Дело № 2-54/2024

УИД 74RS0030-01-2023-003279-29

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«30» января 2024 года гор. Магнитогорск

Правобережный районный суд гор. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Г.В.,

с участием помощника прокурора Правобережного района гор. Магнитогорска ФИО1,

при секретаре Ивановой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3, ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее по тексту - ИП) о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, ссылаясь на то, что 30 мая 2022 года, около 19 часов 37 минут, ФИО4, управляя технически исправным транспортным средством марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером №, следуя по проезжей части 

<

адрес>, имеющей по одной полосе для движения в каждом направлении, от 

<

адрес>, со скоростью 80 км/час., создающей реальную угрозу безопасности движения и не обеспечивающей возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, в районе участка № СНТ «

<

данные изъяты>», не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, приступил к выполнению небезопасного маневра обгона автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером № и не установленного автомобиля «

<

данные изъяты>», двигаясь, при этом, за следующим впереди него и приступившим к маневру обгона автомобилем «

<

данные изъяты>», водителем автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером №. После возвращения транспортного средства «

<

данные изъяты>» (завершившего маневр обгона автомобиля «

<

данные изъяты>») на ранее занимаемую полосу движения, ФИО4, при обнаружении опасности для своего движения - в виде автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером № под управлением ФИО2, следовавшего по своей полосе, во встречном направлении, с целью избежать столкновения, применил маневр влево и передней частью кузова своего автомобиля выехал на левую, по ходу своего движения обочину, создав помеху и опасность для движения транспортному средству под управлением ФИО2, который в этот момент, желая избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО4, стал смещаться вправо по ходу своего движения), лишив последнего технической возможности избежать с ним столкновения. Своими действиями, ФИО4, нарушил требования пунктов 1.5; 8.1, 10.1; 10.2, 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения, причинил ФИО2, по неосторожности, повреждения - закрытые переломы передних отрезков IV - VII ребер справа, IV и V ребер слева с нарушением целости каркаса грудной клетки; закрытый перелом правого надколенника; гематому в области правого коленного сустава; ссадину в лобной области, причинившие тяжкий вред здоровью. Постановлением Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 14 марта 2023 года, уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации прекращено, в связи с примирением сторон. На момент совершения дорожно-транспортного происшествия, ФИО4 состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО3, что следует из трудового договора от 05 октября 2021 года. В результате произошедшего, автомобиль марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером №, принадлежащий истцу на праве собственности, получил механические повреждения. СПАО «Ингосстрах», признав случай страховым, выплатило в пользу истца страховое возмещение в размере 400 000 рублей. Согласно экспертному заключению №17.07.23 от 17 июля 2023 года, составленному ИП П.Н.А., вышеуказанное транспортное средство восстановлению не подлежит, экспертом определена полная конструктивная гибель автомобиля. Рыночная стоимость транспортного средства в неповрежденном состоянии на дату оценки, составила 1 824 000 рублей, стоимость годных остатков - 441 231 рубль, величина причиненного ущерба - 1 382 768 рублей 57 копеек. Учитывая, что СПАО «Ингосстрах» осуществило выплату страхового возмещения в пределах лимита ответственности, истец ФИО2 просит взыскать с ответчика ИП ФИО3 в свою пользу, в счет возмещения причиненного ущерба - 982 768 рублей 57 копеек (1 382 768 рублей 57 копеек (величина причиненного ущерба) - (минус) 441 231 рубль (стоимость годных остатков) - (минус) 400 000 рублей (страховая выплата). Кроме того, истец просит отнести за счет ответчика расходы по оплате услуг оценщика в размере 15 000 рублей, стоимость услуг телеграфа в размере 269 рублей; в порядке возмещения расходы по оплате государственной пошлины в размере 13027 рублей 69 копеек. В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия, истцу ФИО2 был причинен тяжкий вред здоровью, истец испытал физические и нравственные страдания, которые он оценивает в размере 300 000 рублей и просит взыскать искомую сумму с ИП ФИО3, в обоснование, ссылаясь на то, что с момента ДТП, истец продолжительное время находился на амбулаторном и стационарном лечении, функция опорно-двигательного аппарата до настоящего времени не восстановилась, в связи с чем, ФИО2 из-за болевых ощущений не может долго стоять и ходить, вынужден пользоваться обезбаливающими препаратами, нарушен сон, истец не может с прежней уверенностью управлять автомобилем, вспоминая события произошедшего ДТП. 

