., который она должна была вывезти сама, о том, что подрядчиком по договору с Л.Ю.С. являлось другое лицо, о выполнении работ у Г.А.А. в полном объеме, оплате работы техники, были проверены судом, обоснованно отвергнуты, поскольку объективно не подтверждены, противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела и опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств: показаниями потерпевшего Г.Н.А.., в том числе, в ходе очной ставки с ФИО1, о том, что строительные работы ФИО1 не проводились, а также о количестве завезенных материалов, которые согласуются с показаниями свидетеля Г.Л.В.; заключением эксперта, которым установлена сумма привезенных строительных материалов на общую сумму 2336 рублей; показаниями потерпевшей К.Т.А.., в том числе, в ходе очной ставки с ФИО1, о том, что домокомплект не был поставлен; договором подряда *** между К.Т.А. и ФИО1, по условиям которого обязанность обеспечения наличия строительных материалов возложена на подрядчика; показаниями потерпевшей Л.Ю.С., в том числе, в ходе очной ставки с ФИО1, о том, что договаривалась о строительстве, заключала договор и передавала деньги она именно ФИО1, а также о том, что строительные работы согласно договору подряда не выполнены, аванс не возвращен; показаниями свидетеля Г.Л.Ф.., указавшей, что именно ФИО1 осматривал дом и баню, производил расчеты, с ним Л.Ю.С. заключила договор на строительство бани и отдала ему наличными 70000 рублей, однако ФИО1 свои обязательства не выполнил; показаниями свидетеля Р.Т.А., разговаривавшей, по просьбе Л.Ю.С. с ФИО1 и которой ФИО1, не отрицая факта получения денежных средств от Л.Ю.С.., пообещал вернуть деньги потерпевшей в полном объеме; сам ФИО1, при допросах на предварительном следствии указывал, что договор подряда он заключал с Л.Ю.С. и являлся исполнителем данного договора именно он; договором подряда, заключенным между Л.Ю.С. и ФИО1, в котором отсутствуют сведения о субподрядчиках; показаниями потерпевшей Г.А.А.., в том числе, в ходе очной ставки с ФИО1, о том, что работа техники оплачивалась самой Г.А.А., согласующимися в данной части с показаниями свидетеля Г.Е.Г., осмотренными выписками по счету о перечислении Г.А.А. денежных средств за выполненные работы, показаниями свидетелей Р.И.С. и Г.Э.В.

Принятые судом в качестве доказательств, уличающих ФИО1 в совершении преступлений, показания потерпевших об обстоятельствах совершения осужденным хищений принадлежащих им денежных средств, размере причиненного ущерба, а также свидетелей обвинения, сомнений не вызывают, поскольку они согласуются как между собой, так и с иными приведенными в приговоре доказательствами, каких-либо существенных противоречий по значимым для дела обстоятельствам в показаниях данных лиц, свидетельствующих об их недостоверности, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора по настоящему уголовному делу, повода для оговора осужденного, а также для вывода о заинтересованности последних в исходе дела, не установлено.

Несмотря на утверждение об обратном, судом дана верная оценка показаниям потерпевших и свидетелей. Имеющиеся в показаниях потерпевшей Г.А.А., свидетелей Р.Т.А.., Ф.Л.П. И.В.М.., Ж.Г.В., противоречия, в том числе, на которых акцентирует внимание сторона защиты, устранены судом путем оглашения их показаний в ходе предварительного следствия, которые они подтвердили в полном объеме.

Незначительные расхождения в показаниях потерпевшей Г.А.А. и свидетеля Г.Е.Г. относительно части и способов передачи конкретных денежных сумм (наличные и безналичные) объясняется длительным периодом времени с момента криминальных событий до производства допроса в судебном заседании и носят несущественный характер. Размер ущерба, причиненный Г.А.А. подвержен признанными судом достоверными и положенными в основу приговора показаниями потерпевшей о перечислении ФИО1 денежных средств в общей сумме 47200 руб. и передаче ему наличными 85000 руб., которые согласуются с договором подряда, выписками по счету Г.А.А. и Г.Е.Г.

