РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 июля 2021 года город Новосибирск

Новосибирский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего — судьи Подольского Е.А., при секретаре судебного заседания Корнеевой А.В., с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2, административного ответчика ФИО3 и представителя административного ответчика ФИО4, в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев административное дело № 2а-101/2021 по административному исковому заявлению военнослужащего № представительства Министерства обороны Российской Федерации подполковника ФИО1 об оспаривании действий начальника Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации и начальника 128 службы – Уполномоченного по качеству вооружения и военной техники (региональной) Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации, связанных с применением дисциплинарных взысканий, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в военный суд в пределах установленного законом срока с административным исковым заявлением, в котором указал, что проходит военную службу в должности начальника № представительства Министерства обороны РФ (далее — №) и приказом начальника Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации (далее — Управление) от 10 марта 2021 г. № 51 он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде «строгого выговора» за нарушение ст. 116 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ и п. 5 Инструкции по работе с обращениями граждан в Вооруженных Силах РФ, а приказом начальника 128-ой службы–Уполномоченного по качеству вооружения и военной техники (региональной) Управления (далее — 128-ая Служба) от 1 апреля 2021 г. №30 он привлечен к дисциплинарной ответственности в виде «строгого выговора» за совершение административных правонарушений, выразившихся в нарушении порядка рассмотрения обращений граждан и в нарушении трудового законодательства Российской Федерации. 

Также административный истец, полагая свои права нарушенными, взаявлении указал, что вышеуказанными должностными лицами в каждом случае была нарушена процедура привлечения его к дисциплинарной ответственности, в связи с чем, с учётом уточнения требований его представителем, которые были поддержаны им в суде, просил признать действия начальника Управления и начальника 128-ой Службы незаконными, обязав названных должностных лиц отменить изданный каждым из них приказ о его привлечении к дисциплинарной ответственности, а также взыскать в его пользу с федерального казённого учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее — ФКУ «ЕРЦ МО РФ») компенсацию морального вреда в размере 12600 рублей.

15 июля 2021 г. от административного истца поступило заявление, в котором последний отказался от требований в части, касающейся взыскания в его пользу с ФКУ «ЕРЦ МО РФ» компенсации морального вреда в размере 12600рублей. Определением судьи гарнизонного военного суда производство по настоящему административному делу в приведенной части прекращено.

В обоснование требований ФИО1 указывает, что в ходе разбирательства, по итогам которого он был привлечён начальником Управления к дисциплинарной ответственности в виде «строго выговора» не были установлены событие и обстоятельства совершенного им дисциплинарного проступка и его вина, а также обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность, не учтены характер, причины и условия совершения проступка, вменённого ему в вину, а разбирательство в связи с привлечением его к дисциплинарной ответственности начальником 128-ой Службы в виде «строгого выговора» не проводилось вовсе, протокол о грубом дисциплинарном проступке был представлен ему после доведения до него наложенного взыскания и ознакомления с соответствующим приказом, объяснения по обстоятельствам грубого дисциплинарного проступка, вменённого ему в вину не отбирались и возможность их представить не предоставлялась, права и обязанности до привлечения его к дисциплинарной ответственности ему не разъяснялись.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель ФИО2 указанные требования поддержали и подтвердили доводы, изложенные в административном исковом заявлении. 

Административный ответчик — начальник 128-ой Службы ФИО3 и представитель начальника Управления Куринной, в судебном заседании, каждый в отдельности, требования ФИО1 не признали и заявили, что оспариваемые действия должностных лиц являются законными и обоснованными. 

При этом административный ответчик ФИО3, пояснил, что, поскольку по итогам прокурорской проверки в деятельности должностных лиц № были выявлены нарушения порядка рассмотрения обращений граждан и трудового законодательства Российской Федерации, а такие нарушения являются административными правонарушениями и обстоятельства их совершения начальником № изложены в представлении прокурора и являются объективными, он посчитал проведение дополнительных разбирательств нецелесообразным, в связи с чем им обосновано принято решение о назначении офицера для составления в отношении ФИО1 протокола о грубом дисциплинарном проступке.

Кроме того, представитель административного ответчика Куринной указал, что лист беседы с военнослужащим Т. был составлен за день до подачи последним рапорта об увольнении с военной службы, на котором отсутствует резолюция ФИО1, что, по его мнению, свидетельствует о ненадлежащем проведении ФИО1 мероприятий, предшествующих увольнению военнослужащего с военной службы.

Административные соответчики — филиал «ВЧ №» федерального казённого учреждения «ВС № 0», федеральное казённое учреждение «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Омской области» (далее — финансовые органы), ФКУ «ЕРЦ МО РФ» и начальник Управления, надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявили. Представители финансовых органов ФИО5 и ФИО6, каждая в отдельности, просили рассмотреть настоящее административное дело в их отсутствие.

Выслушав объяснения административного истца и его представителя, а также административного ответчика ФИО3 и представителя административного ответчика Куринного, исследовав доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Так, согласно пункту 1 статьи 28.2 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон «О статусе военнослужащих»), военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины.

Положениями статьей 28.6, 28.8 и 28.9 Закона «О статусе военнослужащих» установлено, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, порядок проведения которого определяется общевоинскими уставами, а его срок не должен превышать 30 суток с момента, когда командиру стало известно о совершении военнослужащим дисциплинарного проступка, при этом выяснению подлежат, в том числе, событие дисциплинарного проступка, вина военнослужащего, форма вины, мотивы совершения проступка и другие обстоятельства, имеющие значения для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности. В качестве доказательств совершения проступка допускаются объяснения военнослужащего, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, и лиц, которым известны обстоятельства совершения дисциплинарного проступка.

