Дело №2-266/2024

УИД 13RS0019-01-2024-000041-33

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

18 июня 2024 г. г. Рузаевка 

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе судьи Боярченковой Н.В., 

при секретаре Красильниковой Е.С.,

с участием в деле: 

истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 23 октября 2023 г., 

ответчика общества с ограниченной ответственностью «ВКМ-Сервис», его представителя ФИО3, действующего на основании доверенности от 9 января 2023 г., 

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в Республике Мордовия, 

помощника Рузаевского межрайонного прокурора Русяевой Оксаны Ивановны,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ВКМ-сервис» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ВКМ-сервис» (далее – ООО «ВКМ-Сервис») о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истцом указано, что с 28 сентября 2021 г. он состоит в трудовых отношениях с ООО «ВКМ-Сервис». 

7 сентября 2023 г. с 7 часов 00 минут согласно рабочему графику он находился на рабочем месте на вагоносборочном участке, который расположен по адресу: 

<

...>, и приступил совместно с другими рабочими к работе по ремонту (сварке) стоящих в вагоносборочном участке вагонов-цистерн. В 10 часов 20 минут он поднялся по лестнице наверх очередной цистерны, где нужно было приварить две ступени лестницы внутри цистерны. Находясь на цистерне возле открытого люка, истец решил проверить массу и провел держаком сварочного аппарата по корпусу цистерны, в результате чего образовалась искра, которая попала внутрь цистерны. В этот момент произошел взрыв, в результате которого истца отбросило с цистерны. В дальнейшем он был доставлен в ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ».

Согласно п. 10 акта о несчастном случае на производстве основной причиной несчастного случая установлено несовершенство технологического процесса, выразившееся в отсутствие технологической карты или другой технологической документации на выполняемую работу. Сопутствующими причинами несчастного случая на производстве указаны: неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении, связанного с допуском к работам с повышенной опасностью, а также прочие причины, квалифицированные материалами расследования несчастного случая.

Согласно медицинскому заключению ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ» № 1640 от 12.09.2023 истцу поставлен диагноз: комбинированная травма; закрытый перелом обеих пяточных костей с небольшим смещением; ожог пламенем лица и шеи. Считает, что ему причинен тяжкий вред здоровью. До настоящего времени истец находится на больничном, ему требуется оперативное медицинское вмешательство, дата которого определена на март 2024 г., длительное время испытывает нравственные и физические страдания из-за полученных на производстве травм. 

Полагает, что ответчик, не выполнив свою обязанность по обеспечению условий, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности, несет ответственность за вред, причиненный его здоровью источником повышенной опасности - цистерны, владельцем которой является ответчик, на рабочем месте, поскольку истец выполнял работы в рамках заключенного сторонами трудового договора. 

В связи с изложенным, просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Ответчиком ООО «ВКМ-Сервис» представлены письменные возражения на исковое заявление, согласно которым ответчик, как работодатель, не оспаривая обстоятельства несчастного случая на производстве, установленные актом № 1 о несчастном случае на производстве от 27 ноября 2023 г., признает право ФИО1 на компенсацию причиненных ему физических и нравственных страданий, связанных с произошедшим событием. Просит учесть, что ООО «ВКМ-Сервис» в связи с произошедшим несчастным случаем, истцу была оказана финансовая помощь на сумму 75 908 руб. на приобретение медицинского оборудования, лекарственных препаратов, предлагалось в досудебном порядке урегулировать вопрос, связанный с компенсацией морального вреда в сумме 290 000 руб., однако соглашение не было достигнуто. Также просит учесть, что ФИО1 причинен легкий вред здоровью и в его действиях имеет место быть грубая неосторожность. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 000 рублей просит отказать ( т.1 л.д. 111-116). 

Протокольным определением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 4 марта 2024 г. к участию в деле привлечена в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Государственная инспекция труда в Республике Мордовия.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить. Суду объяснил, что после произошедшего с ним несчастного случая на производстве и полученной травмы, он длительное время находился на амбулаторном лечении, два с половиной месяца передвигался при помощи инвалидной коляски, потом - при помощи ходунков, а затем ходил с клюшкой. Ему установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности. В настоящее время он приступил к работе, но по медицинским показаниям переведен на легкий труд, в связи с чем, потерял в заработке. Из-за полученной травмы он переживал, сможет ли ходить, испытывал страх за свое будущее. Представитель истца по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. 

Представитель ответчика ООО «ВКМ-Сервис» по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, полагая, что исковые требования завышены и в истребуемой сумме не могут быть удовлетворены. Просил учесть, что в досудебном порядке истцу предполагалось в счет возмещения морального вреда 290 000 руб., а также что характер травмы полученной истцом - легкий, а вред здоровью средней тяжести определен по длительности лечения. Кроме того считает, что в действиях самого истца имеется грубая неосторожность. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственная инспекция труда в Республике Мордовия, о времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежащим образом, своего представителя в суд не направила, представлено заявление о рассмотрении дела в их отсутствие. 