Что касается законности оглашения судом показаний свидетеля Г.Л.Ф.., данных ею на предварительном следствии, то, вопреки доводам апелляционных жалоб, показания указанного свидетеля оглашены судом в соответствии с п.5 ч.2 ст. 281 УПК РФ и обоснованно положены в основу приговора. Судом приняты исчерпывающие меры к обеспечению явки в суд указанного свидетеля, в том числе путем направления повесток, сообщения по телефону и осуществления принудительных приводов (т.12 л.д.201, т. 13 л.д.1), которые результатов не дали, поскольку установлено, что свидетель Г.Л.Ф. сменила место жительства, ее местонахождение не известно, по адресу регистрации по месту жительства: 

<

адрес>, она не проживает, со слов соседей она продала дом. По телефону свидетель сообщила о невозможности участия в судебном заседании по состоянию здоровья, адрес фактического проживания не сообщила (т.12. л.д.216).

Не допустил председательствующий судья постановки перед допрашиваемыми лицами, в частности свидетеля Р.Т.А., наводящих вопросов либо нарушения процедуры допроса этого свидетеля, предусмотренной ст. 278 УПК РФ.

Оснований для признания неотносимыми показаний свидетеля З.М.А. (сотрудника магазина «

<

данные изъяты>») не имеется, поскольку осужденный при допросах на предварительном следствии указывал, что приобретал строительные материалы в указанной организации.

Доводы апелляционных жалоб о том, что судом не установлен размер причиненного потерпевшим ущерба, являются необоснованными. Суммы хищений достоверно установлены судом на основании показаний потерпевших, договоров подряда, заключенных с потерпевшими, а также показаний свидетелей обвинения, заключений товароведческих экспертиз, сведений о переводах денежных средств потерпевших на банковскую карту, оформленную на имя ФИО1, либо на подконтрольную ему карту.

При этом потерпевший Г.Н.А. сообщил, что по договору подряда на выполнение строительных работ ДД.ММ.ГГ ФИО1 был переведен аванс в размере 368953 руб. на приобретение строительных материалов, ФИО1 завез незначительную часть материалов, на сумму, согласно товароведческой экспертизы, 2336 руб., остальные строительные материалы не поставлены, строительные работы согласно договору подряда не выполнены; потерпевшие К.Т.А. и Л.Т.С. пояснили, что передали ФИО1 по договорам подряда аванс на приобретение строительных материалов в размере 195000 и 70000 руб., соответственно, однако объекты строительства не построены, деньги не возвращены; потерпевшая Г.А.А. показала, что ФИО1 должен был завезти строительные материалы согласно предоплате на сумму 132200 руб., однако завез материалы на сумму 31800 руб. (сваи 18000 руб. + ЖБИ-кольца и крышка 13800 руб.), остальные материалы не поставлены, беседка осужденным не построена, ущерб составляет 100400 руб.

С учетом изложенного, размер ущерба, причиненного преступлениями, судом установлен верно, в том числе с учетом поставленных материалов потерпевшим Г.Н.А.. и Г.А.А.

Потерпевшие К.Т.А., Л.Ю.С.., Г.А.А. заявили, что причиненный им ущерб является значительным, потерпевший Г.Н.А.. указал, что ущерб является крупным. Данное обстоятельство, учитывая размер похищенного применительно к каждому потерпевшему, у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Суд обосновано положил в основу приговора заключения товароведческих экспертиз, установивших стоимость доставленных ФИО1 потерпевшим Г.Н.А.. и Г.А.А. строительных материалов, поскольку исследования проведены в соответствии с требованиям закона, специалистами, чья компетентность не вызывает сомнений, выводы экспертиз являются ясными и понятыми, не вызывают сомнений.

Ссылка осужденного на переписку с потерпевшей К.Т.А. в мессенджере WhatsApp не свидетельствует о его невиновности, поскольку объективных данных об изготовлении строительных конструкций для К.Т.А. не имеется, кроме того, из показаний потерпевшей К.Т.А. и совокупности условий договора подряда *** усматривается, что обязанность доставки строительных материалов возложены на подрядчика. Показания свидетеля Ж.Г.В. - бухгалтера в ООО «

<

данные изъяты>», на которые особо обращает внимание осужденный, выводы суда не опровергают, поскольку из показаний свидетеля, данных на предварительном следствии и подтвержденных в судебном заседании, следует, что после расторжения договора аренды, на складах после ФИО1 ничего не осталось.

Доводы ФИО1, со ссылкой на заключение строительно-технической экспертизы *** от ДД.ММ.ГГ, о том, что денежные средства потерпевшей Г.А.А. в полном объеме были использованы им для приобретения строительных материалов и установки свай, противоречат показаниям потерпевшей Г.А.А. о том, что работу техники, установку свай, она оплатила отдельно, которые согласуются с показаниями свидетеля Г.Е.Г., с выписками по банковскому счету о перечислении Г.А.А. денежных средств за выполненные работы, с показаниями свидетелей Р.И.С. и Г.Э.В. Доказательств тому, что ФИО1 оплачивал указанные работы, материалы дела не содержат.

