Дело № 2-409/2018

Изготовлено 30.07.2018 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль

28 июня 2018 года

Кировский районный суд города Ярославля в составе:

председательствующего судьи Фокиной Т.А.,

при секретаре Казаковой Ю.О., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Страховому Публичному акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения, 

у с т а н о в и л :

ФИО3 обратился в суд с иском к СПАО «РЕСО-Гарантия» о взыскании страхового возмещения. Указал, что в результате ДТП, имевшего место 13.01.2017 года на автодороге Москва-Холмогоры 198 км + 800 м, с. Львы в сторону г.Ярославля, по вине водителя транспортного средства КИА Сорренто, г.р.з. №, ФИО4, транспортному средству истца Нисан Ноте, г.р.з. №, причинены механические повреждения. Стоимость восстановительного ремонта ТС истца составила 143 946 рублей. Страховщик на основании заявления истца выплатил часть страхового возмещения в размере 71 973 рубля 99 копеек. Претензия истца оставлена без удовлетворения, что явилось основанием обращения в суд с иском. Просит взыскать с ответчика в свою пользу страховое возмещение в сумме 71 973 рубля 99 копеек, неустойку за период с 13.06.2017 года по 20.11.2017 года в сумме 113 717 рублей 34 копейки, компенсацию морального вреда в сумме 35 000 рублей, расходы на представителя 30 000 рублей. 

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО5 доводы иска уточнил, просил установить вину водителя ТС Киа Сорренто, г.р.з. №, ФИО4 в ДТП от 13.01.2017 года, взыскать со СПАО «РЕСО-Гарантия» страховое возмещение в сумме 71 973 рубля 99 копеек, расходы на оказание услуг представителя в сумме 20 000 рублей. Правовые основания иска поддержал в полном объеме. Указал, что виновником ДТП является ФИО4, который начал совершать маневр разворота на проезжей части, создал истцу, который обгонял попутный транспорт в разрешенном месте с соблюдением скоростного режима, и находился на встречной полосе движения, помеху для движения, в результате чего произошло столкновение транспортных средств. Ссылался на заключение автотехнической экспертизы, схему и фотографии с места ДТП, указал, что истец уже находился в процессе обгона автомобиля, когда транспортное средство Киа под управлением ФИО4 начало совершать разворот и не смогло припарковаться на обочине, создав помеху для движения истцу. Истец, в свою очередь правила дорожного движения не нарушал.

Представитель ответчика по доверенности ФИО6 в судебном заседании доводы иска не признала, указала, что страховщиком в соответствии с Законом «Об ОСАГО» своевременно была произведена выплата страхового возмещения в размере 50 % от причиненного истцу ущерба, поскольку вина в ДТП водителей ТС не определена в рамках административного расследования. Считала, что в данном ДТП виновен истец, который начал совершать обгон ТС, не убедившись в безопасности маневра. Просила в иске отказать.

В рамках исполнения судебного поручения третье лицо ФИО4 пояснил суду, что он двигался на автомобиле Киа на трассе Холмогоры Ростовский район Ярославской области недалеко от деревни Львы со скоростью около 80 км/час. В машине с ним находились два его друга ФИО1 и ФИО2 Проехав поворот, он решил развернуться, разметка позволяла совершить такой маневр. Ему не хватило радиуса поворота и он передним колесом наехал на снежный отвал на обочине дороги и забуксовал. Водитель автомобиля Нисан ФИО7, обгоняя фуру, не справился с управлением, выехал на встречную полосу движения и совершил с ним столкновение. Указатель поворота он включил примерно за 50-70 метров до начала маневра, расстояние между их автомобилями было около 150 м, так как между ними двигалась фура. ТС истца он не видел. Перед маневром он остановился, развернулся и застрял в снежном отвале на обочине. Фура двигалась со скоростью 80 км/час, истец быстрее. Автомобиль под управлением истца он уже увидел на расстоянии менее трех метров между ними, когда стоял на обочине, в сугробе. В результате столкновения его транспортному средству причинены повреждения заднего левого фонаря, крыла, заднего бампера, имелись скрытые повреждения. На автомобиле истца имелись повреждения левых крыльев, обеих левых дверей. Указал, что со схемой места ДТП он знаком, место столкновения на ней указано неверно. После столкновения на дороге имелась осыпь осколков заднего фонаря его автомобиля, осколки он с дороги не убирал, ГИБДД вызывал ФИО3 Свое транспортное средство он отремонтировал за свой счет, в страховую компанию не обращался. 

