Дело № 2а-2242/2019

74RS0029-01-2019-002934-83

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кутырева П.Е.,

при секретаре Ходаковой О.О.,

представителя административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков ФИО2,

заинтересованных лиц ФИО3

рассмотрел 16 декабря 2019 года в открытом судебном заседании в зале суда в г. Магнитогорске Челябинской области административное дело по административному исковому заявлению ФИО4 к Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области и Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Магнитогорску Челябинской области об отмене решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в суд с административным иском к ГУ МВД РФ по Челябинской области, в котором просил отменить вынесенное 27 сентября 2018 года ответчиком решение о неразрешении ему въезда в Российскую Федерацию, указав в обоснование заявленных требований (с учетом дополнения), что он является гражданином Таджикистана, ему стало известно о том, что 27 сентября 2018 года в отношении него ГУ МВД РФ по Челябинской области приняло решение о неразрешении ему въезда в Российскую Федерацию, однако это решение является незаконным, поскольку вынесено без учета факта его длительного проживания в Российской Федерации, наличия у него сына и внучки – граждан РФ, а также супруги и сына с разрешениями на временное пребывание, то есть оспариваемое решение влечет вмешательство в его право на уважение семейной жизни, не отвечает критериям статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, не отвечает принципам справедливости, соразмерности и конституционно закрепленным целям.

В порядке статьи 41 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации к участию в деле в качестве соответчика привлечено УМВД России по г. Магнитогорску Челябинской области.

Административный истец ФИО4 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть административное дело в его отсутствие, его представитель ФИО1, имеющая высшее юридическое образование, в судебном заседании заявленный административный иск поддержала.

Представитель административных ответчиков – ГУ МВД РФ по Челябинской области и УМВД России по г. Магнитогорску Челябинской области ФИО2, действующая на основании доверенностей и имеющая высшее юридическое образование, в судебном заседании требования административного истца не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных отзывах, пояснив, что истец нарушил правила пребывания в РФ, право не семейную жизнь истца не нарушается.

Заинтересованные лица ФИО3 в судебном заседании полагали, что заявленный иск является обоснованным.

Выслушав пояснения представителя административного истца, представителя административного ответчика и заинтересованных лиц, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного административного иска.

Из материалов дела следует, что ФИО4 является гражданином Республики Таджикистан, что подтверждается копией его паспорта. Согласно представленной в материалы дела выписке АС ЦБДУИГ ФИО4 прибыл на территорию Российской Федерации 12 мая 2017 года и выехал 26 ноября 2018 года. 

В соответствии с частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. 

Статьей 15 Конституции Российской Федерации в её части 4 провозглашено, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

В силу части 3 статьи 62 Конституции Российской Федерации иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным, договором Российской Федерации.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, а также отношения с их участием, определяет и регулирует Федеральный закон от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации».

Статьей 2 данного Федерального закона определено, что иностранный гражданин – физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее доказательства наличия гражданства (подданства) иностранного государства.

Иностранные граждане и лица без гражданства в Российской Федерации несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, в том числе и по соблюдению законов Российской Федерации (статья 4 названного Федерального закона).

Нормами статьи 25.10 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» установлено, что иностранный гражданин или лицо без гражданства, въехавшие на территорию Российской Федерации с нарушением установленных правил, либо не имеющие документов, подтверждающих право на пребывание (проживание) в Российской Федерации, либо утратившие такие документы и не обратившиеся с соответствующим заявлением в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, либо уклоняющиеся от выезда из Российской Федерации по истечении срока пребывания (проживания) в Российской Федерации, а равно нарушившие правила транзитного проезда через территорию Российской Федерации, являются незаконно находящимися на территории Российской Федерации и несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно подпункту 14 статьи 27 Федерального закона Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если иностранный гражданин или лицо без гражданства в период своего предыдущего пребывания в Российской Федерации не выехали из Российской Федерации и находились в Российской Федерации непрерывно свыше двухсот семидесяти суток со дня окончания предусмотренного федеральным законом срока временного пребывания в Российской Федерации, - в течение десяти лет со дня выезда из Российской Федерации.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» срок временного пребывания в Российской Федерации иностранного гражданина, прибывшего в Российскую Федерацию в порядке, не требующем получения визы, не может превышать девяносто суток суммарно в течение каждого периода в сто восемьдесят суток, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а также в случае, если такой срок не продлен в соответствии с настоящим Федеральным законом. При этом непрерывный срок временного пребывания в Российской Федерации указанного иностранного гражданина не может превышать девяносто суток.

