Дело №2-456/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 февраля 2018 года г. Красноярск

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Глебовой А.Н.

при секретаре Волчек Ю.М.

с участием представителя истца ФИО1- ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании сделки недействительной. 

Требования мотивированы тем, что 19.03.2014г. между истцом и ответчиком был заключен договор займа на сумму 220 000 руб., сроком до 30.04.2014г. в связи с невозвратом ответчиком суммы займа ФИО1 обратился в суд с иском и одновременно с ходатайством о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество ФИО3 Определением Свердловского районного суда г.Красноярска от 08.09.2014г. было вынесено определение о наложении ареста в пределах суммы исковых требований – 365 288,81 руб. на любое имущество, принадлежащее на праве собственности ФИО3 17.11.2014г. Свердловским районным судом было вынесено заочное решение об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме, которое определением суда от 17.02.2015г. было отменено. 14.04.2015г. судом принято решение о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 259 488,81 руб. Однако, несмотря на наложение ареста на имущество ответчика, ответчик на основании договора дарения подарил свою квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> свой супруге – ФИО3, которая с 01.12.2014г. является собственником указанной квартиры. Таким образом, ответчик, пренебрегая нормами действующего законодательства, совершил сделку дарения и передал принадлежащее ему имущество, с целью уклонения от погашения долгов. Считает, что договор дарения является недействительной сделкой на основании ст.166 ГК РФ, т.к. для истца наступили неблагоприятные последствия.

В связи с этим, истец просит признать сделку договора дарения от 01.12.2014г. между ФИО3 и его супругой ФИО4 на недвижимое жилое имущество по адресу: 

<

адрес> недействительной.

Определением Свердловского районного суда г.Красноярска от 07.11.2017г. к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО4

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, доверил представление своих интересов своему представителю ФИО2 (доверенность от 25.07.2017г.), который в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить, суду пояснил, что договор дарения спорной квартиры является мнимой сделкой на основании ст.170 ГК РФ, фактически переход права собственности не был осуществлен, оба ответчика как проживали в спорной квартире до сделки, так и после нее остались там вместе проживать, данная сделка была произведена с целью избежать уплаты долгов ФИО1; судебным приставом арест на спорную квартиру не был наложен.

Ответчики ФИО3, ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме, просили отказать в их удовлетворении. ФИО3 суду пояснил, что в настоящее время он проживает по 

<

адрес>, брак с ФИО4 расторгнут, фактически с 2016г. он перестал проживать в спорной квартире по адресу: 

<

адрес>, квартиру он подарил супруге в 2014г., т.к. собирался уходить из семьи, спорную квартиру решил оставить бывшей супруге и детям. 

ФИО4 суду пояснила, что договор дарения квартиры от 19.03.2014г. не является мнимой сделкой, у них двое детей и ответчики приняли решение, что квартира по 

<

адрес> останется ФИО4 с детьми, а ФИО3 останется комната по 

<

адрес>, в которой он проживает уже на протяжении двух лет. Супружеские отношения между ними прекращены.

Третье лицо Управление Росреестра по Красноярскому краю о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, его представитель в судебное заседание не явился, о причинах неявки суду не сообщил. 

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам. 

В силу требований ст. 9 ГК РФ, граждане осуществляют принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению.

Согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Согласно ч. 4 ст. 574 ГК РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Так, согласно ч. 1 ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенных положений данной нормы, мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны (или сторона) не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Мнимость сделки вызвана расхождением воли и волеизъявления, объектом мнимой сделки являются правоотношения, которых стороны стремятся избежать, целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей.

В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как установлено в судебном заседании, на основании договора купли-продажи квартиры от 10.11.1995г. ответчик ФИО3 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

25.11.2014г. ФИО3, реализуя свои права собственника указанного жилого помещения, произвел дарение данного имущества ФИО4, являющейся на тот момент его супругой (л.д.24), что подтверждается договором дарения от 25.11.2014г. 

Обращаясь в суд с данным иском, ФИО1 просит признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, от 01.12.2014г., заключенный между ФИО3 и ФИО4 

Вместе с тем, в материалах дела отсутствует договор дарения от 01.12.2014г., заключенный между ФИО3 и ФИО4, который истец просит признать недействительным. 

Если исходить из того, что истец просит признать недействительным договор дарения от 25.11.2014г., заключенный между сторонами, на основании ст.170 ГК РФ, как мнимый, совершенный лишь для вида, с целью избежать возврата долга истцу, то указанные обстоятельства также не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

Так из материалов дела усматривается, что договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, от 25.11.2014г., заключенный между ФИО3 и ФИО4, на следующий день после его заключения – 26.11.2014г. был сдан в Управление Росреестра по Красноярскому краю для произведения государственной регистрации. 01.12.2014г. произведена государственная регистрация права собственности ФИО4 на спорную квартиру (л.д.18-20).

Доводы истца о том, что на момент заключения договора дарения ФИО3 являлся должником по исполнительному производству перед ФИО1, не влекут признание сделки недействительной и не свидетельствуют о ее мнимости. 

01.09.2014г. ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании задолженности (л.д.7-8), определением Свердловского районного суда г.Красноярска от 08.09.2014г. был наложен арест на любое имущество, принадлежащее на праве собственности ФИО3, в пределах суммы исковых требований – 365 288,81 руб. (л.д.10).

17.11.2014г. Свердловским районным судом было вынесено заочное решение об удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме (л.д.11-12), которое определением суда от 17.02.2015г. было отменено (л.д.13). 14.04.2015г. судом принято решение о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 259 488,81 руб. (л.д.14-16).

