Дело № 2-169/17

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 августа 2017 года пос.Ракитное Белгородской области

Ракитянский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Пестенко Л.В.,

при секретаре Шевцовой В.В.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения,

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО3 на праве общей долевой собственности, по ? доле, принадлежала двухкомнатная квартира общей площадью 40,1 кв.м., расположенная в 

<

адрес>. 27.11.2012г. ФИО1 по договору дарения подарила принадлежавшую ей долю в квартире своей дочери ФИО2. Переход права собственности зарегистрирован в ЕГРП.

Дело инициировано иском ФИО1. Она просит признать недействительным договор дарения от 27.11.2012г.. Применить последствия недействительности сделки и возвратить стороны в первоначальное положение. Прекратить право собственности ФИО2 на ? долю в праве на указанную квартиру и исключить из ЕГРП запись о государственной регистрации права собственности ФИО2 на это имущество. Возвратить ей в собственность ? долю квартиры. Сославшись на заключение сделки под влиянием заблуждения относительно природы сделки. ФИО2 ввела её в заблуждение, предложив подарить ей долю квартиры и обещав осуществлять постоянный уход за ней. Вместо этого дочь стала её обижать и выгонять из квартиры. Говоря, что отправит её в психбольницу и в квартире она никто. ФИО2 воспользовалась её престарелым возрастом, плохим состоянием здоровья и юридической безграмотностью. Теперь ФИО2 пытается от неё избавиться и она осталась и без обещанного ухода и без своего жилого помещения.

В судебном заседании истец поддержала исковые требования. Подтвердив, что при заключении сделки она находилась под влиянием заблуждения и не понимала суть и природу сделки. Она считала, что будет иметь право постоянно проживать в своей квартире, а дочь будет осуществлять за ней надлежащий уход. Она практически не видит одним глазом после микроинсульта и отслоения сетчатки глаза, поэтому не могла прочитать договор, а подписала его по просьбе дочери. 

Ответчик ФИО2 иск не признала. Пояснив, что в заблуждение истицу не вводила. Договор был заключен по инициативе истицы во избежание последующих споров за наследство с сестрой ФИО3. Она действительно обещала осуществлять за матерью уход, когда она будет в нем нуждаться. На этих условиях мать подарила ей долю в квартире. Пока мать в уходе не нуждается. С апреля 2017г. она вместе с малолетним сыном переехала жить в квартиру к матери и с мая 2017г. у них начались скандалы. Мать не хотела переходить в меньшую комнату и не позволяла ей занести мебель, вещи в квартиру, поэтому она была вынуждена вынести старую мебель матери на улицу и перенести её вещи в меньшую комнату. Она не выгоняет мать из квартиры и не запрещает ей пользоваться плитой. У матери есть в собственности дом в с.Вязовое Краснояружского района. Просит в иске отказать.

Третье лицо ФИО3 иск считает обоснованным. Пояснив, что она является собственником ? доли указанной квартиры в порядке наследования после смерти отца. В квартире она не проживает. Матери также принадлежала ? доля. О том, что мать подарила свою долю дочери от первого брака, ей стало известно спустя 2 года. Мать пояснила, что сделала это по просьбе ответчицы, которая будет за ней ухаживать. После смерти отца у матери был микроинсульт и отслоение сетчатки левого глаза, которым она практически не видит. Пока мать и сестра проживали раздельно, у них были нормальные отношения. С апреля 2017г. сестра переехала в квартиру к матери и у них начались скандалы. Ответчица без согласия матери переселила её в меньшую комнату, выбросила на улицу мебель и вещи, не позволяет ей пользоваться холодильником, готовить пищу. Она вынуждена по выходным привозить матери еду. Ответчица вместо ухода создала матери невыносимые условия для проживания. Пролагает, что мать при подписании договора заблуждалась относительно существа сделки. 

Суд, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, признает исковые требования обоснованными.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что двухкомнатная квартира, расположенная по указанному адресу принадлежала на праве общей долевой собственности истице и её супругу ФИО1, умершему 08.11.2011г. (л.д.34). Ответчица является дочерью истицы от первого брака, а ФИО3 –дочерью истицы и ФИО1.

ФИО3 приобрела в собственность ? долю указанной квартиры на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 19.05.2012г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д.37).

27.11.2012г. истица по договору дарения передает в дар ответчице принадлежавшую ей ? долю в праве собственности на указанную квартиру (л.д.28). 

Договор дарения и переход права собственности от истца к ответчице зарегистрированы в ЕГРП 06.12.2012 г., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, материалами дела правоустанавливающих документов (л.д.45,25-32), поэтому в силу положений п.2 ст.223 ГК РФ у ответчицы с 06.12.2012 г. возникло право собственности на ? долю в праве на квартиру.