По общему правилу временно пребывающий в Российской Федерации иностранный гражданин обязан выехать из Российской Федерации по истечении срока действия его визы или иного срока временного пребывания, установленного настоящим Федеральным законом или международным договором Российской Федерации, за исключением указанных в законе случаев (пункт 2 названной статьи).

Вышеприведенные положения национального законодательства согласуются и с положениями международного права, которые являются составной частью правовой системы Российской Федерации (статья 15 Конституции Российской Федерации).

Так, Декларацией о правах человека в отношении лиц, не являющихся гражданами страны, в которой они проживают, принятой 13 декабря 1985 года Резолюцией 40/144 на 116-ом пленарном заседании 40-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН, установлено, что каждое государство должно публиковать свое национальное законодательство или правила, касающиеся иностранцев (статья 3). Иностранцы обязаны соблюдать законы государства, в котором они проживают или находятся, и с уважением относиться к обычаям и традициям народа этого государства (статья 4).

Пунктом 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН, и пунктом 3 статьи 2 Протокола № 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1963 год) определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других лиц.

Материалами дела подтверждается, что ФИО4 в течение своего пребывания на территории Российской Федерации превысил срок пребывания и находился в Российской Федерации непрерывно свыше двухсот семидесяти суток со дня окончания предусмотренного федеральным законом срока временного пребывания в Российской Федерации.

При этом каких-либо доказательств, подтверждающих уважительность причин нахождения в РФ ФИО4 представлено не было, равно как не представлено и законности нахождения на территории РФ. 

Ссылки заинтересованных лиц в судебном заседании на заболевание сердца у ФИО4 никакими доказательствами не подтверждены, при том, что сам административный истец на эти обстоятельства в иске не ссылался и кроме того административному истцу разъяснялась обязанность подтверждать сведения о том, что оспариваемым решением нарушены его права, подтверждать иные факты, на которые административный истец ссылается как на основания своих требований.

На основании этого суд приходит к выводу, что оспариваемое административным истцом решение соответствует вышеприведенным требованиям закона и обстоятельствам дела, поскольку вынесено в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации и в пределах полномочий государственного органа.

При этом суд находит, что баланс публичных и частных интересов при вынесении оспариваемого решения был соблюден, а ссылки истца на положения Конвенции о защите прав человека и основных свобод не могут быть положены в основу вывода об удовлетворении административного иска, поскольку административным истцом доказательств тому, что оспариваемое решение является чрезмерным, нарушает его право на невмешательство в сферу личной и семейной жизни, не представлено. 

Действительно, Статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

В обоснование нарушения оспариваемым решением названного положения Конвенции административный истец ссылается на то, что в Российской Федерации проживает его сын и внучка – граждане РФ, а также супруга и сын с разрешениями на временное пребывание, супруга подала заявление на получение вида на жительство.

Между тем, суд принимает во внимание, что истец, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и его супруга ФИО5 заключили брак в 1985 году в Таджикской ССР, оба являются гражданами Республики Таджикистан, длительное время после заключения брака проживали в Республике Таджикистан. 

В деле нет никаких доказательств невозможности дальнейшего проживания супругов Н-вых в Республике Таджикистан, а наличие у ФИО5 разрешения на временное проживание, равно как и подача ею заявления о получении вида на жительство в РФ, на что ссылалась представитель административного истца в судебном заседании, об этом не свидетельствует.