Согласно статье 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – ДУ ВС РФ), утвержденного Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 г. № 1495, разбирательство проводится, как правило, непосредственным командиром (начальником) военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, или другим лицом, назначенным одним из прямых командиров, в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка. 

Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола. Протокол вместе с материалами разбирательства предоставляется для ознакомления военнослужащему, совершившему грубый дисциплинарный проступок. При этом всем военнослужащим, привлекаемым к дисциплинарной ответственности, обеспечивается право давать устные или письменные объяснения, представлять доказательства (статья 28.1. Закона «О статусе военнослужащих»). Командир или лицо, проводившее разбирательство, направляет командиру воинской части предложение о сроке дисциплинарного ареста, который целесообразно назначить военнослужащему, или о применении к нему другого вида дисциплинарного взыскания.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным действий начальника Управления, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности за нарушение ст. 116 ДУ ВС РФ и п. 5 Инструкции по работе с обращениями граждан в Вооруженных Силах РФ, утверждённой приказом Министра обороны РФ от 18 августа 2014 г. № 555 «О мерах по реализации в Вооруженных Силах Российской Федерации Федерального закона от 2 мая 2006 г. № 59-ФЗ «Опорядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»» (далее – Инструкция), военный суд исходит из следующего.

В соответствии со ст. 116 ДУ ВС РФ, все обращения военнослужащих (предложения, заявления или жалобы) подлежат обязательному рассмотрению в срок до 30 суток со дня регистрации, при этом в исключительных случаях, а также когда для разрешения обращения необходимо проведение специальной проверки, истребование дополнительных материалов или принятие других мер, срок разрешения обращения может быть продлен командиром воинской части, но не более чем на 30 суток, с уведомлением об этом военнослужащего, подавшего обращение. 

Как следует из п. 5 Инструкции все обращения подлежат обязательному рассмотрению в течение 30 дней со дня регистрации, при этом в исключительных случаях, а также в случае направления запросов в государственный орган, орган местного самоуправления, воинскую часть или должностному лицу о предоставлении необходимых для рассмотрения обращения по существу документов и материалов командир воинской части или другое должностное лицо по его поручению вправе продлить срок рассмотрения обращения не более чем на 30 дней, уведомив о продлении срока его рассмотрения гражданина, направившего обращение.

В силу подпункта «в» п. 1 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, имеет право на досрочное увольнение с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией (далее — ВВК) ограниченно годным к военной службе (за исключением лиц, указанных в подпункте «г» п. 1 названной статьи).

Согласно п. 1 ст. 36 Федерального закона от 28 марта 1998 г. №53-ФЗ «Овоинской обязанности и военной службе» порядок прохождения военной службы определяется названным Федеральным законом, другими федеральными законами, Положением о порядке прохождения военной службы, утвержденным указом Президента Российской Федерации от16 сентября 1999 г. № 1237 (далее — Положение), и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Увольнение военнослужащих, в воинских званиях до полковников, капитанов 1ранга, включительно, согласно ст. 50 Федерального закона «Овоинской обязанности и военной службе», производится в соответствии с Положением.

В соответствии с п. 8 ст. 34 Положения увольнение с военной службы военнослужащих в воинском звании до подполковника, капитана 2 ранга, включительно, производится, должностными лицами в соответствии с правами, предоставляемыми им по назначению военнослужащих на воинские должности, за исключением военнослужащих, увольняемых с военной службы в связи с переходом на службу в федеральные органы исполнительной власти или федеральные государственные органы, в которых предусмотрена военная служба.

Согласно п. 1 ст. 26 Положения, аттестация проводится в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования, а также определения предназначения граждан, пребывающих в запасе. При этом, приказом Министра обороны РФ от 29 февраля 2012 г. № 444 утверждён Порядок организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ.

Пунктом 14 ст. 34 Положения установлено, что перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы уточняются данные о прохождении им военной службы и исчисляется выслуга лет, о которой объявляется военнослужащему, а также с военнослужащим проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части, и её содержание отражается в листе беседы, который подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего.

В силу положений п. 28 Порядка деятельности должностных лиц и органов военного управления по организации прохождения военной службы по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, утверждённого приказом Министра обороны РФ от 30 октября 2015 г. № 660 «О мерах по реализации правовых актов по вопросам организации прохождения военной службы по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации», (далее – Порядок) для обеспечения процедуры увольнения военнослужащего с военной службы командир воинской части выполняет ряд мероприятий: обеспечивает направление личного дела военнослужащего, подлежащего увольнению, в соответствующий орган, уполномоченный осуществлять подсчет выслуги лет на пенсию; предоставляет военнослужащему ежегодный основной отпуск и дополнительные (если таковые имеются) отпуска соответствующей продолжительности, а также дополнительные сутки отдыха за исполнение обязанностей военной службы в рабочие дни сверх установленной продолжительности еженедельного служебного времени (привлечение к исполнению обязанностей военной службы в выходные и праздничные дни); организовывает проведение аттестации военнослужащего; доводит до военнослужащего принятое решение о его дальнейшем служебном предназначении; проводит беседу с военнослужащим о предстоящем увольнении с военной службы, в ходе которой оформляется лист беседы по рекомендуемому образцу.

В соответствии с п. 29 Порядка на военнослужащего, подлежащего увольнению с военной службы, подготавливается представление, оформляемое согласно образцу, и к нему прилагаются: копия листа беседы; копия аттестационного листа (в случае увольнения военнослужащего по достижении предельного возраста пребывания на военной службе; по истечении срока контракта о прохождении военной службы; в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта; по собственному желанию); рапорт военнослужащего (вслучае увольнения военнослужащего по основаниям, когда требуется его согласие на увольнение); копия заключения ВВК (в случае увольнения военнослужащего по состоянию здоровья) и другие документы (материалы), подтверждающие основания к увольнению.

Представление и прилагаемые к нему документы направляются в порядке подчиненности в кадровый орган, подчиненный должностному лицу Вооруженных Сил РФ, имеющему право увольнения военнослужащего с военной службы.

Из копий рапорта военнослужащего № 

<

данные изъяты> Т. от 6 ноября 2020 г. на имя начальника № и листа беседы от 5 ноября 2020 г., проведённой последним, видно, что Т. изъявил желание уволиться с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием ВВК ограниченно годным к военной службе, согласие с увольнением с военной службы отражено Т. и в названном листе беседы. При этом на указанном рапорте с обоих сторон имеются резолюции как ФИО1 – «В.. Направить личное дело п/п-ка Т. для подсчёта выслуги лет» и «О предоставлении рапорта п/п-ка Т.. по команде доложено в 128 СУ с приложением копии рапорта», так и В. «Личное дело в/сл направлено на подсчет выслуги лет в 128 СУ Исх. от 09.11.2020 № 607/816».

Как видно из копии сопроводительного письма от 9 ноября 2020 г. за исходящим № 607/816, начальником № в адрес начальника 128-ой Службы направлено личное дело Т. на подсчёт выслуги лет для начисления пенсии в связи с увольнением с военной службы.

В соответствии с приказами начальника и врио начальника 128-ой Службы от 25 ноября, а также 1, 15, 21 и 24 декабря 2020 г., №№ 157, 161, 171, 175 и 177, соответственно, ФИО1 полагается освобожденным от исполнения служебных обязанностей в связи с болезнью в период с 25 ноября по 23 декабря 2020 г. и с 24 декабря 2020 г. полагается прибывшим и приступившим к исполнению служебных обязанностей, при этом в указанный период в каждом случае временно исполнение обязанностей начальника № возложено на 

<

данные изъяты> К..

Согласно копии сопроводительного письма от 19 ноября 2020 г., начальником 128-й Службы в адрес начальника № направляется личное дело Т. с просьбой ознакомить военнослужащего с подсчётом выслуги лет и в кратчайшие сроки направить в 128-й Службу документы к досрочному увольнению с военной службы в запас по состоянию здоровья – в связи с признанием ВВК ограниченно годным к военной службе на основании поданного рапорта офицера. Данное письмо, согласно штампу входящей корреспонденции, поступило в № 27 ноября 2020 г., при этом, согласно резолюции 

<

данные изъяты> К. на данном письме, В. надлежит ознакомить Т. с подсчётом выслуги лет и личным делом, а также подготовить документы к его досрочному увольнению в соответствии с Порядком.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель К. – военнослужащий №, показал, что в период с 25 ноября по 23 декабря 2020 г. исполнял обязанности начальника №, ему было известно, что Т. обращался к командованию с рапортом об увольнении с военной службы, при этом именно он поставил резолюцию на сопроводительном письме с поступившим после подсчета выслуги лет личным делом Т., которой поставил задачу работнику № В. ознакомить Т. с подсчётом выслуги лет и подготовить документы для увольнения последнего с военной службы, однако выполнение указанной задачи он не контролировал, поскольку полагал, что раз Т. отсутствует на военной службе в связи с нахождением на излечении, то и какие-либо мероприятия, предшествующие его увольнению с военной службы, провести не представляется возможным.

В данной части административный истец пояснил, что, будучи освобожденным от исполнения должностных обязанностей, узнав о поступлении личного дела с подсчётом выслуги лет, самостоятельно прибыл в № и собрав необходимые документы убыл к месту жительства Т., где ознакомил последнего с подсчётом выслуги лет и получил от него рапорта о согласии с расчётом выслуги лет и предоставлении отпуска по личным обстоятельствам сроком на 30 суток.

В соответствии с приказами начальника и врио начальника № от 11 и 27 ноября, 10 и 29 декабря 2020 г., а также 14 января и 15 февраля 2021 г., №№ 172, 180, 190, 199, 2 и 9, соответственно, Т. полагается освобожденным от исполнения обязанностей военной службы в связи с болезнью и после госпитализации в период с 17 ноября 2020 г. по 13 января 2021 г., а приказ о предоставлении Т. отпуска по личным обстоятельствам сроком на 30 суток в период с 14 декабря 2020 г. по 12 января 2021 г. был отменен как нереализованный в связи с госпитализацией Т., при этом Т. с 14 января 2021 г. (четверг) полагается прибывшим и приступившим к исполнению служебных обязанностей, а с 18 января 2021 г. (понедельник) полагается убывшим в отпуск по личным обстоятельствам сроком на 30 суток в связи с предстоящим увольнением с военной службы по 16 февраля 2021 г., однако с 15 февраля 2021 г. Т. вновь полагается освобождённым от исполнения обязанностей военной службы по болезни в связи с госпитализацией.

