К делу № 24 октября 2017 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Туапсе

Туапсинский городской суд Краснодарского края в составе:

судьи Кит В.О.,

при секретаре судебного заседания Арустамян Н.Г., 

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО1, ФИО2, действующей на основании доверенности, 

ответчика ФИО3, 

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Туапсинский городской суд с иском к ФИО3 о признании завещания ФИО5, составленного 22 сентября 2016 года, удостоверенного нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 недействительным.

Требования мотивированы тем, что с 1991 года ФИО1 проживала совместно и состояла в гражданском браке с супругом СПВ в 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Согласно договору от ДД.ММ.ГГГГ СПВ была передана в личную собственность 

<

адрес>, состоящая из двух комнат, расположенная в 

<

адрес> в 

<

адрес> края. ДД.ММ.ГГГГ согласно записям домовой книги Истица ФИО1 была зарегистрирована в квартире гражданского супруга СПВ ДД.ММ.ГГГГ между Истицей ФИО1 и СПВ брак был зарегистрирован. От данного брака детей нет. 08 декабря 2016 года ФИО5 умер. После его смерти открылось наследственное имущество, в связи, с чем 19.12.2016 года Истица ФИО1, являясь наследником первой очереди по закону в пределах срока принятия наследства обратилась с соответствующим заявлением к нотариусу Туапсинского нотариального округа ФИО6 (наследственное дело №). При оформлении документов для вступления в наследство, оставшегося после смерти супруга СПВ, стало известно, что при жизни наследодателем было составлено завещание, в соответствии с которым все свое имущество последний завещает свой племяннице ФИО3. Помимо Истца к указанному нотариусу с аналогичным заявлением также обратилась Ответчик ФИО3 Ответчик, не являющаяся наследником по закону, одновременно с заявлением о принятии наследства предоставила завещание, составленное в её пользу и удостоверенное «22» сентября 2016 года нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 Последние несколько месяцев жизни Наследодатель СПВ страдал онкологическим заболеванием, в связи с этим проходил активную терапию и, как следствие, принимал сильнодействующие препараты. Истица ФИО1 полагает, что указанное выше завещание, удостоверенное как раз в период сильного обострения заболевания, было подписано «Наследодателем» в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Истец находит завещание недействительным и нарушающим его законные права и интересы как наследника первой очереди по закону. Как было отмечено ранее, «Наследодатель» страдал онкологическим заболеванием и принимал сильнодействующие препараты. Истица ФИО1 убеждена, что оспариваемое завещание было подписано Наследодателем в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. В целях установления такого состояния Наследодателя на момент подписания оспариваемого завещания необходимо проведение посмертной психолого-психиатрической экспертизы на основании полученных в ходе судебного разбирательства средств доказывания, которые не могут быть получены Истцом самостоятельно, в соответствии со ст. 13 Федерального закона от 21.11.2011 N 323- ФЗ (ред. от 03.04.2017) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации". Просила признать недействительным завещание СПВ, составленное «22» сентября 2016 года, удостоверенное нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель поддержали требования искового заявления просили их удовлетворить.