Копией паспорта, справкой с места жительства подтверждается, что истица ДД.ММ.ГГГГ года рождения, она постоянно проживает и зарегистрирована в указанной квартире с 31.05.1976г.. Ответчица вместе с малолетним сыном ФИО4 зарегистрирована в квартире с 07.02.2017г. (л.д.4,50), а как установлено судом фактически проживает с апреля 2017г., что подтвердили стороны в судебном заседании. 

Требования о недействительности договора дарения истец основывает на положениях закона о совершение сделки под влиянием заблуждения (ст.178 ГК РФ). 

В соответствии с п.1 ст.178 ГК РФ в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу вышеприведенной правовой нормы сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Доводы истицы о том, что договор дарения совершен ею под влиянием заблуждения, нашли подтверждение в суде.

В судебном заседании установлено, что после заключения договора дарения истица не передала, а ответчица не принимала в дар спорное жилое помещение, поскольку вплоть до апреля-мая 2017г. все расходы по содержанию недвижимого имущества несла истица. Ответчица лишь за май 2017г. передала истице деньги для оплаты содержания жилья и коммунальных платежей, что подтверждается распиской истицы (л.д.49). 

Лицевые счета на оплату содержания жилья, коммунальных услуг и после заключения договора дарения были оформлены на имя истицы, что подтверждается квитанций на оплату коммунальных платежей за июль 2017г. (л.д.48) и не оспаривается ответчицей.

Как пояснила ответчица лишь в мае 2017г. она обратилась в Управляющую компанию ЖКХ относительно открытия отдельного лицевого счета на её имя, но для этого необходимо заявление второго собственника жилого помещения ФИО3, с которой у неё также сложились неприязненные отношения. 

Учитывая изложенное суд считает, что не несение ответчицей с момента заключения договора дарения и до апреля-мая 2017г. бремени содержания подаренного ей имущества и содержание этого имущества истицей, которая также продолжала владеть и пользоваться им по своему усмотрению, свидетельствует о не передаче дарителем одаряемой имущества, что позволяло истице продолжать считать себя собственником ? доли квартиры.

Истица указала, что заключая договор, она полагала, что он дает ей право на пожизненное содержание со стороны дочери и право на бессрочное проживание в квартире. Она не читала договор, так как у неё слабое зрение, она практически не видит левым глазом ввиду отслоения сетчатки и она доверяла дочери.

Наличие слабого зрения и указанных заболеваний у истицы подтвердила в судебном заседании третье лицо ФИО3 и не оспаривает ответчица.

Из медицинских документов следует, что истица состоит на «Д» учете в Ракитянской ЦРБ по поводу: гипертонической болезни 2 ст. с поражением сосудов сердца и головного мозга, тромбоз ЦВС, посттромболическая ретинопамия левого глаза (л.д.51,52,56-57).

Кроме того, ответчица подтвердила в судебном заседании, что условием заключения договора дарения являлось пожизненное содержание истицы, от которого она не отказывается.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что истица не имела волеизъявление на передачу спорного имущества в дар, так как даритель не передал имущество, а одаряемый его не принял, что само по себе указывает на то, что стороны по сделке не имели намерения ее исполнить и подтверждает утверждения истицы о намерении заключения договора пожизненного содержания, и подписании договора дарения под влиянием заблуждения.

Истица указала, что о нарушении права на спорное имущество она узнала в мае 2017 года, с того момента, когда ответчица въехала в квартиру и стала обижать её, выгонять из квартиры, выбросила её вещи и мебель, не только не осуществляет уход за ней, а не позволяет ей готовить пищу, грозит выгнать из квартиры. 

Наличие указанных обстоятельств подтверждается в судебном заседании третьим лицом ФИО3.

Участковые уполномоченные полиции ФИО5, ФИО6 подтвердили в судебном заседании наличие конфликтных отношений между сторонами и наличие жалоб истицы на ответчицу относительно того, что она выгоняет её из квартиры, переселила её в меньшую комнату.

ФИО6 также пояснил, что к нему обращалась истица с жалобой на ответчицу, что та выбросила на улицу её вещи и мебель и выгоняет её из дома. Он видел два шкафа на улице. Во время беседы с ответчицей она показала документы на квартиру и он предложил разрешить спор в судебном порядке.

Допрошенный по ходатайству ответчика свидетель ФИО7 показал, что ответчица являлась его гражданской женой. У них общий сын. В 2012г. они проживали совместно. Со слов ответчицы ему было известно, что её мать предложила оформить на неё договор дарения части квартиры. Он предлагал ответчице отказаться, но она согласилась. Подробности заключения договора дарения ему неизвестны. С истицей у них сложились неприязненные отношения. После того как они расстались с ответчицей, она переехала жить к матери. В мае 2017г. он вместе со своим зятем он перевозил ответчице вещи в квартиру. Её мать выражалась нецензурной бранью, ругалась и не позволяла занести вещи в квартиру. Он оставил их на улице и уехал.

