дело № 2-144/2020

УИД № 25 RS 0015-01-2019-002446-22

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Дальнегорск 24 сентября 2020 года

Дальнегорский районный суд Приморского края в составе: председательствующего судьи Ядвига Е.П., при секретаре Колосковой Е.В., с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя прокуратуры, помощника прокурора г.Дальнегорска Фёдоровой А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу ограниченной ответственностью «Чугуевский лесозаготовительный комплекс», Обществу с ограниченной ответственностью «Дальнереченсклес» о компенсации морального вреда, причинённого в связи с полученным профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

В Дальнегорский районный суд Приморского края с исковым заявлением обратился ФИО1 о компенсации морального вреда, причинённого в связи с полученным профессиональным заболеванием.

В уточненных исковых требованиях истец просит суд взыскать с ООО «Чугуевский лесозаготовительный комплекс», а также с ООО «Дальнереченсклес» компенсацию морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием по 1 000 000 рублей с каждого из ответчиков.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указал, что с 

<

дата> он работал в ООО «Таежное» 

<

...>. 

<

дата> был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, так как им было получено профессиональное заболевание.

Он проходил обследование в КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» Приморского краевого центра профессиональной патологии, где согласно медицинского заключения № от 

<

дата>. ему был установлен диагноз: 

<

...>.

Кроме того, ему была выдана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 

<

дата>. Согласно данной программе ему необходимо принимать дорогостоящие лекарственные препараты. Также ему была выдана справка МСЭ, согласно которой ему установлена утрата профессиональной трудоспособности 30 процентов бессрочно.

Считает, что данное профессиональное заболевание он получил, работая вальщиком леса, поскольку он работал бензопилой, от которой поступала вибрация.

В связи с профессиональным заболеванием у него сильно болят руки, он не может выполнять работу дома. Он постоянно испытывает моральные страдания, считает себя неполноценным.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал свои уточнённые исковые требования.

Ответчик – представитель ООО «Чугуевский ЛЗК» и ООО «Дальнереченсклес» ФИО3 в судебное заседание не явился. Ранее в судебном заседании представитель ответчиков ФИО3 с исковыми требованиями ФИО1 не согласился по следующим основаниям. 

Согласно справке МСЭ-2008 № о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах, у ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % в связи с профессиональным заболевание от 

<

дата>, то есть профессиональное заболевание у ФИО1 выявлено в 2010 году. Из трудовой книжки ФИО1 следует, что 

<

...> ФИО1 получил профессиональное заболевание в ходе своей деятельности в указанные выше периоды времени, в результате длительного воздействия неблагоприятных производственных факторов. ООО «Чугуевский ЛЗК» и ООО «Дальнереченсклес» не могут нести ответственность за все предприятия, в которых работал истец, поскольку эти предприятия также виновны в возникновении профессионального заболевания истца.

Кроме того полагает, что истец имеет возможность трудиться, а следовательно сумма, заявленная истцом - 8 000 000 рублей не соответствует разумности и справедливости. Кроме того, истцом не доказано, что именно исполнение трудовых обязанностей в ООО «Чугуевский ЛЗК» повлекло для истца последствия в виде частичной утраты профессиональной трудоспособности. Просит отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ФКУ «Главное бюро МСЭ по Приморскому краю» ФИО4 в судебном заседании пояснила, что у ФИО1 установлено профессиональное заболевание в связи с утратой трудоспособности 30 %. В 2019 году ему было установлено профессиональное заболевание – 

<

...>. С данным диагнозом инвалидность не устанавливается, устанавливаются лишь проценты утраты трудоспособности. Истец знал, на какую работу устраивается, знал какие будут условия труда, знал о рисках возникновения профессионального заболевания. Имеются критерии классификации условий труда, ФИО1 имел дело с вредными условиями труда и он об этом знал. 30 % утраты трудоспособности у ФИО1 установлена бессрочно на основании акта о случае профессионального заболевания от 

<

дата>. Заболевание у ФИО1 было выявлено еще в 2010 году. Заболевание 

<

...> установлено 

<

дата>. Если бы ФИО1 обратился в 2010 году, то ему бы была установлена утрата трудоспособности 10 %. Если бы он потом не работал, то у него так бы и осталось 10%. При 

<

...> еще разрешается работать.

