Решение

 в окончательной форме изготовлено 27 августа 2019 года.

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

22 августа 2019 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего: судьи Чумак О.А.,

при секретаре судебного заседания Ишковой Н.Н.,

с участием истца ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании незаконным акта медико-социальной экспертизы, возложении обязанности установить утрату профессиональной трудоспособности,

установил:

ФИО1 обратился в Краснотурьинский городской суд с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Минтруда России) о признании незаконным решения об отказе в увеличении процента утраты профессиональной трудоспособности, обязании установить степень утраты профессиональной трудоспособности в повышенном размере. В обоснование иска указал, что на основании акта медико-социальной экспертизы Бюро № 29 – филиал ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» от 01.02.2017 года ему была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% бессрочно. Установление данного процента утраты профессиональной трудоспособности он считает незаконным и необоснованным, поскольку с момента получения профессионального заболевания он не способен выполнять работу той же квалификации, того же объема и качества, которую выполнял ранее, в связи с чем способность осуществлять профессиональную деятельность следует считать утраченной им полностью. 21.01.2019 он обратился к ответчику с заявлением о повышении степени утраты профессиональной трудоспособности, однако письмом от 29.01.2019 № 1557.29.66/2019 ему было отказано, поскольку оснований для повышения степени утраты профессиональной трудоспособности нет. Истец просит суд признать незаконным решение от 29.01.2019 № 1557.29.66/2019 об отказе в увеличении процента утраты профессиональной трудоспособности, а также возложить на ответчика обязанность установить ему степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 100%.

В судебном заседании истец ФИО1 в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования, просил суд признать незаконным акт медико-социальной экспертизы № 81.29.66/2019 от 24.01.2019, незаконным отказ ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Минтруда России в повышении степени утраты профессиональной трудоспособности, изложенной в письме № 1557.29.66/2019 от 29.01.2019, обязать ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Минтруда России установить ФИО1 100% утраты профессиональной трудоспособности. В обоснование иска указал, что в период работы в ООО «Валенторский медный карьер» в должности подземного проходчика у него было выявлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>. По результатам медико-социальной экспертизы ему было установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности бессрочно. В январе 2019 года он обратился к ответчику с заявлением о повышении степени утраты профессиональной трудоспособности. По результатам медико-социальной экспертизы от 24.01.2019 года оснований для установления ему 100 % степени утраты профессиональной трудоспособности ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Минтруда России не усмотрено. Считает акт медико-социальной экспертизы от 24.01.2019 незаконным, так как при проведении экспертизы ответчиком исследовались общие функции организма, а не профессиональное заболевание. Кроме того, в акте указано о незначительных нарушениях функций организма, в то время как он имеет стойкие нарушения. Учитывая, что с момента получения профессионального заболевания он не может выполнять ту же работу, которую выполнял ранее, его способность осуществлять профессиональную деятельность утрачена полностью. Экспертное заключение по результатам судебной медико-социальной экспертизы не может являться надлежащим доказательством, так как противоречит закону, не является объективным, поскольку выводу сделаны на основании диагноза, который ему не был установлен. Просит суд удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» не явился, будучи извещенным о дате, времени и месте судебного заседания путем направления судебных извещений на адрес электронной почты 06.08.2019 года, 20.08.2019 и размещения информации на официальном сайте Краснотурьинского городского суда.

От представителя ФКУ «Государственное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» Минтруда ФИО2, действующей на основании доверенности от 09.01.2019 года, в адрес суда поступил письменный отзыв, согласно которого ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» исковые требования ФИО1 не признает, считает их незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поскольку в ходе освидетельствования ФИО1 24.01.2019 года экспертами были тщательно изучены все документы, проведен личный осмотр истца, по результатам которого выявлено, что состояние здоровья ФИО1 не изменилось. По результатам освидетельствования эксперты пришли к выводу, что ФИО1 не утратил возможность заниматься профессиональной деятельностью в соответствие с его квалификацией. Размер степени утраты профессиональной трудоспособности, установленный ФИО1, соответствует имеющимся у него последствиям повреждения здоровья в соотношении с Критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности. Поскольку у истца отсутствуют признаки резко выраженного нарушения функций организма и абсолютные противопоказания для выполнения любых видов профессиональной деятельности, он может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней нагрузки, то установление ему 10% утраты профессиональной трудоспособности является обоснованным. Кроме того, согласно заключению судебной медико-социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Пермскому краю» Минтруда России оснований для установления ФИО1 100% степени утраты профессиональной трудоспособности на момент освидетельствования 24.01.2019 не имеется. С учетом изложенного, просит отказать в удовлетворении требований в полном объеме. 

