Дело №2-1775/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

12 июля 2017 года г.Челябинск

Тракторозаводский районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего: Сырова Ю.А.

при секретаре Главацкой И.А.

с участием прокурора Артемьевой Ю.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО2, просил признать незаконным приказ от 30.03.2017г. об увольнении незаконным, восстановить его в должности машиниста моечных машин, взыскать с ответчика заработную плату за период вынужденного прогула за период с 19.03.2017г. по 40.04.2017г. в размере 27006 рублей 10 коп. и заработную плату за период вынужденного прогула по день вынесения судебного решения, компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей, судебные расходы.

В обоснование исковых требований истец указал, что 23.01.2017г. принят на работу к ИП ФИО3 на должность машиниста моечных машин автомоечного комплекса «Лексус». Трудовой договор заключен с условием испытательного срока продолжительностью 3 месяца. 27.03.2017г. ему вручили уведомление о расторжении трудового договора ввиду неудовлетворительного результата испытания. Приказом от 30.03.2017г. трудовой договор расторгнут, по основанию, предусмотренному ст.71 ТК РФ. Увольнение полагает незаконным, поскольку трудовые обязанности выполнял должным образом. Кроме того, работодатель не ознакомил его с актом о результатах прохождения испытания. Также работодатель отказался допускать его на рабочее место с 19.03.2017г., чем лишил возможности трудиться. В связи с незаконностью увольнения, отстранения от работы, он подлежит восстановлению на работе в прежней должности, с выплатой утраченного заработка за период вынужденного прогула. Неправомерными действиями ответчика ему причинены нравственные страдания.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования и доводы иска поддержал.

Представитель ответчика ИП ФИО2 - ФИО4 исковые требования не признала, ссылаясь на то, что истец 23.01.2017г. был принят на работу по трудовому договору с испытательным сроком 3 месяца и уволен 30.03.2017г. в период испытательного срока в связи с неудовлетворительными результатами испытания. Порядок увольнения работодателем соблюден, поскольку имелись претензии к исполнению истцом трудовых обязанностей, которые выражались в том что, работник не выполнял установленные нормативы по времени мойки автомобиля и нарушал правила безопасности на рабочем месте. ФИО1 на работу после 17.03.2017г. не выходил, препятствий для выхода на работу не имелось. Кроме того, в настоящее время ФИО2 прекратил свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. 

В своем заключении прокурор полагал, что требования ФИО1 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Заслушав пояснения участников процесса, показания свидетелей, исследовав письменные материалы гражданского дела, суд приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

В судебном заседании установлено, что 24.01.2017г. ФИО1 принят на работу по трудовому договору к ИП ФИО2 на должность машиниста моечных машин в автомоечный комплекс Лексус (л.д.6).

Согласно части 1 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации при заключении трудового договора в нем по соглашению сторон может быть предусмотрено условие об испытании работника в целях проверки его соответствия поручаемой работе.

В период испытания на работника распространяются положения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов (часть 3 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срок испытания не может превышать трех месяцев, а для руководителей организаций и их заместителей, главных бухгалтеров и их заместителей, руководителей филиалов, представительств или иных обособленных структурных подразделений организаций - шести месяцев, если иное не установлено федеральным законом (часть 5 статьи 70 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, заключенный между истцом и ответчиком 23.01.2017г. (л.д.7), содержит условие об испытательном сроке 3 месяца (п.1.7 Договора).

В соответствии с п.2.1 Трудового договора, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка и трудовую дисциплину, выполнять требования по охране и обеспечению безопасности труда, требования по охране труда и противопожарной охране, иные требования, предусмотренные соответствующими правилами и инструкциями.

До подписания трудового договора истец был ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией, характеристикой условий труда, что подтверждается личной подписью ФИО1 в его экземпляре трудового договора (л.д.8). 

В соответствии с частью 1 статьи 71 Трудового кодекса Российской Федерации при неудовлетворительном результате испытания работодатель имеет право до истечения срока испытания расторгнуть трудовой договор с работником, предупредив его об этом в письменной форме не позднее чем за три дня с указанием причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание. Решение работодателя работник имеет право обжаловать в суд.

Положения ст.71 ТК РФ, не регламентируют действия работодателя по порядку ознакомления работника с материалами проверки о результатах испытания. Исходя из смысла приведенных норм, работодатель должен уведомить работника об увольнении не позднее, чем за три дня до расторжения договора с приведением мотивов расторжения договора.