Ответчик ФИО3 и ее представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения требований, просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Нотариус Туапсинского нотариального округа ФИО6, в судебное заседание не явилась, о месте и времени слушания по делу уведомлена надлежащим образом, при этом в материалах дела имеется ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. Кроме того, ранее нотариус Туапсинского нотариального округа - ФИО6 в судебном заседании от 24.07.2017 года будучи допрошенной в качестве свидетеля, показала, что она является нотариусом Туапсинского нотариального округа, нотариальное действия в виде удостоверения завещания СПВ осуществлялось ею. Кто именно приводил СПВ в нотариальную контору она не помнит. Она определила дееспособность обратившегося лица, а именно определила ориентацию гражданина «во времени», «в пространстве», и «по кругу лиц», а также добровольность волеизъявления обратившегося лица и его понимание для чего он обратился к нотариусу, также разъяснила природу и правовые последствия совершения действий, все в соответствии со ст.1149 ГПК РФ. Перед каким-либо нотариальным действием она устанавливает личность и задает клиентам соответствующие вопросы. После определенных вопросов можно определить, дает ли отчет человек своим действиям, действительно ли он понимает их значение, убеждается, что это действительно волеизъявление. Также она разъясняет гражданам правовые последствия, старается объяснить все простыми словами, чтобы человек понимал последствия совершаемой сделки, приводит живые примеры. Так же она определяет состояние человека на начальном этапе, когда просит заполнить реестр, это фамилия, имя, отчество и подпись. Человек в трезвом уме и памяти, всегда сразу воспринимает эту просьбу и заполняет реестр. Граждане старше 80 лет по-разному воспринимают ее объяснения, но если она видит, что человек не понимает ее, она требует у него специальные медицинские справки о том, что данный гражданин здоров, для того, чтобы в дальнейшем составить завещание с его волеизъявлением. По данному завещанию, при подписании завещания и доверенности она убедилась, в том, что СПВ отдавал отчет своим действиям, понимал их значение, понимал последствия совершаемых действий, в связи, с чем завещание его было удостоверено.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела, считает, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежащие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Материалами дела установлено, что 08.12.2016 года умер СПВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ серии № года. После смерти СПВ открылось наследство.

В соответствии с завещанием от 22.09.2016 года серия № удостоверенным нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 СПВ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, все свое имущество, принадлежавшее ему на день смерти, завещал ФИО3.

Судом установлено, что наследниками имущества открывшегося после смерти СПВ по закону является так же супруга умершего ФИО1 что подтверждается свидетельством о заключении брака от 22.07.2000 года серии № и заявлением ФИО1 нотариусу Туапсинского нотариального округа ФИО6

Как установлено материалами дела, при жизни СПВ на имя ФИО3 была оформлена доверенность серии № от 27.09.2016 года на право быть его представителем во всех предприятиях, организациях и учреждениях Краснодарского края, включая государственные и муниципальные, перед всеми должностными лицами, а также перед всеми должностными лицами, а также перед любыми физическими и юридическими лицами по вопросам оформления в собственность квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, данная доверенность удостоверена нотариусом ФИО6.

В последующем СПВ завещанием от 22.09.2016 года серия № удостоверенным нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 все свое имущество, принадлежавшее ему на день смерти, завещал ФИО3.

Согласно ч. 2 ст. 1146 ГК РФ, не наследуют по праву представления потомки наследника по закону, лишенного наследодателем наследства (пункт 1 статьи 1119).

В соответствии с п. 2 ст. 1131 ГК РФ завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Поскольку ФИО1 в силу завещания СПВ была лишена права наследования после своего супруга, на спорное имущество, и считая, что ее права нарушены, обратилась в суд с соответствующими требованиями, где просила признать завещание недействительным, со ссылкой на невозможность лица, составившего завещание понимать значение своих действий и руководить ими.

Так как данная сделка (завещание) является оспоримой, в силу закона, то, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п.1 ст. 177 ГК РФ, согласно ст. 56 ГПК РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Оспариваемое завещание оно соответствует требованиям действующего законодательства РФ по форме, порядку составления и оформления, в том числе положениям ст.ст. 1118, 1124, 1125 ГК РФ, а именно: составлено в письменной форме, удостоверено нотариусом, совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме, разъяснены положения ст. 1149 ГК РФ. Завещание, удостоверенное нотариусом, подписано лично завещателем, т.е. СПВ, что не оспаривается сторонами в судебном заседании.

На момент составления завещания СПВ принадлежало на праве собственности 

<

адрес> в г. Туапсе, поэтому его действия по составлению завещания, основаны на законе.