Разрешение на временное проживание – это подтверждение права иностранного гражданина или лица без гражданства временно проживать в Российской Федерации, а вид на жительство – это документ, выданный иностранному гражданину или лицу без гражданства в подтверждение их права на постоянное проживание в Российской Федерации, а также их права на свободный выезд из Российской Федерации и въезд в Российскую Федерацию (статья 2 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации».

Наличие разрешения на временное проживание и подача заявления о получении вида на жительство в РФ не запрещает лицу возвращаться в страну национальной принадлежности и по мнению суда ФИО5, коль скоро она в 1985 году вступила в брак и тем самым решила строить с ФИО4 свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, не лишена возможности вернуться в Республику Таджикистан, где и проживать со своим супругом, при необходимости заботиться о нем.

Если супруги Н-вы были намерены переехать на постоянное место жительства в Российскую Федерацию, то они оба в равной степени должны были соблюдать требования российского законодательства, а потому один из супругов, грубо нарушивший эти требования, не вправе ссылаться на незаконность оспариваемого решения по тому лишь основанию, что его супруга получила разрешение на временное проживание, подала заявление о получении вида на жительство.

Что касается проживания в РФ одного сына административного истца, являющегося гражданином РФ и другого сына, имеющего разрешение на временное проживание, внучки – гражданки РФ, на что также ссылалась представитель административного истца, то суд учитывает, что сыновьям административного истца 26 и 28 лет, они согласно материалам дела ведут самостоятельную жизнь, один сын вступил в брак и создал семью, другой сын самостоятельно приобрел себе в собственность жилье в г. Магнитогорске, в силу возраста в помощи отца (в отсутствие доказательств обратного) не нуждается, а, как указано выше, супруги Н-вы не лишены возможности проживать в Республике Таджикистан и заботиться друг о друге, независимо от наличия у одного супруга разрешения на временное проживание и подачу заявления о получении вида на жительство.

Кроме того, суд находит, что самостоятельное оформление административным истцом, супругой, сыновьями документов, касающихся их проживания в Российской Федерации, въезды и выезды из из/в Российской Федерации в разное время, напротив, вкупе указывает на отсутствие между ними такой тесной семейной связи, нарушение которой было бы недопустимым – об этом в частности свидетельствует тот факт, что несмотря на выезд ФИО4 обратно в Республику Таджикистан его супруга ФИО5 не поехала с ним (хотя ссылалась на плохое состояние здоровья супруга), а наоборот, зная о том, что супруг уехал по устному требованию сотрудников миграционной службы, подала заявление о получении вида на жительство в Российской Федерации.

При всём этом ограничения, вытекающие из неразрешения въезда в Российскую Федерацию, носят временный характер. Длительность же неразрешения въезда обусловлена действиями самого административного истца, грубо нарушившего положения российского законодательства. Супруги Н-вы не лишены возможности до истечения срока неразрешения административному истцу въезда в Российскую Федерацию проживать в Республике Таджикистан, а после истечения этого срока вновь начать процедуру получения разрешения на временное проживание, вида на жительство и т.д., если посчитают нужным.

Также суд учитывает, что доказательств законного получения дохода на территории РФ, осуществления легальной трудовой деятельности в Российской Федерации ФИО4 не имеется, выплаты в бюджет налогов, сборов, других обязательных платежей он не исполнял.

Доводы представителя административного истца о наличии у ФИО4 устойчивых семейных, социально-экономических и других связей являются голословными, одно лишь совместно его проживание с ФИО3 в течение семи месяцев в одной квартире (при том что, как указано выше, на протяжении более тридцати лет супруги Н-вы жили в Таджикистане, а сын – собственник квартиры десять лет назад достиг совершеннолетия) об этом не свидетельствует.