Согласно выписке из приказа начальника Управления от 22 января 2021 г. №3, Т. назначен на равную воинскую должность в №№ военное представительство Минобороны России по служебной необходимости.

Из копии обращения Т. в адрес Министра обороны РФ и Главного военного прокурора РФ от 8 февраля 2021 г. следует, что Т., подав 6 ноября 2020г. рапорт на увольнение с военной службы по состоянию здоровья до настоящего времени с военной службы не уволен, решение командования по данному вопросу до него не доведено, его аттестация не проведена и представление к его увольнению с военной службы вышестоящему командованию не направлено, при этом он не согласен со своим назначением на равную воинскую должность без сохранения имеющегося у него тарифного разряда и желает быть уволенным с военной службы, в связи с чем, полагая свои права нарушенными начальником Управления, просит провести служебную проверку действий начальника Управления по его переводу к новому месту службы и отказу в увольнении с военной службы, а также принять меры по отмене приказа о переводе, а также обязать названное должностное лицо рассмотреть вопрос о его увольнении с военной службы в соответствии с требованиями закона.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель Т. – военнослужащий №, показал, что бездействия со стороны ФИО1 по реализации его рапорта об увольнении с военной службы допущено не было. Так, получив на руки заключение ВВК, он обратился к начальнику № и сообщил о своем желании быть уволенным с военной службы по состоянию здоровья: в связи с признанием ВВК ограниченно годным к прохождению военной службы, - после чего ФИО1 провёл с ним беседу, а на следующий день им был исполнен соответствующий рапорт. До конца 2020 года ФИО1 сообщал ему о ходе мероприятий по его увольнению с военной службы и сам он данным вопросом особо не интересовался, однако, узнав, что вместо увольнения с военной службы он назначен на равную должность с потерей тарифного разряда, что сказалось бы на размере его пенсии, обратился к Министру обороны РФ и Главному военному прокурору, поскольку полагал, что начальник Управления нарушает его права, поскольку отказывает ему в увольнении с военной службы. ФИО1 не смог его ознакомить с отзывом аттестационного листа именно по причине его длительного нахождения на излечении и освобождении от исполнения обязанностей военной службы после болезни.

В данной части административный ответчик ФИО3 пояснил, что по поступившему обращению Т. от 8 февраля 2021 г. им по указанию начальника Управления в феврале 2021 года было проведено разбирательство с привлечением 

<

данные изъяты> Л., который также проводил разбирательство по данному обращению.

Из письменных объяснений ФИО1 на имя начальника 128-ой Службы от 20 февраля 2021 г. следует, что прибывший с лечения в октябре 2020 года Т. изъявил желание уволиться с военной службы, в связи с чем им с Т, была проведена беседа, где последний выразил согласие на увольнение и на следующий день исполнил соответствующий рапорт. После чего он направил личное дело Т. для подсчёта выслуги лет, подготовил проекты документов к представлению последнего к увольнению с военной службы и по возвращении личного дела 27 ноября 2020 г. в тот же день в вечернее время лично ознакомил Т. с подсчётом выслуги лет и личным делом, и, получив от последнего рапорта на согласие с подсчётом выслуги лет и на предоставление отпуска по личным обстоятельствам сроком на 30 суток, убыл домой, поскольку Т. отказался знакомиться с остальными подготовленными им документами. Об ознакомлении Т. он докладывал в 128-ю службу и пересылал военнослужащему 128-ой Службы 

<

данные изъяты> М. подготовленные им для увольнения Т. документы, а также общался с М., пытаясь согласовать дату проведения аттестации Т.. По причине нахождения Т на излечении в период с 11 ноября 2020 г. по 13 января 2021 г. рапорт последнего об увольнении с военной службы до настоящего времени не реализован.

Согласно заключению по материалам разбирательства от 26 февраля 2021 г. на имя начальника Управления, начальником 128-ой Службы в период с 18 по 26 февраля 2021 г. было проведено разбирательство по обращению Т. от 8 февраля 2021 г., по итогам которого было установлено, что по состоянию на 26 февраля 2021 г. ФИО1 не ознакомил Т. с отзывом аттестационного листа и не направил документы на увольнение последнего в 128-ую Службу, проигнорировав указание о направлении документов, рапорт Т. об увольнении с военной службы приобщен к личному делу без резолюции, в связи с чем начальник 128-ой Службы пришел к выводу о том, что ФИО1 самоустранился от исполнения обязанностей начальника № и после исполнения Т. указанного рапорта мероприятий, положенных при досрочном увольнении военнослужащего с военной службы не проводил: листы бесед после 6 ноября 2020 г. не составлял, направил Т. в отпуск по личным обстоятельствам, не ознакомив его с отзывом аттестационного листа, в связи с чем начальник 128-ой Службы предложил рассмотреть ФИО1 на заседании аттестационной комиссии Управления для принятия решения о дальнейшем его предназначении.

Согласно выписке из приказа начальника Управления от 9 марта 2021 г. №9, его приказ от 22 января 2021 г. № 3 в отношении Т. был отменен как нереализованный.

Согласно приказу начальника Управления от 10 марта 2021 г. № 51, ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде «строгого выговора» за нарушение ст. 116 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил РФ и п. 5 Инструкции.