В судебном заседании допрошенная свидетель ФИО7 пояснила, что знакома с истицей ФИО1 она была супругой ее брата, ответчик ФИО3 ее дочь. СПВ ее родной брат проживал с ФИО1 по адресу: 

<

адрес>. Во время болезни СПВ стал пассивен. Ранее она с семьей проживала в 

<

адрес>, когда там начались боевые действия, С позвонил и пригласил к себе, сказал, что предоставит им родительскую квартиру и проживали они все вместе, СПВ с женой и она с семьей, по адресу: 

<

адрес>. Данную квартиру СПВ с родителями получил еще до женитьбы. По словам СПВ ФИО1 была не против их приезда и у них со СПВ была договоренность, что она не претендует на данное имущество, так как у нее имелась трехкомнатная квартира. Изначально квартиру СПВ хотел завещать ей, но она его отговорила, так как является пожилым человеком и после ее смерти опять возникнут вопросы с наследством, поэтому пообщавшись с братом, было решено, завещать квартиру ее дочери О. Изначально у них возникла еще проблема, из-за того, что ФИО1 была против зарегистрировать ее временно для получения пенсии. 

Свидетель Я в судебном заседании пояснила, что является родной сестрой СПВ, брат, до женитьбы, получил квартиру по 

<

адрес>. После чего он забрал родителей к себе, родители стояли на очереди по получению квартиры, так как их отец являлся ветераном ВОВ и инвалидом. В связи с этим ее брату и родителям расширили квартиру. Сестра проживала в 

<

адрес>, три года назад, когда на Украине была война, их дом был разрушен, СПВ настоял, чтобы ее сестра с семьей переехали в Туапсе. Эта квартира принадлежала их родителям, поэтому он решил написать завещание на племянницу. В прошлом году СПВ позвонил ей и сказал, что у него пропали паспорт и деньги. Он у нее поинтересовался, на кого ему отписать квартиру, на сестру Любовь или племянницу В, на, что она ему ответила, что сестра пожилая, и лучше написать на племянницу. СПВ передвигался сам и в больницу ходил сам, и также ей сообщил по телефону, что он сам ходил к нотариусу.

Свидетель О допрошенная в судебном заседании пояснила, что знакомы с истцом и ответчиком, истица была супругой ее дяди СПВ, а ответчица является ее двоюродной сестрой. После того, как в 1999 г. скончалась ее мать, она стала проживать в квартире, которая осталась ей по наследству в 

<

адрес>, спустя время она переехала в другой город и не проживаю в г.Туапсе три года. Но она всегда поддерживала контакт с дядей, редко приезжала в гости, но звонила ему постоянно. Квартира по адресу: 

<

адрес>, где проживали СПВ с ФИО1, кому принадлежала ее дедушке и его сыну, он был инвалидом ВОВ и вместе с сыном они получили эту квартиру. По поводу состояния здоровья СПВ пояснила, что он был вполне адекватен, они постоянно общались по телефону. Общаясь с дядей по телефону, и спрашивая у него, чем он занят, он часто говорил, что прогуливается по набережной города, за неделю до смерти, он уже плохо передвигался и не мог разговаривать. Диагноз, с которым он попал в больницу является инсульт. До инсульта они созванивались очень часто, а после инсульта уже не общались. До инсульта СПВ мог заниматься своей жизнедеятельностью самостоятельно, до инсульта, ей это известно со слов родственников.

Суд, принимает во внимание показания указанных выше свидетелей, поскольку они длительное время общались со СПВ и могли наблюдать его состояние, предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, поясняли, что СПВ был адекватным, здравомыслящим человеком до самой смерти. Данных о какой - либо заинтересованности указанных лиц в исходе дела нет, их показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам дела, сведения о которых содержаться и в других собранных по делу доказательствах.

Свидетель Р допрошенная в судебном заседании от 24.07.2017 года пояснила, что с истицей знакома с 1991 г., когда она стала проживать со СПВ, а ответчицу с момента ее приезда с 

<

адрес> к дяде. Она является соседкой ФИО1 и умершего СПВ, они проживают на одной лестничной площадке. СПВ, до инсульта, постоянно ходил играть на улицу с соседями в шахматы, был активен. У нее есть внук и после школы, они постоянно приходили в гости СПВ для того, чтобы внук поиграл с ним в шахматы. После инсульта, СПВ стал очень опустошенным, с болезнью он изменился, по квартире передвигался с трудом. В сентябре она видела ФИО8 два раза, а после инсульта у СПВ один раз, когда она приходила к СПВ. Она не видела, что после инсульта выходит на улицу. Супруга СПВ возила его в больницу, чтобы кто-то другой его возил куда-либо она не видела.