При всем этом административный истец не обращался с заявлением о получении статуса, позволяющего ему продолжительное время находиться в Российской Федерации с момента допущения нарушения миграционного режима в 2017 году, в то время как в силу пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 25 июля 2002 года № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» срок временного пребывания иностранного гражданина в Российской Федерации определяется сроком действия выданной ему визы, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, а требования данной нормы административный истец не исполнил.

Оснований полагать, что ФИО4 не был осведомлен о миграционном законодательстве, действующем на территории Российской Федерации, у суда не имеется, поскольку, въезжая в Российскую Федерацию, ФИО4 заполнял миграционную карту, где указывал период своего пребывания, кроме того, заинтересованные лица пояснили суду, что неоднократно ездили в Российскую Федерацию.

Таким образом представленные при рассмотрении спора доказательства свидетельствуют о том, что ФИО4 сознательно нарушал положения действующего миграционного законодательства страны фактического пребывания. 

Помимо этого суд также полагает правильным принять во внимание, что ФИО4 не только сознательно нарушал положения действующего миграционного законодательства страны фактического пребывания, но и четырежды привлекался к административной ответственности, при этом штрафы за привлечение к административной ответственности в области дорожного движения им до сих пор не оплачены. Будучи привлеченным в мае 2018 года к административной ответственности за нарушение режима пребывания ФИО4 всё равно продолжил проживать в РФ, продолжая нарушать этот режим, впоследствии в январе 2019 года вновь приехал в РФ и вновь был привлечен к административной ответственности за нарушение режима пребывания.

Таким образом суд находит, что ФИО4 пренебрежительно относится к российскому законодательству.

Зная о возможных негативных последствиях нарушения срока нахождения на территории Российской Федерации, административный истец, тем не менее, не проявил со своей стороны необходимой заботы о собственном благополучии и благополучии родственников с целью предотвратить негативные последствия в связи с нарушением законодательства страны пребывания.

Толкование закона так, как его толкует административный истец, фактически означало бы, что любой иностранный гражданин вправе не соблюдать требования национального законодательства о правовом положении иностранных граждан, любое время находиться на территории иностранного государства без получения визы, не опасаясь принятия к нему каких-либо мер воздействия по тому лишь основанию, что в этой стране на законном основании находятся его родственники.

Положения же статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, на которые ссылается административный истец, соответствующих положений не содержал и данную норму административный истец толкует ошибочно.

Европейский Суд по правам человека в Постановлениях от 21 июня 1988 г. по делу «Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов», § 28 и от 24 апреля 1996 г. по делу «Бугханеми (Boughanemi) против Франции», § 41 пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели.

Таким образом, наличие у иностранного гражданина, которому не разрешен въезд в Российскую Федерацию, родственников, являющихся гражданами России, имеющими разрешение на временное проживание, вид на жительство и т.д. не может рассматриваться как безусловное право таких лиц проживать в Российской Федерации; оно не преодолевает законно принятого уполномоченным государственным органом решения о применении мер государственного принуждения в отношении иностранного гражданина, допустившего систематическое нарушения законодательства; не освобождает последнего от необходимости соблюдения законов Российской Федерации и от ответственности за их неисполнение, не свидетельствует о прекращении правовой связи истца с государством его гражданской принадлежности.

На основании изложенного выше суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае доказательств чрезмерного и неоправданного вмешательства Российской Федерации в его личную и семейную жизнь административным истцом не представлено.

Исходя из положений пункта 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными полностью или в части, если признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца, и возлагает на административного ответчика обязанность устранить нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или препятствия к их осуществлению либо препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление.

Принимая во внимание вышеизложенные положения закона и фактические обстоятельства дела, опровергающие доводы административного истца о допущенных должностными лицами нарушениях, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных административных исковых требований.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО4 в удовлетворении заявленных им к Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области и Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Магнитогорску Челябинской области административных исковых требований об отмене решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд города Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: П.Е. Кутырев

Решение суда в окончательной форме изготовлено 17 декабря 2019 г.