Согласно положениям частей 1 и 3 статьи 140, а также части 1 статьи 142 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации мерами обеспечения иска является, в частности, наложение ареста на имущество, принадлежащее ответчику. Меры по обеспечению иска должны быть соразмерны заявленному истцом требованию. Определение суда об обеспечении иска приводится в исполнение немедленно в порядке, установленном для исполнения судебных постановлений.

В соответствии с положениями частей 3 и 4 статьи 80 Федерального закона Российской Федерации от 02 октября 2007 года N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» арест на имущество должника налагается судебным приставом-исполнителем, в том числе при исполнении судебного акта о наложении ареста на имущество. Арест имущества включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости - ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).

По смыслу приведенных выше норм процессуального права, запрет распоряжаться имуществом является одним из видов ограничения прав должника при аресте его имущества.

В отсутствие указаний в определении суда об аресте имущества на состав имущества, на которое налагается арест, на вид и объем ограничений прав должника они определяются судебным приставом-исполнителем исходя из конкретных обстоятельств в соответствии с требованиями закона и с соблюдением положений о соразмерности мер обеспечения.

Согласно положениям статьи 1, а также части 1 статьи 4 Федерального закона Российской Федерации от 21.07.1997 года N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в редакции действующей на момент возникновения спорных правоотношений) наличие установленных уполномоченными органами запрещений, стесняющих правообладателя при осуществлении права собственности либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества (ареста имущества и других), является ограничением (обременением) прав на недвижимое имущество, подлежащим регистрации в порядке, установленном этим Законом.

В соответствии с частью 4 статьи 19 вышеуказанного Закона наличие ареста или запрета совершать определенные действия с объектом недвижимого имущества является основанием для приостановления государственной регистрации прав до снятия ареста или запрета.

На момент государственной регистрации оспариваемого договора дарения регистрирующий орган не располагал сведениями о запрете на отчуждение спорного имущества, поскольку ограничения (обременение) прав в отношении спорного имущества в указанный период времени в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество отсутствовали, определением суда арест на конкретные объекты недвижимости не был наложен, сведений о наложении ареста на спорную квартиру судебным приставом-исполнителем в материалах дела также не содержится. Из пояснений стороны истца следует, что действия судебного пристава-исполнителя по неналожению ареста на принадлежащую должнику ФИО3 квартиру по адресу: 

<

адрес> рамках исполнительного производства возбужденного по определению суда от 08.09.2014г. о принятии обеспечительных мер, ФИО1 не оспаривались.

Доводы истца о том, что договор дарения квартиры от 25.11.2014 г. заключен без намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия, т.к. он фактически не был исполнен, поскольку одаряемый и даритель как до совершения сделки, так и после ее совершения продолжили проживать в спорной квартире, суд не может признать основанием для признания договора дарения мнимым, поскольку допустимых доказательств, подтверждающих данный факт, стороной истца суду не представлено. 

Из пояснений ответчиков, данных в судебном заседании, следует, что в 2014г. ими было принято решение о прекращении брачных отношений, квартиру по адресу: 

<

адрес> было решено оставить супруге с детьми, а вторую квартиру по 

<

адрес> – супругу. ФИО4 с момента совершения и по настоящее время проживает в спорной квартире. Каких-либо доказательств, опровергающих доводы ответчиков в указанной части, стороной истца представлено не было.

При этом ФИО3 как собственник имущества, в отношении которого какие-либо обеспечительные меры отсутствовали, свободного от прав третьих лиц, в соответствии с положениями ст. 209 ГК РФ обладал правом на отчуждение такого имущества в соответствии со своим волеизъявлением. То обстоятельство, что ФИО3 проживал в спорной квартире некоторое время по договоренности с ФИО4, не свидетельствует о мнимости сделки дарения, поскольку после приобретения права собственности на жилое помещение по договору дарения новый собственник вправе предоставить его в пользование любому гражданину, в том числе, бывшему собственнику (ч. 2 ст. 30 ЖК РФ).

Само по себе наличие родственных отношений между участниками оспариваемой истцом сделки ее недействительности не влекут, каких-либо препятствий или ограничений для совершения дарения между близкими родственниками (супругами) действующее законодательство не содержит.

Таким образом, судом установлено, что стороны договора дарения исполнили свои обязательства в полном объеме, даритель без всяких условий, по собственной воле и безвозмездно передал одаряемому в собственность недвижимое имущество, новый собственник обозначил себя в качестве титульного владельца имущества, зарегистрировав право собственности в органе регистрации. Претензий относительно исполнения договора стороны друг к другу не имеют.

При этом суд учитывает, что оспариваемая сделка была заключена до вступления в законную силу заочного решения суда от 17.11.2014 (по иску ФИО1). Наличие долгового обязательства из заключенного с ФИО1 договора займа на дату заключения сделки само по себе о мнимости сделки свидетельствовать не может, поскольку наличие у гражданина неисполненных обязательств не лишает его права распоряжения принадлежащим ему имуществом.

Анализируя вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что мнимости сделки при совершении оспариваемого договора судом не установлено, переход права собственности по договору дарения на недвижимое имущество был зарегистрирован в установленном законом порядке; обязательства по договору с учетом вышеизложенного исполнены сторонами, доказательств обратного стороной истца суду не представлено.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст.67 ГПК РФ, суд не усматривает достаточных оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований, поскольку судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что при подписании спорного договора дарения квартиры ответчики не преследовали целей создания соответствующих сделке правовых последствий в виде перехода права собственности на имущество по договору дарения, совершали ее лишь для вида.

Кроме того, в силу положений ст.45 Семейного кодекса РФ, ФИО1, как кредитор ФИО3, не лишен возможности при недостаточности имущества должника в установленном порядке требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы ФИО3 при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения недействительным - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 12.02.2018г.

Председательствующий подпись

Копия верна

Судья А.Н. Глебова