Неуказание в договоре подряда срока его исполнения не свидетельствует об отсутствии у ФИО1 умысла не хищение денежных средств потерпевшей Г.А.А. и его невиновности, поскольку договор не исполнен как в разумный срок с момента наступления у него такой обязанности, так и на настоящий момент, денежные средства не возвращены. Сроки обращения потерпевшей Г.А.А. с заявлением о совершенном преступлении не влияют на выводы суда о виновности осужденного и квалификации его действий.

Доводы авторов жалоб о наличии гражданско-правовых отношений между осужденным и потерпевшими, об отсутствии умысла на хищение денежных средств потерпевших, нельзя признать состоятельными, поскольку ФИО1 действовал с прямым умыслом на совершение мошенничества в отношении потерпевших К.Т.А.., Л.Ю.С.., Г.Н.А. путем обмана и отсутствием намерений исполнять договорные обязательства, а также на совершение присвоения вверенных ему денежных средств потерпевшей Г.А.А. о чем бесспорно свидетельствуют действия осужденного, который до настоящего времени не выполнил принятых на себя обязательств, строительные работы согласно договорам подряда не произвел, денежные средства потерпевшим не возвратил.

Не свидетельствуют о невиновности осужденного вынесенные решения судов о расторжении договоров подряда и взыскании сумм предварительной оплаты по договорам, неустойки и компенсации морального вреда.

Доводы осуждённого о возмещении ущерба К.Т.А. со ссылкой на ответ ГУ ФССП России по АК от ДД.ММ.ГГ об окончании исполнительного производства, необоснованны, поскольку согласно указанному ответу исполнительное производство о взыскании с ФИО1 в пользу К.Т.А. задолженности в размере 697860 рублей прекращено в связи с невозможностью взыскания по исполнительному документу, а не в связи с исполнением.

Приведенные стороной защиты доводы о том, что в обжалуемом приговоре приведены не все исследованные доказательства, о незаконности обжалуемого судебного решения не свидетельствуют, поскольку в приговоре приведены те доказательства и в той их части, которые имеют значение для подтверждения либо опровержения перечисленных в ст. 73 УПК РФ обстоятельств.

Вопреки доводам жалобы осужденного, как следует из протокола судебного заседания и аудиопротокола, протоколы очных ставок между ФИО1 и потерпевшими оглашены по ходатайству государственного обвинителя при исследовании доказательств, в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства. Показания потерпевших, данные на очных ставках, аналогичны по содержанию показаниям, данным в ходе их допросов, и существенных противоречий не содержат. В ходе судебного разбирательства стороны имели возможность задать потерпевшим интересующие их вопросы, и в дальнейшем, когда протоколы очных ставок были оглашены в отсутствие потерпевших, стороны не настаивали на их повторном допросе в целях выяснения обстоятельств проведения очных ставок. Неприведение в приговоре содержания протоколов очных ставок, не повлияло на законность и обоснованность судебного решения. Указанные очные ставки отражены в протоколе судебного заседания, доведены до сведения суда первой инстанции и приняты им во внимание при постановлении приговора.

Доводы стороны защиты о неполноте предварительного и судебного следствия являются несостоятельными, поскольку представленные стороной обвинения и исследованные судом доказательства достаточны для того, чтобы сделать вывод о виновности ФИО1 в совершении хищения имущества потерпевших.

Доводы апелляционных жалоб о том, что судом учтены не все обстоятельства, имеющие значение для дела, направлены на переоценку доказательств, оснований к чему не усматривается. Собственная оценка адвокатом, осужденным, представленных стороной обвинения доказательств лишь каждого в отдельности, не основана на законе, на правильность принятого судом решения влиять не может. Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда, в жалобах не содержится.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит доводы жалоб о невиновности ФИО1 в преступлениях, за которые он осужден, неубедительными и противоречащими исследованным с достаточной полнотой доказательствам. Оснований для оправдания ФИО1, о чем поставлен вопрос в апелляционных жалобах, возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, у суда апелляционной инстанции, не имеется.

Оснований полагать, что доказательства по делу сфабрикованы, а материалы уголовного дела сфальсифицированы, из уголовного дела пропали доказательства невиновности ФИО1, не имеется, доводы осужденного в данной части голословны и объективными данными не подтверждаются.

Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены в соответствии с положениями ст. 260 УПК РФ. По результатам рассмотрения принято решение, законность и обоснованность которого сомнений не вызывает. Процедура рассмотрения замечаний соблюдена.

Протокол судебного заседания суда первой инстанции и аудиопротокол содержат в себе все существенные обстоятельства, изложенные сторонами в судебном разбирательстве. Сведения, отраженные в аудиопротоколе и письменном протоколе, существенных расхождений не имеют. Суд апелляционной инстанции отмечает, что протокол судебного заседания не является стенограммой, не требует дословного изложения сказанного, в связи с чем, доводы осужденного о его неполноте необоснованы. Искажения позиций участников, хода процесса в протоколе не допущено. Незначительные расхождения между письменным протоколом судебного заседания и его аудиозаписью при изложении показаний некоторых потерпевших, свидетелей, носят несущественный характер, не искажают хода и результатов судебного разбирательства, а также не свидетельствуют о наличии каких-либо не устраненных судом противоречий и неправильной оценке исследованных доказательств, в связи с чем довод жалобы ФИО1 о нарушениях при составлении протокола является несостоятельным.

Изложенные доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 на постановление об отклонении замечаний на протокол судебного заседания не свидетельствуют о незаконности постановленного приговора.

Как следует из представленных материалов уголовного дела, в том числе протокола и аудиопротокола судебного заседания, нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по данному делу не допущено. Доводы осужденного об отсутствии в протоколе судебного заседания показаний потерпевших К.Т.А. и Л.Ю.С.., противоречат материалам дела.

Вопреки доводам осужденного его право на защиту не нарушено, поскольку, как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 была предоставлена реальная возможность для реализации права на ознакомление, как с материалами дела, так и с протоколами и аудиозаписями судебных заседаний, которые им получены. Согласно расписке от ДД.ММ.ГГ (т.15 л.д.127) ФИО1 ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объёме, без ограничения во времени, расписками (т. 15 л.д.99-103) подтверждено вручение осужденному копии протокола судебного заседания и ознакомление его с аудиозаписью судебного заседания. Из акта составленного сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю, усматривается, что ФИО1 был в полном объеме ознакомлен с аудиозаписями протокола судебного заседания, без указания каких-либо ходатайств и замечаний. При таких обстоятельствах суд верно отказал осужденному в предоставлении дополнительного времени для ознакомления с аудиопротоколом.

Факт выступления адвоката в прениях не оспаривается, неизложение в протоколе судебного заседания речи адвоката, не свидетельствует о нарушении прав осужденного, с учетом прослушанной в порядке подготовки к судебному заседанию судом апелляционной инстанции аудиозаписи судебного заседания и приобщённого текста прений адвоката.

Сроки ознакомления ФИО1 с протоколом судебного заседания на законность приговора не влияют, поскольку право на подачу замечаний им реализовано, они рассмотрены в установленном законом порядке.

Доводы ФИО1 о незаконности уничтожения дисков с аудиозаписями судебного заседания, необоснованны, поскольку копакт-диски с аудиозаписями судебного заседания приобщены к материалам дела, при изучении дела были прослушаны судом апелляционной инстанции.

Судебное разбирательство, вопреки утверждениям стороны защиты, проведено судом объективно и всесторонне, с учетом положений ст. 252 УПК РФ. Судом первой инстанции в судебном заседании были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, был соблюден принцип состязательности сторон, а также было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Как следует из протокола судебного заседания и аудиопротокола все представленные суду доказательства были исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, все поступившие в ходе судебного разбирательства ходатайства, в том числе указанные в апелляционных жалобах, разрешены судом в соответствии с требованиями закона. Необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушения процессуальных прав участников по делу, в том числе права на защиту, не допущено. Доводы осужденного о том, что, вопреки удовлетворенному ходатайству, судом не был допрошен эксперт, нельзя признать обоснованными, поскольку, согласно аудиопротоколу, прослушанному судом в порядке подготовки к судебному заседанию, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГ ходатайство адвоката о допросе эксперта было снято в связи отсутствием необходимости.

Вопреки доводам осужденного, то обстоятельство, что судом первой инстанции ДД.ММ.ГГ дело было отозвано для надлежащего апелляционного оформления, связанного с необходимостью ознакомления ФИО1 с протоколом и аудиозаписью судебного заседания, не свидетельствует о нарушении его прав, а напротив направлено на их соблюдение.