Свидетель ФИО8, допрошенный в судебном заседании, показал суду, что двигался в качестве пассажира на автомобиле под управлением ФИО4, с кем является другом с детства. Указал, что около четырех утра, они стояли на обочине, колесо ТС Киа застряло в сугробе, смотрели место для парковки. Вдруг им навстречу на большой скорости «вылетел» автомобиль Нисан, ударил ТС Киа в левый бок. Непосредственно перед ДТП ФИО4 никакие маневры не осуществлял. ФИО4 осуществлял маневр разворота, заранее включил указатель поворота. Между транспортными средствами было расстояние около 150-200 метров, между ними шли две фуры, ТС истца не было видно. Автомобиль под управлением истца увидел примерно за 100 метров от их ТС, когда они уже находились на обочине. ФИО3 двигался со скоростью 100 км/час, потом стал резко тормозить. На дороге имеется обочина шириной около 3 метров. От удара на Киа имелись повреждения левого заднего крыла, задней левой двери, фонарей, порогов левых. Осыпь осколков имелась, ее никто не трогал. Работы по уборке дороги после ДТП и до приезда сотрудников ГИБДД не осуществлялись. 

Остальные участвующие в деле лица в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки не сообщили.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, материал по факту ДТП, суд считает, что исковые требования ФИО3 (в их уточненной редакции) подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что в результате ДТП, имевшего место 13.01.2017 года в 05.45 часов на 198 км + 400 м ФАД М-8 «Холмогоры» Ростовского района Ярославской области с участием двух транспортных средств: Нисан, г.р.з. №, под управлением истца, и Киа, г.р.з. №, под управлением ФИО4, транспортному средству истца причинены механические повреждения.

Постановлением инспектора группы по исполнению административного законодательства ОР ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области (дислокация – п. Петровское) от 14.03.2017 года производство по факту ДТП прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 Ко АП РФ. При этом в постановлении указано, что установить лицо, в действиях которого усматривается нарушение требований ПДД РФ, не представляется возможным. 

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, суд при установлении обстоятельств ДТП и вины водителей в совершении ДТП исходит из доказательств, представленных сторонами.

Из материала по факту ДТП следует, что объяснения на месте ДТП были даны обоими водителями ТС, очевидцем ДТП – ФИО2 

Схема места ДТП была составлена сотрудниками ГИБДД, место столкновения ТС указано водителями разное. 

На схеме места ДТП зафиксированы разметка, размеры проезжей части дороги, обочины, осыпь осколков ТС, расположение ТС после столкновения. 

Из анализа представленных суду доказательств в их совокупности, в том числе фотографий транспортных средств с места ДТП, характера и локализации их повреждений, размеров ТС и дороги, места осыпи осколков ТС, выводов автотехнической экспертизы №31-47 от 17.03.2017 года по факту ДТП, показания водителей транспортных средств и свидетеля ФИО2 следует, что виновным в совершении ДТП является водитель автомобиля Киа, г.р.з. У №, – ФИО4, который нарушил п.п.8.1 ПДД. Так ФИО4 перед маневром разворота создал опасность для движения водителю ФИО3 

К данному выводу суд приходит на основании:

- пояснений истца (его представителя), согласно которым истец находился в процессе маневра обгона фуры, когда ФИО4 начал совершать маневр разворота;

- места нахождения осыпи осколков ТС (частично на самой проезжей части дороги), что указывает на создание ФИО4 помехи для движения ТС истца, поскольку он уже находился на полосе встречного движения, в непосредственной близости к ТС под управлением третьего лица и, соответственно, не имел возможности остановить свое транспортное средство;