Показания указанных свидетелей суд признает допустимыми доказательствами. Объективность показаний свидетелей у суда не вызывает сомнений, поскольку они последовательные, подтверждаются совокупностью иных доказательств и соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам дела. У свидетелей ФИО5 и ФИО6 не имеется оснований давать показания в пользу истицы. Они дали показания относительно обстоятельств, ставших им известным при исполнении служебных обязанностей.

Показания свидетеля ФИО8 в части того, что инициатором сделки была истица, даны им со слов ответчицы. Обстоятельства заключения договора дарения ему неизвестны. Наличие конфликта и неприязненных отношений между сторонами ими не оспариваются.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что договор дарения совершен истицей под влиянием заблуждения истицы относительно условий и правовых последствий заключенного договора, имеет существенное значение и привело к иному результату, чем тот, наступления которого она желала.

Истица в силу возраста, состояния здоровья, отсутствия иного жилья нуждалась в сохранении права пользования принадлежавшим ей на праве собственности жилым помещением. Возникшие неприязненные отношения с дочерью, не проявление ею заботы и внимания к матери исключают ее добровольное намерение отказаться при жизни от права собственности на спорное имущество в пользу ответчицы.

Таким образом, суд считает доказанным, что при заключении договора дарения волеизъявление истицы не соответствовало ее действительной воле, она не имела намерения лишиться права собственности на спорную недвижимость, а хотела распорядиться недвижимостью с условием пожизненного содержания со сто-роны дочери. В данном случае заблуждение истицы относительно сути договора имело существенное значение.

Предположение о том, что истица при отсутствии другого жилья добровольно отказалась от спорного жилого помещения без получения взамен встречного удовлетворения либо иной выгоды, противоречит здравому смыслу.

То обстоятельство, что договор дарения был зарегистрирован в регистрационной службе, не свидетельствует об отсутствии заблуждения истицы относительно природы сделки при ее заключении.

Доводы ответчицы о том, что истица имеет в собственности другое жилое помещение – дом в с.Вязовое Краснояружского района, несостоятельны.

Как пояснила истица, указанный дом является непригодным для проживания, принят ею в наследство после смерти родителей. В нем 17 лет никто не проживает, отсутствует свет, газ. 

Эти утверждения истицы подтвердила третье лицо ФИО3 и не оспаривает ответчица. 

Доводы ответчицы о том, что истица в момент заключения сделки понимала природу сделки, необоснованы. 

Судом установлено и не оспаривается ответчицей, что условием заключения договора дарения являлось пожизненное содержание истицы, т.е. при заключении сделки истица надеялась на иной правовой результат, а именно на отчуждение имущества в обмен на пожизненное содержание с иждивением со стороны дочери, что соответствует иной природе договора.

Вместе с тем договор дарения такого условия не содержит и по своей правовой природе содержать не может. В нем даже отсутствует условие о сохранении за истицей права бессрочного пользования квартирой после заключения договора дарения.

Ссылка ответчицы на то, что она не отказывается от осуществления ухода за матерью и не собирается прекращать её право пользование жилым помещением, не является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Утверждение ответчицы о том, что истица являлась инициатором совершения сделки не свидетельствует об отсутствии у истицы заблуждения относительно природы сделки. 

Доводы ответчицы о том, что она вместе с малолетним сыном не имеет другого жилого помещения, не имеет правового значения при рассмотрении данного иска. У истицы отсутствует обязанность по обеспечению ответчицы и её малолетнего сына жилым помещением.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о необходимости признания договора дарения ? доли в праве на указанную квартиру недействительным.

В соответствии с п. 2 ст. 178 ГК РФ, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п. 2 ст.167 ГК РФ, в силу которых при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке.

Ввиду признания договора дарения недействительным, суд применяет последствия недействительности сделки.

Учитывая безвозмездность совершаемой сделки, наличие родственных отношений между сторонами, обстоятельства, возникшие в семье истицы после совершения данной сделки, ее возраст, суд считает, что приведение сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения договора дарения, отвечает общеправовым принципам гуманности и справедливости, поэтому спорное недвижимое имущество подлежит возвращению в собственность истицы, а право собственности ответчицы на него – прекращению.

На основании положений ст.ст. 17, 20 Федерального закона от 21.07.1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» запись о регистрации права собственности ответчицы на ? долю в праве на указанную квартиру подлежит исключению из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним. 

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

р е ш и л:

Иск ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от 27.11.2012 года ? доли в праве собственности на квартиру общей площадью 40,1 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделки и возвратить стороны в первоначальное положение:

Прекратить право собственности ФИО2 на ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 40,1 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ

Возвратить в собственность ФИО1 ? долю в праве общей долевой собственности на квартиру общей площадью 40,1 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца, со дня изготовления решения в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ракитянский районный суд.

судья подпись Л.В. Пестенко

.