дело № 2-473/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2017 год город Орел

Железнодорожный районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Авраменко О.В.

при секретаре Кириловой Т.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении районного суда гражданское дело по иску ФИО1 к Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Закрытому акционерному обществу «Банк «Церих» об установлении страхового возмещения, внесении в реестр обязательств банка перед вкладчиками в части размера страхового возмещения, взыскании возмещения по вкладу и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Закрытому акционерному обществу «Банк «Церих» (далее по тексту ЗАО «Церих») об установлении страхового возмещения, внесении в реестр обязательств банка перед вкладчиками в части размера страхового возмещения, взыскании возмещения по вкладу и компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований указала, что 12.02.2016 года между ним и ЗАО «Банк «Церих» заключен договор срочного банковского вклада «Новая казна» № с размером вклада 1 140 000,00 рублей сроком до 13.02.2017 года под 9,5% годовых.

В этот же день истец произвел пополнение вклада на 50 000,00 рублей.

Приказом Бака России от 26.02.2016 года № у ЗАО «Банк «Церих» отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 21.04.2016 года ЗАО «Банк «Церих» признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов», которое на заявление истца о выплате возмещения по вкладу и о включении обязательств банка в реестр требований кредиторов сообщило, что в реестре обязательств банка перед вкладчиками по состоянию на 11.03.2016 года сведений о нем, как вкладчике отсутствуют. 

Истец полагает, что Государственной корпорацией «Агентство по страхованию вкладов» нарушены его права и по изложенным основаниям просит суд обязать ЗАО «Банк «Церих» в лице банка-агента ПАО «МинБанк» установить состав и размер подлежащего ему возмещения по банковскому вкладу по договору срочного банковского вклада «Новая казна» № от 12 февраля 2016 года в размере 1 194 015,44 рублей и включить установленный размер возмещения в реестр обязательств перед вкладчиками; взыскать с Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в счет возмещения по вкладу 1 194 015,44 рублей.

В судебном заседании представитель истца, выступающая по доверенности, ФИО2, требования ФИО1 поддержала по изложенным в иске основаниям и дополнила требованием о взыскании с Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 50 000,00 рублей.

Представитель ответчиков - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» и ЗАО «Банк «Церих», действующий на основании доверенности, ФИО3, иск не признал, просил отказать в их удовлетворении ссылаясь на то, что по состоянию на 12.02.2016 года банк являлся неплатежеспособным, в связи с чем, клиенты банка и сам банк не могли свободно реализовывать свои права по счетам. Полагал, что операция по внесению денежных средств истцом была фиктивной и действия истца являются злоупотреблением правом, совершенным с целью получения страхового возмещения по вкладу. Просил суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Привлеченная судом в качестве третьего лица по делу ФИО4, в судебное заседание не явилась, была извещена надлежащим образом, об уважительной причине неявки суду не сообщила.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского вклада (депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором.

Согласно п. 1 ст. 845 Гражданского кодекса РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

В силу п. 2 ст. 846 Гражданского кодекса РФ при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами. Банк обязан заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком для открытия счетов данного вида условиях, соответствующих требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами.

Банк не вправе отказать в открытии счета, совершение соответствующих операций по которому предусмотрено законом, учредительными документами банка и выданным ему разрешением (лицензией), за исключением случаев, когда такой отказ вызван отсутствием у банка возможности принять на банковское обслуживание либо допускается законом или иными правовыми актами.

Судом установлено, что 12 февраля 2016 года между ФИО1 и ЗАО «Банк «Церих» заключен договор банковского вклада «Новая казна» № с размером вклада 1 140 000,00 рублей, с начислением процентов в размере 9,5 % годовых, с внесением денежных средств на депозитный счет № (л.д. 8).

При этом истцу был выдан приходный кассовый ордер № 303 от 12.02.2016 года (л.д. 9). 

В этот же день, согласно приходному ордеру № 527,истец пополнил счет на 50 000,00 рублей (л.д. 10).

Приказом Банка России № ОД-674 от 26.02.2016 года у ЗАО «Банк «Церих» отозвана лицензия на осуществление банковских операций (л.д. 115). 

Решением Арбитражного суда Орловской области от 21.04.2016 года ЗАО «Банк «Церих» признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (л.д. 116-128). 

Истец обратился в ГК «Агентство по страхованию вкладов» с заявлением о выплате страхового возмещения, а в последующем с заявление о несогласии с размером возмещения.

В ответ на заявление истца ГК «Агентство по страхованию вкладов» направило сообщение о том, что по состоянию на 11.03.2016 года сведений о вкладчике ФИО1 в реестре обязательств Банка «Церих» ЗАО не имеется, оснований для внесения изменений в реестр обязательств банка перед ФИО1, и выплаты ему страхового возмещения не установлено, поскольку на момент открытия вклада банк был неплатежеспособным, истцом во вклад денежные средства не были внесены, формально по счету кассы совершены записи, не сопровождающиеся реальными банковскими операциями по внесению денежных средств (л.д. 11-12).