Как следует из копий рапорта Т. от 1 марта 2021 г., аттестационного листа на Т,, а также сопроводительного письма начальника № в адрес начальника 128-ой Службы от 11 марта 2021 г., Т. ходатайствовал о проведении заседания аттестационной комиссии без его участия, с отзывом в аттестационном листе он ознакомлен 11 марта 2021 г. и в тот же день представление Т. к увольнению с военной службы, копия заключения ВВК, аттестационной лист и рапорт начальника № направлены в 128-ую Службу.

При таких обстоятельствах суд констатирует, что ФИО1 своевременно принял меры к реализации волеизъявления подчинённого, в связи с чем, после устного обращения Т., желавшего уволиться с военной службы, на следующий рабочий день после поступления рапорта Т. направил личное дело последнего для подсчёта выслуги лет, а в день поступлении сведений о выслуге лет Т., будучи освобожденным от исполнения должностных обязанностей в связи с болезнью, лично по месту жительства Т. ознакомил его с подсчётом выслуги лет и получил его рапорта, а в последующем направил военнослужащего в отпуск по личным обстоятельствам, реализовав соответствующий рапорт Т., сообщал последнему о мероприятиях проводимых в связи с его предстоящим увольнением, а также направлял документы к увольнению Т. должностным лицам 128-ой Службы. При этом ФИО1 не ознакомил Т. с текстом отзыва в аттестационном листе последнего в месячный срок с момента подачи рапорта военнослужащим в силу объективных причин, препятствующих ознакомлению, — нахождения Т. на стационарном лечении и освобождения последнего от исполнения обязанностей военной службы после болезни.

Таким образом, военный суд приходит к выводу о том, что ФИО1 требования ст. 116 ДУ ВС РФ и п. 5 Инструкции не нарушил, поскольку в период с момента обращения военнослужащего с рапортом об увольнении с военной службы 6 ноября 2020 г. и до своего освобождения от исполнения обязанностей военной службы 25 ноября 2020 г. совершил необходимые действия для реализации данного рапорта и выполнил необходимые мероприятия, предшествующие увольнению военнослужащего с военной службы, о чём также доводил последнему.

В данной части административный ответчик ФИО3 пояснил, что, поскольку проведение аттестации военнослужащего было обязательным в связи с тем, что увольнение являлось волеизъявлением военнослужащего, то есть по собственному желанию последнего, а также для определения предназначения военнослужащего в военное время, именно непредставление начальником № полного комплекта документов к увольнению Т., в том числе, и аттестационного листа, препятствовало рассмотрению Т. на заседании аттестационной комиссии 128-ой Службы и, как следствие, дальнейшей передачи документов по команде. При этом ФИО3 не отрицал, что часть документов на увольнение Т. поступала в адрес должностных лиц 128-ой Службы, однако установленным порядком все необходимые документы своевременно представлены не были.

На основании изложенного, военный суд приходит к выводу о том, что действия начальника Управления, связанные с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности 10 марта 2021 г. в виде «строгого выговора» за нарушение ст. 116 ДУ ВС РФ и п. 5 Инструкции, следует признать незаконными и возложить на данное должностное лицо обязанность по отмене собственного приказа от 10 марта 2021 г. № 51 в части, касающейся ФИО1.

Что касается доводов представителя административного ответчика об отсутствии на рапорте Т. от 6 ноября 2020 г. какой-либо резолюции ФИО1 и проведении беседы перед увольнением с военной службы за день до подачи Т. соответствующего рапорта, то они не могут быть признаны состоятельными, поскольку копия представленного рапорта содержит резолюции с обеих сторон, при этом рапорт ФИО1 с ходатайством по существу рапорта Т. направлялся в адрес начальника 128-ой Службы отдельно, вместе с представлением Т. к увольнению с военной службы, а проведение беседы ФИО1 с Т. после его устного обращения не свидетельствует о том, что какие-либо просьбы и обращения Т. или его волеизъявление не были исполнены, что подтвердил и сам Т., указав, что каких-либо просьб и пожеланий, кроме изложенных в рапорте, у него не имелось.

При этом суд учитывает, что представленное административным ответчиком вместе с возражениями на административное исковое заявление ФИО1 заключение по материалам разбирательства на имя начальника 128-й Службы, проведённого 

<

данные изъяты> Л., отражает иные установленные в ходе разбирательства факты: так, в заключении указано «В настоящее время сложилась ситуация, когда военнослужащий изъявил желание досрочно уволиться с военной службы, но никак не может появиться на службе (болеет, либо находится в отпуске) для дальнейшего оформления процедуры его увольнения, а начальник № МО в свою очередь не может ознакомить офицера с отзывом аттестационного листа и направить документы вышестоящему командованию на увольнение» (орфография и пунктуация сохранены), а в качестве вывода было изложено предложение обязать начальника № в кратчайшие сроки ознакомить Т. с отзывом аттестационного листа и направить материалы на увольнение офицера с военной службы в 128-ую Службу в строгом соответствии с требованиями руководящих документов.

Также суд учитывает, что Положение не содержит требований о наличии аттестационного листа при увольнении военнослужащего с военной службы по состоянию здоровья в качестве обязательного приложения к представлению к увольнению с военной службы, напротив, в п. 29 Порядка указан исчерпывающий перечь случаев, когда к представлению прилагается копия аттестационного листа: в случае увольнения военнослужащего по достижении предельного возраста пребывания на военной службе; по истечении срока контракта о прохождении военной службы; в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта; по собственному желанию, - следовательно, ФИО1, выполняя обязательное для него требование командования о необходимости ознакомления Т. с отзывом аттестационного листа, без названного листа вышестоящему командованию документы на увольнение Т. с военной службы не представлял.

