УИД: № 

Дело № 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 декабря 2019 года 

<

адрес>, КБР

Майский районный суд КБР в составе:

председательствующего судьи Гриненко А.В.,

при секретаре Пилякиной К.В.,

с участием: 

представителя ответчика ФИО1 - ФИО2,

действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика ФИО3, – адвоката Кузнецова А.Г., действующей по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица АО «Россельхозбанк» - ФИО4, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ года

в отсутствии: истца - ФИО5,

соответчиков – ФИО3, ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО3, ФИО1 о признании фактическим собственником, 

У С Т А Н О В И Л:

истец ФИО5 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО3 и ФИО1 о признании фактическим собственником предприятия –швейного цеха, как единого производственного комплекса, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, передаче ему единого комплекса предприятия и выделе земельного участка необходимого для обслуживания предприятия, из земельного участка, расположенного по вышеуказанному адресу.

В обоснование заявленного требования указывает, что в 2013-2018 г. он в порядке помощи своему другу ФИО3, по его просьбе и по просьбе его супруги, инвестировал значительные суммы денежных средств – 160060 долларов США на строительство швейного цеха и сдачу его под «ключ». Цех был выстроен на территории домовладения Н-вых, начал функционировать, он перечислял денежные средства на оплату труда работников цеха, на закупку сырья и станков, производил оплату за коммунальные услуги, поскольку цех был выстроен таким образом, что все коммунальные услуги проходили и через домовладение принадлежащее ответчикам. Так как ответчики не вложили ни единого рубля, ни в строительство, ни в работу цеха, истец считает, что фактическим владельцем является он. Расходы учитывались между ним, ФИО3 и ФИО1 в дни его приезда, и записывались в тетрадь, которую ФИО3 скрыл. На его предложение рассчитаться, ФИО3 подсчитал все его вложения по годам, о чем составил расписку. Истец считает, что он является бенефициарным владельцем, не только как инвестор, но и как лицо, влияющее на принятие решений в отношении предприятия, со ссылкой на положения ст.ст. 133,133.1, 135, ч.2 ст.235,236 ГК РФ, просит суд признать его собственником вышеуказанного предприятия.

Ответчик ФИО1, получив копию искового заявления, представила в суд мотивированное возражение, относительно предъявленных к ней требований, в котором указала, что ей на основании договора купли-продажи от 18.12.2012 года по праву личной собственности, принадлежат: земельный участок из земель населенных пунктов для ведения личного подсобного хозяйства площадью 

<

данные изъяты>43 кв.м, и индивидуальный жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенные по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>. При этом, на момент заключения указанного договора купли-продажи её брак с ФИО3, заключенный между ними 15.10.2010 г., был расторгнут с 04 октября 2012 года. По договору купли-продажи недвижимого имущества от 18.12.2012 г. из стоимости домовладения в размере 1 060 000 руб. часть денег в размере 510 000 руб. ею была уплачена продавцу наличными, а часть денег в размере 550 000 руб. ей в ОАО "Р" был предоставлен кредит сроком на 217 месяцев под 14,00 % годовых до 10 января 2031 года включительно, на вышеуказанные объекты недвижимости зарегистрировано обременение в виде ипотеки в силу закона. 10 августа 2013 года она, помирившись с ФИО3, вновь вступила с ним в брак и разрешила ему воспользоваться своим сараем и навесом для оборудования швейного цеха, при этом за счет своих личных денег, несмотря на регистрацию брака, общего бюджета с ФИО3, она не вела, реконструировала строения сарай литер Г1 и навес литер Г2 являющиеся входящие в состав домовладения и являющиеся принадлежностью главной вещи (земельного участка и жилого дома). Поскольку запустить производство вязаных изделий у ФИО3 не получилось, то по его предложению в декабре 2017 года она передала сарай и навес во временное пользование ФИО5, который совместно со ФИО6, по настоящее время, осуществляют там предпринимательскую деятельность, за что ежемесячно уплачивали ей по январь 2019 года включительно арендную плату в размере 30 000 руб. Учитывая, что переоборудованные ею сарай литер Г1 и навес литер Г2, приобретенные в составе домовладения и являющиеся по смыслу статьи 135 РФ принадлежностью главной вещи - земельного участка и жилого дома, по какой-либо сделке ею в собственность ФИО5 не отчуждались, считает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Истец ФИО5 и его представитель ФИО7, по вторичному вызову суда, в судебное заседание не явились, хотя надлежащим образом были уведомлены судебными извещениями о времени и месте слушания дела, что подтверждается отчетом об извещении с помощью СМС-сообщения. Судом было определено рассмотреть дело в отсутствие ФИО5 и его представителя. 

Ответчик ФИО1, будучи надлежащим образом судом уведомленная о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явилась, направила в суд своего представителя ФИО2, который в судебном заседании настаивал на рассмотрении дела по существу и просил суд в удовлетворении требований ФИО5 отказать в полном объеме, поддержав доводы, изложенные в возражении на исковое заявление.

Ответчику ФИО3, чье место жительства и место нахождения неизвестны, определением суда назначен представитель - адвокат Майского филиала коллегии адвокатов Кузнецов А.Г., который в судебном разбирательстве просил отказать в удовлетворении требований ФИО5 в полном объеме, поскольку истцом не представлено каких- либо доказательств, подтверждающих вложение своих денежных средств в строительство швейного цеха и приобретение оборудования. Считает, что истец выбрал ненадлежащий способ защиты права, поскольку он мог обратиться в суд с иском о взыскании денежных средств переданных им по расписке ФИО3, а не о признании его фактическим собственником швейного цеха.

Судом к участию в деле, в качестве третьего лица, привлечен АО «Р», представитель которого - ФИО4, в судебном заседании представила мотивированное возражение, относительно предъявленных к ответчику ФИО1 требований, в котором со ссылкой на положения ст.ст. 346, 167 ГК РФ и ст.ст.37,39 «Об ипотеке», просила суд в удовлетворении требований ФИО5 отказать в полном объеме.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему. 

Как усматривается из доводов, изложенных в исковом заявлении ФИО5, последний ссылается на те обстоятельства, что переданные им ФИО3 денежные средства были потрачены ФИО3 и ФИО1 на строительство швейного цеха и сдачу его под ключ, после окончания строительства, которое осуществлялось на территории домовладения Н-вых, цех начал функционировать и исключительно за его денежные средства производилась оплата труда работников, приобретение оборудования, транспорт, сырье, оплата газа, электроэнергии и воды. И поскольку ответчики не вложили ни единого рубля, ни в строительство цеха, ни в работу цеха, считает, что он является фактическим владельцем – швейного цеха. 

Истцом в подтверждение своих доводов, указанных в исковом заявлении, представлены: отчет за № по состоянию на 06.06.2019 г. о рыночной стоимости объекта недвижимости швейного цеха, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, которая составляет 1150000 рублей; технический план здания - швейного цеха, расположенного по вышеуказанному адресу, составленный 04.06.2019 года; две расписки датированные ФИО3 25.02.2019 года, а ФИО5 28.02.2019 года, из содержания которых следует, что ФИО3 получил от ФИО5 денежные средства, по одной расписке всего на общую сумму 160 000 долларов США и 600 000 рублей, по другой расписке на общую сумму 60000 долларов США и 4100000 рублей.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По общему правилу, закрепленному в п. 1 ст. 223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (п. 2 ст. 223 ГК РФ).

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) п. 1 ст. 130 ГК РФ относит земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Согласно статье 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

При этом, как указано в части 3 и в части 5 статьи 1 Федерального закона от 13июля 2015 года №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", под государственной регистрацией прав на недвижимое имущество понимается юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества; государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права, а зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В этой связи судом установлено, что на основании договора купли-продажи недвижимого имущества от 18 декабря 2012 год, ФИО1, по праву собственности, принадлежат земельный участок из земель населенных пунктов для ведения личного подсобного хозяйства(приусадебные участки) площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым № ( ныне №) и индивидуальный жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с условным № (с кадастровым №), расположенные по адресу: 

<

адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 26 декабря 2012 года были сделаны записи регистрации за № и за №, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации серии № № и серии № № от 26.12.2012 г.

В соответствии с ст. 346 ГК РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В силу ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 16.07.1998 года N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" имущество, заложенное по договору об ипотеке, может быть отчуждено залогодателем другому лицу путем продажи, дарения, обмена, внесения его в качестве вклада в имущество хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в имущество производственного кооператива или иным способом лишь с согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено договором об ипотеке.

