Дело № 2-102/2018

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 февраля 2018 года Пригородный районный суд Свердловской области в составе председательствующего Лисовенко Н.Е., 

при секретаре Дровняшиной А.Н..,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

прокурора Парадеева Е.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения преступления, -

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей, причиненного в результате совершения преступления. 

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что приговором суда ответчик ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации. Преступными действиями ответчика истцу причинен тяжкий вред здоровью, который выразился в 

<

...>. В связи причиненными телесными повреждениями истец был в экстренном порядке госпитализирован в стационар ГБУЗ СО «Демидовская городская больница», проведена хирургическая операция, находился на длительном стационарном лечении. Полагает, что преступными действиями ответчика ему причинен моральный вред, который выразился в причиненной сильной физической боли, тяжкого вреда здоровью, нравственных переживаниях за свою жизнь и здоровье. Компенсацию морального вреда истец оценивает в размере 350 000 руб. 

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования по доводам, указанным в исковом заявлении. Дополнительно суду пояснил, что в момент причинения ему ответчиком травмы и после, в течение лечения, испытывал сильную физическую боль, переживал за свою жизнь и здоровье, длительное время находился на лечении как стационарном, так и амбулаторном. Ему была проведена хирургическая операция 

<

...>. После проведенной операции вначале несколько дней находился в реанимации, а затем был переведен в общую палату. Ему была установлена дренажная система – 

<

...>, был рекомендован «постельный режим», не мог вставать в течение двух недель, не мог ходить в туалет, пользовался «уткой», не мог сам принимать пищу, не мог сам себя обслуживать, осуществлять за собой уход, проводить гигиенические процедуры. Нуждался в постороннем уходе, который осуществляли родственники и друзья. Находился на стационарном лечении с 09.05.2017 года по 25.05.2017 года. Был выписан домой также с дренажными трубками в области живота, в местах расположения этих трубок постоянно подтекала жидкость, моча отходила в специальный приемник, который надо было менять. Поэтому по рекомендации врача пользовался бандажами, кроме того, рану необходимо было обрабатывать каждые 1-1,5 часа, для чего была необходима посторонняя помощь. Испытывал сильную физическую боль в области раны, постоянно принимал обезболивающие препараты. Долго не мог самостоятельно передвигаться. Через несколько дней после выписки его состояние ухудшилось, боли усилились, 

<

...>, и его 29.05.2017 повторно положили в больницу, где он проходил стационарное лечение по 06.06.2017 года. После того, как мочеиспускание было восстановлено, он был выписан на амбулаторное лечение, которое проходил с 08.06.2017 года по 20.06.2017. Но затем в течение двух месяцев, с 21.06.2017 года по 21.08.2017 года, находился легком труде. В настоящее время здоровье восстановилось, но до настоящего времени он переживает за свое здоровье, за возможные негативные последствия причиненной травмы его мочеполовой системе: 

<

...>. В ходе разбирательства по уголовному делу ответчик ему выплатил 30 000 рублей в счет возмещения материального ущерба, но компенсацию морального вреда не выплачивал. Полагает заявленную к взысканию сумму компенсацию морального вреда разумной, соответствующей перенесенным им физическим и нравственным страданиям. 

В судебном заседании ответчик исковые требования не признал. Суду пояснил, что считает заявленные исковые требования чрезмерно завышенными. Полагает, что подлежит удовлетворению в качестве компенсации морального вреда сумма не более 50 000 рублей. Считает, что неправомерное поведение самого истца ФИО1 спровоцировало с его стороны совершение преступления. При разрешении заявленных требований просит суд учесть его материальное положение и состояние здоровье. Он имеет заболевания: сахарный диабет, гипертония, в 2010 году перенес инфаркт, в связи с имеющимися заболеваниями ему необходимо приобретать лекарственные средства, нуждается в полноценном питании. С июля 2017 года он не работает, поскольку из-за судимости был вынужден уволиться из частного охранного предприятия. До настоящего времени на работу устроиться не может, никакого дохода не имеет. Он платит алименты на двух несовершеннолетних детей, которые проживают с его бывшей женой. Кроме того, он совместно проживает с отцом - инвалидом 3 группы, у отца небольшая пенсия, с отцом ведут совместное хозяйство. 

Заслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего удовлетворить заявленные исковые требования в полном объеме, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом в п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ему вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда.

По смыслу указанных норм, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Приговором Пригородного районного суда Свердловской области от 13.12.2017 года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года, в соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание в виде лишения свободы назначено условным, с испытательным сроком 3 года, возложены обязанности, связанные с исполнением наказания. 