Определениями Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 13 октября 2023 года, от 20 ноября 2023 года, от 12 декабря 2023 года, к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4, в качестве третьих лиц - СПАО «Ингосстрах», Индивидуальный предприниматель ФИО5, Акционерное общество «ВТБ Лизинг».

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия терял сознание, был доставлен в медицинское учреждение каретой скорой помощи, длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, перенес две операции - по стягиванию коленной чашечки, в июле 2023 года - по удалению проволочного шва из коленного сустава. В течение двух месяцев и 07 дней передвигался с помощью костылей, был ограничен в самообслуживании, уход за ним осуществляла супруга. Из-за болей в грудной клетке - страдал бессонницей, испытывал головные боли, принимал обезбаливающие препараты. До настоящего времени истцу не доступны прежние физические нагрузки, полностью не восстановилась функция опорно-двигательного аппарата, сохраняется хромота, не может поднимать тяжести, долго стоять, ходить.

Представитель истца ФИО6, действующий на основании доверенности от 10 декабря 2022 года, в судебном заседании доводы своего доверителя поддержал, просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО3 о дне и времени рассмотрения дела извещен, в судебное заседание не явился.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО7, действующая на основании доверенности от 03 августа 2023 года, в судебном заседании пояснила, что ее доверитель исковые требования не признает в полном объеме, ссылаясь на то, что 30 мая 2022 года, в водителю ФИО4 был выдан путевой лист не на маршрут, а на ремонт. 30 мая 2022 года, в 16 часов 27 минут, ФИО4 прошел послерейдовый медицинский осмотр. В момент совершения дорожно-транспортного происшествия, ФИО4 не выполнял трудовые обязанности, а использовал автомобиль марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером № в личных целях, следовал не по маршруту №, а совсем по другой трассе.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями согласился. Пояснил о том, что 30 мая 2022 года, в утреннее время, он получил путевой лист, совершил один маршрут по линии №, отработал в течение двух часов, после чего, вернулся домой, поскольку заболела супруга. На ремонт он не ездил, так как транспортное средство находилось в исправном состоянии. Выручку от трудовой деятельности за 30 мая 2022 года сдал кассиру Л., которой всегда и сдают денежные средства. 30 мая 2022 года был допущен к управлению автомобилем марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером № для исполнения трудовых обязанностей. В этот день послерейсовый осмотр не проходил, путевой лист, в момент произошедшего ДТП, у него находился в машине. У ИП ФИО3 сложилась такая практика, что при допуске к исполнению трудовых обязанностей, выходе на маршрут, можно работать не полный день, но выручку необходимо сдать в размере 3 500 рублей. По окончании работы на линии, по устной договоренности с работодателем, автобус не отправляется в парк, а хранится по месту жительства водителя.

Представители третьих лиц - СПАО «Ингосстрах», Акционерного общества «ВТБ Лизинг» при надлежащем извещении, участия в рассмотрении дела не принимали.

Третье лицо - Индивидуальный предприниматель ФИО5 о дне и времени рассмотрения дела извещен, в судебное заседание не явился. При участии ранее в судебном заседании, с заявленными требованиями не согласился, указав о том, что ответственность за причиненный ущерб должна быть возложена на виновное в ДТП - лицо (водителя). Он (ФИО5) является собственником автомобиля марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным номером № по договору лизинга. Между ним и ИП ФИО3 был заключен договор субаренды в отношении вышеуказанного транспортного средства, с согласия АО «ВТБ Лизинг». В настоящее время автобус списан в утиль.

Заслушав истца ФИО2, его представителя ФИО6, представителя ответчика ФИО7, заключение помощника прокурора района, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Из требований статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности нескольких условий: факт причинения вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

В связи с этим, факт наличия или отсутствия вины водителей в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела. Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено, что 30 мая 2022 года, около 19 часов 37 минут, ФИО4, управляя автомобилем «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, следовал по проезжей части 

<

адрес>, имеющей по одной полосе для движения в каждом направлении, от 

<

адрес> со скоростью около 80 км/час. В районе участка № СНТ «

<

данные изъяты>» ФИО4, не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, совершил обгон автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный знак № и неустановленного автомобиля марки «

<

данные изъяты>», двигаясь при этом, за следующим впереди него и приступившим к маневру обгона вышеуказанного автомобиля «

<

данные изъяты>» - автомобилем «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак №. После возвращения автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком № (завершившего маневр обгона неустановленного автомобиля «

<

данные изъяты>») на ранее занимаемую полосу движения, ФИО4 при обнаружении опасности для своего движения - в виде автомобиля марки «

<

данные изъяты>)» с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2, следовавшего по своей полосе, во встречном ему направлении, применил маневр влево, передней частью кузова своего автомобиля выехал на левую по ходу своего движения обочину, создав помеху и опасность для движения автомобилю под управлением ФИО8, который в этот момент, желая избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО4, стал смещаться вправо по ходу своего движения, лишив последнего технической возможности избежать с ним столкновения. В результате дорожно-транспортного происшествия, транспортные средства получили механические повреждения, ФИО2 причинен - тяжкий вред здоровью.