Представитель Роспотребнадзора ФИО5 в судебном заседании пояснила, что при проведении расследования, на основании приказа работодателя создается специальная комиссия. При проведении расследования, учитывался весь трудовой стаж, где проработал Богалей и где у него был контакт с вредными производственными факторами. В п.17 описаны все вредные факторы, с которыми Богалей контактировал, поэтому причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов, в том числе и вибрации локальной, которая превышала нормативы. Наличие вины самого работника комиссией не устанавливается, а потому в заключении отсутствуют указания на то, что ФИО1 не использовал средства защиты или то, что не проходил медицинские осмотры. В заключении указано, что заболевание возникло в результате конструктивных недостатков бензопил и непосредственная вибрация, превышающая ПДУ. Установить вину лица, допустившего нарушение, комиссия не смогла, а потому была дана формулировка, что вина не установлена. ФИО1 на протяжении многих лет работал лесорубом, и в кооперативе и в ООО «Тернейлес» ФИО1 работал с аналогичными бензопилами, таким образом, вину лиц, допустивших нарушение санитарных правил возможно определить только при остром профессиональном заболевании, не хроническом остром, когда уже конкретно можно определить лицо, ответственное за то или иное мероприятие по охране труда или по гигиене труда. Заболевание у ФИО1 установлено при медицинском осмотре, то есть работодатель проводил медицинские осмотры. К сведениям о трудоспособности прикладывается медицинское заключение о том, что он в своей профессии трудоспособен в течение года. То есть оснований для отстранений ФИО1 от работы или перевода его на легкий труд, комиссия не усмотрела, поэтому в п.21 заключения сказано, что вина не установлена.

Как долго развивалась болезнь у ФИО1, затрудняется ответить, поскольку данный вопрос относится к компетенции врачей. Роспотребнадзор работает по предварительному извещению об установлении диагноза. В 2010 году в Роспотребнадзор поступил предварительный диагноз ФИО1: 

<

...>. На основании данного диагноза была составлена гигиеническая характеристика условий труда, которая направлялась в профцентр, а затем врачи уже оценивая условия труда, состояние здоровья, устанавливают, имеется или нет профессиональное заболевание. Если профессиональное заболевание установлено, то врачи направляют в Роспотребнадзор извещение об установлении заключительного диагноза, на основании которого проводится расследование. По окончании расследования о профессиональном заболевании составляется акт. В 2010 году ФИО1 установлено профессиональное заболевание – вибрационная болезнь первой степени. Истцу было рекомендовано диспансерное наблюдение. По состоянию на 2010 год, когда ФИО1 было установлено профессиональное заболевание, в характеристике работ и в акте были перечислены все предприятия, на которых ФИО1 работал. В связи с тем, что в АО «ГМК Дальполиметалл» ФИО1 проработал 1 год 7 месяцев, было принято решение, что основной источник – конструктивные недостатки бензопилы. Данный вывод был сделан на основании конструктивных недостатков бензопилы, поскольку именно бензопила генерирует вибрацию, а без нее технологический процесс не возможен. На каких бы не работал предприятиях ФИО1, он все равно имел один инструмент – бензопилу. Таким образом, заболевание ФИО1 носит длительный характер, то есть вызвано длительным воздействием на организм, а поэтому заболевание носит хронический характер. 

В настоящее время у ФИО1 

<

...> идет утяжеление процесса болезни, а соответственно и утрата трудоспособности. В 2010 году утраты трудоспособности не было, поскольку согласно заключению ФИО1 являлся трудоспособным в своей профессиональной деятельности, а потому законных оснований у работодателя переводить его на другую работу не было. Лишь в 2019 году у ФИО6 начался процесс утяжеления состояния здоровья, именно с этого периода работодатель должен был предложить ФИО1 иную более легкую работу, не связанную с вредным производственным фактором – 

<

...>. 

