Дело № 2-2863/2017

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

31 мая 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи Ахметгараева А.А. 

при секретаре судебного заседания Яркиной Е.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора займа незаключенным, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее также истец) обратился в суд с иском к ФИО2 (далее также ответчик) о признании договора займа незаключенным.

Исковые требования мотивированы тем, что ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании долга по расписке, указав, что 11 июня 2013 года между ними был заключен договор займа. В подтверждение данного требования ФИО2 представлена расписка, выданная ФИО1, о получении от ФИО2 денежных средств в размере 8 000 000 рублей. Между тем, как указывает истец, в действительности денежные средства ФИО2 ему не передавались. Имеющаяся у ФИО2 расписка является гарантийным письмом, составленным для того, чтобы ФИО2 и его мать ФИО3 отказались от иска в Арбитражном суде Республики Татарстан об оспаривании договора купли-продажи земельного участка площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят>, собственником которой является мать истца – ФИО4, поскольку наличие данного спора являлось препятствием для отчуждения указанного земельного участка. В ходе переговоров, результатом которых является составленное истцом гарантийное письмо в виде расписки, стороны пришли к соглашению о том, что после продажи земельного участка ФИО5 будет выплачено 8 000 000 руб. Считая, что договор займа между истцом и ответчиком не заключался и имеющаяся у ФИО2 расписка является лишь гарантийным письмом, ФИО1 обратился с настоящим иском, в котором просит признать незаключенным договор займа, удостоверенный распиской от 11 июня 2013 года.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в иске и письменных пояснениях. 

Представитель ответчика в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований, считая, что выданная ФИО1 расписка подтверждает факт получения им денежных средств; по мнению представителя истца обращение с настоящим иском свидетельствует о злоупотреблении правом, целью которого является уклонение от возврата полученных в долг денежных средств; поскольку истец имеет юридическое образование и работал в должности юриста, он понимает последствия составления расписки и в случае, если бы между сторонами в действительности не заключался договор займа, то данная расписка ФИО1 не могла быть выдана без фактической передачи денежных средств. Кроме того, по мнению представителя ответчика, истцом пропущен срок исковой давности, поскольку с даты составления расписки и до обращения с настоящим иском прошло более трех лет. 

Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу пункта 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

На основании статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений частей 1, 2 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из представленной в материалы дела расписки следует, что 11 июня 2013 года ФИО2 передал ФИО1 в долг денежную сумму в размере 8 000 000 рублей сроком до 1 сентября 2013 года.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 указывает, что в действительности денежные средства им ФИО2 не передавались.

Из доводов, изложенных в иске и пояснений представителя истца следует, что имеющаяся у ФИО2 расписка является гарантийным письмом, составленным для того, чтобы ФИО2 и его мать ФИО3 отказались от иска в Арбитражном суде Республики Татарстан об оспаривании договора купли-продажи земельного участка площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят> собственником которой является мать истца – ФИО4, поскольку наличие данного спора являлось препятствием для отчуждения указанного земельного участка. В ходе переговоров, результатом которых является составленное истцом гарантийное письмо, стороны пришли к соглашению о том, что после отказа от иска и последующей продажи земельного участка, ФИО5 будет выплачено 8 000 000 руб. При этом как указывает представитель ФИО1, истец, учитывая, что между сторонами существовали конфликтные отношения, семья ответчика неоднократно обращалась о возбуждении уголовного дела как в отношении истца, так и его матери, несмотря на то, что он имеет юридическое образование, при наличии иска об оспаривании договора купли-продажи земельного участка ФИО1 находился в психологически зависимой ситуации и будучи направленным на переговоры как представитель своей матери для скорейшего разрешения вопроса, связанного с продажей земельного участка, выдал ответчику документ, являющийся лишь гарантийным письмом и не создающий последствия выдачи долговой расписки. По результатам переговоров стороны пришли к соглашению, что денежная сумма в размере 8 000 000 рублей должна была быть выплачена только после продажи земельного участка. Исходя из пояснений представителя истца, данная сумма была определена с учетом рыночной стоимости земельного участка. Однако ФИО2 и его мать ФИО3 от иска в арбитражном суде не отказались. При этом истец не предполагал возможность обращения ответчика с требованием о взыскании долга по выданному гарантийному письму как по долговой расписке.

Безденежность выданной истцом расписки, по мнению представителя истца, подтверждается тем, что данный документ составлен на товарной накладной кафе «Венеция», где происходила встреча и в случае, если бы ответчик в действительности приехал на данную встречу для передачи денежных средств в размере 8 000 000 рублей, то был бы составлен договор займа в надлежащей форме; у ответчика не имелось возможности передать данные денежные средства ввиду их фактического отсутствия; поведением ответчика в период просрочки, которое нехарактерно для лица, имеющего требование на столь крупную сумму, поскольку ФИО2 обратился в суд с требованием о взыскании долга лишь в последний день срока исковой давности. Кроме того в ситуации, когда в день выдачи расписки в принадлежащих ФИО2 помещениях произошел пожар он не мог выдать данную сумму денег в долг.

В силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Исходя из положений статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если данные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Составление расписки на сумму 8 000 000 рублей собственноручно в части указания даты, размера заемных средств ФИО1 не оспаривается, указывая, что данный документ является лишь гарантийным письмом.

Из буквального толкования слов и выражений, содержащихся в тексте расписки, следует, что ФИО1 получил от ФИО2 (займодавец) в долг денежную сумму в размере 8 000 000 рублей. В получении заемной суммы ФИО1 расписался собственноручно.

Таким образом, ФИО1 письменно выразил волю на получение денежных средств в долг, то есть самостоятельно совершил действия, направленные на установление прав и обязанностей, вытекающих из договора займа.

Допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что расписка фактически выдана истцом в качестве гарантии последующего отказа ФИО2 и его матери ФИО3 от иска в Арбитражном суде Республики Татарстан об оспаривании договора купли-продажи земельного участка площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят>, в материалах дела не имеется.

Из текста расписки это не следует, ответчик указанные обстоятельства не подтвердил.

Поскольку буквальное толкование расписки позволяет сделать вывод о том, что между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора займа, соблюдено требование к письменной форме, в договоре определена конкретная денежная сумма, переданная должнику, довод истца о том, что выданный истцом ответчику документ в виде расписки фактически является гарантийным письмом для отказа ФИО2 и ФИО3 от поданного ими в арбитражный суд иска, а не долговым документом, отклоняется судом как несостоятельный.

Также суд принимает во внимание следующее.

Как следует из материалов дела, ФИО2 и его мать ФИО3, являющиеся акционерами ЗАО «Татагроэксим», действительно обращались в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ЗАО «Татагроэксим» и ФИО4 о признании недействительным договора от 

<

дата изъята> купли-продажи земельного участка площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят>

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 августа 2013 года, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении иска ФИО2 и ФИО3 об оспаривании договора купли-продажи земельного участка площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят> отказано. При этом суды исходили из отсутствия признаков заинтересованности при совершении сделки, а также признали пропущенным срок исковой давности на обращение с этим иском.

Как следует из решения Арбитражного суда Республики Татарстан ЗАО «Татагроэксим» в лице ФИО6 и ФИО4 заключили договор купли-продажи недвижимого имущества от 16 апреля 2009 года 

<

номер изъят>, предметом которого является земельный участок площадью 25 га с кадастровым номером 

<

номер изъят>, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят>. Стоимость данного земельного участка составила 50 000 рублей.

На момент совершения сделки акционерами являлись ФИО6, владеющий 20 процентами акций, ФИО3, владеющая 28 процентами акций, ФИО2, владеющий 52 процентами акций.

Иск ФИО2 и ФИО3 был мотивирован наличием признаков заинтересованности при совершении данной сделки генеральным директором ЗАО «Татагроэксим» ФИО7, владеющим 20 процентами акций общества, то есть без ее одобрения остальными акционерами (ФИО2 и ФИО3) и отсутствием доказательств извещения о намерении осуществить продажу земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения». Данный иск был подан остальными акционерами для возврата земельного участка первоначальному правообладателю – ЗАО «Татагроэксим», считая его отчуждение ФИО4 неправомерным.

