Судья ФИО2 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Нижний Новгород 27 сентября 2017 года

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи ФИО10, 

с участием прокурора ФИО6, 

защитника адвоката ФИО3,

при секретаре ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой адвоката ФИО3, апелляционным представлением государственного обвинителя ФИО5 на постановление Сормовского районного суда г. Н. Новгорода от 18 июля 2017 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, со средним образованием, разведенного, имеющего на иждивении несовершеннолетнего ребенка, зарегистрированного ипроживающего по адресу: 

<

адрес> работающего, не судимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228?, ч. 1 ст. 228 УК РФ, 

возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом,

УСТАНОВИЛ:

Органом предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228?, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Постановлением Сормовского районного суда г. Н. Новгорода от 18 июля 2017 года уголовное дело по обвинению ФИО1 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, а именно: из вышеизложенных в обвинительном заключении обстоятельств инкриминируемого ФИО1 деяния, уголовная ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228? УК РФ, суд усматривает основания для квалификации его действий по уголовному закону, устанавливающему более строгую уголовную ответственность – за оконченное незаконное производство психотропных веществ.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО3 выражает несогласие с постановлением суда первой инстанции и просит его отменить как незаконное, необоснованное.

Указывает, что в описании преступного деяния, совершение которого вменено в вину ФИО1, содержащемся в обвинительном заключении, обоснованно отсутствуют конкретные действия ФИО1 и его роль в реализации преступных намерений, направленные на сбыт психотропных веществ, поскольку данные действия не входили в роль ФИО1 в составе организованной группы, не совершались им и в соответствии с ч. 5 ст. 35 УК РФ не должны быть вменены последнему. 

Обращает внимание, что в обвинительном заключении обоснованно квалифицированны действия ФИО1 как покушение на незаконное производство психотропных веществ, совершенные организованной группой в крупном размере.

Считает, что постановление нарушает право ФИО1 на своевременное рассмотрение уголовного дела, поскольку уголовное дело ранее уже возвращалось прокурору для устранения препятствий для его рассмотрения.

В апелляционном представлении государственный обвинитель ФИО5 просит постановление отменить, поскольку вынесено с нарушением уголовно-процессуального закона. 

Указывает, что суд, вернув дело прокурору, взял на себя функции осуществления уголовного преследования, поскольку предложил квалифицировать действия ФИО1 как оконченное преступление.

Считает, что выводы суда преждевременны, поскольку не проводилось судебное разбирательство по существу. Не соглашается с выводами суда о том, что преступление было окончено, поскольку процесс производства психотропного вещества не был завершен. 

В суде апелляционной инстанции адвокат ФИО3 поддержала апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, просила отменить постановление суда первой инстанции, направить уголовное дело для рассмотрения по существу в суд первой инстанции.

Прокурор ФИО6 поддержала доводы апелляционного представления, просила отменить постановление суда первой инстанции, направить уголовное дело для рассмотрения по существу в суд первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановление суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 6 части 1 ст. 237 УПК РФ суд возвращает уголовное дело прокурору в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Исходя из требований ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении указывается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление. 

По настоящему уголовному делу ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228? УК РФ – а именно в совершении умышленных действий, непосредственно направленных на незаконное производство психотропных веществ, совершенные организованной группой, в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от него обстоятельствам. 

В то же время в содержащемся в обвинительном заключении описании этого преступного деяния, совершение которого вменено в вину подсудимому ФИО1, указано, что ФИО1 и ФИО13., действуя умышленно, в составе организованной группы, в целях получения психотропного вещества, вместе и поочередно проводили химические реакции, направленные на получение амфетамина по заранее разработанной методике производства, в результате чего было произведено психотропное вещество, содержащее в своем составе амфетамин, массой не менее 7,991 гр., психотропное вещество 1-Фенил-2-пропанон, массой не менее 23,4 грамма, а также психотропное вещество, состоящее из смеси психотропного вещества амфетамин и психотропного вещества 1-Фенил-2-пропанон, массой не менее 0,72 грамма. Произведенное ими психотропное вещество, содержащее в своем составе амфетамин на используемом оборудовании и приспособлениях ФИО7 и ФИО1 незаконно, для последующего сбыта, хранили в неустановленном месте. 

Из предъявленного обвинения так же следует, что ФИО7 и ФИО8, действуя умышленно, согласованно, в составе организованной группы с ФИО1, осуществляли действия, направленные на сбыт произведенного психотропного вещества; и что психотропные вещества, были изъяты из незаконного оборота и преступные действия указанных лиц и ФИО1, направленные на незаконные производство и сбыт психотропного вещества, содержащего в своем составе амфетамин в составе организованной группы, были пресечены.

При этом указание на конкретные действия ФИО1 и его роль в реализации, имевшихся по утверждению автора обвинительного заключения, преступных намерений на сбыт психотропного вещества, в предъявленном обвинении отсутствует. 

Из вышеизложенных в обвинительном заключении обстоятельств инкриминируемого ФИО1 деяния, уголовная ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228? УК РФ, суд усматривает основания для квалификации его действий по уголовному закону, устанавливающему более строгую уголовную ответственность – за оконченное незаконное производство психотропных веществ. 

При данных обстоятельствах, принимая во внимание, что назначением уголовного судопроизводства является защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела по обвинению ФИО1 прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката и апелляционного представления прокурора суд первой инстанции пришел к обоснованному и мотивированному выводу о необходимости возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, а именно: из вышеизложенных в обвинительном заключении обстоятельств инкриминируемого ФИО1 деяния, уголовная ответственность за которое предусмотрена ч. 3 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 4 ст. 228? УК РФ, усматриваются основания для квалификации его действий по уголовному закону, устанавливающему более строгую уголовную ответственность – за оконченное незаконное производство психотропных веществ, и для констатации этого очевидного обстоятельства суду первой инстанции не требовалось исследования доказательств по делу.

Суд апелляционной инстанции также констатирует, что, как следует из текста постановления о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 и текста обвинительного заключения, описание преступного деяния, вмененного органами следствия ФИО1, входит в противоречие с юридической квалификацией его действий, что само по себе препятствует постановлению итогового решения по делу на основе положений ст. 6 УПК РФ.

Таким образом, постановление суда является законным и обоснованным, нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь его отмену, не установлено, в связи, с чем доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления подлежат отклонению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Сормовского районного суда г. Н. Новгорода от 18 июля 2017 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката ФИО9, апелляционное представление государственного обвинителя ФИО5 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно после его вынесения.

Председательствующий судья ФИО10