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о возможности проведения судебного заседания в отсутствие не явившихся участников процесса. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, заключение помощника прокурора Русяевой О.И., полагавшей исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состоит с ответчиком в трудовых отношениях с 28 сентября 2021 г., до 25 марта 2024 г. занимал должность электрогазосварщика на вагоносборочном участке (т. 1 л.д.137, 138-140), а с 25 марта 2024 г. временно переведен на должность ученика слесаря по ремонту подвижного состава колесно-роликового участка.

7 сентября 2023 г. ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей получил производственную травму, при следующих обстоятельствах: 7 сентября 2023 г. ФИО1 пришел на работу к 07 час. 00 мин, переоделся в спецодежду, после чего на ежесменной планерке получил задание провести сварку лестницы внутри вагона-цистерны № 574335591. Около 10 часов ФИО1 поднялся по лестнице на цистерне наверх со сварочным оборудованием. Горловина цистерны была открыта. При касании электродержателем сварочного аппарата о горловину цистерны образовалась искра, в следствии чего произошел взрыв с выбросом пламени. Взрывной волной ФИО1 отбросило с цистерны высотой 5 м на бетонный пол вагоноремонтного участка. В дальнейшем ФИО1 был госпитализирован в ГБУЗ РМ «Рузаевская ЦРБ».

Данные обстоятельства происшедшего установлены актом о несчастном случае на производстве № 1 от 27 ноября 2023 г. (форма Н-1), утвержденным управляющим директором ООО «ВКМ-Сервис» М. (т. 2 л.д. 43-57) и следуют из материалов расследования несчастного случая, произошедшего 7 сентября 2023 г. с ФИО1, а также из объяснений истца ФИО1 в судебном заседании и ответчиком не оспариваются. 

Исходя из полученных ФИО1 повреждений, характер полученной им травмы отнесен к категории легких (пункт 9.2 акта о несчастном случае на производстве № 1 от 27 ноября 2023 г.).

В указанном акте, в качестве основной причины несчастного случая указано - несовершенство технологического процесса, выразившееся в отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу. Нарушены требования: абз. 1 ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников; п. 4.6 «РД 32 ЦВ169-2017. Грузовые вагоны железных дорог колеи 1520 мм. Руководство по деповскому ремонту» - на каждую цистерну (любого типа и назначения), независимо от рода собственности, депо должно иметь акт формы ВУ-19; п. 2.11.7. Распоряжения ОАО «РЖД» от 16.11.2018 № 2423-Р «Об утверждении Правил по охране труда при техническом обслуживании и ремонте грузовых вагонов» - производство сварочных и других огневых работ, связанных с ремонтом котлов цистерн, разрешается только при наличии актов формы ВУ-19 с подписями лиц, производивших подготовку цистерны к ремонту. Для цистерн обязательна справка о дегазации котла. 

При этом в судебном заседании установлено, что процедура дегазации в отношении указанной выше цистерны перед сварочными работами не была произведена. 

В качестве сопутствующих причин указаны: 1 - неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в нарушении связанного с допуском к работам с повышенной опасностью. Нарушены требования: п.7.6 Приложения 2 Приказа Минтруда России от 29.10.2021 № 776н «Об утверждении Примерного положения о системе управления охраной труда» - необходимо проводить обучение при выполнении работы, выполняемых в сушильных камерах, коллекторах, колодцах, цистернах, иных замкнутых объемах и ограниченных пространствах; п. 45 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464; 2 - прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев. Нарушены требования: ст.ст.21, 215 Трудового кодекса Российской Федерации - работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; п. 1, 2 ч.1 Приказа Минтруда России от 16.11.2020 № 782н «Об утверждении Правил по охране труда при работе на высоте» (зарегистрировано в Минюсте России 15.12.2020 № 61477) (пункт 10 акта).

В качестве лиц, допустивших нарушения требований по охране труда указаны: А. – заместитель директора по коммерции и производству, не создавший безопасные условия труда и допустивший производство сварочных работ цистерны в отсутствии справки о дегазации (форма ВУ-19) и не проконтролировавший соблюдение установленных правил и инструкций по ремонту узлов и деталей подвижного состава; Б. – начальник смены, который нарушил п. 7.6 Приложения 2 Приказа Минтруда России от 29.10.2021 № 776н «Об утверждении Примерного положения о системе управления охраной труда», п. 45 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утв. постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 № 2464 (ред. от 30.12.2022); а также ФИО1 - электрогазосварщик 5 разряда, который нарушил ст.ст.21, 215 Трудового кодекса Российской Федерации» Трудового кодекса Российской Федерации - работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; п. 1, 2 ч.1 Приказа Минтруда России от 16.11.2020 № 782н «Об утверждении Правил по охране труда при работе на высоте». Степень вины пострадавшего ФИО1 установлена 5%. (пункт 11 акта). 