Постановлением Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 14 марта 2023 года, ходатайство потерпевшего ФИО2 о прекращении уголовного дела в отношении ФИО4, в связи с примирением сторон, было удовлетворено. Уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено, в связи с примирением сторон.

Вышеуказанным постановлением установлено, что ФИО4 своими действиями нарушил требования пунктов 1.5; 8.1, 10.1; 10.2, 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения РФ, введенных в действие с 01 июля 1994 года, согласно которым, «участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда» (п.1.5); «… при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения» (п. 8.1); «водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Cкорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства» (п. 10.1); «В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/час» (п. 10.2); «прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения» (п.11.1); «водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: …транспортное средство, движущееся впереди производит обгон или объезд препятствия; … по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу» (11.2), а также причинил ФИО2 тяжкий вред здоровью.

Согласно ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором, участвуют те же лица.

Из карточек учета автомобилей, представленных МРЭО УМВД России по гор. Магнитогорску следует, что собственником автомобиля марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, является ФИО5 (лизингополучатель), собственником автомобиля «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком № - ФИО2

Из договора лизинга за № от 25 февраля 2021 года, заключенного между АО «ВТБ Лизинг» и ИП ФИО5, следует, что последний обязался приобрести в собственность автомобиль марки «

<

данные изъяты>».

Материалами дела также установлено, что 12 мая 2021 между ИП ФИО5 (арендатор) и ФИО3 (субарендатор) заключен договор субаренды в отношении транспортного средства «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №.

Вышеуказанный договор субаренды был заключен с согласия - АО «ВТБ Лизинг».

В соответствии с лицензией за № от 18 апреля 2019 года, выданной Министерством транспорта Российской Федерации Федеральной службой по надзору в сфере транспорта следует, что она выдана ИП ФИО3 на осуществление деятельности по коммерческим перевозкам пассажиров и иных лиц автобусами для собственных нужд.

Согласно выписки из реестра лицензий, транспортное средство модели «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, включено в реестр лицензии за № от 18 апреля 2019 года.

05 октября 2021 года между ИП ФИО3 (работодатель) и ФИО4 был заключен трудовой договор в соответствии с которым, последний принят на работу к ИП ФИО3 на должность «водитель автомобиля» на период времени с 05 октября 2021 года по 05 октября 2022 года, со скользящим графиком работы, с сохранением месячной нормы рабочего времени. За выполнение обязанностей, предусмотренных трудовым договором, предусмотрена заработная плата в размере 7355 рублей 40 копеек в месяц, которая состоит из должностного оклада в размере 6396 рублей и районного коэффициента в размере 15% (п.п.11, 13 трудового договора).

01 июня 2022 года ФИО4 обратился к ИП ФИО3 с заявлением об увольнении, по собственному желанию.

Приказом от 02 июня 2022 года за №, трудовой договор с ФИО4 был расторгнут по инициативе работника, по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Возражая относительно заявленных требований, представитель ИП ФИО3, ссылается на то, что в день случившегося, путевой лист на имя ФИО4 выдавался не на маршрут №, а на ремонт транспортного средства. Путевой лист был закрыт 30 мая 2022 года в 16 часов 27 минут. В момент ДТП, автомобиль марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, использовался ФИО4 в личных целях, в связи с чем, ответственность за причиненный ущерб и вред здоровью должен нести водитель ФИО4

Из материалов дела следует, что 30 мая 2022 года, в 07 часов 32 минуты, ФИО4 был выдан путевой лист, с маршрутом движения «на ремонт, 

<

адрес> (

<

данные изъяты>)». В путевом листе имеется отметка: «30 мая 2022 года, в 07 часов 37 минут, прошел предрейсовый медицинский осмотр, к исполнению трудовых обязанностей допущен». Также из путевого листа следует, что 30 мая 2022 года, в 16 часов 27 минут, ФИО4 прошел послерейдовый медицинский осмотр.