Как усматривается из п. 4.1 договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.12.2012 г. заключенного между ФИО8.(продавец) в лице его представителя ФИО9 и ФИО1 (покупатель) общая стоимость земельного участка и домовладения, была определена сторонами в размере 1 060 000 руб., из которых часть денег в часть денег в размере 510 000 руб. была уплачена ФИО1 продавцу наличными, а часть денег в размере 550 000 руб. ею была выплачена продавцу за счет кредитных средств, предоставленных ОАО "П", по кредитному договору от 18.12.2012 г. № сроком на 217 месяцев под 14,00 % годовых до 10 января 2031 года включительно. При этом, вышеуказанное имущество, приобретенное ФИО1 частично с использованием средств кредита Банка, в соответствии с положениями настоящего Договора, считается в ипотеке у Банка в силу закона. 

Эти обстоятельства, подтверждаются кредитным договором от 18.12.2012 г. №, по условиям которого (п.5.2) договора, в качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору заемщик предоставляет кредитору залог имущества, предметом которого является приобретенное с использованием кредитных денежных средств домовладение, расположенное на земельном участке по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>.

Кроме того, судом установлено, что на момент совершения сделки по приобретению вышеуказанного имущества ФИО1 в браке с ФИО3, не состояла, поскольку заключенный 15.10.2010 г. брак расторгнут с 04 октября 2012 года, о чем была составлена запись акта о расторжении брака за №, что подтверждается свидетельством о расторжении брака серии I-ВЕ №, выданным Отделом ЗАГС местной администрации Майского муниципального района КБР.

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Из пояснений ответчика ФИО1 данных в возражении на исковое заявление, и поддержанных в судебном заседании её представителем ФИО2, следует, что ФИО1 за счет своих личных денег, несмотря на то, что 10 августа 2013 года брак между нею и ФИО10 вновь был зарегистрирован, общего бюджета с ФИО3, не вела, реконструировала сарай литер Г1 и навес литер Г2 в швейный цех, предоставив его для работы ФИО3, который она в декабре 2017 года передала во временное пользование ФИО5, который совместно со ФИО6, по настоящее время, осуществляют там предпринимательскую деятельность, за что ежемесячно уплачивали ФИО11 Т,В. по январь 2019 года включительно арендную плату.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ч. 2 ст. 209 ГК РФ).

В соответствии со статьей 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Таким образом, в приведенной норме закона говорится об индивидуально-определенной вещи, право собственности, на которую целиком переходит к лицу создавшему данную вещь, которая может быть и объектом недвижимости (дом, квартира и т.п.).

Однако указанная норма закона не предусматривает возможности приобретения в собственность части вещи, либо одного из ее конструктивных элементов.

Статьей 134 ГК РФ предусмотрено, что если разнородные вещи образуют единое целое, предполагающее использование их по общему назначению, они рассматриваются как одна вещь (сложная вещь). Действие сделки, заключенной по поводу сложной вещи, распространяется на все ее составные части, если договором не предусмотрено иное.

Согласно статье 135 ГК РФ вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.

Таким образом, учитывая, сведения, из технического паспорта жилого дома расположенного по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, изготовленного по состоянию на 26.09.2011 г., из которого усматриваются, что в состав домовладения входил сарай литер Г1 и навес литер Г2, являющиеся, таким образом, принадлежностью главной вещи.

Кроме того, согласно статье 24 Федерального закона от 13июля2015года №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", под техническим планом понимается документ, в котором воспроизведены определенные сведения, внесенные в Единый государственный реестр недвижимости, и указаны сведения о здании, сооружении, помещении, машино-месте, объекте незавершенного строительства или едином недвижимом комплексе, необходимые для государственного кадастрового учета такого объекта недвижимости, а также сведения о части или частях здания, сооружения, помещения, единого недвижимого комплекса либо новые необходимые для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведения об объектах недвижимости, которым присвоены кадастровые номера.

При этом, как следует из данных Росреестра и публичной кадастровой карты, в Едином государственном реестре надвижимости отсутствуют какие-либо сведения о нахождении по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, каких-либо иных объектов недвижимого имущества, в частности предприятия, кроме земельного участка площадью 

<

данные изъяты> кв.м. с кадастровым № и здания жилого дома общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. с кадастровым №.

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств, истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств, что швейный цех, является единым объектом, также суду не представлены доказательства подтверждающие доводы ФИО5, о возведении им швейного цеха за счет его собственных средств.

