Дело №2-4097/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 сентября 2017 года

город Северодвинск

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи БарановаП.М.

при секретаре Снегирёвой И.Ю.,

с участием прокуроров Найды А.В., ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Северодвинского городского суда гражданское дело по иску ФИО2 ФИО11 к войсковой части 63811, федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Северного флота» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст.39 ГПКРФ, к войсковой части 63811, федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Северного флота» (далее – ФКУ«ОСКСеверного флота») о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование указал, что с 06.03.2013 работал в должности стрелка команды военизированной охраны войсковой части 63811. Утром 01.07.2017, которое являлось для него рабочим днем, он устно поставил в известность о своем плохом самочувствии командира отделения команды ВОХР, который отпустил его с работы. В тот же день он обратился за медицинской помощью, ему был выдан листок нетрудоспособности; период нетрудоспособности с 01.07.2017 по 04.07.2017. По окончании периода нетрудоспособности с 05.07.2017 работодателем ему был изменен режим рабочего времени – установлен 8-часовой рабочий день; 10.07.2017 он был вызван в кадровую службу войсковой части 63811, где ему сообщили, что он уволен 07.07.2017 по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п. 6 ч.1 ст.81 ТКРФ, за появление на работе в состоянии опьянения. Считает увольнение незаконным. Просил признать увольнение незаконным, восстановить его на работе, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.

Истец ФИО2, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился. Его представитель Н. в судебном заседании на иске настаивал.

Представители ответчика войсковой части 63811 В.А., К., представитель ответчика ФКУ«ОСКСеверного флота» А. в судебном заседании с иском не согласились.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело при данной явке.

Судом в соответствии со ст. 114 ГПК РФ предлагалось лицам, участвующим в деле, представить в суд все имеющиеся у них доказательства по делу, указывалось на последствия непредставления доказательств, а также разъяснялись положения ст.56 ГПКРФ о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Выслушав представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, допросив свидетелей, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Истец ФИО2 с 06.03.2013 работал стрелком команды военизированной охраны в войсковой части 63811; 07.07.2017 уволен по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ.

Как следует из приказа командира войсковой части 63811 №220 от 06.07.2017, которым к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по указанному основанию, 01.07.2017 ФИО2 прибыл на рабочее место в алкогольном опьянении, вследствие чего был отстранен от несения службы с оружием, после чего ФИО2 убыл и, обратившись в медицинскую организацию, оформил листок нетрудоспособности за период с 01.07.2017 по 04.07.2017, который предъявил работодателю 05.07.2017.

В соответствии с подпунктом «б» п.6 ч. 1 ст.81 ТКРФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации – работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Из материалов дела следует, что 01.07.2017 начальником караула командиром отделения команды военизированной охраны ФИО12., стрелками ФИО13., ФИО14., начальником команды военизированной охраны ФИО15 был составлен акт о том, что 01.07.2017 стрелок ФИО2 прибыл на работу для заступления в караул с оружием в алкогольном опьянении (л.д.38). 

В тот же день 01.07.2017 ФИО2 были написаны две объяснительные командиру войсковой части 63811, в одной из которых он указал, что прибыл на дежурство с остаточным алкогольным опьянением 01.07.2017, т.к. не рассчитал силы организма, потому что не спал трое суток, в другой написал, что прибыл на дежурство в алкогольном опьянении 01.07.2017, т.к. не рассчитал силы организма, из-за того что не спал (л.д.130 – 131).

Начальником команды военизированной охраны ФИО16. истец был отстранен от работы в связи с алкогольным опьянением, о чем была сделана соответствующая запись в постовой ведомости, оружие и боеприпасы ФИО2 01.07.2017 не выдавались.

