Дело № 2-65/2019 «15» января 2019 года

РЕШЕНИЕ

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кондратьевой Н.М., 

при секретаре Поляковой А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств, обязании совершить действия, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просила взыскать с ответчика причиненный в результате самоуправства и незаконных действий ответчика материальный ущерб в размере 228 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб., в целях предупреждения возможного ущерба принудить ответчика ликвидировать незаконную перепланировку (убрать душевые кабины, мойки и унитазы, подводку холодной и горячей воды) во всех комнатах, принадлежащих ответчику на праве собственности, в местах общего пользования восстановить мойку и газовую плиту на кухне. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что является собственником комнаты площадью 31,9 кв.м. в шестикомнатной квартире 9 дома 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге, оставшиеся пять комнат принадлежат на праве собственности ответчику ФИО2 В период отсутствия истца, в принадлежащей ей комнате и остальных жилых комнатах, а также местах общего пользования ответчиком была произведена незаконная перепланировка в целях использования квартиры под мини-отель для получения личной выгоды, в местах общего пользования (на кухне) отрезано газоснабжение, холодное и горячее водоснабжение, что делает невозможным использование кухни по назначению и нарушает права как права истца, так и права других жильцов, зарегистрированных и законно проживающих в квартире. Факт проведения работ по перепланировке установлен в акте осмотра квартиры от 26.10.2017 г., составленном управляющей компанией. 

В 2013 году истцом было обнаружено, что в принадлежащей ей комнате произведена перепланировка: комната перегорожена перегородками, частично отсутствовал потолок, паркет застелен ковровым покрытием, входная дверь отсутствовала. Ситец потребовал у ответчика объяснений по факту ее самоуправства, в разговоре ответчик попросил сдавать ей комнату и по окончании аренды обязался ликвидировать в комнате истца все элементы перепланировки и вернуть на первоначальное место входную дверь в комнате. 01.10.2013 между сторонами заключен договор аренды принадлежащей истцу комнаты, сроком на 11 месяцев, в соответствии с п. 2.2.8 которого по окончании срока договора арендатор обязался ликвидировать все элементы перепланировки, поставить на первоначальное место входную дверь в комнату, устранить все повреждения от перепланировки, включая повреждения паркета, стен, окон и входной двери в комнату и передать истцу комнату в чистоте и порядке с ключом от входной двери, впоследствии договор был пролонгирован с 01.9.2014 по 30.07.2015, с 01.08.2015 по 31.12.2015.

В ноябре 2015 года ФИО2 прекратила аренду комнату, не известив истца об этом заранее и не заплатив арендную плату, входную дверь в комнату истца не вернула, перепланировку не ликвидировала, что является нарушением договора. Истец потребовала объяснения и получила предложение о продаже принадлежащей ей комнаты. 

Поскольку ответчик в период с 01.12.2015 по 01.10.2016 самовольно, без ведома истца использовала ее комнату для получения материальной выгоды и впустила в комнату неизвестных истцу людей для проживания, используя всю квартиру, в том числе комнату истца, как мини-отель, ФИО1 заявлено к взысканию с ответчика невыплаченная арендная плата за пользование комнатой по договору аренды и самовольное пользование без договора аренды за 9 месяцев в размере 135 000 руб., а также стоимость входной двери в комнату и стоимость ее установки в размере 20 000 руб., стоимость ликвидации элементов незаконной перепланировки в комнате и повреждений от перепланировки, включая повреждение паркета, потолка, стен и окон в размере 66 107 руб., а всего 221 107 руб., расходы по оценке в размере 6 000 руб., почтовые расходы в размере 277,80 руб. 

Определением суда от 31.10.2018 принят отказ истца ФИО1 от требований к ФИО2 от требований о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в размере 200 000 руб., обязании ФИО2 ликвидировать незаконную перепланировку (убрать душевые кабины, мойки и унитазы, подводку холодной и горячей воды) во всех комнатах, принадлежащих ответчику на праве собственности, производство по делу в указанной части требований прекращено. 