В отличие от оснований увольнения за совершение дисциплинарного проступка, увольнение по ст.71 ТК РФ, не предусматривает обязанности работодателя получить от работника письменные либо устные объяснения по факту неисполнения должностных обязанностей, также в законе отсутствуют условия о необходимости наличия у работника дисциплинарных взысканий в период испытательного срока.

Ознакомление работника с заключением о результатах прохождения испытания (при составлении такого) возможно в порядке ст.62 ТК РФ, то есть на основании его письменного заявления.

Приказом от 17.03.2017г. работодателем создана комиссия для принятия решения о прохождении испытательного срока ФИО1 целью которой определено принятие соответствующего решения после изучения причин нарушений со стороны ФИО1, подтвержденных служебными и докладными записками (л.д.90)

По результатами проверки членами комиссии составлен акт, в котором указано, что ФИО1 в период испытательного срока нарушал трудовую дисциплину, ненадлежащим образом выполнял свои служебные обязанности, в связи с чем, принято решение испытательный срок ФИО1 завершить до истечения 3 месяцев, уволить его на основании ч.1 ст.71 ТК РФ.

От ознакомления с актом ФИО1 в устной форме отказался 17.03.2017г., при предъявлении ему акта 22.03.2017г. от подписи отказался, о чем составлен соответствующий акт (л.д.89). 

27.03.2017г. истцу под роспись вручено уведомление о расторжении трудового договора, по основанию, предусмотренному ст.71 ТК РФ, в котором указано, что после окончания основного периода испытательного срока результаты испытания признаны неудовлетворительными по причинам ненадлежащего исполнения работником своих должностных обязанностей. (л.д.86). 

Приказом от 30.03.2017г. трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работодателя на основании ст.71 ТК РФ, в связи с неудовлетворительными результатами испытания.

Доводы ответчика о том, что ФИО1 в период испытательного срока ненадлежащим образом исполнял должностные обязанности, нашли своё подтверждение в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с должностной инструкцией машинист моечных машин подчиняется мастеру производственного участка, начальнику цеха технического обслуживания; должен знать руководящие документы, касающиеся работы сервиса, технологию химчистки салонов и мойки автомобилей, правила и нормы охраны труда и техники безопасности; в его обязанности входит мойка автотранспортных средств на оборудовании предприятия (л.д.99).

Внутренним регламентом «Процедура бесконтактной мойки» п.12 предусмотрено, что время от заезда автомобиля в мойку до момента окончания мойки не должно превышать 30 минут (л.д.105).

Как следует из пояснений истца в судебном заседании, об установленном нормативе времени ему было известно. О нарушении им данного норматива обращалось внимание мастером цеха ФИО, данные замечания он полагает надуманными, поскольку превышение норматива было обусловлено уважительными причинами, так кК переданные ему автомобили он мыл с хорошим качеством.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО в судебном заседании показал, что ранее работал у ИП ФИО2 в должности начальника цеха. ФИО1 работал машинистом моечных машин. В период работы ФИО1 имелись претензии к надлежащему исполнению трудовых обязанностей, поскольку тот выполнял мойку большинства автомобилей с превышением нормативов времени, на что неоднократно указывалось. Однако ФИО1 выводов не делал, продолжат работать в прежнем режиме, с нарушением нормативов. Действия ФИО1 влекли нарушение работы сервисных служб и отдела продаж, поскольку затягивалось расчетное время выдачи машин клиентам. Другие машинисты моечных машин при выполнении работ норматив времени выполняли. 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО в судебном заседании показала, что ранее работал у ИП ФИО2 в должности менеджера по персоналу. ФИО1 работал машинистом моечных машин, не него поступали жалобы от других сотрудников, как устные так и в форме служебных записок, на то, что он долго мыл автомобили. Из-за этого сотрудники сервисных служб не могли своевременно приступить к ремонту и в установленное время выдать автомобиль клиенту. ФИО1 неоднократно указывалось на необходимость соблюдения норматива, в том числе мастером цеха, однако тот не реагировал на претензии.

Из докладных записок работников ИП ФИО2 усматривается, что действительно ФИО1 неоднократно превышал норматив мойки, для автотранспорта, что отрицательно сказывалось на работе других служб автосервиса, задержка влекла недовольство клиентов. Фактическое время мойки, исходя из данных указанных служебных записок, составляло от 45 минут до 3 часов, при нормативе не более 30 минут. (л.д.92-98).

Указанные обстоятельства истец ФИО1 в судебном заседании по существу не оспаривал.

Доводы истца о том, что нарушения нормативов времени обусловлено более высоким качеством его работы, суд полагает надуманным.