Начальником команды военизированной охраны ФИО17. 01.07.2017 командиру войсковой части 63811 был подан рапорт о том, что 01.07.2017 стрелок ФИО2 прибыл на смену для заступления в караул в алкогольном опьянении, о чем был составлен акт, у ФИО2 взяты объяснения, к исполнению обязанностей он допущен не был, был отстранен от работы и отправлен домой (л.д.35).

По указанию командира войсковой части 63811 (резолюция от 03.07.2017 на акте – л.д.38) по указанному факту было проведено административное расследование, по результатам которого установлен факт прибытия Ф.С.НБ. 01.07.2017 в 08 часов на рабочее место в состоянии алкогольного опьянения и отстранения его от несения службы с оружием, после чего Ф.С.НВ. убыл в ОООМЦ«Семейный доктор», где оформил листок нетрудоспособности с 01.07.2017 по 04.07.2017, который предъявил работодателю для оплаты 05.07.2017; время приема врача, выдавшего истцу листок нетрудоспособности, 01.07.2017 с 10 часов до 12 часов (л.д. 95, 125 – 127). По результатам административного расследования с учетом имевшегося у Ф.С.НБ. дисциплинарного взыскания было рекомендовано расторгнуть с ним трудовой договор по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ (л.д. 31).

Приказом командира войсковой части 63811 от 05.07.2017 №218 в связи с проведением административного расследования Ф.С.НВ. был отстранен от несения круглосуточного дежурства с оружием на период с 05.07.2017 по 07.07.2017, ему установлен режим работы с 08 часов до 18 часов, перерыв на обед с 13 часов до 15 часов (л.д.39).

Приказом командира войсковой части 63811 №220 от 06.07.2017 истец был уволен, с приказом об увольнении истец был ознакомлен 10.07.2017 (л.д.33) и тот же день ему была выдана трудовая книжка.

В соответствии со ст. 192 ТКРФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81, пунктом 1 статьи 336 или статьей 348.11 настоящего Кодекса, а также пунктом 7, 7.1 или 8 части первой статьи 81 настоящего Кодекса в случаях, когда виновные действия, дающие основания для утраты доверия, либо соответственно аморальный проступок совершены работником по месту работы и в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст.193 ТКРФ. Согласно данной норме трудового законодательства до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Из материалов дела следует, что истец был уволен из войсковой части 63811 за появление на работе 01.07.2017 в состоянии алкогольного опьянения. Таким образом, увольнение истца являлось дисциплинарным взысканием. До издания приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем у истца были затребованы и получены письменные объяснения, в которых истец признал факт появления на работе в состоянии алкогольного опьянения. С приказом от 06.07.2017 о применении дисциплинарного взыскания (увольнении) истец был ознакомлен 10.07.2017 под роспись, при ознакомлении истец указал о несогласии с приказом (л.д.33 оборот).

Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела, представителем истца в судебном заседании не оспаривались.

Таким образом, установленный законом порядок применения дисциплинарного взыскания (ст.193 ТКРФ) при увольнении истца ответчиком был соблюден.

Оспаривая увольнение, Ф.С.НВ. в исковом заявлении утверждает, что утром 01.07.2017 в свой рабочий день он плохо себя чувствовал, о чем устно сообщил командиру отделения команды ВОХР (начальнику караула) Б.В., который отпустил его с работы, после чего он обратился к врачу. Таким образом, истец оспаривает факт появления на работе в состоянии опьянения 01.07.2017.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается истцом, что 01.07.2017 являлось для истца рабочим днем, и он в этот день должен был заступить на службу в составе караула ВОХР.

Представленными доказательствами последовательно подтверждается факт появления истца на работе 01.07.2017 в состоянии алкогольного опьянения.

Так, в дело представлен акт, составленный служащими войсковой части 63811 о том, что Ф.С.НВ. прибыл на работу для заступления в караул в состоянии алкогольного опьянения. Факт отстранения истца от работы в связи с алкогольным опьянением подтверждается записью в постовой ведомости.