При этом, вопреки доводу административного ответчика, проведение аттестации в силу п. 13 Положения необходимо именно в случае увольнения военнослужащего с военной службы по собственному желанию на основании п. 6 ст.51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», а не в любом случае волеизъявления военнослужащего, когда законом ему предоставлена возможность выбрать между продолжением военной службы или увольнением.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным действий начальника 128-ой Службы, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в совершении административных правонарушений, военный суд исходит из следующего.

Как видно из копии представления об устранении нарушений закона от 24 марта 2021г., направленного заместителем военного прокурора Новосибирского гарнизона начальнику 128-ой Службы, по результатам проведенной в период с 23 по 24 марта 2021 г. военной прокуратурой гарнизона проверки в № выявлены допущенные должностными лицами названного военного представительства нарушения требований законодательства о порядке рассмотрения обращений граждан и труде, которые выразились в фактическом ненаправлении в установленный законом тридцатидневный срок ответа на поступившее 26 января 2021г. обращение работника № П., которому ответ на его обращение был вручен не ранее 15 марта 2021 г., а также в необеспечении начальником № ФИО1 ознакомления ряда работников военного представительства с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью, - изменениями внесёнными в коллективный договор №, - в связи с чем прокурор требует, в том числе, рассмотреть вопрос о привлечении ФИО1 к установленной законом ответственности. При этом в представлении указано, что опросить ФИО1 не представилось возможным по причине прохождения последним углубленного медицинского обследования в военном госпитале.

В ходе судебного разбирательства начальник 128-ой Службы О. пояснил, что, после получения вышеуказанного представления, он, руководствуясь положениями ст. 81 ДУ ВС РФ, которые позволяют командиру воинской части не назначать разбирательство, когда обстоятельства совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка, установлены ранее проведенной по данному факту проверкой или материалами дела об административном правонарушении, полагая, что названные обстоятельства установлены прокурорской проверкой, по результатам которой было вынесено данное представление, назначил для составления протокола о грубом дисциплинарном проступке военнослужащего 128-ой Службы подполковника Л., который, на основании указанного представления, составил протокол о грубом дисциплинарном проступке в отношении ФИО1.

Как усматривается из копии протокола о грубом дисциплинарном поступке, составленного подполковником Л. в отношении административного истца 1апреля 2021 г., по результатам прокурорской проверки установлено, что ФИО1 допустил нарушение требований законодательства Российской Федерации о порядке рассмотрения обращений граждан и труде, в связи с чем решением начальника 128-ой Службы за совершение административных правонарушений, выразившихся в нарушении порядка рассмотрения обращений граждан и в нарушении трудового законодательства Российской Федерации, ФИО1 объявлен строгий выговор (приказ начальника 128-ой Службы от 1 апреля 2021 г. № 30). При этом в протоколе отражено, что опросить ФИО1 не представилось возможным по причине прохождения последним углубленного медицинского обследования в военном госпитале. 

Также из вышеназванного протокола следует, что ответ на поступившее 26января 2021г. обращение П., зарегистрированный в делопроизводстве №, фактически заявителю не направлялся, а был вручен с нарушением установленных законом сроков - не ранее 15 марта 2021 г. Кроме того, из указанного протокола следует, что, по состоянию на 23 марта 2021 г., с внесёнными 25сентября 2020 г. изменениями в коллективный договор № ФИО1 ряд работников данного военного представительства не ознакомил. При этом, в качестве доказательств, подтверждающих наличие события грубого дисциплинарного проступка и виновности военнослужащего, в протоколе указано, что «из представления военной прокуратуры Новосибирского гарнизона следует, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки административных правонарушений, предусмотренных ст.5.59 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, выразившиеся в нарушении установленного законодательством Российской Федерации порядка рассмотрения обращений граждан, ст. 419 Трудового кодекса Российской Федерации, как должностное лицо, виновное в нарушении трудового законодательства в части ознакомления работников с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью».

Согласно рукописным записям ФИО1 в протоколе о грубом дисциплинарном проступке, датированным 7 апреля 2021 г., с объявленным взысканием он не согласен, какие-либо объяснения до объявления приказа о его привлечении к дисциплинарной ответственности от него не отбирались, права и обязанности ему не разъяснялись, суказанным протоколом впервые ознакомлен 7 апреля 2021 г.

В соответствии с выпиской из приказа начальника 128-ой Службы от 1 апреля 2021 г. № 30, за совершение административных правонарушений, выразившихся в нарушении порядка рассмотрения обращений граждан и в нарушении трудового законодательства Российской Федерации, ФИО1 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде «строгого выговора».

Из содержания вышеуказанного приказа следует, что по результатам проведенной военной прокуратурой Новосибирского гарнизона проверки № установлено, что ФИО1 допущены нарушения требований законодательства Российской Федерации о порядке рассмотрения обращений граждан и труде. При этом, начальником 128-ой Службы сделан вывод о том, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки административных правонарушений, предусмотренных ст.5.59 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ).

Согласно копии рапорта административного истца от 14 апреля 2021 г. на имя начальника 128-й Службы, ФИО1 не согласен с примененным к нему приказом названного должностного лица от 1 апреля 2021 г. № 30 дисциплинарным взысканием и считает себя невиновным, указывая на нарушение порядка проведения разбирательства, которые выразились в непроведении разбирательства и отсутствии материалов о совершенном им административном правонарушении.