Как следует из приговора, 09.05.2017 около 19 часов ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на площадке четвертого этажа подъезда № № шестиэтажного дома 

<

адрес>, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, имея умысел на причинение ФИО1 физической боли и телесных повреждений, умышленно с силой нанес не менее 1 удара в область живота, имеющимся при себе неустановленным следствием предметом, используя его в качестве оружия, причинив своими действиями ФИО1 сильную физическую боль и телесные повреждения в виде 

<

...>, которые согласно заключения судебно - медицинской экспертизы № 892 от 28.06.2017, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. ФИО2 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия. Данное преступление является умышленным, против жизни и здоровья человека. В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел: полное признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие на иждивении двоих малолетних детей 2006 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, состояние здоровья, наличие отца инвалида, с котором он совместно проживает и помогает, возмещение материального ущерба потерпевшему, отсутствие судимости.

Приговор вступил в законную силу 26.12.2017 года.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место действия и совершены ли они данным лицом. 

В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда.

Как установлено в судебном заседании, в связи с причинением телесных повреждений преступными действиями ответчика истец в экстренном порядке был доставлен бригадой «скорой помощи» в ГБУЗ СО «Демидовская городская больница», где находился на стационарном лечении с 09.05.2017 года по 25.05.2017 года, был установлен диагноз: 

<

...>. В экстренном порядке ему были выполнены операции: 

<

...>. 

С 29.05.2017 года по 06.06.2017 года истец находился на стационарном лечении в ГБУЗ СО «Демидовская городская больница» в урологическом отделении с диагнозом: 

<

...>. 

С 07.06.2017 год по 20.06.2017 истец находился на амбулаторном лечении. Данные обстоятельства подтверждены выписными эпикризами, стационарными картами больного, листками нетрудоспособности.

Согласно справке от 22.02.2018 года № 36, представленной ООО «Инженерно-технический центр», ФИО1 работает в должности слесаря-ремонтника и в период с 21.06.2017 года по 21.08.2017 года находился на легком труде в связи с бытовой травмой. 

Необходимость проведения хирургической операции, медицинских обследований, длительность лечения подтверждается медицинскими документами. Указанное лечение истец проходил в связи с причиненными в результате преступных действий ответчика телесными повреждениями, что у суда не вызывает сомнений.

Как следует из показаний истца, в связи с полученными телесными повреждениями он испытывал физические страдания, были причинены сильные болезненные ощущения, был лишен возможности передвигаться, не мог сам себя обслуживать, осуществлять за собой уход, проводить гигиенические процедуры, нуждался в постороннем уходе и помощи, который осуществляли родственники и друзья.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей К.А.П., Л.И.А., К.Н.А.

Допрошенная в ходе судебного заседания свидетель К.А.П. – супруга истца, пояснила, что видела, как все произошло, как ответчик воткнул мужу палку в паховую область. Муж упал и потерял сознание. Была вызвана бригада «Скорой медицинской помощи», отвезли в больницу. После проведенной операции муж находился в реанимации, а затем был переведен в общую палату. Не вставал 2 недели. Не мог ходить в туалет, пользовался «уткой». Первые дни она его кормила с ложки, потому что он не мог самостоятельно есть. Она его мыла. У мужа была установлена дренажная система – 

<

...>. Он был выписан с трубками. В местах расположения этих трубок подтекало, поэтому муж пользовался бандажами. Он долго не мог самостоятельно передвигаться. Рану необходимо было обрабатывать каждые 1-1,5 часа, для чего необходима была посторонняя помощь. Постоянно принимал обезболивающие препараты. Повторно попал в больницу через 2 недели. Амбулаторно наблюдался у уролога. В настоящее время здоровье восстановилось, но первое время он был на легком труде. 

Свидетель Л.И.А. в ходе допроса пояснил суду, что посещал ФИО1 в больнице, тот был весь в трубках. Ему был необходим посторонний уход, не мог передвигаться. Когда его выписали, то трубки не убрали, моча поступала в специальный приемник, из ран сочилась жадность. Истец носил послеоперационный пояс. Причиненная травма доставляла истцу боль. Передвигался медленно с посторонней помощью. Также ему известно, что ФИО1 повторно проходил лечение в больнице. 

Свидетель К.Н.А. пояснила суду, что истец после полученной травмы потерял сознание и лежал на лестнице. Она его посещала в больнице через 2 дня после операции. Он был весь в трубках, жаловался на боль. Самостоятельно вставать не мог, поэтому ходил в туалет на «утку». После выписки дома он также находился с трубками. Ему требовалось постоянно делать перевязки. ФИО1 постоянно жаловался на боль. Передвигался с посторонней помощью. 