В заключении от 

<

дата> был сделан вывод о том, что ФИО1 трудоспособен, однако необходимо диспансерное наблюдение и лечение у невролога по месту жительства. Будет ли ухудшение в дальнейшем состояние здоровья, будет ли увеличен процент нетрудоспособности, Роспотребнадзор не решает такие вопросы, этим занимается медицинское учреждение. 

Представитель ООО «Таежное» ФИО7 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 работал в ООО «Таежное» с декабря 2018 года. Затем ФИО1 ушёл на больничный. Фактически с января 2019 г. по декабрь 2019 г. ФИО1 отработал всего 76 дней. Исковые требования ФИО1 он не признаёт.

Представитель Государственной инспекции труда в Приморском крае ФИО8 в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, просил принять решение на усмотрение суда.

Представитель ГУ-ФСС РФ Приморское региональное отделение филиал № ФИО9 в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» в судебное заседание не явился, уведомлен о дне, времени и месте судебного заседания.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Б.Е. пояснила, что истец является ее супругом. В настоящее время у ее мужа сильные боли в руках, он не спит, а также не может выполнять мужские обязанности по дому, помогать по огороду. Муж не является инвалидом, но и работать там, где работал, он не может из-за болезни рук. Муж фактически не работает с декабря 2018 года.

Представитель прокуратуры г. Дальнегорска, помощник прокурора Фёдорова А.И. не возражала против удовлетворения искового заявления в пределах разумности и справедливости компенсации морального вреда ФИО1

Выслушав доводы истца, ответчика, мнение помощника прокурора г.Дальнегорска Федоровой А.И. в своём заключении, изучив материалы дела, суд считает, что исковое заявление ФИО1 подлежит частичному удовлетворению. 

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», п. п. 4, 5 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. № 967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Пунктом 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, помимо прочего обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физически страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 

<

дата> ФИО1 был принят на работу в ООО «Таежное» на должность вальщика 

<

...>.

<

дата> ФИО1 уволен из ООО «Таежное» в связи с переводом по просьбе работника на работу к другому работодателю.

<

дата> принят в ООО «Кавалеровский лесозаготовительный комплекс» на должность 

<

...>, откуда 

<

дата> был уволен по переводу в ООО «Чугуевский ЛЗК».

<

дата> принят на работу в ООО «Чугуевский ЛЗК» 

<

...>.

<

дата> трудовой договор расторгнут в связи с переводом в ООО «Таежное».

<

дата> принят в ООО «Таежное» 

<

...>.

<

дата> трудовой договор с ФИО1 прекращен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. 

Из материалов дела следует, что 

<

дата> ООО «Дальнереченсклес» был реорганизован в форме присоединения к нему ООО «Кавалеровский леспромхоз», ООО «Таежное» и ООО «Чугуевский леспромхоз».

На основании решения ООО «Кавалеровский лесозаготовительный комплекс» от 

<

дата> ООО «Кавалеровский лесозаготовительный комплекс» присоединено к ООО «Чугуевский лесозаготовительный комплекс».

ФИО1 отказался от взыскания морального вреда с ООО «Таежное», настаивал на удовлетворении исковых требований за счет ООО « «Чугуевский ЛЗК» и ООО «Дальнереченсклес».

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 

<

дата> у ФИО1 возникло профессиональное заболевание 

<

...>. Профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия (13 лет 8 месяцев) конструктивных недостатков бензопил, непосредственной причиной заболевания послужила локальная вибрация, превышающая ПДУ. Лица, допустившие нарушение Государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, не установлены.

Согласно медицинскому заключению КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» Приморский краевой центр профессиональной патологии № от 

<

дата> ФИО1 установлен основной диагноз: 

<

...>

В соответствии со справкой ФКУ «ГБ МСЭ по Приморскому краю» Бюро медико-социальной экспертизы № № с 

<

дата> ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % в связи с полученным профессиональным заболеванием 

<

дата>, подтвержденного актом о случае профессионального заболевания от 

<

дата>.