Из пояснений ФИО4 установлено, что он был трудоустроен у ИП ФИО3 30 мая 2022 года, в утреннее время, ему был выдан путевой лист на маршрут №, на котором он отработал в течение двух часов, совершив один маршрут по линии, после чего, вернулся домой, так как заболела супруга. В этот день на ремонт не ездил, так как транспортное средство марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, находилось в исправном состоянии, послерейсовый медицинский осмотр не проходил. После окончания работы, автомобиль всегда парковал по месту своего жительства, по устной договоренности с работодателем.

Согласно пункту 1 статьи 1079 указанного кодекса юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и. т.п.).

Из приведенных положений закона следует, что ответственным за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, является юридическое лицо или гражданин, владеющий источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании.

Передача технического управления транспортным средством не является безусловным основанием для вывода о переходе законного владения либо о том, что транспортное средство выбыло из владения его собственника.

Вопрос о наличии или отсутствии перехода законного владения разрешается судом в каждом случае на основании исследования и оценки совокупности доказательств.

При этом в силу положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказать факт перехода законного владения к другому лицу лежит на собственнике источника повышенной опасности.

Кроме того, в силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

По смыслу ст.1079 Гражданского кодекса РФ, под противоправным завладением понимается изъятие объекта из владения собственника или иного законного владельца помимо его воли.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенноготрудового договора (служебного контракта).

В соответствии с абзацем 3 п.19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" на лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью, в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь, при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив вышеприведенные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что ответственность за причиненный работником ИП ФИО3 - ФИО4 ущерб, должна быть возложена на ИП ФИО3, как на работодателя, несущего такую ответственность за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей, и как на владельца источника повышенной опасности.

Работодатель может быть освобожден от ответственности за вред, причиненный его работником при использовании принадлежащего ему, работодателю, транспортного средства только в том случае, когда будет установлен факт противоправного завладения работником данным транспортным средством. Однако, доказательств противоправного завладения ФИО4 транспортным средством ответчиком не представлено. 30 мая 2022 года ФИО4 получил доступ к автомобилю работодателя в связи с исполнением трудовых обязанностей, то есть действовал по заданию работодателя и под его контролем. Водитель ФИО4 к дисциплинарной ответственности за нарушение трудовой дисциплины не привлекался. Соответственно на ИП ФИО3, как на работодателя, возлагалась обязанность обеспечить должный учет и контроль за использованием транспортного средства марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком C316BE774.

Доводы ответчика о том, что водитель при совершении дорожно-транспортного происшествия управлял автомобилем на территории, на которую не распространялась его трудовая функция, не могут быть приняты во внимание. Владельцем автомобиля марки «

<

данные изъяты>» с государственным регистрационным знаком №, как источника повышенной опасности, является ИП ФИО3 на основании договора субаренды от 12 мая 2021 года, во владение водителю автомобиль не передавался, а лишь находился в его пользовании. Кроме того, сам факт отклонения, при управлении автомобилем от маршрутов, определенных трудовой функцией, не означает, что работник перестал действовать под контролем работодателя.

Согласно ст.ст. 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На момент дорожно-транспортного происшествия, гражданская ответственность ФИО3 была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (полис №, сроком действия с 02 марта 2023 года по 01 марта 2024 года).

24 апреля 2023 года ФИО2 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения.

На основании акта от 16 мая 2023 года, финансовой организацией, дорожно-транспортное происшествие, имевшее место 30 мая 2022 года, было признано страховым случаем, и по заявленному событию принято решение о выплате страхового возмещения в размере 400 000 рублей.

16 мая 2023 года СПАО «Ингосстрах» выплатило в пользу ФИО2 - 400 000 рублей страхового возмещения, что следует из платежного поручения за №.

Обязательства страховщика перед истцом в рамках лимита его ответственности в размере 400 000 рублей по Федеральному закону «Об ОСАГО», исполнены в полном объеме.

Истец, реализуя свое конституционное право на возмещение причиненного ущерба в полном объеме (ст. ст. 46, 52 Конституции РФ), обратился к независимому оценщику с целью определения фактического размера причиненных ему в дорожно-транспортном происшествии убытков.

Как следует из экспертного заключения за №ДД.ММ.ГГГГ от 17 июля 2023 года, составленного ИП П.Н.А., на основании проведенных исследований, установлена полная конструктивная гибель автомобиля марки «

<

данные изъяты>)» с государственным регистрационным номером № от ДТП, имевшего место 30 мая 2022 года. Рыночная стоимость транспортного средства в неповрежденном состоянии на дату оценки, составила 1 824 000 рублей, стоимость годных остатков - 441 231 рубль, величина причиненного ущерба - 1 382 768 рублей 57 копеек.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от 29.07.1998 года №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», итоговым документом, составленным по результатам определения стоимости объекта оценки независимо от вида определенной стоимости, является отчет оценщика объекта оценки.