- выводах, изложенных в заключении эксперта, из которых следует, что место столкновения ТС – в месте осыпи осколков, следовательно, на проезжей части дороги, как зафиксирована на схеме места ДТП; и факта отсутствия у истца технической возможности избежать столкновения;

- противоречивых пояснениях ФИО4 и свидетеля ФИО2 которые противоречат друг другу, а также материалам дела, в том числе их первичным пояснениям, и в части расстояний между ТС, временем обнаружения опасности, расположению ТС на дороге и т.д. Так, ФИО4 утверждает, что ТС истца не видел, расстояние между ними было около 150 метров, когда он начал совершать маневр разворота. При этом, как он далее поясняет, автомобиль истца увидел за три метра до своего автомобиля, когда ТС застряло в снежном накате на обочине. Соответственно, в момент осуществления третьим лицом маневра разворота, истец уже находился в процессе обгона и на незначительном расстоянии от автомобиля ФИО4. В данной части показания ФИО3 не противоречивы и подтверждаются как материалами дела, так и фактическими обстоятельствами. Свидетель ФИО2 пояснил, что ТС под управлением истца не видел, он находился на расстоянии 150-200 м от ТС под управлением ФИО4, когда последний начал совершать маневр разворота. Одновременно, свидетель показывает, что автомобиль Киа стоял на обочине, когда ТС истца несся им навстречу, «крутясь как юла», метров за 100 до них. В данном случае показания указанных лиц противоречивы. Первоначально ФИО2 указывал, что ТС развернулось, заехало на обочину и двигалось в обратном направлении вдоль обочины (то есть не указывал, что ТС стояло, его колесо буксовало). 

- размерах ТС и дорожной разметки: согласно схеме места ДТП ширина обочины – 2,4 метра, всей проезжей части 7,5 м.; проезжей части в сторону Ярославля 3,7. Учитываем дорожные условия (зима, снег, частично заснеженную обочину). Длина ТС Киа Сорренто согласно техническим характеристикам составляет 4 685 см, ширина 1 885 см до края колес. Из пояснений всех участников следует, что Киа совершив маневр, заехала колесом в снежный отвал, забуксовала, соответственно, по мнению суда, находилась не параллельно проезжей части, а под углом (ей не хватило места для полного разворота с учетом ее габаритов). Об этом факте также свидетельствуют повреждения ТС (их характер, вид и локализация): на Киа повреждена левая часть, в том числе задний бампер, что указывает на определенный угол в расположении ТС на проезжей части и относительно к ТС под управлением истца, поскольку в случае нахождения ТС Киа, как утверждает ФИО4 и ФИО2 полностью на обочине, параллельно разметке, удар имел бы место в переднюю левую часть ТС Киа и его боковую (скользящий удар), а не боковую и заднюю. 

При этом суд не усматривает нарушений ПДД со стороны водителя ФИО3, который выполнил требования ПДД, совершая обгон (включил указатель поворота), при обнаружении опасности применил меры к остановке ТС, не превысил скоростной режим. 

Доводы ответчика и третьего лица о том, что водитель автомобиля Нисан при движении превысил скорость движения, голословны, так как достоверных и объективных доказательств указанному доводу не представлено.

В силу п. 11.1 ПДД РФ прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В данном случае водитель ФИО3 убедился в маневре, поскольку выехал на полосу встречного движения на разрешенном участке дороги, в отсутствие помех для движения. Автомобиль Киа начал совершать маневр разворота, в то время, когда истец находился в процессе обгона фуры, то есть на встречной полосе движения. Соответственно, истец имел преимущество в движении.

Суд отмечает, что ПДД рассчитано на соблюдение всеми участниками дорожного движения правил и не должны влечь за собой причинение ущерба.

Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами (п. 1.3 ПДД РФ). 

Суд считает, что ДТП произошло именно вследствие действий водителя ФИО4, поскольку в случае соблюдения последним правил дорожного движения столкновения ТС не имело бы места.

К такому выводу суд пришел исходя из всех в совокупности исследованных доказательств.

Суд отмечает, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД РФ).

В силу п. 1.6 ПДД РФ лица, нарушившие Правила, несут ответственность в соответствии с действующим законодательством.