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом определено рассмотреть гражданское дело в отсутствие представителя ответчика. 

Выслушав истца, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 работал в ООО «Валенторский медный карьер» в должности проходчика с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена> (т.1 л.д. 16-17).

Согласно Акту от 

<

дата обезличена> о случае профессионального заболевания ФИО1 поставлен заключительный диагноз: 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 145-146).

В период с 

<

дата обезличена> по 

<

дата обезличена> находился на стационарном лечении в Екатеринбургском медицинском научном центре профилактики и охраны здоровья рабочих промпредприятий Роспотребнадзора, где был признан профнепригодным к работе в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, пониженной температурой воздуха (т.2 л.д. 79).

19.01.2015 года Бюро №29 филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» на основании заявления ФИО1 проведена медико- социальная экспертиза очно для установления степени утраты профессиональной трудоспособности и разработки индивидуальной программы реабилитации, по результатам которой установлены незначительные нарушения функций организма и 10 % утраты профессиональной трудоспособности (т. 2 л.д. 63-72).

Согласно справке серии МСЭ-2012 № 0016154 от 19.01.2015 истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на период с 19.01.2015 по 01.02.2016 (т. 2 л.д. 53).

19.01.2016 Бюро №29 филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» на основании заявления ФИО1 проведена повторная очная медико- социальная экспертиза для определения степени утраты профессиональной трудоспособности и разработки программы реабилитации пострадавшего, по результатам которой установлено 10 % утраты профессиональной трудоспособности на год (т. 2 л.д. 41-51).

Согласно справке серии МСЭ-2011 № 0056357 от 19.01.2016 ФИО1 была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на период с 01.02.2016 по 01.02.2017 (т. 2 л.д. 29).

В октябре 2016 года ФИО1 был обследован в консультативно-поликлиническом отделении ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора, где установлен основной диагноз - 

<

данные изъяты> противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими нагрузками на верхние конечности, пониженной температурой воздуха, что подтверждается справкой № 55354 от 07.10.2016 ( т. 2 л.д.115).

24.01.2017 года в отношении ФИО1 Бюро №29 филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» проведена повторная очная медико-социальная экспертиза для определения степени утраты профессиональной трудоспособности и разработки программы реабилитации пострадавшего, по результатам которой установлены незначительные нарушения функций организма человека (10-30%), степень утраты профессиональной трудоспособности определена в размере 10% бессрочно (т. 2 л.д. 14-27). 

Согласно справке серии МСЭ-2006 № 0555106 от 24.01.2017 истцу была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на период с 01.02.2017 по бессрочно (т. 2 л.д. 3).

Не согласившись с установленной ему степенью утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 %, ФИО1 обратился в Краснотурьинский городской суд. 

Решением Краснотурьинского городского суда от 28.12.2017 года, вступившим в законную силу, исковые требования ФИО1 к ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации об оспаривании акта медико-социальной экспертизы от 24.01.2017 и возложении обязанности установить утрату профессиональной трудоспособности оставлены без удовлетворения (т. 1 л.д. 148-151). 

30.01.2018 в отношении ФИО1 Бюро №29 филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» на основании его заявления проведена повторная очная медико-социальная экспертиза для разработки программы реабилитации пострадавшего, по результатам которой выявлены незначительные нарушения (10%) функций организма человека ( т.1 л.д. 233-243).

27.11.2018 года ФИО1 проходил обследование в консультативно-поликлиническом отделении ФБУН ЕМНЦ ПОЗРПП Роспотребнадзора, где установлен основной диагноз - 

<

данные изъяты>, что подтверждается справкой № 55354 от 27.11.2018 (т. 2 л.д. 222).

24.01.2019 ФИО1 обратился Бюро №29 филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» с заявлением о проведении медико-социальной экспертизы для установления утраты профессиональной трудоспособности (т. 1 л.д. 218).

По результатам проведения медико-социальной экспертизы, оформленной Актом медико-социальной экспертизы от 24.01.2019, принято решение об установлении степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 %, оснований для повышения степени утраты профессиональной трудоспособности не усмотрено, поскольку выявлены незначительные нарушения (10%) функции организма человека (т. 1 л.д. 205-216).

29.01.2019 года ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Минтруда России в ответе № 1557.29.66 на обращение сообщило ФИО1 об отсутствии оснований для повышения степени утраты профессиональной трудоспособности (т. 1 л.д. 23-24).

Не согласившись с данным решением медико-социальной экспертизы гражданина, ФИО1 обратился в суд.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" под профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества; под степенью утраты профессиональной трудоспособности понимается выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

Согласно абз. 2 п. а 3 ст. 11 указанного Федерального закона, степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.

