В окончательной форме

решение

 суда принято

01 июля 2025 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

17 июня 2025 года город Нижний Тагил 

Тагилстроевский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Вахрушевой С.Ю., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Балакиной Т.А., 

с участием представителя истца – адвоката Тюриной Н.В., 

представителя ответчика – ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Уран» к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, 

У С Т А Н О В И Л :

ООО «Уран» обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником работодателю при исполнении трудовых обязанностей. Исковые требования основаны на следующем.

Ответчик с 12.04.2017 состояла в трудовых отношениях с истцом, занимая должность .... По условиям трудового договора (пункт 7.1) ответчик несла ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей. 

По результатам проведенной аудиторской проверки было установлено, что ответчик на протяжении 2022-2025 годов ненадлежащим образом исполняла свои трудовые обязанности, что повлекло за собой образование у истца убытков в виде пени, начисленных по различным основаниям контролирующими органами. 

В процессе трудовой деятельности ответчиком были допущены многочисленные нарушения по срокам сдачи налоговой отчетности, допущено занижение сумм НДФЛ, нарушены сроки уплаты налогов и сборов (несмотря на то, что истцом было обеспечено наличие необходимых сумм на счете организации для совершения таких платежей), что подтверждается письменным анализом по результатам проведенной аудиторской проверки.

В результате ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей, выразившегося как в действиях, так и в бездействии ответчика – она систематически указывала в отчетности неверные данные, формулировала отчетность, не опираясь на данные первичных документов, искажала показатели отчетности, в результате чего у истца образовались убытки, которые состоят из сумм начисленных налоговым органом пени в размере 938 181 рубль 98 копеек. Сумма ущерба подтверждается справкой о наличии отрицательного сальдо.

В своей работе главный бухгалтер обязан руководствоваться Федеральным законом от 06.12.29011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и действующими нормами Трудового кодекса РФ.

Прямым действительным ущербом, согласно письму Федеральной службы по труду и занятости от 19.10.2006 № 1746-6-1 «О материальной ответственности работника» признаются, в том числе, и суммы пеней, уплаченные работодателем. 

01.03.2025 истцом было направлено в адрес ответчика требование о предоставлении письменного отчета с пояснениями о причинах образования задолженности. Ответчик пояснила, что была допущена путаница с отчетностью, от предоставления дополнительных мотивированных пояснений отказалась.

Истец считает, что имеется прямая причинно-следственная связь между взысканными с истца суммами пеней, штрафов и неправомерными, ошибочными действиями ответчика. 

Руководствуясь статьями 233 и 238 Трудового кодекса РФ, истец просил взыскать с ответчика денежные средства в счет возмещения причиненного ущерба в размере 938 181 рубль 98 копеек, а также расходы по оплате государственной пошлины. 

В судебном заседании представитель истца – адвокат Тюрина Н.В., действующая на основании доверенности от ../../.... г. (л.д. 37), в полном объёме поддержала предъявленные исковые требования и просила об их удовлетворении по изложенным в иске правовым основаниям. Дополнительно пояснила, что ответчик работала в должности бухгалтера, а не главного бухгалтера, как ошибочно указано в исковом заявлении. Об ущербе и проблемах с налоговой отчетностью директору организации стало известно в конце 2024 года – начале 2025 года, когда в организацию стали поступать письменные требования из налогового органа. Ответчик самостоятельно составляла налоговую отчетность и направляла её в налоговый орган, имея электронно-цифровую подпись организации. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что только на ответчика должна быть возложена обязанность за причиненный работодателю ущерб. При этом работодатель не предъявляет ко взысканию с ответчика сумм штрафов, взысканных с истца решениями налогового органа, а предъявляет исключительно пени, считая их действительным прямым ущербом работодателя. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена в установленном законом порядке, в соответствии со статьей 35 Гражданского процессуального кодекса РФ направила для участия в деле своего представителя. 

