Председатель суда Боков В.Д.

РЕШЕНИЕ

 № 7-69/2017

(дело № 5-56/2017)

4 сентября 2017 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (

<

...>), при секретаре Леонове С.С., с участием защитника Мирошниченко Д.Н., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобам защитника Шалаева А.Ю. и военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ. в 

<

адрес>, подвергавшегося административным наказаниям 24 февраля 2017 г. по ч. 31 ст. 12.5 и ч. 1 ст. 12.1 КоАП РФ, проживающего по адресу: 

<

адрес>

на постановление председателя Волгоградского гарнизонного военного суда от 1 июня 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ,

установил:

Согласно судебному постановлению 29 марта 2017 г. в 

<

данные изъяты>. в 

<

адрес> водитель ФИО1, в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения РФ, управлял транспортным средством в состоянии опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 10 месяцев.

В жалобах на постановление по делу об административном правонарушении ФИО1 и защитник Шалаев, каждый в отдельности, просят судебное постановление ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование авторы жалоб, ссылаясь на нормы КоАП РФ, приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждают, что дело рассмотрено председателем суда необъективно, его выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины должны были толковаться в пользу ФИО1.

Так, ФИО1 не был согласен с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, изъявил желание пройти таковое в условиях медицинского учреждения, однако сотрудник полиции ему в этом отказал. Сотрудник полиции не проинформировал ФИО1 о порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, не предъявил последнему новый мундштук, свидетельство о поверке и паспорт алкотестера.

При этом ФИО1 был введён сотрудником полиции в заблуждение. Делая запись о согласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и расписываясь в незаполненных бланках процессуальных документов, последний полагал, что выражает тем самым согласие с предложением сотрудника полиции пройти освидетельствование в медицинском учреждении. Данный факт, по мнению ФИО1, должен быть отражён на видеозаписи с патрульного автомобиля, которую сотрудники полиции суду не представили.

Кроме того, сотрудник полиции не разъяснил права понятым, которые фактически не присутствовали при совершении в отношении ФИО1 процессуальных действий и лишь формально поставили свои подписи в протоколах.

Изложенные в обжалуемом постановлении показания свидетеля ФИО7, ранее привлекавшегося в качестве понятого, не соответствуют тем показаниям, которые последний дал в судебном заседании. Между тем, данный свидетель показал, что расписался в незаполненных бланках процессуальных документов, не являлся очевидцем вскрытия при нём мундштука и согласия ФИО1 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, документы на алкотестер не предъявлялись ФИО1.

При таких данных председателю гарнизонного военного суда следовало вызвать в суд и опросить по фактическим обстоятельствам дела понятого ФИО9. Однако сторона защиты не настаивала на вызове данного понятого в суд, поскольку не могла предполагать, что показания понятого ФИО7 будут изложены в судебном постановлении в искажённом виде.

Согласно приобщённой к материалам дела видеозаписи сотрудник полиции не разъяснил ФИО1 права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, не предоставил возможность ознакомиться с материалами дела.

Кроме того, сотрудники полиции не предоставили суду инструкцию по эксплуатации и технический паспорт алкотестера, с применением которого проводилось освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, со ссылкой на их утрату.

По мнению авторов жалоб, изложенное свидетельствует о неисправности алкотестера, с применением которого у ФИО1 отбиралась проба выдыхаемого воздуха, и о недоказанности факта управления последним транспортным средством в состоянии опьянения. Вместе с тем председатель суда ошибочно расценил позицию ФИО1 как избранный способ избежать административной ответственности за содеянное.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалоб, заслушав выступление защитника Мирошниченко, нахожу жалобы не подлежащими удовлетворению.

Вывод председателя суда в постановлении о признании в действиях ФИО1 состава административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на исследованных в судебном заседании доказательствах.

Факт совершения ФИО1 административного правонарушения при указанных обстоятельствах подтверждается протоколами об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о задержании транспортного средства, а также актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с положительным результатом, свидетельствующим о наличии абсолютного этилового спирта в выдыхаемом воздухе в размере 0,745 мг/л, с которым согласился водитель ФИО1.

Приведённые доказательства получены с соблюдением требований закона, содержат необходимые для разрешения дела сведения и не вызывают сомнений в своей достоверности и допустимости.

Все собранные по делу доказательства получили оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для переоценки этих доказательств не имеется.

Нормы материального и процессуального права при разрешении дела применены правильно.

Довод жалоб о том, что ФИО1 в состоянии опьянения не находился, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств.

Как видно из протокола об административном правонарушении, ФИО1 каких-либо замечаний при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не представил, о нарушении порядка его проведения не заявлял и, более того, собственноручно указал на согласие с совершённым административным правонарушением (т. 1 л.д. 3).