В соответствии с ч.ч.1 и 2 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, принадлежащие гражданину от рождения, которые неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Их защита осуществляется в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренными, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

По смыслу закона под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием.

Обстоятельства нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца подтверждены приговором Пригородного районного суда Свердловской области от 13.12.2017 года, которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления в отношении ФИО1 Приговор вступил в законную силу 26.12.2017 года.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также требования разумности и справедливости. 

Следовательно, размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего.

В обоснование требования о компенсации морального вреда истец указал, что в результате преступных действий ответчика ФИО2 он испытал сильную физическую боль, страх за свое здоровье и жизнь, за возможные негативные последствия после причиненной травмы.

Судом установлено, что истцу полученным повреждением здоровья причинены не только тяжелые физические, но и нравственные страдания, поскольку он не мог не переживать и не испытывать чувство страха за свою жизнь и здоровье из-за полученной травмы.

Таким образом, в результате совершения ответчиком преступления, были нарушены неимущественные права истца на здоровье. При этом суд принимает во внимание, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, судом установлено, что нарушение данных неимущественных прав причинило истцу нравственные и физические страдания, поскольку он не мог не переживать и не испытывать чувство страха за свое здоровье. 

Суд считает доказанным факт причинения ФИО1 нравственных и физических страданий по вине ФИО2 в связи с его преступными действиями в отношении истца. 

Учитывая изложенное, суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает обстоятельства причинения вреда, в частности то, что данное преступление является умышленным, против жизни и здоровья человека.

При этом суд принимает во внимание, что в результате преступления, совершенного ответчиком, истцу был причинен тяжкий вред здоровью, в связи с чем ему была проведена хирургическая операция, он длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, нуждался в посторонней помощи и уходе, испытывал физические и нравственные страдания, которые заключались в сильной физической боли, невозможности вести привычный, активный образ жизни, находился на «легком» труде. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание состояние здоровья ответчика, наличие на его иждивении двоих несовершеннолетних детей, совместное проживание с отцом-инвалидом. 

По смыслу п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для уменьшения размера возмещения вреда являются исключительные обстоятельства, связанные с имущественным положением гражданина, влекущие для него тяжелые, неблагоприятные последствия и признанные таковыми судом. 

Однако доказательств, свидетельствующих о тяжелом материальном положении, ответчиком не представлено. 

Более того, следует учитывать, что в силу п. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно. 

Данное преступление, совершенное ФИО2, является умышленным, против жизни и здоровья человека.

При указанных обстоятельствах, учитывая фактические обстоятельства причинения морального вреда, конкретные обстоятельства совершения преступления, а также противоправность действий ответчика, подтвержденных приговором суда, вступившим в законную силу, характер и тяжесть причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, тяжесть травмы, длительность и сложность перенесенного истцом лечения, необходимость оперативного лечения, с учетом требований разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить требование истца о взыскании компенсации морального вреда частично, в размере 170 000 рублей.

Доводы ответчика о том, что он выплатил истцу 30 000 рублей, в возмещение не только материального ущерба, но и часть указанной суммы - в качестве компенсации морального вреда, суд считает не состоятельными. Как следует из расписки, имеющейся в материалах уголовного дела, ФИО2 выплатил ФИО1 30 000 рублей в счет возмещения материального ущерба. Факт возмещения материального ущерба ФИО2 потерпевшему ФИО1 был учтен судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, при постановлении приговора от 13.12.2017. 

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" указано, что поскольку причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Факт выплаты ответчиком компенсации морального вреда истцом отрицается. Доказательств, подтверждающих выплату денежных средств в качестве компенсации морального вреда, ответчиком не представлено. 

Ссылку ответчика ФИО2 на неправомерное поведение самого истца ФИО1, спровоцировавшего с его стороны совершение преступления, суд считает не обоснованной, поскольку приговором суда от 13.12.2017, данное обстоятельство не установлено.

На основании ч.1 ст.88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно подп. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец по иску о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением, освобожден от уплаты государственной пошлины.

В соответствии подп. 8 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации в случае, если истец освобожден от уплаты государственной пошлины в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации, государственная пошлина уплачивается ответчиком (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

С учетом принимаемого решения и размеров государственной пошлины, установленных ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате совершения преступления, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, компенсацию морального вреда в размере 170 000 (сто семьдесят тысяч) руб. 00 коп. 

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Пригородный районный суд Свердловской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме (составления мотивированного решения).

Мотивированное решение суда составлено 02 марта 2018 года. 

Судья: подпись Н.Е.Лисовенко 

Копия верна.

Судья 

Н.Е.Лисовенко 

Секретарь 

А.Н. Дровняшина