Истцом с учетом уточненных в порядке ст. 39 ГПК РФ исковых требований заявлено о взыскании с ответчика материального ущерба в размере 221 107 руб., судебных расходов в размере 12 817 руб., из которых 6 000 руб. – расходы по оценке, 277,80 руб. – стоимость отправленной телеграммы, 6 540 руб. – стоимость заверенного протокола осмотра нотариусом, а также требования об обязании ответчика в местах общего пользования на кухне коммунальной квартиры по адресу: Санкт-Петербург, ул. ФИО6, д. 36, кв. 9 восстановить мойку и газовую плиту в течение одного месяца с даты вступления решения суда в законную силу. 

В судебное заседание явился представитель истца, настаивающий на удовлетворении заявленных исковых требований с учетом уточнений по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, поддержал представленный в материалы дела отзыв на иски дополнения к нему. 

Выслушав представителей истца, ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При предъявлении требования о возмещении вреда истец в любом деле о возмещении убытков обязан доказать следующие факты: основание возникновения ответственности в виде возмещения убытков, причинную связь между фактом, послужившим основанием для наступления ответственности в виде возмещения убытков, и причиненными убытками; размер убытков. Ответчик может доказывать отсутствие вины; непринятие истцом мер по предотвращению или снижению размера понесенных убытков; размер убытков при несогласии с обоснованностью представленного истцом расчета размера убытков; наличие обстоятельств для применения положений ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу ч. 3, 4 ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения и, если данное помещение является квартирой, общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, а собственник комнаты в коммунальной квартире несет также бремя содержания общего имущества собственников комнат в такой квартире, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на праве общей долевой собственности на основании договора передачи доли коммунальной квартиры в собственность граждан от 02.03.1999 принадлежит 32/134 доли в указанном жилом помещении, из договора передачи доли следует, что ФИО1 пользуется комнатой площадью 31,9 кв.м. (№ 13). 

Ответчик ФИО2 является собственником 17/134, 36/134, 14/134, 11/134 доли в праве общей долевой собственности на указанный объект, собственником 12/134 доли является ФИО3 

Из материалов дела следует, что 01.10.2013 между ФИО4, действующей по доверенности от имени ФИО1 и ФИО5, действующей по доверенности от имени ФИО2 заключен договор аренды части жилого помещения (комнаты), согласно которому ФИО1 предоставила ФИО2 за плату во временное владение и пользование 32/134 доли в шести комнатной квартире 9 в доме 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге в виде отдельной жилой комнаты № 12 на плане квартиры площадью 31,9 кв.м.

В силу п. 1.2 договора срок аренды составил 11 месяцев с 01.10.2013 по 31.08.2014 и исчисляется с момента передачи недвижимого имущества арендодателем арендатору по акту-приемки, являющемуся неотъемлемой частью договора (Приложение № 2). 

По соглашению сторон устанавливается плата за аренду жилой комнаты в размере 15 000 руб. в месяц, которая вносится арендатором ежемесячно в срок до 10 числа каждого месяца почтовым переводом в адрес: г. Старый Оскол, Белгородская область, микрорайон Парковый, д. 14, кв. 91. 

В силу п. 2.2.8 указанного договора арендатор обязался по окончании срока договора, в случае без дальнейшего его продления, ликвидировать все элементы перепланировки (если это не будет изменено отдельным соглашением), и передать комнату площадью 31,9 кв.м арендодателю в чистоте, порядке и с ключом от входной двери. 

Согласно акту приема-передачи от 01.10.2013 арендатор принял во временное владение и пользование недвижимое имущество в виде отдельной жилой комнаты № 12 на плане квартиры площадью 31,9 кв.м, передаваемое имущество находится в хорошем состоянии, при передаче имущества в момент подписания акта недостатки не обнаружены. 

Также сторонами в материалы дела представлен договор аренды части жилого помещения (комнаты) от 01.09.2014, заключенный между ФИО4, действующей по доверенности от имени ФИО1 и ФИО5, действующей по доверенности от имени ФИО2 содержащий аналогичные условия о предмете договора, о размере арендной платы, что и ранее заключенный договор от 01.10.2013, срок аренды установлен с 01.09.2014 по 31.07.2015 (11 месяцев). 

Также указанный договор аренды от 01.09.2014 содержит условие о том, что в случае не продления договора аренды комнаты на следующий срок, арендатор обязуется ликвидировать все элементы перепланировки, установить на первоначальное место входную дверь в жилую комнату, устранить все повреждения от перепланировки, включая повреждения паркета, стен, окон и входной двери в комнату и передать жилую комнату арендодателю в чистоте, порядке, с ключом от входной двери в жилую комнату и в квартиру не позднее срока окончания договора. 

Относимые и допустимые доказательства тому, что после истечения срока действия договора от 01.09.2014, т.е. после 31.07.2015, между сторонами был заключен договор аренды спорного помещения, принадлежащего истцу, в частности, со сроком аренды с 01.08.2015 по 31.12.2015, на что указывает истец в иске, материалы дела не содержат, ни истцом, ни ответчиком суду не представлены. 

В соответствии с ч. 2 ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма договора безвозмездного пользования или на ином законном основании.

В соответствии с п. 1 ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу п. 2 ст. 616 ГК РФ арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

При прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором (абз. 1 ст. 622 ГК РФ). 

Согласно абз. 1 ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Буквальное толкование текста договора аренды от 01.09.2014 (п. 2.2.7) свидетельствует о том, что стороны договора на момент его заключения подтверждали, что в комнате площадью 31,9 кв.м., которую ФИО2 приняла во временное владение и пользование, имеются элементы перепланировки, входная дверь в жилую комнату отсутствует, имеются повреждения паркета, стен, окон, на что прямо указано в указанном пункте договора, в связи с чем ФИО2 как арендатор обязалась после окончания срока аренды ликвидировать все элементы перепланировки, установить на первоначальное место входную дверь в комнату, устранить все повреждения от перепланировки, включая повреждения паркета, пола, стен, окон и входной двери в комнату и пережать жилую комнату арендодателю в чистоте, порядке, с ключом от входной двери в комнату и квартиру. 

На основании вышеизложенного, доводы представителя ответчика о том, что истцом не доказан факт наличия в комнате площадью 31,9 кв.м, принадлежащей ФИО1 перепланировки, признаются судом несостоятельными. 

При этом доказательств тому, что после окончания срока действия договора аренды от 01.09.2014 ответчик выполнил условия п. 2.7.7 договора, ответчиком в нарушение положений ст. ст. 56, 57 ГПК РФ суду представлено не было.

Согласно поэтажному плану, комната № 13 площадью 31,87 кв.м, принадлежащая истцу, представляет собой единое помещение с отдельным входом. 

Согласно акту обследования от 26.10.2017, составленному ООО «Жилкомсервис № 1 Адмиралтейского района», по результатам осмотра квартиры 9 в доме 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге установлено, что комната площадью 31,87 кв.м., принадлежащая ФИО1, разделена на четыре помещения с двумя дверными коробками и одним дверным проемом. 