Из ответа врио начальника 128-ой Службы подполковника Л. от 18 мая 2021 г. следует, что разбирательство по факту совершения ФИО1 дисциплинарного проступка не назначалось в соответствии с положениями ст. 81 ДУ ВС РФ, поскольку обстоятельства совершения проступка установлены прокурорской проверкой, при этом ФИО1 было известно о его привлечении к дисциплинарной ответственности ранее дня ознакомления с соответствующим приказом, в связи с чем оспоренный приказ от 1 апреля 2021 г. № 30 обжалованию со стороны ФИО1 не подлежит.

Административный истец в судебном заседании пояснил, что разбирательство по факту совершения вышеуказанного проступка не проводилось, объяснения у него не отбирались, протокол о грубом дисциплинарном проступке до объявления ему взыскания вместе с материалами разбирательства для ознакомления не предоставлялись.

Согласно п. 2 ст. 28.5 Закона «О статусе военнослужащих», административное правонарушение, за которое военнослужащий, в соответствии с КоАП РФ, несет дисциплинарную ответственность, по своему характеру является грубым дисциплинарным проступком.

Административная ответственность за нарушение установленного законодательством Российской Федерации порядка рассмотрения обращений граждан, объединений граждан, в том числе юридических лиц, должностными лицами государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений и иных организаций, на которые возложено осуществление публично значимых функций, за исключением случаев, предусмотренных статьями 5.39, 5.63 КоАП РФ, установлена ст. 5.59 названного Кодекса.

Особенность ответственности военнослужащих за административные правонарушения заключается в том, что по общему правилу за совершение административных правонарушений военнослужащие несут дисциплинарную ответственность, и только в порядке исключения за административные правонарушения, предусмотренные ч. 2 ст. 2.5 КоАП РФ, к числу которых ст. 5.59 КоАП не отнесена, для военнослужащих наступает административная ответственность на общих основаниях.

Часть 2 ст. 24.5 КоАП РФ предусматривает выяснение всех обстоятельств по делу об административном правонарушении, возбужденному в отношении военнослужащего и подлежащему прекращению. Без таких выяснений соответствующая юрисдикционная инстанция (судья, орган, должностное лицо) во всяком случае не могла бы достоверно определить, действительно ли есть основания к прекращению производства по указанному делу.

При этом, по мнению суда, исполнение правил дисциплинарного производства и само разбирательство по факту совершения дисциплинарного проступка не имели бы смысла, если бы постановление о прекращении производства по делу об административном правонарушении ввиду предстоящего привлечения к дисциплинарной ответственности исчерпывающе устанавливало бы как доказанное событие собственно дисциплинарный проступок, вину военнослужащего в его совершении и все другие обстоятельства, предопределяя тем самым все выводы и решения в рамках производства по материалам о дисциплинарном проступке.

Согласно абз. 24 ст. 81 ДУ ВС РФ, в случае, когда обстоятельства совершения грубого дисциплинарного проступка военнослужащим установлены, в том числе, материалами об административном правонарушении, разбирательство командиром воинской части может не назначаться; если разбирательство не назначается, командир воинской части назначает офицера для составления протокола и определяет срок его составления, который не должен превышать трое суток. 

При таких обстоятельствах суд констатирует, что, если в прекращенном производстве по делу об административном правонарушении собраны материалы (доказательства) в объеме, необходимом и достаточном для рассмотрения дела в порядке производства по материалам о дисциплинарном проступке, то его рассмотрение возможно и без получения (сбора) других материалов (доказательств), при том, однако, что дополнительное их выявление и приобщение к делу в производстве по материалам о дисциплинарном проступке также не исключено. 

Вместе с тем, суд учитывает, что в соответствии с ч. 5 ст. 129 Конституции Российской Федерации, полномочия, организация и порядок деятельности органов прокуратуры Российской Федерации определяются федеральным законом. Таким законом является Федеральный закон от 17 января 1992 г. № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации».

В силу п. 2 ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства, прокуратура Российской Федерации осуществляет надзор за исполнением законов, в том числе, органами военного управления и их должностными лицами.

Исходя из содержания абз. 3 п. 3 ст. 22 Федерального закона «Опрокуратуре Российской Федерации», прокурор или его заместитель в случае установления факта нарушения закона органами и должностными лицами, указанными в п. 1 ст. 21 того же Федерального закона, вносит представление об устранении нарушений закона.

Согласно п. 1 ст. 6 названного Федерального закона, требования прокурора, вытекающие из его полномочий, перечисленных в ст. 22 данного Федерального закона, подлежат безусловному исполнению в установленный срок.

Пунктом 1 ст. 24 того же Федерального закона установлено, что представление об устранении нарушений закона вносится прокурором или его заместителем в орган или должностному лицу, которые полномочны устранить допущенные нарушения, и подлежит безотлагательному рассмотрению. В течение месяца со дня внесения представления должны быть приняты конкретные меры по устранению допущенных нарушений закона, их причин и условий, им способствующих; о результатах принятых мер должно быть сообщено прокурору в письменной форме.

Таким образом, на взгляд суда, по смыслу приведенных взаимосвязанных положений Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» само по себе представление прокурора не имеет абсолютный характер и силой принудительного исполнения не обладает, а его внесение преследует цель понудить указанные в п. 2 ст. 21 названного Федерального закона органы и должностные лица устранить допущенные нарушения закона, прежде всего, в добровольном порядке, при этом не предполагается возможность внесения представления об устранении нарушений закона в отсутствие выявленных нарушений и (или) вне установления подобных нарушений в рамках проведения специальных процедур, когда это предусмотрено законом (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2017 г. № 1742-О).