Как следует из пояснений свидетелей ФИО, ФИО, соблюдение норматива времени мойки имеет важное значение для организации работы сервиса, поскольку в противном случае нарушается график работы сервисных служб, что вызывает негативную реакцию клиентов. Другие машинисты моечных машин соблюдали норматив времени мойки при сохранении условий качества работы.

Принимая во внимание изложенные доказательства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 в период испытательного срока не справлялся со своими должностными обязанностями, систематически существенно нарушал установленные работодателем нормативы времени мойки автомобилей, что отрицательно сказывалось на работе иных служб предприятия. При таких обстоятельствах, учитывая условия трудового договора, работодатель был вправе расторгнуть с ФИО1 трудовой договор на основании ст.71 ТК РФ.

Ссылки истца на то, что с ним своевременно не был проведен первичны инструктаж по технике безопасности на рабочем месте, что было установлено проверкой Государственной инспекции труда (л.д.136), не свидетельствуют о нарушении работодателем процедуры увольнения. Поскольку основным мотивом расторжения трудового договора по указанному выше основанию, явилось ненадлежащее исполнение ФИО1 своих трудовых обязанностей, что само по себе является достаточным.

Иные нарушения, установленные проверкой Государственной инспекции труда, также не влияют на законность увольнения истца.

Поскольку процедура увольнения работодателем соблюдена, увольнение произведено в пределах испытательного срока, приказ об увольнении является законным, а требования истца о признании незаконным увольнения и восстановления его на работе в прежней должности, не подлежат удовлетворению.

Доводы истца о том, что с 17.03.2017г. по день увольнения работодатель ограничил его возможность трудиться, не допустил на рабочее место и отстранил от работы, своего подтверждения не нашли.

В соответствии с частью 1 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Основания отстранения работника от работы предусмотрены статьей 76 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом отстранение от работы может быть произведено работодателем в отношении лица, с которым возникли трудовые правоотношения. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Письменных распоряжений об отказе ФИО5 в допуске на рабочее место, отстранении его от работы, работодателем в лице ИП ФИО2 не выносилось, истец на это обстоятельство также не ссылается.

В нарушении положений ст.56 ГПК РФ, истцом не представлено достаточных доказательств того, что он был отстранен от работы и работодатель препятствовал его допуску к рабочему месту.

Согласно графика работы автомоечного комплекса, смены ФИО1 установлены 15,16,20,23,24,27,28 марта (л.д.151).

Как следует из показаний свидетеля ФИО, из графика сменности ФИО1 исключена смена 19.03.2017г., в связи с тем, что ФИО1 нарушал технику безопасности и было принято решение, что контроль за его работой будет осуществлять мастер цеха ФИО в будние дни. Об изменениях графика ФИО1 сообщено в устной форме. В остальной части график сменности остался прежним, однако в день смены 20.03.2017г. и в последующем истец на работу не вышел, в дальнейшем отказывался от контакта предлагал все уведомления направлять ему в письменной форме.

Из письменных пояснений самого ФИО1 также усматривается, что по согласованию с представителями работодателя он приходил в сервисный центр 17 марта 2017г., вне своего рабочего времени, где обсуждался вопрос о его увольнении по собственному желанию либо по соглашению сторон, но он отказался увольняться. 19.03.2017г. на территорию автосервиса его не допустили. 20.03.2017г. на работе он не появился, так как готовил заявление в трудовую инспекцию. 22.03.2017г. ФИО1 явился в сервис для ознакомления с документами, во внерабочее время. В течение смен 23 и 24 марта 2017г. ФИО1 на работу не выходил. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что работодателем не принималось решение об отстранении ФИО1 от работы, в установление графиком смены 20,23,24,27,28 марта 2017г. истец на работу не выходил по иным причинам. Поскольку истцом не представлено достаточных доказательств того, что работодатель в лице ИП ФИО2 ограничил его доступ к рабочему месту, препятствовал выходу на работу, оснований для удовлетворения исковых требований в данной части суд не усматривает.

Таким образом, у ответчика отсутствует обязанность по оплате истцу периода невыхода на работу с 20.03.2017г. по день увольнения.

Поскольку нарушения прав работника в ходе рассмотрения дела не установлено, у суда отсутствуют фактические основания для определения размера и взыскания компенсации морального вреда. 

В силу положений ст.98 ГПК РФ, при отказе в иске, судебные издержки истца возмещению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд, через Тракторозаводский районный суд г.Челябинска, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Ю. А. Сыров