Свидетель С допрошенная в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что с истицей она знакома, а ответчицу не знает. Она проживает в одном доме с ФИО1, только на разных этажах. В данном доме она проживает с 1981 г. С ФИО1 знакома с 1991 г., с того момента, когда она переехала жить к СПВ. До болезни он был активным человеком, часто ходил играть в шахматы на улицу. А после болезни, с сентября 2016 г. он стал не активным, стал отстраненным, по квартире передвигался с трудом. На вопросы не отвечал, если она спрашивала, как у него здоровье, игнорировал ее. На прогулки не выходил, был всегда дома. Она видела, как он принимал лекарства, какие сказать не может, считает, что следствием его поведения было тяжелое состояние его здоровья.

Кроме того, оценка адекватности поведения СПВ может быть произведена только с учетом мотивов совершения им конкретных действий, однако соответствующие сведения в показаниях свидетелей отсутствуют. Также судом учитывается, что показания свидетелей истца, с точки зрения медицинской составляющей, были предметом исследования экспертов, квалификация и опыт которых не вызывает у суда сомнения. Выводы экспертиз в частности свидетельствуют об отсутствии в данных показаниях клинически значимой информации. Показания вышеуказанных свидетелей относительно состояния здоровья СПВ не свидетельствуют о наличии психических расстройств и не исключают его дееспособность.

К показаниям свидетелей со стороны истца, суд относится критически, поскольку высказанное ими мнение относительно психического состояния является личным умозаключением и не подтвержденным какими - либо доказательствами.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

На основании определения суда от 24.07.2017 года назначено проведение посмертной комплексной судебной психолого - психиатрической экспертизы, производство которой поручено ГУЗ «Специализированная клиническая больница №» отделение амбулаторной судебно - психиатрической экспертизы в г. Краснодаре.

Из сообщения ГУЗ «Специализированная клиническая больница №» отделение амбулаторной судебно - психиатрической экспертизы в г. Краснодаре о невозможности дать заключение № от 19.09.2017 года по посмертной судебной комплексной психолого - психиатрической экспертизе, следует, что из материалов гражданского дела (№), медицинской документации (медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №; медицинская карта амбулаторного больного №; медицинская карта № № стационарного больного; медицинская карта стационарного больного №.28970; медицинская карта № стационарного больного; медицинская карта № стационарного больного; медицинская карта № стационарного больного; медицинские справки) известно следующее: Согласно данным из копии свидетельства о смерти, ДД.ММ.ГГГГ, умер СПВ (копия свидетельства о смерти, л.д. 10). При жизни В ГБУЗ «Психоневрологический диспансер № 4» г. Туапсе не состоял на учете (ответ на запрос, л.д. 109, 112). На диспансерном учете у врача психиатра-нарколога Туапсинского филиала ГБУЗ «Наркологический диспансер» М3 КК не состоял (ответ на запрос, л.д. 111). Являлся инвалидом второй группы по общему заболеванию, с 26.08.2016 г. (копия справки МСЭ №, в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №).С 21.06.2016 г. по 01.07.2016 г. проходил лечение в МБУЗ «Туапсинская районная больница № 1» г. Туапсе, где был установлен диагноз: «Хроническая гипохромная анемия тяжелой степени (ЖДА). Недостаточность кардии 1-2 ст. Атрофический гастрит вне обострения. ДГПЖ. С-r предстательной железы?» (выписка из и/б стационарного больного № в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №; медицинская карта №тер стационарного больного). Согласно врачебному заключению, 05.08.2016 г. выполнена пункционная биопсия простаты по поводу: «Suspicio D40.0 ЗНО предстательной железы, 1а кл.гр.» (врачебное заключение, л.д. 19). С 06.08.2016 г. по 16.08.2016 года, находился в кардиологическом отделении «Туапсинской районной больницы №» с диагнозом: «Ишемическая болезнь сердца, стенокардия напряжения III ф.к. Гипертоническая болезнь III стадии, риск ОСО 4. Гипертрофия левого желудочка, ХСН II А стадии III функциональный класс NYHA). С-r простаты. Анемия, тяжелой степени, смешанной этиологии (раковая интоксикация, кровотечение)» (выписной эпикриз №, л.д. 13; медицинская карта № стационарного больного). Находился на лечении в ГБУЗ «Клинический онкологический диспансер № 1» М3 КК с 29.09.2016 г. до 03.10.2016 г. с диагнозом: «Suspicio С61 С-r предстательной железы, после МФПБ под УЗ-контролем, 1а кл.гр.». Проводилась биопсия предстательной железы под контролем ультразвукового исследования (выписной эпикриз из и/б №, л.д. 18; медицинская карта амбулаторного больного №.27313; медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №; медицинская карта стационарного больного №). По данным из медицинской карты пациента получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №, 19.09.2016 г. был осмотрен неврологом, диагноз: «ДЭП 2 ст» (медицинская карта пациента получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №). Осмотр от 21.09.2016 г., диагноз: «ИБС стенокардия 