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № 1640, в результате указанного несчастного случая ФИО1 получил следующие повреждения: комбинированная травма: закрытый перелом обеих пяточных костей с небольшим смещением, ожог пламенем лица и шеи 1 степени S 1%. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанные повреждения относятся к категории - легкая (т. 1 л.д.215). 

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 048 от 2 мая 2024 г., в представленных медицинских документах у ФИО1 описаны следующие телесные повреждения, полученные 7 сентября 2023 г.: закрытый перелом обеих пяточных костей с небольшим смещением, ожог пламенем лица и шеи 1 степени S 1%, данная травма повлекла средний вред здоровью по признаку длительности его расстройства продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня) (т. 3 л.д. 9-11). 

В связи с полученной травмой ФИО1 в период с сентября 2023 г. по март 2024 г. находился на амбулаторном лечении, ему разработана программа реабилитации, в период с 5 мая 2024 г. по 26 мая 2024 г. он проходил реабилитацию в ФБУ Центр реабилитации ФСС РФ Вольгинский. 

Согласно медицинским рекомендациям нуждается в трудоустройстве с ограничением тяжелого физического труда на три месяца, в связи с чем приказом ООО «ВКМ-Сервис» № 237 от 25.03.2024 временно переведен на должность ученика слесаря по ремонту подвижного состава колесно-роликового участка (с 25.03.2024 по 24.06.2024). 

Исходя из справки серии МСЭ-2011 № 0099942 ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на срок с 18.03.2024 по 18.03.2025. 

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного фактом повреждения здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда. 

Как следует из абзаца второго части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда. 

В соответствии с ч. 1 ст. 209 ТК РФ охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия. Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов. 

В соответствии со ст. 214 ТК РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В силу ст. 22 ТК РФ на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. 

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 ТК РФ).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как следует из пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. В случае причинения вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве исходя из положений действующего законодательства, предусматривающего обязанность работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда. 

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»). 

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя ( в частности необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

С учетом установленных обстоятельств и приведенных норм права суд приходит к выводу, что причиной несчастного случая явилось, в частности, необеспечение работодателем безопасных условий труда, выразившееся в не организации контроля за обеспечением безопасных и здоровых условий труда истца при исполнении им трудовых обязанностей, в связи с чем, имеются основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда, причиненного в связи с повреждением здоровья при исполнении трудовых обязанностей. 

Вопреки доводам ответчика, грубая неосторожность в произошедшем несчастном случае в действиях ФИО1 судом не установлена. 

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации). Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В сложившейся ситуации, ФИО1, выполнял работу, которая ему была поручена, действовал в интересах работодателя, грубой неосторожности работника согласно акту о несчастном случае на производстве не установлено.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства причинения вреда, степень вины работника и работодателя, принимает во внимание личность истца и его семейное положение (работоспособный возраст, его увлечения, наличие на иждивении двоих малолетних детей ДД.ММ.ГГГГ рождения, ДД.ММ.ГГГГ рождения), характер повреждения здоровья и длительность перенесенных истцом нравственных и физических страданий - в связи с полученной травмой, истец, помимо болезненных ощущений, испытывал бытовые неудобства, длительное время был лишен возможности вести привычный образ жизни, длительное время находился на лечении, ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10% на срок с 18.03.2024 по 01.04.2025; характер полученных истцом травм согласно медицинскому заключению отнесен к легкой категории, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, полученные повреждения повлекли средний вред здоровью по признаку длительности его расстройства продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня). Полученные повреждения вызвали у истца обоснованные переживания о последствиях травм, дальнейшего состояния своего здоровья. Вместе с тем судом так же учитывается поведение ответчика после получения истцом производственной травмы, который оказывал ему материальную помощь в связи с полученной травмой. Учитывая изложенное, а так же то обстоятельство, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, суд считает необходимым взыскать с ответчика ООО «ВКМ-Сервис» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 руб., которая, по мнению суда, соответствует конкретным обстоятельствам дела, принципами разумности и справедливости и будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику. 

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса РФ государственная пошлина при подаче искового заявления неимущественного характера для физических лиц составляет 300 рублей. 

Следовательно, с ООО «ВКМ-Сервис» в доход бюджета Рузаевского муниципального района Республики Мордовия подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ВКМ-Сервис» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВКМ-Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ВКМ-Сервис» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в бюджет Рузаевского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей. 

На решение могут быть поданы апелляционная жалоба, представление в Верховный Суд Республики Мордовия через Рузаевский районный суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.В.Боярченкова

Мотивированное решение суда составлено 25 июня 2024 г. 

Судья Н.В. Боярченкова