Само по себе предоставление ФИО1 во временное пользование ФИО5, который совместно со ФИО12 с декабря 2017 года по настоящее время осуществляет предпринимательскую деятельность на территории недвижимого имущества принадлежащего ФИО1, по праву собственности, не может свидетельствовать о совершении между сторонами какой-либо сделки, также не свидетельствует такое разрешение на доступ истца в помещение, о наличии согласия ответчика ФИО1 на выполнение каких-либо работ по строительству спорного швейного цеха, а также о её волеизъявлении на создание, за счет денежных средств истца, неотделимых улучшений спорного имущества, приобретение транспорта, оборудования и сырья. 

Предоставленный в суд истцом и изготовленный по заказу ФИО6 технический план здания от 04.06.2019 года, отчет об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ швейного цеха, а также упоминание себя в исковом заявлении бенефициаром, не может являться основанием для предоставления ФИО5 права собственности на спорные объекты.

ФИО5 не представлено достоверных и допустимых доказательств, отвечающих требованиям ст. 60 ГПК РФ и являющихся с учетом взаимной связи и в совокупности достаточными для подтверждения его субъективного права на спорную постройки, как того требует ч. 1 ст. 56 ГПК РФ.

В то время как статья 56 ГПК РФ закрепляет общий принцип распределения обязанности по доказыванию, устанавливая, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, в гражданском процессе в силу действия принципа состязательности исключается активная роль суда, когда суд по собственной инициативе собирает доказательства и расширяет их круг, при этом данный принцип не включает в себя судейского усмотрения.

Также, суд считает доводы истца ФИО5 несостоятельными о том, что он является лицом, влияющим на принятие решений в отношении предприятия, поскольку из представленных ответчиком ФИО1 претензий и направленных их в адрес как ФИО5, так и ФИО6, усматривается, что ФИО1 просит их освободить принадлежащее ей помещение и оплатить задолженность по арендной плате.

Кроме того, в соответствии со статьями 132 и 133.1 ГК РФ предприятие, как объект прав, является имущественным комплексом, используемым для осуществления предпринимательской деятельности, и в целом как имущественный комплекс признается недвижимостью. Объектом купли-продажи и других сделок, связанных с установлением, изменением и прекращением вещных прав. Недвижимой вещью, участвующей в обороте как единый объект, может являться единый недвижимый комплекс - совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений и иных вещей, неразрывно связанных физически или технологически, в том числе линейных объектов (железные дороги, линии электропередачи, трубопроводы и другие), либо расположенных на одном земельном участке, если в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество зарегистрировано право собственности на совокупность указанных объектов в целом как одну недвижимую вещь.

Согласно подпунктам 2 и 3 п. 1 ст. 6 Земельного кодекса РФ разделяются как объекты земельных отношений земельные участки и части земельных участков.

В соответствии с п. 3 ст. 6 ЗК РФ земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

Испрашиваемый ФИО5 земельный участок не содержит сведения о его местоположении, границы участка не установлены, договор аренды земельного участка между собственником и ним не заключался, доказательств иного не представлено, в связи с чем, участок не может являться объектом земельных правоотношений и правовых оснований для выделения не имеется.

С учетом вышеизложенного, учитывая принцип единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов, закрепленный подп. 5 п. 1 ст. 1 Земельного кодекса Российской Федерации, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В соответствии с п. 58, 59 постановления Пленума ВС РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности.

Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Учитывая, что принадлежащие ФИО1, по праву собственности объекты недвижимости: земельный участок из земель населенных пунктов для ведения личного подсобного хозяйства площадью 

<

данные изъяты> кв.м, и индивидуальный жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенные по адресу: 

<

адрес> 

<

адрес>, являются предметом залога, которым обеспечено исполнение ею обязательств перед банком по кредитному договору, при этом действующее законодательство запрещает отчуждение заложенных объектов недвижимости без согласия Банка, а также то, что в нарушение ст. 56 ГПК РФ, ФИО5 не представлено допустимых и достоверных доказательств о возникновении у него соответствующего права на спорный объект недвижимости, швейного цеха, как единого производственного комплекса, суд приходит к выводу, что заявленные требования ФИО5, являются несостоятельными и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-197 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ФИО3, ФИО1 о признании фактическим собственником отказать ввиду необоснованности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда КБР, через Майский районный суд КБР в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 16 декабря 2019 года.

Судья Майского районного суда КБР А.В.Гриненко