Отчет не должен допускать неоднозначное толкование или вводить в заблуждение. В отчете в обязательном порядке указываются дата проведения оценки объекта оценки, используемые стандарты оценки, цели и задачи проведения оценки, а также иные сведения, необходимые для полного и недвусмысленного толкования результатов проведения оценки объекта оценки, отраженных в отчете.

Проанализировав содержание заключения ИП П.Н.А. от 17 июля 2023 года, суд считает возможным принять указанное доказательство в качестве допустимого, поскольку заключение является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные выводы имеют однозначное толкование.

Эксперт-оценщик П.Н.А. имеет соответствующее образование, опыт и стаж работы по специальности, заключение дано в пределах его специальных познаний.

Суд учитывает, что в соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на стороны возлагается обязанность доказывания обстоятельств, на которые они ссылаются.

При этом, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, ИП ФИО3 не заявлял, каких-либо допустимых и достаточных доказательств об иной стоимости ущерба, не представил.

Статья 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, то есть ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

При предъявлении требований о возмещении убытков, истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Как указал в Постановлении от 10 марта 2017 года №6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Б. и других", Конституционный суд РФ, положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями; соответственно, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

Положения Гражданского кодекса Российской Федерации о полном возмещении причиненного вреда (ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), равно как принцип восстановления нарушенного права (ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) не позволяют требовать от потерпевшего приобретения для целей восстановления своего права изношенных материалов.

Поскольку по делу установлено и сторонами не оспорено, что финансовой организацией страховое возмещение произведено лишь в сумме 400 000 рублей, то с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 подлежит взысканию ущерб в размере 982 768 рублей 57 копеек (1 382 768 рублей 57 копеек (величина причиненного ущерба) - (минус) 441 231 рубль (стоимость годных остатков) - (минус) 400 000 рублей (выплаченная страховая сумма).

Разрешая требования истца ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Из заключения эксперта за № от 02 ноября 2022 года, проведенного ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» Магнитогорское межрайонное отделение следует, что у ФИО2 имели место: закрытые переломы передних отрезков IV - VII ребер справа, IV и V ребер слева с нарушением целости каркаса грудной клетки; закрытый перелом правого надколенника; гематома в области правого коленного сустава; ссадина в лобной области. Данные повреждения могли образоваться от минимум одного воздействия (удар, соударение) твердого тупого предмета (предметов) в каждую из указанных анатомических областей, в совокупности являются опасными для жизни человека повреждениями (непосредственно создают угрозу для жизни человека), что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью (п. 6.11.1 Медицинских критериев, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года №194н, Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 года № 522).

Оценив заключение эксперта за № от 02 ноября 2022 года, проведенного ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» Магнитогорское межрайонное отделение, в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами, суд признает его достаточным для установления степени причиненного вреда истцу ФИО2 и определения в связи с этим, размера компенсации морального вреда. 

Из представленной медицинской карты № стационарного больного ФИО2 следует, что в связи с полученными от ДТП травмами, он был госпитализирован в АНО ЦКМСЧ, где истцу был наложен гипсовый полутутор на правую нижнюю конечность, 07 июня 2022 года прооперирован - осуществлен остеосинтез надколенника проволокой, в послеоперационном периоде проходил симтоматическое лечение (антибиотикотерапия, перевязки), в период времени с 30 мая 2022 года по 14 июня 2022 года, ФИО2 находился на стационарном лечении, до 11 августа 2022 года - на амбулаторном лечении. 

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и.т.п.). 

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В данном случае, ФИО2, являясь водителем транспортного средства марки «Киа JF (Оптима)» с государственным регистрационным номером 

<

***> от ДТП, пострадал от взаимодействия источников повышенной опасности.

В силу вышеназванных правовых норм, суд приходит к выводу о возникновении у истца, в связи с причинением ему в результате ДТП вреда здоровью, права требовать компенсацию морального вреда с ответчика ИП ФИО3

В силу п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе, перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Обосновывая исковые требования, ФИО2 указывает на то, что в результате полученных повреждений, ему был наложен гипсовый полутутор на правую нижнюю конечность, он перенес две операции, в мае 2022 года - остиосинтез фиксации перелома надколенника проволочным швом для сопоставления отломков; впоследствии, в июле 2023 года, - операцию по удалению проволочного шва. В период времени с 30 мая 2022 года по 14 июня 2022 года находился на стационарном лечении, был ограничен в движениях, до 11 августа 2022 года проходил амбулаторное лечение, был выписан к труду - с 12 августа 2022 года. Истец испытывал и продолжает испытывать физическую боль - головные боли, страдает бессонницей, вспоминая обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия, ограничен в обычном образе жизни, поскольку функция опорно-двигательного аппарата полностью не восстановилась, сохраняется хромота правой ноги, он не переносит прежних физических нагрузок, что негативно сказывается на его работе.