Из представленного истцом при подаче иска отчета № 468-17 об оценке рыночной стоимости ущерба, нанесенного недвижимому имуществу, находящемуся по адресу: Санкт-Петербург, ул. ФИО6, д. 36, кв. 9, выполненного ООО «Бюро экспертиз» следует, что в результате осмотра комнаты площадью по плану 31,87 кв.м., установлено, что она разделена на 3 отдельные комнаты площадью 5,7 кв.м, 10,4 кв.м, 8.6 кв.м. и прихожую/холл площадью 5,9 кв.м. Рыночная стоимость реального ущерба, нанесенного недвижимому имуществу составляет 66 107 руб., при этом в качестве необходимых восстановительных работ специалистом указано на необходимость демонтажа ковролина, демонтажа и монтажа плинтусов пластиковых, демонтажа натяжных потолков в комнатах площадью 5,7 кв.м., 10,4 кв.м., 8,6 кв.м, демонтажа перегородок из гипсокартона, выравнивание стен (шпатлевка) в местах установки перегородок оклейка стен обоями, демонтаж дверных блоков МДФ2,0*0,8 м 2 шт., демонтаж коробки деревянной 2,0 * 0,8 м., демонтаж проводки по перегородкам и потолку, демонтаж выключателей - 2 шт., светильника – 1 шт., розеток – 6 шт., проведение проводки по периметру стен комнаты, установка выключателя – 1 шт., розеток – 4 шт. 

Ходатайство о назначении по делу судебной товароведческой экспертизы с целью опровержения рыночной стоимости работ, необходимых для приведения планировки комнаты, принадлежащей истцу, в первоначальное состояние, указанной в отчете ООО «Бюро экспертиз», ответчиком в лице представителей по доверенности заявлено не было. 

Учитывая, что материалами дела в их совокупности (акт обследования от 26.10.2017 ООО «ЖКС № 1 Адмиралтейского района», отчет об оценке) подтверждается, что в комнате № 13 площадью 31,87 кв.м в квартире 9 дома 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге, произведена перепланировка путем образования из указанной комнаты трех отдельных помещений и прихожей/холла, при этом указанные действия произведены ответчиком ФИО2, которая обязалась после окончания срока аренды ликвидировать все элементы перепланировки, на что прямо указано в п. 2.2.7 договора аренды от 01.09.2014, т.е. причиной образования выявленных повреждений в жилом помещении истца, явились негативные действия ответчика в период пользования комнатой по договору аренды, а также принимая во внимание, что ответчиком не представлено каких-либо доказательств выполнения взятых на себя обязательств по договору аренды по ликвидации элементов перепланировки, равно как не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в причиненном помещению ущербе, как этого требует п. 2 ст. 1064 ГК РФ в качестве основания для освобождения лица от имущественной ответственности, с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию ущерб в размере 66 107 руб., определенный на основании представленного истцом отчета № 468-17 об оценке рыночной стоимости ущерба, нанесенного недвижимому имуществу, находящемуся по адресу: Санкт-Петербург, ул. ФИО6, д. 36, кв. 9, выполненного ООО «Бюро экспертиз», не оспоренного ответчиком. 

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика стоимости входной двери в комнату и ее установку в размере 20 000 руб., суд исходит из того обстоятельства, что доказательств размера убытков на указанную сумму истец не представил, отчет № 468-17 об оценке рыночной стоимости ущерба, нанесенного недвижимому имуществу, находящемуся по адресу: Санкт-Петербург, ул. ФИО6, д. 36, кв. 9, выполненный ООО «Бюро экспертиз», не содержит выводов специалиста о стоимости входной двери и работ по ее установке. 

На основании вышеизложенного, при недоказанности истцом заявленной к взысканию с ответчика стоимости входной двери и ее установки, принимая во внимание положения ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, согласно которым каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания с ответчика 20 000 руб. 

Разрешая заявленные истцом требования о взыскании с ответчика 135 000 руб., которые расценены истцом как невыплаченной арендная плата за пользование комнатой по договору аренды и самовольное пользование без договора аренды за 9 месяцев, в обоснование которых истец ссылался на то обстоятельство, что ФИО2 в период с 01.12.2015 по 01.10.2016 самовольно, без ведома истца использовала ее комнату для получения материальной выгоды и впустила в комнату неизвестных истцу людей для проживания, используя всю квартиру, в том числе комнату истца, как мини-отель, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку как указано судом выше, доказательств тому, что после истечения срока действия договора от 01.09.2014, т.е. после 31.07.2015, между сторонами был заключен договор аренды спорного помещения, принадлежащего истцу, в частности, со сроком аренды с 01.08.2015 по 31.12.2015, на что указывает истец в иске, материалы дела не содержат, указанные доказательства истцом суду не представлены. 