Из письменных объяснений истца, адресованных командиру войсковой части 63811, следует, что 01.07.2017 Ф.С.НВ. прибыл на работу в состоянии алкогольного опьянения.

Судом в качестве свидетелей допрошены служащие войсковой части 63811 ФИО18., ФИО19., ФИО20., которые в ходе допроса подтвердили, что Ф.С.НВ. 01.07.2017 явился на работу в состоянии алкогольного опьянения. Так, свидетель ФИО21. показал, что от Ф.С.НБ. исходил сильный запах алкоголя, у него была невнятная речь, качающаяся походка; он предлагал Ф.С.НГ. пройти медицинское освидетельствование, от которого истец отказался (акт об отказе от освидетельствования не составлялся), а также предложил написать объяснения (свидетель подтвердил, что представленные в дело объяснительные Ф.С.НБ. были написаны истцом 01.07.2017 – л.д.130, 131).

Из показаний свидетеля ФИО22. следует, что истец 01.07.2017 прибыл на работу около 07 часов 50 минут, когда Б.В. уже находился в караульном помещении, сказал, что немного нетрезв, и попросил свидетеля поставить его на другой пост. От Ф.С.НБ. исходил сильный запах алкоголя, речь заторможена, он опирался на стол, шатался. После этого Ф.С.НВ. ушел в помещение для отдыха и не вышел на выдачу оружия. ФИО23В. отправил за ним стрелка ФИО24., а потом пошел за ним сам. После этого Ф.С.НВ. вышел, оперся на стену. ФИО25. доложил о происшествии начальнику команды ВОХР ФИО26. У Ф.С.НБ. были получены письменные объяснения (л.д.130, 131), начальником команды ВОХР Ф.С.НГ. предлагалось пройти медицинское освидетельствование, на что Ф.С.НВ. ответил отказом.

Согласно показаниям свидетеля ФИО27 он должен был заступать на дежурство 01.07.2017 в одном карауле с Ф.С.НД. Когда свидетель прибыл в караульное помещение, истец находился в комнате для отдыха. По указанию начальника караула ФИО28. свидетель пошел за Ф.С.НД. в комнату для отдыха, тот спал на кровати. ФИО29. окликнул Ф.С.НБ., но тот не отреагировал, тогда ФИО30. ударил ногой по кровати, после чего Ф.С.НВ. открыл глаза, и свидетель вышел из комнаты для отдыха. Поскольку Ф.С.НВ. не вышел, за ним отправился ФИО31. ФИО32. сообщил суду, что от Ф.С.НБ. в тот день исходил сильный запах алкоголя, у Ф.С.НБ. были получены письменные объяснения и предложено пройти медицинское освидетельствование, от которого Ф.С.НВ. отказался.

Показания данных свидетелей согласуются между собой и с имеющимися в деле письменными доказательствами. Доказательств, опровергающих показания свидетелей, истцом в суд не представлено. Свидетели предупреждены судом об уголовной ответственности по ст.307 УКРФ за дачу заведомо ложных показаний. Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется.

Все допрошенные судом свидетели участвовали в составлении акта от 01.07.2017 о появлении Ф.С.НБ. на работе в состоянии алкогольного опьянения. При этом все свидетели отмечают сильный запах алкоголя, исходивший от истца. Свидетели ФИО33., ФИО34. указывают на неустойчивость позы, шаткость походки и нарушение речи. Свидетель ФИО35. отметил у Ф.С.НБ. сонливость. Таким образом, представителями работодателя у Ф.С.НБ. 01.07.2017 в рабочее время и на рабочем месте были выявлены конкретные признаки алкогольного опьянения, которые в достаточной степени сопоставимы с признаками опьянения, названными в приказе Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.12.2015 №933н.

По смыслу разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», состояние алкогольного опьянения у работника может быть подтверждено любыми средствами доказывания.

При этом для фиксации признаков алкогольного опьянения работника не требуется специальных познаний и медицинского образования у представителя работодателя, поскольку такие требования не предусмотрены законодательством.