<

написано неразборчиво>» (медицинская карта пациента получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №). По заявлению СПВ, поступившему в бюро № 26.08.2016 г., решением бюро 29.09.2016 г. ему впервые проведена очная медикосоциальная экспертиза. Согласно комиссионному заключению специалистов бюро на основании анализа представленных медицинских и медико-экспертных документов, личного осмотра у СПВ выявлены стойкие выраженные нарушения функций организма, которые привели к ограничению жизнедеятельности в категориях: способность к самообслуживанию 2 степени, к самостоятельному передвижению 2 степени, к ориентации 1 степени, к контролю за своим поведением 1 степени, необходимости в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, что в соответствии с п. 5, 6 правил признания лица инвалидом, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 20.02.2006 № 95, Классификациями и критериями, используемыми при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан государственными федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, утвержденными Приказом Минтруда России от 17.12.2015 г. № 1024н, явилось основанием для установления 2 группы инвалидности по причине «общее заболевание» сроком на 1 год. Согласно разделу III Классификаций и критериев ограничение способности к самообслуживанию 2 степени — способность к самообслуживанию с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств (п. 6а); ограничение способности к самостоятельному передвижению 2 степени — способность к самостоятельному передвижению с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств (п. 66); ограничение способности к ориентации 1 степени — способность к ориентации только в привычной ситуации самостоятельно и с помощью вспомогательных технических средств (п. 6в); ограничение способности контролировать свое поведение 1 степени — периодически возникающее ограничение способности контролировать свое поведение в сложных жизненных ситуациях и постоянное затруднение выполнения ролевых функций, затрагивающих отдельные сферы жизни, с возможностью частичной самокоррекции (п.6д) (Индивидуальная программа реабилитации, выдаваемая учреждениями медикосоциальной экспертизы, л.д. 20-23; Ответ на запрос Об освидетельствовании, л.д. 34-35). С 09.10.2016 г. по 26.10.2016 г. лечился стационарно в МБУЗ «Туапсинская районная больница № 1» ПСО Неврология, куда был доставлен МСМП с жалобами на нарушение произношения слов, слабость в правой руке и ноге. Заболел остро 09.10.2016 г. Выставлен диагноз: «Ишемический инсульт в бассейне л.с.м.а. от 09.10.2016 г. Кардиоэмболический патогенетический вариант по критериям TOAST. Моторная афазия, центральный правосторонний гемипарез. Дисциркуляторная энцефалопатия 3 ст. Гипертоническая болезнь 3 ст. риск 4» (эпикриз № в медицинской карте №Н стационарного больного). Был направлен на реабилитационное лечение в Туапсинскую районную больницу №, где находился с 27.10.2016 г. по 09.11.2016 г. с диагнозом: «Ранний восстановительный период ишемического инсульта в левой гемисфере от 19.10.2016 г. в виде правосторонней гемиплегии, моторной афазии, низкий темп восстановления утраченных функций. Низкий уровень социальной и бытовой адаптации. NIHSS 8. ФИО9 по наследственному делу, гражданин СПВ не вызвал сомнения больного человека» (протокол судебного заседания от 24 июля 2017 г., л.д. 98-99). Из показаний свидетеля ФИО10: «...Во время болезни брат стал пассивен» (протокол судебного заседания от 24 июля 2017 г., л.д. 99). Свидетель Я: «Представитель ответчика дать: ФИО4: «СПВ мог передвигаться сам?» Я: «Да, он и в больницу сам ходил». Представитель истца ФИО2: «Вы утверждаете, что СПВ мог спокойно передвигаться. К нотариусу ваш брат сам ходил?». Я: «Да, он лично мне это сообщил по телефону» (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, л.д. 100). В Туапсинский городской суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО3 обратилась ФИО1 о признании завещания СПВ, составленное ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенное нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 недействительным (исковое заявление, л.д. 1-3). Требования мотивированы тем, что с 1991 года ФИО1 проживала совместно и состояла в гражданском браке с супругом СПВ в квартире №, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Согласно договору от ДД.ММ.ГГГГ СПВ была передана в личную собственность квартира №, состоящая из двух комнат, расположенная в 