При этом представленный истцом протокол осмотра письменного доказательства: информационного ресурса, опубликованного в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования Интернет на страницах сайта, расположенного по адресу: https://www.101hotels.ru/main/cities/sankt-peterbyrg/gostinitca_puskin_loft.html от 21.10.2018 относимым, допустимым и достаточным доказательством, подтверждающим доводы истца об использовании ответчиком в период с 01.12.2015 по 01.10.2016 (указан истцом в иске) принадлежащего ФИО1 помещения для сдачи в аренду, признан быть не может, на указанном информационном ресурсе размещены сведения о возможности посуточной аренды номеров в гостинице ФИО7 Лофт по адресу: наб. р. Фонтанки, д. 185 стоимостью 6 000 руб. в сутки, сведения о сдаче в аренду принадлежащей истцу комнаты данный информационный ресурс не содержит. 

Непредставление истцом доказательств возникновения между ней и ответчиком отношений по договору аренды после истечения срок действия договора аренды от 01.09.2014, а равно непредставление доказательств в обоснование доводов об использовании ответчиком принадлежащего истцу помещения для проживания посторонних лиц в заявленный истцом период 01.12.2015 по 01.10.2016, влечет отказ в иске в части требований о взыскании с ФИО2 невыплаченной арендной платы в размере 135 000 руб. 

Разрешая заявленные истцом требования об обязании ответчика в местах общего пользования на кухне коммунальной квартиры по адресу: Санкт-Петербург, ул. ФИО6, д. 36, кв. 9 восстановить мойку и газовую плиту в течение одного месяца с даты вступления решения суда в законную силу, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Собственник жилого помещения обязан, в том числе, соблюдать права и законные интересы соседей.

В соответствии с ч. ч. 2, 3 ст. 1 ЖК РФ, граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан. Жилищные права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Согласно п. 4 ст. 17 ЖК РФ, пользование жилым помещением осуществляется с учетом соблюдения прав и законных интересов проживающих в этом жилом помещении граждан, соседей, требований пожарной безопасности, санитарно-гигиенических, экологических и иных требований законодательства, а также в соответствии с правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Согласно ч. 1 ст. 41 ЖК РФ собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее - общее имущество в коммунальной квартире).

В силу ч. 1 ст. 42 ЖК РФ доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире пропорциональна размеру общей площади указанной комнаты.

Поскольку порядок использования общего имущества в коммунальной квартире не урегулирован жилищным законодательством, то в соответствии со ст. 7 ЖК РФ к этим отношениям применяются нормы ГК РФ об общей долевой собственности. В частности, нормы ст. ст. 246, 247 ГК РФ.

Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (п. 1 ст. 246 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Исходя из содержания данных норм, неправомерное использование общего имущества возникает при использовании общего имущества в отсутствие соглашения всех участников долевой собственности на пользование общим имуществом либо, если такое согласие не получено, в отсутствие решения суда о порядке использования общего имущества.

На плане помещений квартиры 9 в доме 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге помещение кухни площадью 26,92 кв.м. оборудовано двумя кухонными плитами и раковиной. 

Из акта от 15.11.2018, составленного ООО «Жилкомсервис № 1 Адмиралтейского района» следует, что в помещении площадью 26,9 кв.м. (кухня) отсутствуют раковина, отсутствует газовая плита, вместо ванны душевая кабина, места общего пользования (кладовка) переоборудована в кухню, со слов проживающих представителями Петербург газ выполнен демонтаж газового трубопровода, причина демонтажа не известна. 