Судом установлено, что представители работодателя, составившие акт о появлении Ф.С.НБ. на работе в состоянии опьянения 01.07.2017, непосредственно наблюдали истца в этот день, общались с ним и фиксировали у него конкретные признаки алкогольного опьянения.

Сам истец 01.07.2017 не отрицал, что находился в состоянии алкогольного опьянения, более того он сам указал об этом в собственноручно написанных объяснительных.

Все допрошенные свидетели подтвердили, что истцу 01.07.2017 предлагалось пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, однако истец от освидетельствования отказался.

При этом трудовое законодательство не содержит положений, предусматривающих обязательное направление работодателем работника на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, как условие законности увольнения по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ. Вместе с тем, истец не был лишен возможности самостоятельно обратиться в соответствующую медицинскую организацию для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в порядке, предусмотренном подпунктом 7 п.5 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 18.12.2015 №933н, чтобы доказать отсутствие у него алкогольного опьянения.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что работодателем представлены достаточные доказательства однократного грубого нарушения истцом трудовых обязанностей, а именно появления его на работе 01.07.2017 в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения, что является самостоятельным и достаточным основанием для применения к совершившему его работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения.

Из материалов дела усматривается, что работодателем учитывалось отношение истца к исполнению своих трудовых обязанностей, наличие у него дисциплинарного взыскания.

Кроме того, суд принимает во внимание, что истец являлся работником ведомственной охраны, в связи с чем в отношении него подлежат применению не только нормы трудового законодательства, но и положения Федерального закона от 14.04.1999 №77-ФЗ «О ведомственной охране», а также нормативных правовых актов Министерства обороны Российской Федерации в области организации и деятельности ведомственной охраны.

Специфика деятельности ведомственной охраны (несение службы с оружием) и выполняемых ею задач предполагают повышенные требования к морально-психологическому состоянию и поведению работников ведомственной охраны, соблюдению ими трудовой дисциплины.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, как того требуют ст.192 ТКРФ и п.53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2.

Суд приходит к выводу, что у работодателя имелись основания для применения к Ф.С.НГ. дисциплинарного взыскания в виде увольнения по основанию, предусмотренному подпунктом «б» п.6 ч.1 ст.81 ТКРФ. Порядок применения дисциплинарного взыскания и процедура увольнения работодателем не нарушены.

Факт обращения истца за медицинской помощью 01.07.2017 и выдачи ему листка нетрудоспособности за период с 01.07.2017 по 04.07.2017 о незаконности увольнения не свидетельствует, поскольку не опровергает факт появления истца на рабочем месте в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения.

Представленными доказательствами подтверждается, что истец утром 01.07.2017 прибыл на работу в состоянии опьянения, в связи с чем был отстранен от работы. В медицинское учреждение (ОООМЦ«Семейный доктор») истец обратился уже после того, как допустил появление на работе в состоянии опьянения, то есть совершил грубое нарушение своих трудовых обязанностей. На момент проступка состояние временной нетрудоспособности у истца зафиксировано не было.

То обстоятельство, что истцу был выдан листок нетрудоспособности, само по себе не опровергает факт состояния опьянения у истца 01.07.2017, поскольку Порядок выдачи листков нетрудоспособности, утвержденный приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 29.06.2011 №624н, не предусматривает отказ в выдаче листков нетрудоспособности лицам, обратившимся за медицинской помощью в состоянии опьянения.

Поскольку судом не установлено оснований для признания незаконным увольнения Ф.С.НБ., суд приходит к выводу, что требования истца о восстановлении на работе не подлежат удовлетворению. Соответственно, не подлежат удовлетворению производные требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 194–199 ГПК РФ,

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 ФИО36 к войсковой части 63811, федеральному казенному учреждению «Объединенное стратегическое командование Северного флота» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий

ФИО3