Доводы ФИО1 о введении его сотрудниками полиции в заблуждение при составлении административного материала, о подписании им незаполненных бланков процессуальных документов и об умышленном непредставлении сотрудниками полиции суду якобы имеющейся у них видеозаписи с фиксацией данных обстоятельств являются голословными и опровергаются материалами дела.

Утверждения защитника Шалаева о неинформировании сотрудником полиции ФИО1 о порядке освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, неисправности алкотестера, с применением которого производился отбор выдыхаемого воздуха, непредъявлении стерильного мундштука являются голословными и противоречат материалам дела. Так, модель, заводской номер прибора, а также дата его последней поверки отражены в соответствующем акте, с которым ФИО1 был ознакомлен и с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения согласился (т. 1 л.д. 5, 6).

В связи с этим ссылки в жалобах на якобы имевшие место несогласие ФИО1 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и изъявлении желания пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, следует признать надуманными и противоречащими материалам дела.

Беспредметен и довод авторов жалоб о непредъявлении сотрудником полиции ФИО1 свидетельства о поверке и паспорта алкотестера, с применением которого последний прошёл процедуру освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, поскольку законом эта обязанность на вышеуказанное должностное лицо не возложена.

Вопреки ошибочному мнению авторов жалоб, невозможность представить суду инструкцию по эксплуатации и технический паспорт алкотестера, с применением которого проводилось освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, в связи с утратой этих документов, не свидетельствует о нарушении порядка привлечения ФИО1 к административной ответственности за содеянное. При этом сотрудниками полиции была представлена копия свидетельства о поверке указанного алкотестера (т. 1 л.д. 46), данные о котором соответствуют отражённым в соответствующем акте (т. 1 л.д. 6).

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и в присутствии понятых, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Вопреки утверждению в жалобах об обратном, меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Участие двух понятых при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и освидетельствовании на состояние алкогольного опьянения сотрудником полиции обеспечено, понятым разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ. Изложенное подтверждается соответствующими протоколами, содержание которых удостоверено подписями понятых ФИО7 и ФИО9. Заинтересованность понятых в исходе дела материалами не подтверждена.

При таких обстоятельствах председатель суда, самостоятельно определяя предмет и пределы судебного разбирательства, в том числе и вопрос о значимых обстоятельствах, которые могут быть установлены с помощью опроса понятого, обоснованно не усмотрел необходимости в вызове в суд для опроса понятого ФИО9 по обстоятельствам дела.

При этом показания понятого ФИО7 полно и правильно изложены, объективно проанализированы в судебном постановлении, сомнений в своей объективности и достоверности не вызывают. Как видно из протокола рассмотрения дела, свидетель ФИО7 вовсе и не утверждал о том, что расписывался в незаполненных бланках процессуальных документов, не являлся очевидцем согласия ФИО1 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а документы на алкотестер не были предъявлены ФИО1 (т. 1 л.д. 38 оборот-39). Оснований же сомневаться в достоверности и полноте хода и результатов судебного разбирательства, отражённых в протоколе рассмотрения дела, не имеется.

Вместе с тем, то обстоятельство, что указанный свидетель не являлся очевидцем вскрытия сотрудником полиции мундштука, само по себе не может повлиять на законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности, поскольку оснований сомневаться в стерильности использованного мундштука у председателя суда не имелось, а доказательств обратного стороной защиты не представлено.

Вопреки утверждению ФИО1, сотрудник полиции разъяснил ему права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, и вручил ему копии составленных процессуальных документов, что удостоверено в том числе собственноручными подписями самого ФИО1. Кроме того, до начала рассмотрения судом дела по существу ФИО1 разъяснялись права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ (т. 1 л.д. 25). В связи с этим довод последнего о лишении его возможности ознакомиться с материалами дела в связи с неразъяснением прав следует признать необоснованным.

С учётом изложенного вывод председателя суда о нахождении ФИО1 в состоянии опьянения сомнений не вызывает, порядок освидетельствования на состояние алкогольного опьянения соблюдён, а отрицание ФИО1 своей вины обоснованно отвергнуто председателем суда как противоречащее материалам, не заслуживающее доверия и направленное на избежание административной ответственности.

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобах на наличие по делу неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО1 в совершении вменённого административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, совокупность положенных в основу судебного постановления доказательств свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 события и состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Нарушений, влекущих безусловную отмену судебного постановления, по делу не допущено, основания для его отмены или изменения отсутствуют.

Назначенное Сенину административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учётом обстоятельств, смягчающего и отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

Постановление председателя Волгоградского гарнизонного военного суда от 1 июня 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобы ФИО1 и защитника Шалаева А.Ю. – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин