Дело № 2-2- 50/2024

УИД 32RS0005-02-2024-000038-65 Председательствующий - судья Кузьбарь Е.И.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 №33-61/2026

(№ 33-3079/2025 )

13 января 2026 года гор. Брянск

Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего судей при секретаре

Мариной Ж.В.Денисюка О.Н., Морозовой Е.В.ФИО2

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ответчиков Министерства финансов Российской Федерации и Министерства внутренних дел Российской Федерации на решение Выгоничского районного суда Брянской области от 25 декабря 2024 года по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального Казначейства Российской Федерации по Московской области, Управлению Федерального казначейства по Брянской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации, МУ МВД России «Мытищинское», УМВД России по городскому округу Химки Московской области о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Заслушав доклад судьи Морозовой Е.В., объяснения представителя Министерства финансов РФ – ФИО4, представителя истца- ФИО8, прокурора отдела- ФИО10, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в порядке реабилитации, с учетом уточнения, в размере 3 441 907 рублей, ссылаясь на прекращение уголовного преследования по предъявленному ему обвинению в совершении трех преступлений по ч.3 ст.159 УК РФ постановлением Мытищинского городского суда Московской области от 22.12.2022. В результате незаконного уголовного преследования претерпел нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием, незаконным возбуждением уголовного дела, содержанием под стражей, находился в состоянии стресса, у него развилась депрессия, бессонница, стал посещать психотерапевта, родственники и друзья отвернулись от истца, перестали с ним общаться.

Решением Выгоничского районного суда Брянской области от 25 декабря 2024 года иск удовлетворен частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда в размере 800 000 руб.

В остальной части иска отказано.

В апелляционных жалобах представитель Министерства финансов Российской Федерации - ФИО5, представитель МВД России – ФИО6 выражают несогласие с решением суда в части размера компенсации морального вреда, полагая его завышенным, не отвечающим требованиям разумности и справедливости, определенным без учета фактических обстоятельств дела и индивидуальных особенностей истца.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор района просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель Министерства финансов РФ – ФИО7 доводы апелляционной жалобы поддержал, представитель истца ФИО1 - ФИО9 по доводам жалоб возражал.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились.

В соответствии с ч. 1 ст. 327, ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционных жалоб в порядке ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражения, заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании части 1 статьи 133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу пункта 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 22.09.2021 СУ УМВД России по г.о. Химки возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ.

30.11.2021 ФИО3 задержан в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ, 01.12.2021 ему предъявлено обвинение по ч.3 ст.159 УК РФ, постановлением Химкинского городского суда Московской области от 02.12.2021 ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок содержания под стражей неоднократно продлевался.

10.03.2022 в отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.173.2 УК РФ.

10.03.2022 уголовное дело № соединено в одно производство с тремя уголовными дела, каждое в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, основному делу присвоен №№.

Постановлением Мытищинского городского суда Московской области от 22.12.2022 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО3 по предъявленному обвинению в совершении трех преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.159 УК РФ в связи с его непричастностью, в соответствии с п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ.

За ФИО3 признано право на реабилитацию.

Приговором Мытищинского городского суда Московской области от 22.12.2022 ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.173.2 УК РФ с назначением наказания в виде исправительных работ сроком на 1 год с удержанием 10 % из заработной платы в доход государства.

В срок наказания ФИО3 зачтено время содержания его под стражей с 30.11.2021 до 22.12.2022 из расчета в соответствии с ч.3 ст.72 УК РФ - один день содержания под стражей за три дня исправительных работ.

ФИО3 освобожден из-под стражи в зале судебного заседания в связи с фактическим отбытием наказания, мера пресечения в виде заключения под стражу отменена.

Разрешая иск, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.133 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, ст.ст.150,151, 1069-1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из доказанного факта незаконного уголовного преследования истца, в связи с чем, посчитал требования истца основанными на законе, определив ко взысканию в его пользу компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

Проверяя законность оспариваемого судебного акта по доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Право на компенсацию морального вреда по предусмотренному пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации основанию приобретают лица, незаконно или необоснованно подвергнутые уголовному преследованию (статья 133 УПК РФ).

Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» ( далее постановление Пленума ВС РФ №33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 30 постановления Пленума ВС РФ №33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Как следует из разъяснений, данных в постановлении Пленума ВС РФ №33 моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п. 1 ст. 1070 и абз. 3 ст. 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (п. 38).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда (п. п. 42, 43 постановления Пленума ВС РФ №33).

Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения.

В судебном акте должны быть приведены мотивы, обосновывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемой заявителю, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, при этом оценка таких обстоятельств не может быть формальной.

Исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

При определении размера компенсации морального вреда основным критерием оценки обстоятельств дела является индивидуальность: личности и ее эмоциональных страданий, дискомфорта, связанного с ограничением прав на свободу передвижения, меры процессуального принуждения.

Судебная коллегия находит, что определяя размер компенсации в результате незаконного уголовного преследования в сумме 800 000 рублей, суд формально перечислил ряд обстоятельств общего характера, не соотнес незаконные действия с тяжестью причиненных истцу в результате таких действий физических и нравственных страданий, размер присужденной компенсации морального вреда не был индивидуализирован применительно к личности истца и обстоятельствам его уголовного преследования.

Как следует из материалов дела, ФИО3 находился под стражей с 30.11.2021 по 22.12.2022 ( 1 год 23 дней), и поскольку нахождение его под стражей зачтено в наказание, назначенное ему по приговору суда от 22.12.2022 (1 день содержания под стражей за 3 дня исправительных работ), незаконно содержался под стражей 266 дней; допросы и следственные действия велись, в том числе, в рамках уголовного дела, соединённого с делом, по которому ФИО3 осужден по ст.173.2 ч.1 УК РФ.