Представитель ответчика – ФИО1, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от ../../.... г. (л.д. 47-49), исковые требования не признал и поддержал доводы письменных возражений на иск, которые основаны на том, что договор о материальной ответственности между истцом и ответчиком заключен не был. Указанные истцом в обоснование исковых требований доводы являются необоснованными. В период трудовых отношений ответчик в полном объёме и надлежащим образом выполняла свои трудовые обязанности, следуя указаниям руководителя организации. Действующим трудовым законодательством не предусмотрена обязанность работника по возмещению работодателю уплаченных им сумм штрафов. Ответчик не является лицом, привлеченным к налоговой ответственности, поэтому никаких обязательств и последствий уплаты штрафа для ответчика наступить не может. Уплата истцом, как юридическим лицом, штрафа за нарушение налогового законодательства не может являться основанием для возложения материальной ответственности на работника. Поскольку законодательством предусмотрено привлечение к налоговой ответственности именно юридического лица, то взыскание при таких обстоятельствах денежных средств с работника, то есть с физического лица, является необоснованным. Исковые требования фактически направлены на освобождение юридического лица от обязанности по уплате штрафа, наложенного на него в качестве ответственности за совершение налогового правонарушения, что противоречит целям Налогового кодекса РФ. Поэтому заявленные исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат (л.д. 90-91).

Дополнительно к изложенном в письменных возражениях доводам представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что между истцом и ответчиком договор о материальной ответственности не заключался, с должностной инструкцией ответчика не знакомили, директор организации просто в устной форме говорил ответчику, что она должна делать. Отчетность составлялась ответчиком по указанию директора организации. При этом ответчик предупреждала директора, что имеются ошибки в отчетности, однако он настаивал на направлении таких отчетов в налоговый орган. Отчеты не подписывались ответчиком, за их правильность отвечал директор организации, только в его распоряжении находилась электронно-цифровая подпись организации. В распоряжении ответчика электронно-цифровая подпись организации никогда не находилась. Никаких виновных действий, которые могли бы повлечь обязанность по возмещению ущерба работодателю, ответчиком совершено не было. 

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО3 и ФИО4, привлеченные к участию в деле определением суда от 15.05.2025 (л.д. 94-96), в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом, с ходатайствами, в том числе, препятствующими рассмотрению дела, в суд не обращались (л.д. 106-110).

С учётом мнения участвующих в деле лиц и в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд признал возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание третьих лиц. 

Заслушав объяснения сторон, допросив свидетеля и исследовав письменные материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований. Данный вывод суда основан на следующем. 

Истец является зарегистрированным в установленном законом порядке действующим юридическим лицом, директором которого является ФИО3, что подтверждается представленными суду учредительными документами и выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (л.д. 7-18, 41-43).

С 12.04.2017 ответчик состояла с истцом в оформленных в установленном законом порядке трудовых отношениях, занимая должность бухгалтера, что подтверждается трудовым договором от 12.04.2017 (л.д. 19-21), заявлением ответчика о принятии на работу и приказом о принятии на работу от 12.04.2017 (л.д. 22-23). 

В судебном заседании установлено, что в период с 2022 по 2024 годы ... проводились камеральные налоговые проверки, по итогам которых истец был привлечен к ответственности за налоговые правонарушения решениями указанного налогового органа от 13.04.2023, 27.11.2023, 15.01.2024, 16.08.2024, 02.10.2024 (л.д. 67-84). 

Данными решениями налогового органа к истцу были применены штрафные санкции (л.д. 27-31), а также начислены пени в размере 938 181 руб. 98 коп., что подтверждается представленным суду расчетом суммы пени, учитываемом на едином налоговом счете (л.д. 32-36). 

Указанную сумму пени истец и считает причиненными ему ответчиком убытками в виде прямого действительного ущерба. 

Доводы истца в обоснование предъявленного иска основаны на том, что привлечение истца к ответственности за налоговые правонарушения стало следствием исключительно ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей в должности бухгалтера: нарушения сроков сдачи налоговой отчетности, занижение сумм НДФЛ, нарушение сроков уплаты налогов и сборов (несмотря на наличие на счете организации денежных средств на эти цели). 

В подтверждение данных доводов истец представил суду письменные пояснения к анализу от 03.03.2025 отчетности ООО «Уран» за период с 01.01.2022 по 28.02.2025, составленному приглашенным истцом сторонним бухгалтером .... выявившей задолженность по налогам, штрафам и пени по состоянию на 02.03.2025 в размере 3 549 884 руб. 48 коп. (л.д. 24-25). 

... была привлечена к выполнению данной работы на основании заключенного между нею и истцом договора от ../../.... г. об оказании услуг по восстановлению бухгалтерских документов (л.д. 92-93). 