В силу ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Истец ФИО2, как в момент причинения ему телесных повреждений, так и после, в процессе лечения, испытывал физическую боль, нравственные переживания за свою жизнь и здоровье, в связи с чем, его доводы о полученных физических и нравственных страданиях заслуживают доверия.

Учитывая наступившие для истца последствия, руководствуясь принципом разумности и справедливости, названным в пункте 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, который является критерием для определения судом размера компенсации морального вреда, принимая во внимание характер причиненных ФИО2 телесных повреждений, тяжесть причиненного вреда здоровью, относящегося к категории тяжких, их локализацию, а также то,что в момент причинения травмы, ФИО2 испытал физическую боль, в связи с причинением переломов семи ребер, с нарушением целости каркаса грудной клетки; перелома правого надколенника; терял сознание в связи с болями; не мог должным образом ухаживать за собой; учитывая, что в течение 02 месяцев и 07 дней передвигался с помощью костылей; переживал последствия в виде двух оперативных вмешательств на травмированной правой ноге; длительно находился на стационарном и амбулаторном лечении (с 30 мая 2022 года по 11 августа 2022 года); до настоящего времени ФИО2 испытывает болевые ощущения и дискомфорт - в виде периодических головных болей и болей в грудной клетке, учитывая изменение привычного образа жизни истца - невозможность выполнения прежних физических нагрузок, поскольку полностью не восстановилась функция опорно-двигательного аппарата, вследствие чего, ФИО2 не может долго стоять, ходить, сохраняется хромота в правой ноге, из-за длительных переживаний у ФИО2 ухудшился сон, он продолжает испытывать чувство страха, вспоминая события произошедшего, учитывая возраст истца - на момент получения травмы (47 лет), суд приходит к выводу о взыскании с ИП ФИО3 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей.

Оснований для взыскания ущерба, компенсации морального вреда с ответчика ФИО4, - не имеется.

Согласно ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся: суммы, подлежащие выплатам экспертам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой, состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

За составление экспертного заключения по оценке стоимости причиненного ущерба, истцом ФИО2 понесены расходы в размере 15 000 рублей, что подтверждается чеком от 18 июля 2023 года.

Данные расходы понесены истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, их несение необходимо для реализации истцом права на обращение в суд, в связи с чем, согласно разъяснениям в абз. 2 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2016 года №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", они признаются судебными издержками, которые в силу ч.1 ст.88Гражданского процессуального кодекса РФ, относятся к судебным расходам.

Поскольку требования истца удовлетворены судом в полном объеме, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ИП ФИО3 в пользу истца ФИО2 расходов на составление независимой экспертизы в размере 15 000 рублей.

Также при подаче иска ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере 13 027 рублей 69 копеек, по чек-ордеру от 11 сентября 2023 года. Поскольку исковые требования истца к ИП ФИО3 удовлетворены в полном объеме, то с ИП ФИО3 в пользу ФИО9 подлежит взысканию государственная пошлина в размере 13 027 рублей 69 копеек.

Кроме того, истцом понесены расходы по оплате услуг телеграфа в размере 269 рублей, подтвержденные кассовым чеком от 29 июня 2023 года, по отправке ответчику телеграммы для определения стоимости ущерба, которые также в соответствии со.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат взысканию с ИП ФИО3 в пользу истца ФИО9

Руководствуясь ст.ст. 194-198Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, -

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2, - удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3 (паспорт: №) в пользу ФИО2 (паспорт: №) ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 982 768 рублей 57 копеек, в порядке компенсации морального вреда - 300 000 рублей, расходы по оплате услуг независимого оценщика в размере 15 000 рублей, расходы по оплате услуг телеграфа в размере 269 рублей, в порядке возмещения расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 027 рублей 69 копеек.

В исковых требованиях ФИО2 к ФИО4 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий -

Мотивированное решение составлено 12 февраля 2024 года.