<

адрес> в г. Туапсе Краснодарского края. 10 февраля 1998 года, согласно записям домовой книги Истица ФИО1 была зарегистрирована в квартире гражданского супруга СПВ 22 июля 2000 года между Истицей ФИО1 и СПВ брак был зарегистрирован. От данного брака детей нет. 08 декабря 2016 года СПВ умер. После его смерти открылось наследственное имущество, в связи с чем 19.12.2016 года Истица ФИО1, являясь наследником первой очереди по закону в пределах срока принятия наследства обратилась с соответствующим заявлением к нотариусу Туапсинского нотариального округа ФИО6 (наследственное дело №). При оформлении документов для вступления в наследство, оставшегося после смерти супруга СПВ, стало известно, что при жизни наследодателем было составлено завещание, в соответствии с которым все свое имущество последний завещает своей племяннице ФИО3 Помимо Истца к указанному нотариусу с аналогичным заявлением также обратилась Ответчик ФИО3 Ответчик, не являющаяся наследником по закону, одновременно с заявлением о принятии наследства предоставила завещание, составленное в ее пользу и удостоверенное 22 сентября 2016 года нотариусом Туапсинского нотариального округа ФИО6 Последние несколько месяцев жизни Наследодатель СПВ страдал онкологическим заболеванием, в связи с этим проходил активную терапию и, как следствие, принимал сильнодействующие препараты. Истица ФИО1 убеждена, что оспариваемое завещание было подписано Наследодателем в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Руководствуясь ст. 79 ГПК РФ, по делу была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. Учитывая выше изложенное комиссия пришла к заключению, что ответить на поставленные вопросы не представляется возможным, так как нет данных что при жизни СПВ врачами психиатрами осматривался, в том числе и на юридически исследуемый период времени (22.09.2016 г.) и на ближайшие к нему периоды. При жизни СПВ на учете в ГБУЗ «Психоневрологический диспансер № 4» г. Туапсе не состоял (ответ на запрос, л.д. 109, 112), на диспансерном учете у врача психиатра-нарколога Туапсинского филиала ГБУЗ «Наркологический диспансер» М3 КК не состоял (ответ на запрос, л.д. 111), так же отсутствуют данные о наличии признаков хронического психического расстройства, какого либо временного болезненного расстройства психической деятельности на момент подписания завещания от 22.09.2016 г., однако имеются данные о наличии диагноза «Дисциркуляторная энцефалопатия 2 ст» от 19.09.2016 г. (осмотр от 19.09.2016 г., медицинская карта пациента получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №), «Ишемический инсульт в бассейне л.с.м.а. от 09.10.2016 г. Кардиоэмболический патогенетический вариант по критериям TOAST. Моторная афазия, центральный правосторонний гемипарез. Дисциркуляторная энцефалопатия 3 ст. Гипертоническая болезнь 3 ст. риск 4» (эпикриз № в медицинской карте №Н стационарного больного) установленного в период прохождения стационарного лечения с 09.10.2016 г. по 26.10.2016 г., а также по данным из ИПРА инвалида № от 29.08.2016 г.: «Согласно комиссионному заключению специалистов бюро на основании анализа представленных медицинских и медико-экспертных документов, личного осмотра у СПВ выявлены стойкие выраженные нарушения функций организма, которые привели к ограничению жизнедеятельности в категориях: способность к самообслуживанию 2 степени, к самостоятельному передвижению 2 степени, к ориентации 1 степени, к контролю за своим поведением 1 степени» (Индивидуальная программа реабилитации, выдаваемая учреждениями медико-социальной экспертизы, л.д. 20-23; Ответ на запрос Об освидетельствовании, л.д. 34-35). Свидетельские показания из протокола судебного заседания от 24 июля 2017 г. малоинформативны, в связи, с чем не позволяют достоверно оценить психическое состояние СПВ в период подписании завещания от 22.09.2016 г., а также в период предшествовавший смерти.