Допрошенная в судебном заседании 15.05.2025 в качестве свидетеля ... пояснила, что имеет личное знакомство с директором ООО «Уран», который обратился к ней с просьбой о проведении проверки бухгалтерской документации, то есть провести аудит. Для данной проверки в её распоряжении находилась бухгалтерская документация, а также в начале февраля 2025 года директор организации передал ей электронно-цифровую подпись организации. В результате проверки было установлено, что налоговые отчеты составлялись несвоевременно и не достоверно, результаты проверки отражены в составленном ею письменном пояснении к анализу отчетности от 03.03.2025 (л.д. 94-96). 

В соответствии со статьей 233 Трудового кодекса РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ей другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами.

В силу статьи 241 Трудового кодекса РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами (части 1 и 2 статьи 242 Трудового кодекса РФ).

Доводы истца о том, что ответчик несет полную материальную ответственность в силу самого факта занимаемой должности бухгалтера, а также положений пунктов 3.1 и 7 трудового договора, суд оценивает критически. 

Материальная ответственность сторон трудового договора не возникает автоматически в силу назначения работника на определенную должность. Исключение из этого правила могут составлять руководители и главные бухгалтера организации, а также иные предусмотренные законом отдельные категории работников, к которым ответчик не относится. 

Соответственно, если в обязанности бухгалтера в данном случае входило выполнение работ, перечисленных в Перечне работ и категорий работников, с которыми могут заключаться договоры о материальной ответственности, утвержденном Постановлением Минтруда России от 31.12.2002 № 85, то работодатель вправе был заключить с таким работником письменный договор о полной материальной ответственности. 

Однако, как установлено в судебном заседании, договор о полной материальной ответственности в виде самостоятельного договора сторонами не заключался, что не оспаривалось никем из участвующих в деле лиц. 

Не содержат условий о полной материальной ответственности также и условия заключенного сторонами трудового договора, на которые ссылается истец в обоснование своей позиции по делу. 

Так, пунктом 3.1 трудового договора предусмотрено право работодателя привлекать работника к материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами (л.д. 19 оборот). 

Пунктом 7 данного трудового договора предусмотрена ответственность сторон договора и указано, что работодатель и работник могут быть привлечены к материальной и иным видам юридической ответственности в случаях и в порядке, предусмотренных трудовым законодательством и иными федеральными законами (л.д. 20 оборот). 

Таким образом, указанными условиями трудового договора предусмотрены общие положения прав, обязанностей и ответственности сторон трудового договора. 

Иных условий о материальной ответственности, в том числе, о полной материальной ответственности ответчика, трудовой договор сторон не предусматривает. 

Инвентаризация либо ревизия материальных ценностей истцом не проводилась, что не оспаривалось никем из участвующих в деле лиц.

При указанных обстоятельствах, оснований для привлечения ответчика к имущественной ответственности в силу статьи 242 Трудового кодекса РФ у суда не имеется, с учётом также и того обстоятельства, что сам истец в обоснование иска указывает, что ущерб у истца возник не в результате недостачи вверенного ответчику имущества, а в результате виновного неисполнения ответчиком своих трудовых обязанностей. 

10.03.2025 под текстом распоряжения о предоставлении пояснений в связи с образовавшейся задолженностью, ответчиком было указано, что задолженность образовалась в связи с неполной оплатой налогов и путаницей с отчетностью, всё делалось согласно текущей ситуации и указаний (л.д. 26). 

Указанное пояснение представлено истцом в обоснование реализации работодателем обязанности по истребованию у работника письменного объяснения 

Вместе с тем, поскольку судом установлено, что у истца не имелось оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности в порядке статьи 242 Трудового кодекса РФ, вопрос о соблюдении работодателем предусмотренного трудовым законодательством порядка привлечения работника к материальной ответственности, правового значения по настоящему делу не имеет. 

Суд не может согласиться с позицией истца о том, что ответчик обязан возместить работодателю ущерб в силу статьи 238 Трудового кодекса РФ. 

В соответствии со статьей 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Суд критически оценивает позицию истца о том, что возникновение ущерба стало следствием ненадлежащего исполнения ответчиком своих должностных обязанностей. 

Прежде всего, суду не представлено доказательств ознакомления работодателем ответчика с должностной инструкцией по занимаемой должности.

При этом представленный истцом акт от 09.06.2025 о факте отсутствия у работодателя должностной инструкции ответчика не может быть принят судом во внимание, поскольку данный документ сам по себе не подтверждает и не опровергает факт ознакомления работодателем работника с должностной инструкцией. 