В целом доводы апелляционных жалоб по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного решения по существу, влияли на его законность либо опровергали выводы суда, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При назначении ФИО1 наказания по ч.2 ст. 160 УК РФ, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 89 УК РФ, судом верно учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом обоснованно признаны и в полной мере учтены: наличие на иждивении двоих малолетних детей супруги; состояние здоровья осужденного и его близких родственников, с учетом всех имеющихся у них заболеваний; оказание посильной помощи близким родственникам. Признание иных обстоятельств смягчающими наказание, кроме указанных в ст.61 УК РФ, является правом, а не обязанностью суда.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, судом верно признан рецидив преступлений.

Наказание по данному преступлению, с учетом характера, обстоятельств и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, верно назначено в виде лишения свободы, с применением положений ч.2 ст. 68 УК РФ, без дополнительного наказания, без применения положений ст. 64, ч.3 ст. 68, ст. 73 УК РФ, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции, поскольку именно данный вид наказания будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Законных оснований для применения положений ч.6 ст. 15, ч.1 ст. 62 УК РФ у суда не имелось.

При назначении ФИО1 наказания по эпизодам хищения имущества потерпевших К.Т.А. и Л.Ю.С. по ч.2 ст. 159 УК РФ, по каждому, по эпизоду хищения имущества Г.Н.А. по ч.3 ст. 159 УК РФ, в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60, 89 УК РФ, учитываются характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом апелляционной инстанции, как и судом первой инстанции, признаются и учитываются по указанным преступлениям: наличие на иждивении двоих малолетних детей супруги; состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, с учетом всех имеющихся у них заболеваний; оказание посильной помощи близким родственникам.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд признает и учитывает по преступлениям в отношении К.Т.А., Л.Ю.С.., Г.Н.А., по каждому, рецидив преступлений, образованный непогашенной судимостью по приговору Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ, который (по эпизоду хищения имущества Г.Н.А.) на основании п.«б» ч.2 ст.18 УК РФ является опасным, что является препятствием для применения положений ч.6 ст. 15, ч.1 ст. 62, ст. 73 УК РФ.

Учитывая характер, конкретные обстоятельства и степень общественной опасности совершенных ФИО1 умышленных преступлений по эпизодам хищения имущества потерпевших К.Т.А.., Л.Ю.С.., Г.Н.А.., личность виновного, совокупность обстоятельств смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, учитывая влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, руководствуясь принципом справедливости и разумной достаточности, суд считает необходимым назначить ФИО1 по каждому преступлению наказание в виде лишения свободы, с применением положений ч.2 ст. 68 УК РФ, без дополнительного наказания, полагая, что в таком случае будут достигнуты, закрепленные уголовным законом цели наказания, восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, ролью виновного, его поведением во время или после их совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст.64 УК РФ, а также для применения положений ч.3 ст. 68 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При назначении наказания, суд учитывает, что преступления по эпизодам хищения имущества Г.Н.А., Л.Ю.С. были совершены ФИО1 до вынесения в отношении него приговора Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ, преступление по эпизоду хищения имущества Г.А.А.. совершено после вынесения указанного приговора, а также в период испытательного срока по приговору от ДД.ММ.ГГ, условное осуждение по которому отменено (основное и дополнительное наказание по данному приговору на момент вынесения настоящего приговора отбыто), в связи с чем, наказание ФИО1 назначается по эпизодам хищения имущества Г.Н.А., Л.Ю.С. с учетом правил ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, используя принцип частичного сложения наказаний; на основании ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного по совокупности преступлений в соответствии ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения неотбытой части наказания в виде лишения свободы и полного присоединения неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами по приговору Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ, и окончательно следует назначить наказание в соответствии со ст.70 УК РФ, путем частичного присоединения наказания, назначенного на основании ч.5 ст.69 УК РФ, с наказанием, назначенным по факту хищения имущества Г.А.А.

Наказание ФИО1 следует отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Оснований для удовлетворения доводов осужденного об освобождении его от возмещения процессуальных издержек в сумме 120000 руб., понесенных по делу в связи с его защитой в суде первой инстанции адвокатом, не имеется. Данных о ненадлежащем оказании осужденному защиты адвокатом Ким Т.В. на предварительном следствии и в судебном заседании, о формальном подходе адвоката к защите интересов осужденного, материалы уголовного дела не содержат. Согласно протоколу судебного заседания, линия защиты не противоречила волеизъявлению ФИО1, избранной им позиции, адвокат активно ее поддерживала. От услуг защитника ФИО1 не отказывался, данных о формальном подходе адвоката к защите интересов осужденного материалы уголовного дела не содержат. Сведений о нарушении адвокатом его права на защиту до суда осужденный не доводил. Положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ осужденному разъяснены, в судебном заседании он не возражал против взыскания с него процессуальных издержек.