Суд отмечает, что обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено, в связи с чем указание в резолютивной части решения на виновность кого-либо в ДТП не требуется (определение Верховного Суда РФ от 31.03.2015 года №85-КГ15-1; п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 года №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Гражданская ответственность обоих водителей ТС на момент ДТП была застрахована в СПАО «РЕСО-Гарантия», куда истец 23.05.2017 года обратился с заявлением наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

Страховщиком было осмотрено транспортное средство истца, рассчитана стоимость восстановительного ремонта ТС, 14.06.2017 года истцу произведена выплата страхового возмещения в сумме 71 973 рубля 99 копеек (50 % от суммы причиненного ущерба).

Претензия истца оставлена без удовлетворения по причине не установления вины кого-либо из водителей в спорном ДТП.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Часть 1 ст.1064 ГК РФ предусматривает, что вред, причиненный имуществу, подлежит возмещению в полном размере. 

В соответствии с п.4 ст.931 ГК РФ, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы. Право потерпевшего на обращение к страховщику также предусмотрено п.3 ст.12 ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

В силу ст. 3 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» №40-ФЗ от 25.04.2002 года основным принципом обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших.

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.10.2014) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

В силу ст. 12 Закона потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Судом установлено, что данные условия соблюдены, в связи с чем требования истца правомерно предъявлены к ответчику.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом в обоснование размера причиненного ущерба суду представлено заключение ООО «КАР\ЭКС» о стоимости восстановительного ремонта ТС истца, согласно которому стоимость восстановительного ремонта ТС с учетом его износа составила 143 947, 98 рублей. 

Указанная экспертиза проведена страховщиком.

Размер причиненного истцу ущерба сторонами не оспаривается.

В силу п. 22 ст. 12 Федерального Закона «Об ОСАГО» если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

В соответствии с п. 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 года №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» если из документов, составленных сотрудниками полиции, невозможно установить вину застраховавшего ответственность лица в наступлении страхового случая или определить степень вины каждого из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия, лицо, обратившееся за страховой выплатой, не лишается права на ее получение. В таком случае страховые организации производят страховые выплаты в равных долях от размера ущерба, понесенного каждым потерпевшим (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО). Страховщик освобождается от обязанности уплаты неустойки, суммы финансовой санкции, штрафа и компенсации морального вреда, если обязательства по выплате страхового возмещения в равных долях от размера понесенного каждым из водителей - участников дорожно-транспортного происшествия ущерба им исполнены. В случае несогласия с такой выплатой лицо, получившее страховое возмещение, вправе обратиться в суд с иском о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать со страховой организации страховую выплату с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

В данном случае страховщиком на основании претензии истца произведена выплата 50 % стоимости восстановительного ремонта ТС истца, поскольку вина водителей ТС не была установлена материалом проверки по факту ДТП.

Соответственно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию страховое возмещение в сумме 71 973 рубля 99 копеек.

Требования о взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда истцом не заявлены (в редакции уточненного иска).

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлены требования о взыскании расходов на оказание услуг представителя в сумме 20 000 рублей.

С учетом степени сложности настоящего дела, объема оказанных представителем истца услуг (подготовка материалов и предъявление искового заявления в суд, участие в судебных заседаниях), длительности процесса, разумности заявленного истцом размера расходов, суд считает возможным удовлетворить требования истца, взыскав указанные расходы в сумме 20 000 рублей с ответчика.

Поскольку истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления, суд полагает необходимым на основании ст. 333.19 НК РФ взыскать госпошлину в сумме 2 359 рублей в доход муниципального образования города Ярославля с ответчика.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Взыскать со Страхового Публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в пользу ФИО3 страховое возмещение в сумме 71 973 рубля 99 копеек, расходы на оказание услуг представителя в сумме 20 000 рублей, а всего взыскать 91 973 рубля 99 копеек.

Взыскать со Страхового Публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия» в доход муниципального образования города Ярославля государственную пошлину в сумме 2 359 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение месяца с подачей жалобы через Кировский районный суд города Ярославля.

Судья

Т.А.Фокина