При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчик не была ознакомлена с должностной инструкцией по занимаемой должности, поскольку сторона ответчика настаивала на данном обстоятельстве, а доказательств обратного истцом суду не представлено. 

Соответственно, ответчик не может быть привлечена к ответственности за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, поскольку фактически она с ними ознакомлена работодателем не была. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Истец не доказал противоправность поведения ответчика (его действие или бездействие), приведшее к возникновению ущерба и вину ответчика. 

Достоверных и допустимых доказательств того, что в период трудовых отношений ответчик ненадлежащим образом исполняла свои трудовые обязанности, истцом суду не представлено. 

Из содержания ответа ... следует, что налоговая отчетность за период с 2022 по 2024 годы предоставлялась ООО «Уран» по телекоммуникационным каналам связи с электронно-цифровой подписью директора организации ФИО3 

Ответчик по делу оспаривала нахождение в её распоряжении электронно-цифровой подписи организации истца и доказательств, достоверно подтверждающих, что руководителем организации в распоряжение ответчика была передана электронно-цифровая подпись истцом суду не представлено. 

Более того, приказом работодателя от 14.02.2025 ответчик была отстранена от работы (л.д. 145) и, соответственно, к моменту составления сторонним бухгалтером ... представленного по настоящему делу письменного анализа бухгалтерской отчетности ответчик фактически в течение достаточно продолжительного периода времени не имела доступа в целом к бухгалтерской документации истца. 

Также суд признаёт обоснованными возражения ответчика о том, что истцом не доказан факт наличия причиненного по вине истца прямого действительного ущерба, принимая во внимание понятие прямого действительного ущерба, данного в статье 238 Трудового кодекса РФ и пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю»

При определении суммы, подлежащей взысканию, следует учитывать, что в силу статьи 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить лишь прямой действительный ущерб, причиненный работодателю, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе находящегося у работодателя имущества третьих лиц, если он несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение или восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам. 

К прямому действительному ущербу выплата пени, начисленная юридическому лицу по неуплате штрафных санкций на совершение налогового правонарушения, не отнесена. 

Сумма финансовых санкций, уплаченных организацией в соответствии с действующим законодательством, не может быть отнесена к прямому реальному действительному ущербу, поскольку представляет собой меру финансовой ответственности для юридического лица – ООО «Уран», поэтому возложение на ответчика в данном случае материальной ответственности не соответствует требованиям действующего законодательства. 

При взыскании суммы пени за налоговые правонарушения с работника (в порядке привлечения к материальной ответственности) работодатель фактически преследует цель освобождения от ответственности перед государством, что не отвечает ни целям наказания за налоговые правонарушения, ни положениям статьи 238 Трудового кодекса РФ, ограничивающим обязанность работника по возмещению лишь прямого действительного ущерба.

Ссылка истца в обоснование исковых требований на письмо Федеральной службы по труду и занятости от 19 октября 2006 года № 1746-6-1 не может быть признана обоснованной, поскольку данное письмо является ответом на вопрос и не является нормативным правовым актом федерального органа государственной власти.

При разрешении настоящего спора по существу, с учетом положений части 1 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса РФ, применению подлежит нормативный акт, имеющий большую юридическую силу даже в сравнении с актами федеральных органов государственной власти - Трудовой кодекс РФ. 

При этом суд считает необходимым отметить, что даже если имелись бы основания согласиться с доводами истца о праве работодателя привлечь ответчика к материальной ответственности в связи с уплатой работодателем начисленных за налоговые правонарушения пени (хотя для этого не имеется оснований), то и в этом случае не имелось бы оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку истец не доказал противоправность в действиях ответчика, его вину, причинную связь между поведением ответчика и причинением ущерба, что само по себе является достаточным основанием отказа в удовлетворении исковых требований. 

С учётом установленных по делу обстоятельств, в действиях ответчика отсутствует состав материальной ответственности, поэтому исковые требования не могут быть признаны обоснованными и удовлетворению не подлежат. 

Поскольку не имеется оснований для удовлетворения исковых требований, не имеется также и предусмотренных частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов по оплате государственной пошлины при предъявлении иска в суд. 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Уран» к ФИО2 о возмещении материального ущерба в размере 938 181 рубль 98 копеек отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Тагилстроевский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области. 

Судья - подпись С.Ю. Вахрушева