Исходя из санитарно-гигиенической характеристики рабочего места ФИО1 по показателям условия труда 

<

...> по уровню шума (регистрировались ПДУ до 20 дБА), локальной (превышение ПДУ до 12 и более 12 дБ), тяжести и производственному микроклимату (работа на открытой территории) не отвечает требованиям: СанПиН 2.2.2776-10 «Гигиенические требования к оценке условий труда при расследовании случаев профессиональных заболеваний»; СН 2.2.4/2.1.8.566-96 «Производственная вибрация, вибрация в помещениях жилы и общественных зданий»; СН 2.2.4/2.1.8.562-96 «Шум на рабочих местах, помещениях жилых и общественных зданий и на территории жилой застройки»; Р 2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда».

В судебном заседании установлено, что истец с 

<

дата> по 

<

дата> (8 лет 8 месяцев 15 дней) отработал в ООО «Таежное» 

<

...>; с 

<

дата> по 

<

дата>. (2г. 10 мес. 2 дн.) в ООО «Кавалеровский ЛЗК» в качестве вальщик леса; с 

<

дата>. по 

<

дата>. (4 г. 4 мес. 17 дн.) в ООО «Чугуевский ЛЗК» в качестве вальщика леса с 

<

дата> по 

<

дата> в ООО «Таежное. 

Материалами дела подтверждается, что истец имеет общий стаж работы 22 года 1 месяц, из которых 16 лет 11 месяцев работа по профессии вальщик леса, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание 22 года 1 месяц.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ООО «Дальнереченсклес» было реорганизовано путем присоединения к нему ООО «Кавалеровский ЛЗК», ООО «Чугуевский ЛЗК», ООО «Таежное». Затем ООО «Кавалеровский ЛЗК» присоединено к ООО «Чугуевский ЛЗК». Таким образом, предприятия на которых работал истец в настоящее время реорганизованы путем присоединений. В настоящее время существует три предприятия, на которых истец осуществлял свою трудовую деятельность в последние 15 лет: ООО «Таежное», ООО «Дальнереченсклес», ООО «Чугуевский ЛЗК».

Поскольку истец ФИО1 от исковых требований к ООО «Таежное» отказался, суд приходит к выводу о том, что к привлечению к гражданско-правовой ответственности подлежат предприятия – ООО «Дальнереченсклес» и ООО «Чугуевский ЛЗК». 

Суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что истец мог получить свое профессиональное заболевание на других предприятиях. Данные доводы ответчика являются необоснованными и отклоняются судом, в связи с тем, что в судебном заседании достоверно установлено, что в 2010 году истец имел только 10 % утраты общей трудоспособности, что не является значительным, при данном проценте утраты трудоспособности наличие профессионального заболевания не устанавливается. Кроме того, с 

<

дата>. по 

<

дата>. истец работал в ООО «Таежное», которое в последующем было реорганизовано. Истцу был выставлен диагноз вибрационная болезнь, которая является профессиональным заболеванием, а потому ему в 2019 году была установлена утрата трудоспособности 30 %.

Разрешая заявленные исковые требования и определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает наличие причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившим у истца профессиональным заболеванием, установленную вину ответчиков, характер и степень физических и нравственных страданий истца, наступившие для здоровья истца последствия, то, что в результате профзаболевания истец был фактически лишен возможности вести привычный образ жизни, а также с учетом требований разумности и справедливости, таким образом суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 300 000 рублей, то есть по 150 000 рублей с ООО «Чугуевский ЛЗК» и ООО «Дальнереченсклес».

В соответствии с ч.1 ст.103 ГПК РФ и ст.333.19 НК РФ с ответчиков также подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей в долевом порядке.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Дальнереченсклес» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за утрату здоровья в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Чугуевский ЛЗК» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за утрату здоровья в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Дальнереченсклес» в бюджет муниципального образования - Дальнегорский городской округ Приморского края государственную пошлину в размере 150 (сто пятьдесят) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Чугуевский ЛЗК» в бюджет муниципального образования - Дальнегорский городской округ Приморского края государственную пошлину в размере 150 (сто пятьдесят) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.

Настоящее решение суда может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Дальнегорский районный суд в течение месяца с момента его принятия в окончательной форме.

Судья Е.П. Ядвига