Реализуя предоставленные законодателем полномочия, Правительство Российской Федерации утвердило Постановлением N 789 Правила установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, согласно п. 2 которых степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Постановлением Минтруда России от 18.07.2001 N 56 утверждены Временные критерии определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, согласно которым степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных, специально созданных производственных или иных условиях; выражается в процентах и устанавливается в пределах от 10 до 100 процентов (п. 1).

Согласно п. 5 указанного Постановления при определении степени утраты профессиональной трудоспособности необходимо учитывать профессиональный фактор, в частности, способность пострадавшего после несчастного случая на производстве или возникновения профессионального заболевания выполнять работу в полном объеме по своей прежней профессии (до несчастного случая или профессионального заболевания) в обычных или специально созданных производственных или иных условиях труда.

Пунктами 27, 28 поименованных Временных критериев установлено, что при определении степени утраты профессиональной трудоспособности учитывается выраженность нарушений функций организма пострадавшего, приводящих к ограничению способности к трудовой деятельности, и других категорий жизнедеятельности.

В случаях, когда пострадавший может в обычных производственных условиях выполнять профессиональный труд с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка пострадавшего, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде, устанавливается от 10 до 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности.

При этом степень утраты профессиональной трудоспособности пострадавшим, имеющим незначительные нарушения функций организма вследствие производственных травм или профессиональных заболеваний, определяется в зависимости от уровня снижения квалификации, объема производственной деятельности или категории тяжести труда.

Так, 10 процентов утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в случае если пострадавший может выполнять работу по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 часть прежней загрузки.

В соответствии с п. 20 Временных критериев полная утрата профессиональной трудоспособности в размере 100% устанавливается в случае, если у пострадавшего наступила полная утрата профессиональной трудоспособности вследствие резко выраженного нарушения функций организма при наличии абсолютных противопоказаний для выполнения любых видов профессиональной деятельности, даже в специально созданных условиях.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, если при рассмотрении дел данной категории истец ссылается на необоснованность заключения медико-социальной экспертизы, суду следует проверить соблюдение процедуры проведения данной экспертизы, предусмотренной Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года N 789, а в случае необходимости и выводы, содержащиеся в этом заключении. Названные Правила определяют порядок установления учреждениями медико-социальной экспертизы степени утраты профессиональной трудоспособности лицами, получившими повреждение здоровья в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. При этом степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в соответствии с Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утвержденными Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 18 июля 2001 года N 56.

В случае несогласия истца с определенной ему степенью утраты профессиональной трудоспособности суд в соответствии со статьей 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом положений Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 17 ноября 2009 года N 906н "Об утверждении Порядка организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы" вправе назначить медико-социальную экспертизу.

Процедура проведения медико-социальной экспертизы 24.01.2019 года в отношении ФИО1, предусмотренная Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2000 года N 789, учреждением МСЭ была соблюдена. Выводы, содержащиеся в акте медико-социальной экспертизы, соответствуют данным Правилам и поименованным выше Временным критериям.

Указывая на незаконность акта медико-социальной экспертизы от 24.01.2019 года, истец выражает несогласие с установленной ему степенью утраты профессиональной трудоспособности в размере 10 %. 

Для проверки доводов истца о незаконности и необоснованности оспариваемого им акта медико-социальной экспертизы и о наступлении у него утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 % определением Краснотурьинского городского суда от 22 мая 2019 года была назначена медико-социальная экспертиза, проведение которой было поручено ФКУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Пермскому краю» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (л.д. 169-171).

Согласно заключению экспертов от 16.07.2019 применить п. 20 Критериев (100 % утрата профессиональной трудоспособности) к ФИО1 не представляется возможным, поскольку применение этого пункта требует наличия у гражданина значительного нарушения функций организма, а по результатам обследований на момент проведения медико-социальной экспертизы 24.01.2019 года имеющиеся у ФИО1 нарушения сенсорных функций организма являются незначительными. Данные нарушения функций организма ФИО1 не приводят к полной утрате способности к профессиональной деятельности, в том числе в специальных или иных условиях труда. Оснований для установления ФИО1 на момент освидетельствования 24.01.2019 степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 % не имелось (л.д. 183-185).

В силу положений ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которое она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам (ст. 79 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы (ч. 2 ст. 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В соответствии с положениями ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Заключение экспертов от 16.07.2019 № 13-07/2019 в полном объеме отвечает требованиям ст. ст. 55, 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела и медицинских документов, сделанные в результате их выводы и обоснованный ответ на поставленный вопрос.

Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела. Отвечающих требованиям главы 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Сылка истца на то, что экспертами не правомерно был изменен диагноз истцу, являются несостоятельными. В распоряжение экспертов были предоставлены материалы гражданского дела, включая документы освидетельствования истца, на основании исследования которых эксперты дали им оценку в соответствии с требованиями действующего законодательства об определении утраты трудоспособности, что нашло отражение в экспертном заключении.

Доводы истца о необоснованности заключения судебной медико-социальной экспертизы сводятся к субъективной оценке истцом своего состояния здоровья. Само по себе несогласие истца с выводами экспертов и принятым ими решением, основанное на субъективной оценке, не является достаточным основанием для непринятия заключения судебной медико-социальной экспертизы в качестве доказательства по делу.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что необходимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о незаконности принятых решений, не имеется, как и не имеется оснований установления ФИО1 100% утраты профессиональной трудоспособности.

Довод истца о невозможности осуществления трудовой деятельности в качестве проходчика, сам по себе не дает основания для установления истцу 100% утраты профессиональной трудоспособности, поскольку утрата способности трудиться на прежнем рабочем месте не является безусловным основанием для признания пострадавшего во всех случаях полностью нетрудоспособным с установлением 100% утраты профессиональной трудоспособности, если у пострадавшего сохраняется способность трудится с использованием своих профессиональных навыков.

Установление 100% утраты профессиональной трудоспособности предусмотрено только в случаях, когда в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания при значительно выраженных нарушениях функций организма у пострадавшего наступила полная утрата способности к профессиональной деятельности, в том числе в специально созданных производственных или иных условиях труда (п. 20 Временных критериев). Вместе с тем, у ФИО1 выявлены незначительные нарушения функции организма.

Истец, оспаривая размер процента утраты им профессиональной трудоспособности, установленный ответчиком, ссылаясь на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в пункте 19 Постановления N 2 от 10.03.2011 г. № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", полагает, что он вследствие профессионального заболевания лишен возможности работать, в связи с чем полностью утратил способность к профессиональной деятельности в указанной должности.

Пленум Верховного Суда РФ в указанном пункте постановления N 2 от 10.03.2011 разъяснил, что степень утраты профессиональной трудоспособности должна определяться в зависимости от способности пострадавшего осуществлять не любую профессиональную деятельность, а только ту профессиональную деятельность, которую он фактически осуществлял до наступления страхового случая по трудовому договору. Если застрахованный не способен полностью выполнять работу определенной квалификации, объема и качества, то его способность осуществлять профессиональную деятельность следует считать утраченной полностью.

Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ касаются порядка определения степени утраты профессиональной трудоспособности, понятия способности осуществления профессиональной деятельности.

Основания же и совокупность необходимых условий для установления степени утраты профессиональной трудоспособности установлены "Правилами установления степени утраты профессиональной трудоспособности", утвержденными постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 № 789 и "Временными критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", утвержденными постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 18.07.2001 N 56.

Названные нормы предписывают при определении степени утраты трудоспособности во всех случаях учитывать выраженность нарушений функций организма.

Так, пунктом 14 Правил степень в размере 100% утраты профессиональной трудоспособности устанавливается, в случае, если у пострадавшего наступила полная утрата профессиональной трудоспособности вследствие резко выраженного нарушения функций организма при наличии абсолютных противопоказаний для выполнения любых видов профессиональной деятельности.

В силу пункта 17 Правил в случае если пострадавший может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов.

Вместе с тем, надлежащих доказательств наличия заболеваний, дающих основание для установления ему 100 % степени утраты профессиональной трудоспособности, истец суду не представил.

Исходя из совокупности факторов, необходимых для установления степени утраты трудоспособности, оспариваемое решение органа медико-социальной экспертизы принято ответчиком в соответствии с Правилами и действующими нормами Временных критериев. Обстоятельств, которые могли бы явиться основанием для признания оспариваемого решения медико-социальной не соответствующим требованиям действующего законодательства, регулирующего вопросы проведения медико-социальных экспертиз и порядка установления степени утраты профессиональной трудоспособности, не имеется.

При указанных обстоятельствах ввиду отсутствия объективных данных, ставящих под сомнение принятое ответчиком решение, отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФКУ «ГБ МСЭ по СО» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации об оспаривании акта медико-социальной экспертизы и возложении обязанности установить утрату профессиональной трудоспособности в размере 100%.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194, 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации о признании незаконным акта медико-социальной экспертизы, возложении обязанности установить утрату профессиональной трудоспособности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме путем подачи жалобы через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Председательствующий: судья (подпись) О.А.Чумак