Как следует из приговора, и приобщенных к делу в порядке ст.327.1 ГПК РФ, представленных по запросу суда апелляционной инстанции, сведений ИБД-Ф, Управления ЗАГСа, ОСФР по Брянской области, ФНС: ФИО3 до его задержания и заключения под стражу был разведен, не трудоустроен, на иждивении какие- либо лица отсутствовали, был осужден дважды: в 1997 году к наказанию в виде лишения свободы условно ( ст.158 ч.2 п.п. «а,в,г» УК РФ – кража), в 2014 году к наказанию в виде лишения свободы ( ч.3 ст.30 -228.1 ч.3 п. «б» УК РФ – покушение на сбыт наркотических средств) - отбыл наказание 21.06.2019; 26.07.2020 – привлекался к административной ответственности по ст. 20.6.1 КоАП РФ.

Судебная коллегия находит не нашедшими своего подтверждения доводы стороны истца о том, что незаконное уголовное преследование привело к ухудшению состояния здоровья истца.

Как следует из постановлений суда о заключении под стражу ( продлении), копии медицинской карты, и приобщенных к делу в порядке ст.327.1 ГПК РФ сведений из ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Московской области, ГБУЗ «Брянская межрайоная больница», в период содержания и продления срока содержания под стражей отсутствовали медицинские противопоказания по Перечню тяжких заболеваний, поступил в СИЗО без жалоб, в период содержания под стражей осмотрен, жалоб не предъявлял, данных за активный туберкулез не выявлено, обращался за медицинской помощью по поводу псориаза (хронического заболевания); в больницу по месту жительства после освобождения за медицинской помощью ФИО3 не обращался.

Предоставленное стороной истца в суд апелляционной инстанции медицинское заключение ГАУЗ «Брянский клинико- диагностический центр», приобщённое к делу в порядке ст.327.1 ГПК РФ не подтверждает ухудшение состояния здоровья, вызванного незаконным уголовным преследованием, поскольку содержит сведения о состоянии здоровья и диагнозах истца на 27.03.2025 ( спустя более двух лет после освобождения), исходя из данных диагнозов, и с учетом данных медкарты, врачом- фтизиатром истец был взят на учет в 2012 году ( задолго до заключения под стажу), при этом, при осмотре фтизиатром в СИЗО на 05.10.2022 ( за 2,5 месяца до освобождения из под стражи) данных за активный туберкулез не выявлено, а после освобождения за медицинской помощью ФИО3 не обращался.

Утверждение стороны истца о систематическом посещении после освобождения врача психотерапевта по поводу депрессии и бессонницы, вызванными незаконными уголовным преследованием, медицинскими документами не подтверждено, между тем, как судом апелляционной инстанции стороне истца было предложено представить такие доказательства. В суде апелляционной инстанции представителем истца пояснено о посещении психотерапевта частной практики, документы об этом не представлены.

Истцом заявлено, что незаконное уголовное преследование также негативно отразилось на семейных связях истца, родственники отвернулись, их отношение к нему резко ухудшилось, что вызвало дополнительные переживания.

При выяснении указанного обстоятельства в суде апелляционной инстанции установлено, что до задержания ФИО3 был разведен, имел совершеннолетнего сына, с ними не проживал. Сторона истца в суде не смогла пояснить местожительства сына истца, иных близких родственников, с которыми истец общался. Истец был задержан на территории г.Москвы, как пояснено представителем истца в суде, там он находился для заработка. Как следует из постановлений суда на территории г.Москва и Московской области истец постоянного или временного местожительства не имел.

В связи с указанным не установлен факт, как потери семейных связей именно по причине незаконного уголовного преследования, и негативного последствия в виде ограничения общения с близкими родственниками, или возможного ограничения в свиданиях с родственниками ввиду территориальной отдаленности их проживания от места содержания.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда при установленном факте незаконного уголовного преследования истца и признания за ним права на реабилитацию, исследовав дополнительно представленные в материалы дела доказательства, принимая во внимание тяжесть вмененных в вину трех преступлений, проведение по ним допросов, следственных действий, период необоснованного уголовного преследования, период незаконного нахождения истца под стражей, личность истца - возраст, семейное положение ( разведен), не трудоустроен ( в настоящее время является получателем социальной пенсии), ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности, отбывал наказание в виде лишения свободы, степень и характер нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, отсутствие негативных последствий для истца, связанных с незаконным уголовным преследованием в виде ухудшения состояния здоровья, и в виде ограничения общения с семей, то обстоятельство, что вследствие уголовного преследования и применения мер уголовного принуждения истец был лишен привычного образа жизни, утратил возможность реализовать свои конституционные права, включая право на свободу и личную неприкосновенность, право на свободу передвижения и выбор места жительства, принимая во внимания требования разумности и справедливости, находит, что при вышеприведённых обстоятельствах, размер компенсации морального вреда подлежит снижению до 400 000 руб., поскольку именно данный размер компенсации соответствует степени и характеру нравственных страданий, а также принципам разумности и справедливости, и позволяет обеспечить баланс сторон.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выгоничского районного суда Брянской области от 25 декабря 2024 года - изменить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 400 000 рублей.

Кассационная жалоба может быть подана в Первый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со для изготовления апелляционного определения в окончательной форме.

Председательствующий Марина Ж.В.

Судьи Денисюк О.Н.

Морозова Е.В.

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 января 2026 года.