По мнению суда, в отношении установления факта административного правонарушения, виновности лица в его совершении и наличия оснований для привлечения его к ответственности в случае совершения им административного правонарушения, производство соответствующих специальных процедур регламентировано нормами КоАП РФ, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 25.11 которого прокурор в пределах своих полномочий вправе возбуждать производство по делу об административном правонарушении.

В силу ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (ч. 1). Согласно ч. 2 этой же статьи лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном названным кодексом, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

В соответствии с положениями КоАП РФ, командир воинской части не наделён полномочиями по составлению протоколов об административных правонарушениях, посягающих на права граждан (гл. 5 КоАП РФ), и рассмотрению дел об административных правонарушениях названной категории.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства судом установлено, что начальник 128-ой Службы фактически в выявленных по результатам прокурорской проверки нарушениях требований законодательства, допущенных должностными лицами №, самостоятельно усмотрел признаки административных правонарушений, установил виновность ФИО1 в их совершении и привлёк последнего к дисциплинарной ответственности в отсутствие процессуального акта, которым в отношении ФИО1 прекращено дело об административном правонарушении на том основании, что за совершение такого правонарушения ФИО1, как военнослужащий, несёт дисциплинарную, а не административную ответственность.

При этом, в материалах дела не имеется сведений о наличии постановлений уполномоченных органов по вопросу признания ФИО1 виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 5.59 КоАП РФ, а также каких-либо других административных правонарушений, либо иных процессуальных актов уполномоченных органов по вопросам о возможности, либо невозможности привлечения ФИО1 к административной ответственности. Заместителем военного прокурора Новосибирского гарнизона по итогам проверочных мероприятий реагирование осуществлено исключительно в форме внесения в адрес начальника 128-ой Службы представления об устранении нарушений закона, содержащего указание о том, что нарушения, допущенные должностными лицами № и выявленные в ходе прокурорской проверки, заключаются в ненаправлении в тридцатидневный срок ответа на обращение работника № и необеспечении начальником № ФИО1 ознакомления ряда работников № с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью.

Как следует из поступившего в военный суд сообщения военного прокурора Новосибирского гарнизона, по результатам проведённой в период с 23 по 24 марта 2021 г. прокурорской проверки исполнения должностными лицами № требований законодательства о порядке рассмотрения обращений граждан и труде, дела об административных правонарушениях в отношении ФИО1 не возбуждались и иные процессуальные решения в отношении ФИО1 не принимались.

Кроме того, военным судом установлено, что в отсутствие проведения разбирательства ФИО1 был лишен права давать объяснения по обстоятельствам совершения вменённого ему в вину проступка, представлять доказательства и знакомиться с материалами разбирательства, что исключало возможность принятия командованием объективного решения. Доказательств предоставления административному истцу возможности реализовать данные права до издания оспариваемого приказа должностным лицом суду не представлено.

При этом суд учитывает, что, в соответствии с приказом начальника 128-ой Службы, ФИО1 был освобождён от исполнения служебных обязанностей со 2 по 7 апреля 2021 г. на основании рапорта последнего от 2 апреля 2021 г. и справки 425 военного госпиталя от 2 апреля 2021 г., в связи с чем не может быть признан обоснованным довод административного ответчика об отсутствии возможности ознакомить ФИО1 с протоколом о грубом дисциплинарном проступке от 1 апреля 2021 г. в день его составления.

На основании изложенного, военный суд приходит к выводу о том, что действия начальника 128-ой Службы, связанные с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности 1 апреля 2021 г. в виде «строгого выговора» за совершение административных правонарушений, следует признать незаконными и возложить на данное должностное лицо обязанность по отмене собственного приказа от 1 апреля 2021 г. № 30 в части, касающейся ФИО1.

В соответствии со ст. 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебные расходы, состоящие из уплаты государственной пошлины, подлежат взысканию с ФКУ «ОФО МО РФ по Омской области» в пользу административного истца.

Руководствуясь статьями 175–180 и 227 КАС РФ, военный суд 

РЕШИЛ:

Административное исковое заявление ФИО1 — удовлетворить.

Действия начальника Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации, связанные с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности 10 марта 2021 года в виде «строгого выговора», признать незаконными.

Обязать начальника Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации отменить приказ от 10 марта 2021 года № 51 в части, касающейся привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Действия начальника 128 службы – Уполномоченного по качеству вооружения и военной техники (региональной) Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации, связанные с привлечением административного истца к дисциплинарной ответственности 1апреля 2021 года в виде «строгого выговора», признать незаконными.

Обязать начальника 128 службы – Уполномоченного по качеству вооружения и военной техники (региональной) Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации отменить приказ от 1 апреля 2021 года № 30 в части, касающейся привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Обязать начальника Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации и начальника 128 службы – Уполномоченного по качеству вооружения и военной техники (региональной) Управления военных представительств Министерства обороны Российской Федерации в течение одного месяца со дня вступления решения суда в законную силу сообщить о его исполнении административному истцу и в Новосибирский гарнизонный военный суд.

Взыскать с федерального казённого учреждения «Отдел финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Омской области» в пользу ФИО1 300 (триста) рублей — понесённые административным истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Новосибирский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Е.А. Подольский

Решение суда принято в окончательной форме 16 июля 2021 года.