Оценив представленные доказательства, доводы и возражения сторон, проанализировав законодательство, регулирующее сложившиеся правоотношения, учитывая, что ФИО1 является собственником 32/134 доли квартиры 9 в доме 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге и имеет право использования общего имущества в коммунальной квартире, в том числе помещения кухни по его прямому назначению, при этом ее согласие на демонтаж кухонной плиты и раковины из помещения кухни ФИО2 получен не был, равно как не было получено согласие на переоборудование мест общего пользования (кладовки) для использования под кухню, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 подлежит обязанию установить в местах общего пользования в помещение кухни площадью 26,9 кв.м. в квартире 9 до 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге мойку и газовую плиту.

При этом доводы ответчика в лице представителя по доверенности о том, что восстановление газа ответчиком невозможно, поскольку он не является специализированной организацией, уполномоченной на проведение подобных работ, а также ссылка на то, что ответчик возражает против восстановления газа в своей квартире и не изъявляет согласия на проведение подобных работ, правого значения для дела не имеют, поскольку истцом заявлены требования не о восстановлении газоснабжения в квартире 9 дома 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге, работы по отключению которого были осуществлены ООО «ПетербургГаз» 19.10.2011 в ходе заявочных работ с установкой резьбовой металлической заглушки на вводе в квартиру, что следует из письма от 07.12.2018, а об установке в соответствии с планом квартиры в помещении кухни газовой плиты и раковины, которые согласно акту управляющей организации от 15.11.2018 в помещении кухни отсутствуют. 

Доводы ответчика о том, что мойка в квартире имеется и находится в рабочем состоянии относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены, опровергаются содержанием названного выше акта обследования ООО «ЖКС № 1» от 15.11.2018, подтверждающего отсутствие в помещении кухни в квартире 9 дома 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге раковины. 

Согласно ч. 2 ст. 206 ГПК РФ, при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные с передачей имущества или денежных сумм, в случае, если указанные действия могут быть совершены только ответчиком, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено. 

Из содержания вышеприведенной нормы следует, что устанавливаемый судом срок должен отвечать принципу разумности и, кроме того, обеспечивать соблюдение баланса сторон.

По мнению суда, месячный срок с момента вступления решения суда в законную силу для установки ответчиком ФИО2 в местах общего пользования в помещении кухни мойки и газовой плиты является разумным. 

Частью 1 ст. 98 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В материалах дела имеется квитанция об оплате истцом расходов по составлению отчета об оценке на сумму 6 000 руб., а также кассовый чек на сумму 277,80 руб., подтверждающий расходы истца на направление телеграммы в адрес ответчика о вызове на осмотр квартиры. 

Учитывая, что требования истца удовлетворены, в силу ст. 98 ГПК РФ расходы истца на оценку и расходы на отправление телеграммы о вызове на осмотр квартиры подлежат возмещению ответчиком. 

Разрешая вопрос о наличии оснований для взыскания с ответчика расходов истца на оформление протоколов осмотра доказательств у нотариуса на сумму 6 540 руб., суд исходит из следующего. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет").

Поскольку протокол осмотра письменного доказательства: информационного ресурса, опубликованного в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования Интернет на страницах сайта, расположенного по адресу: https://www.101hotels.ru/main/cities/sankt-peterbyrg/gostinitca_puskin_loft.html от 21.10.2018 не имеет доказательственного значения по делу, признан судом неотносимым доказательством, кроме того, протокол обеспечения доказательств оформлен нотариусом после возбуждения настоящего гражданского дела в суде, основания для взыскания с ответчика названных расходов отсутствуют. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 ущерб в размере 66 107 рублей, стоимость оценки в размере 6 000 рублей, расходы на отправку телеграммы в размере 277 рублей 80 копеек. 

Обязать ФИО1 в течение 1 месяца с момента вступления решения суда в законную силу установить в местах общего пользования в помещении кухни площадью 26,9 кв.м. в квартире 9 до 36 по ул. ФИО6 в Санкт-Петербурге мойку и газовую плиту.

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено «19» апреля 2019 года.

Судья: Кондратьева Н.М.