Как пояснил представитель истца, в настоящее время указанный земельный участок также принадлежит ФИО4

Между тем, после того, как иск ФИО2 и ФИО3 был рассмотрен арбитражным судом по существу, ФИО1 с требованиями о возврате или об оспаривании подписанной им собственноручно расписки, выданной, как он указывает, в качестве гарантийного письма для того, чтобы ФИО2 и ФИО3 отказались данного иска, не обращался. 

Вместе с тем, ФИО1, имеющий юридическое образование, должен был осознавать последствия нахождения у ФИО2 долговой расписки, в котором указано на получение денежных средств в долг и после рассмотрения Арбитражным судом Республики Татарстан иска ФИО2 и ФИО3 о признании договора купли-продажи незаключенным по существу и отказе в удовлетворении данного иска мог потребовать выданный им документ обратно.

Указанное свидетельствует о том, что между ФИО1 и ФИО2 на основании расписки от 11 июня 2013 года возникли заемные правоотношения, а не правоотношения связанные с рассмотрением арбитражным судом иска об оспаривании договора купли-продажи земельного участка.

Каких-либо доказательств того, что ФИО1 при составлении и подписании указанной расписки находился под влиянием обмана со стороны ФИО2, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, в материалах дела не имеется, в правоохранительные органы по фактам совершенных в отношении него насилия, угрозы или обмана он не обращался.

Доводы истца о наличии иных правоотношений между сторонами, факте пожара в принадлежащих ответчику помещениях, а также факты обращения ФИО2 с исковыми заявлениями к истцу не исключают возможность заключения между истцом и ответчиком договора займа.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом, оспаривающим добросовестность ФИО2, не представлено доказательств в подтверждение фактов безденежности займа.

Само по себе обращение ФИО2 в суд с исковыми требованиями о взыскании задолженности без предъявления претензий об уплате суммы займа, по истечении длительного периода времени, не свидетельствует о безденежности займа, поскольку обращение с иском о взыскании задолженности является правом истца. Не предъявление такого требования не препятствовало исполнению заемщиком обязательств, вытекающих из договора займа, и погашению образовавшейся задолженности.

Ссылка ФИО1 на отсутствие у ФИО2 денежных средств для передачи в заем отклоняется как не имеющий правового значения, поскольку подписав расписку, в которой указано о получении денежных средств в долг, что не противоречит пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец фактически сам подтвердил факт получения от займодавца данных сумм, а также заключение договора займа. Действующее законодательство не предусматривает обязанности займодавца доказывать наличие у него финансовой возможности предоставить в заем денежные средства и источник происхождения денежных средств в отношениях, вытекающих из договора займа. 

Довод истца о том, что в подтверждение заемных обязательств между сторонами соответствующий договор займа не заключался, противоречит пункту 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской, в соответствии с которым документальное оформление договора займа может быть произведено также путем составления расписки. При этом составление расписки между сторонами спора на обратной стороне инвентаризационной описи бара «Венеция» не свидетельствует о безденежности договора займа.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

О составлении спорной расписки истцу известно со дня ее составления, то есть с 11 июня 2013 года. 

Именно с этого времени в соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации началось течение трехгодичного срока исковой давности для обращения с настоящим иском.

Поскольку расписка от 11 июня 2013 года подписана ФИО1 собственноручно, довод о том, что о нарушении своего права он узнал только после обращения ФИО2 в суд с иском о взыскании долга по данной расписке отклоняется судом.

Таким образом, к моменту обращения ФИО1 с данным иском - 9 марта 2017 года, указанный трехгодичный срок истек, то есть иск был предъявлен с пропуском срока исковой давности.

Доказательства, свидетельствующие об уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом не представлены. 

Истечение срока исковой давности в соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, оценив в совокупности представленные сторонами спора доказательства, суд приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения иска ФИО1 к ФИО2 о признании договора займа незаключенным, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о признании договора займа незаключенным оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Мотивированное решение изготовлено 5 июня 2017 года.

Судья А.А. Ахметгараев