Оснований сомневаться в объективности заключений посмертной судебной психолого-психиатрической экспертизы, квалификации экспертов, качестве проведенных исследований у суда не имеется.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 «Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении», заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 ГПК РФ). Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Поскольку по данному делу юридически значимым и подлежащим доказыванию является выяснение вопроса, мог ли СПВ на момент составления завещания отдавать отчет своим действиям и руководить ими, то суд, давая оценку заключению, в соответствии со ст. 67,86 ГПК РФ, приходит к убеждению, что выводы экспертов не содержат утверждений, что СПВ не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, или воспроизводить действительность в искаженном виде, при этом сомнений в правильности или обоснованности данных заключений эксперта у суда не возникает.

Позиция Истца построена на том, что умерший СПВ не мог отдавать отчет своим действиям, в силу наличия у него онкологического заболевания и нахождения, в своем пожилом возрасте, под влиянием.

Соответственно эксперты, изучив все представленные медицинские документы, свидетельские показания не смогли прийти к выводу, о том, что СПВ не мог отдавать отчет своим действиям, в силу наличия у него онкологического заболевания и нахождения, в своем пожилом возрасте, под влиянием. В связи с чем, бесспорных документов этому суду не представлено.

Кроме того, анализируя установленные в судебном заседании фактические обстоятельства дела, а именно то, что после составления завещания СПВ оформил доверенность на имя ФИО3 серии № от 27.09.2016 года на право быть его представителем во всех предприятиях, организациях и учреждениях 

<

адрес>, включая государственные и муниципальные, перед всеми должностными лицами, а также перед всеми должностными лицами, а также перед любыми физическими и юридическими лицами по вопросам оформления в собственность квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, удостоверенной нотариусом Н, суд приходит к выводу, что действия наследодателя, фактически исключившего Истца из числа наследников в отношении своего недвижимого имущества, носили целенаправленный и последовательный характер.

Имеющаяся в материалах дела медицинская документация также не содержит сведений о наличии у СПВ на момент совершения завещания от 22.09.2016 года, каких-либо выраженных психических расстройств, кроме того СПВ на учете врача психиатра не состоял.

Кроме того, суд принимает во внимание и тот факт, что завещание составлено СПВ в сентябре 2016 года, а умер он в декабре 2016 года, соответственно прослеживается временный промежуток, на протяжении которого СПВ имел возможность изменить условия завещания, однако этого не сделал.