Таким образом, довод осужденного о нарушении его права на защиту ввиду ненадлежащей правовой помощи со стороны адвоката в суде апелляционной инстанции, является надуманным, опровергается материалами дела.

Кроме того, приговор подлежит изменению в соответствии со ст.ст. 389.15, 389.18 УПК РФ по следующим основаниям.

Как установлено судом, действия ФИО1 при совершении хищения имущества К.Т.А. были завершены ДД.ММ.ГГ.

Санкция ч.2 ст. 159 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы до пяти лет. В соответствии с ч.3 ст. 15 УК РФ указанное преступление относится к категории преступлений средней тяжести.

В силу п. «б» ч.1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если после совершения преступления небольшой тяжести истекло шесть лет.

Согласно ч.2,3 ст. 78 УК РФ сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу. Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение сроков давности возобновляется с момента задержания указанного лица или явки его с повинной.

Согласно п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В соответствии с ч.8 ст.302 УПК РФ, если основания прекращения уголовного дела в случаях, предусмотренных п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, обнаруживаются в ходе судебного разбирательства, суд постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Обжалуемый приговор в отношении ФИО1 в законную силу не вступил. Таким образом, срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности по эпизоду хищения имущества К.Т.А. истек. Обстоятельств, которые бы повлекли за собой приостановление течения сроков давности, не установлено.

Данное обстоятельство в соответствии с п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ влечет за собой освобождение ФИО1 от назначенного наказания по ч.2 ст. 159 УК РФ, ввиду истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

То обстоятельство, что в постановлении о прекращении уголовного дела по ч.2 ст. 159 УК РФ (по эпизоду хищения имущества К.П.В.) от ДД.ММ.ГГ не принято решение по иску К.П.В.. о возмещении причинённого преступлением ущерба, а также не разъяснены право и порядок взыскания с ФИО1 материального ущерба, не свидетельствует о незаконности постановленного приговора. Прекращение уголовного дела по нереабилитриующим основаниям не освобождает ФИО1 от обязательств по возмещению нанесенного его незаконными действиями материального ущерба, а также не исключает защиту потерпевшим своих прав в порядке гражданского судопроизводства.

Нарушений уголовного закона либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Бийского городского суда Алтайского края от 17 июля 2025 года в отношении ФИО1 ча изменить.

При квалификации действий ФИО1 по эпизоду хищения имущества Г.А.А. по ч.2 ст. 160 УК РФ указать вместо признака объективной стороны «растраты» признак «присвоения» чужого имущества.

Переквалифицировать действия ФИО1 по эпизодам хищения имущества потерпевших К.Т.А., Л.Ю.С. с ч.2 ст. 160 УК РФ на ч.2 ст. 159 УК РФ - мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, по каждому; по эпизоду хищения имущества потерпевшего Г.Н.А. с ч.3 ст. 160 УК РФ на ч.3 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное в крупном размере.

Назначить ФИО1 наказание по

- ч.2 ст. 159 УК РФ (эпизод хищения имущества К.Т.А.) в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы, по которой, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, от наказания освободить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования;

- ч.2 ст. 159 УК РФ (эпизод хищения имущества Л.Ю.С.) в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы;

- ч.3 ст. 159 УК РФ (эпизод хищения имущества Г.Н.А.) в виде 2 лет лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначенных по эпизодам хищения имущества Г.Н.А. и Л.Ю.С., назначить ФИО1 2 года 11 месяцев лишения свободы.

На основании ч.5 ст.69 УК РФ к наказанию, назначенному по совокупности преступлений, в соответствии ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения неотбытой части наказания в виде лишения свободы и полного присоединения неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами по приговору Центрального районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГ, назначить ФИО1 3 года 3 месяца лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В соответствии со ст.70 УК РФ, к назначенному на основании ч.5 ст.69 УК РФ наказанию, частично присоединить наказание, назначенное по эпизоду хищения имущества Г.А.А., окончательно назначив ФИО1 3 года 11 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. Апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и могут быть обжалованы в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии вступившего в законную силу судебного решения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в указанный суд кассационный инстанции.

Осужденный, содержащийся под стражей, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем может быть заявлено в кассационной жалобе либо в течение трех суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий А.И.Маликов

Судьи Л.А. Ведищева

ФИО2