Кроме того, в материалах дела, а также в медицинских картах, отсутствуют рекомендации врачей по необходимости наблюдения у врача - психиатра, в том числе на момент составления завещания.

Сам по себе факт того, что завещатель имел ряд заболеваний включая онкологическое заболевание не является основанием для признания завещания недействительным, поскольку факт совершения гражданином действий в момент, когда он не был способен понимать значения своих действий и руководить ими, должен быть надлежащим образом доказан. Доказательств в обоснование исковых требований по этим основаниям суду представлено не было.

Суд, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, приходит к убеждению, что СПВ был способен отдавать отчет своим действиям, осознавать окружающую обстановку, правильно воспроизводить имеющие значение для дела факты и обстоятельства.

Учитывая все доказательства по делу, судом не установлено обстоятельств, позволяющих с достоверностью признать, что СПВ при составлении завещания 22.09.2016 года, не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, воспроизводить действительность в искаженном виде.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при составлении завещания СПВ был вменяемым, мог предпринимать самостоятельные действия и принимать решения, учитывать и оценивать свои взаимоотношения с родственниками, и между ними, давать этим отношениям свою оценку.

Истец не представил ни одного доказательства того, что завещатель не мог понимать значение своих действий и руководить ими, и это не было его волеизъявление.

Правильное распределение бремени доказывания между сторонами - один из критериев справедливого и беспристрастного рассмотрения дел судом, предусмотренного ст. 6 Европейской Конвенции от 04.11.1950 г. «О защите прав человека и основных свобод».

Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ лежит на Истце.

По смыслу закона, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. 177 ГК РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Как разъяснено п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 г. N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Исходя из презумпции дееспособности завещателя и добросовестности действий нотариуса суд, считает что завещание от 22.09.2016 года действительно, поскольку наследодатель мог самостоятельно прочитать завещание, завещание записано с его слов, на основании письменного заявления, личность его установлена, дееспособность проверена, о чем имеется соответствующая запись. Нет никаких оснований ставить под сомнение добросовестность нотариуса и выполнении им при удостоверении завещания требования порядка совершения нотариального действия. В завещании отражена воля завещателя, завещание подписано наследодателем собственноручно.

Соответственно, СПВ, как собственник объектов недвижимого имущества, распорядился принадлежащим ему имуществом, по своему усмотрению и совершил в отношении принадлежащего ему имущества действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путём совершения завещания.

Кроме того, анализируя установленные в судебном заседании фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что действия наследодателя, фактически исключившего истца из числа наследников в отношении своего недвижимого имущества, носили целенаправленный и последовательный характер.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершённая гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

Данные обстоятельства, помимо доказательств стороны ответчика подтверждаются и объяснениями нотариуса, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета.

На основании изложенного, основываясь на приведенные нормы, суд приходит к выводу, что истцом не доказан юридически значимый факт того, что наследодатель в момент оформления завещания в сентябре 2016 года находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Доводы представителя истца о том, что СПВ страдал онкологическим заболеванием и принимал сильнодействующие препараты и в силу этого убеждены, оспариваемое завещание было подписано Наследодателем в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, суд находит не состоятельными, поскольку при, если бы при данном заболевании он не мог отдавать отчет своим действиям, экспертом было бы дано соответствующее заключение, однако в данном случае эксперт указывает, что отсутствуют данные о наличии признаков хронического психического расстройства, а также какого либо временного болезненного расстройства психической деятельности на момент подписания завещания от 22.09.2016 г., соответственно экспертом было дано сообщение о невозможности дачи заключения по данному делу.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Всесторонне исследовав представленные доказательства в их совокупности, проверив и оценив их, суд считает, что требования истца о признании завещания недействительным не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 -198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании завещания недействительным - отказать.

Решение может быть обжаловано в суд апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Туапсинский городской суд.

Резолютивная часть решения оглашена 24 октября 2017 года.

Решение в окончательной форме изготовлено 27 октября 2017 года.

Председательствующий: _____ подпись___

Копия верна:

Судья 

Туапсинского городского суда В.О. Кит