В соответствии с ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» подлежат страхованию вклады в порядке, размерах и на условиях, которые установлены главой 2 настоящего Федерального закона, за исключением денежных средств, указанных в части 2 настоящей статьи.

При этом под вкладом настоящим Законом понимаются денежные средства в валюте Российской Федерации или иностранной валюте, размещаемые физическими лицами или в их пользу в банке на территории Российской Федерации на основании договора банковского вклада или договора банковского счета, включая капитализированные (причисленные) проценты на сумму вклада (пункт 2 статьи 2 Закона).

По смыслу приведенных правовых норм для возникновения у Агентства по страхованию вкладов страхового обязательства перед вкладчиком необходимо наличие в банке вклада последнего. 

В силу ст. ст. 8-11 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» страховым случаем для целей настоящего Федерального закона признается, в том числе, отзыв (аннулирование) у банка лицензии Банка России на осуществление банковских операций в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности». Страховой случай считается наступившим со дня отзыва (аннулирования) у банка лицензии Банка России. Размер возмещения по вкладам каждому вкладчику устанавливается исходя из суммы обязательств по вкладам банка, в отношении которого наступил страховой случай, перед этим вкладчиком. При исчислении суммы обязательств банка перед вкладчиком в расчет принимаются только вклады, застрахованные в соответствии со статьей 5 настоящего Федерального закона. Возмещение по вкладам в банке, в отношении которого наступил страховой случай, выплачивается вкладчику в размере 100% суммы вкладов в банке, но не более 1 400 000,00 рублей. Размер возмещения по вкладам рассчитывается исходя из размера остатка денежных средств по вкладу (вкладам) вкладчика в банке на конец дня наступления страхового случая. 

В силу ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» агентство в течение семи дней со дня получения из банка, в отношении которого наступил страховой случай, реестра обязательств банка перед вкладчиками направляет в этот банк, а также для опубликования в «Вестник Банка России» и печатный орган по месторасположению этого банка сообщение о месте, времени, форме и порядке приема заявлений вкладчиков о выплате возмещения по вкладам. В течение месяца со дня получения из банка реестра обязательств банка перед вкладчиками Агентство направляет также соответствующее сообщение вкладчикам банка, в отношении которого наступил страховой случай.

Согласно ч. 10 выше указанной статьи при несогласии с размером подлежащего выплате возмещения по вкладам вкладчик в соответствии с законодательством Российской Федерации вправе обратиться в суд с иском об установлении состава и размера соответствующих требований, а также подлежащего выплате возмещения по вкладам.

Договор банковского вклада является реальным, то есть считается заключенным с момента внесения вкладчиком денежных средств в банк, что следует из нормативных положений статей 433 и 834 Гражданского кодекса Российской Федерации. Невнесение вкладчиком денежных средств по договору банковского вклада свидетельствует о том, договор не заключен.

Из материалов дела, в том числе решения Арбитражного суда Орловской области от 21.04.2016 года следует, что из-за отсутствия денежных средств на корсчете банка, картотека неисполненных платежей, учитываемых на балансовом счете № по операциям с юридическими и физическими лицами, сформированная с 12.02.2016 года составляла 43 255 205,24 рубля, на дату отзыва лицензии 26.02.2016 года у банка имелись неудовлетворенные требования кредиторов по денежным обязательствам в размере 24 250 тыс. рублей.

Прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, согласно ст. 2 Федерального закона от 23.12.2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в Банках Российской Федерации» является неплатежеспособностью. 

Согласно позиции истца, 12.02.2016 года он внес на счет № денежные средства в размере 1 140 000,00 рублей и 50 000,00 рублей.При этом в ходе судебного разбирательства судом установлено, что у третьего лица по делу – ФИО4 в банке имелся счет №, открытый по договору банковского вклада «Золотой возраст» № (л.д. 90-91). 

ФИО1 ФИО4 была выдана доверенность № на распоряжение вкладом (л.д. 93). 

12.02.2016 года в Банке по балансовому счету учета кассовых операций № были оформлены расходные операции, отражающие выдачу ФИО1 через кассу Банка средств в общем размере 2 330 000,00 рублей по счету ФИО4 (2 208 000,00 руб. и 50 000,00 руб.), а также приходные операции, отражающие внесение аналогичной общей суммы 2 330 000,00 рублей: на счет ФИО5 1 140 000,00 руб. и счет №, открытый 12.02.2016 года ФИО1, имеющим доверенность от ФИО4, на суммы 1 140 000,00 руб. и 50 000,00 руб. (л.д. 99-100).

Судом также установлено, что ФИО1 и ФИО5 имеют общего ребенка – ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и проживают в гражданском браке.

Указанные выше операции по снятию и внесению денежных средств осуществлялись в условиях неплатёжеспособности банка, которая, согласно данным по балансовому счёту 47418 (л.д. 44-56), имела место уже по состоянию на 10.02.2016 года и к 12.02.2016 года сумма неисполненных распоряжений списанных, но не проведённых средств, составляла более 13 млн. рублей, а на конец дня более 42 млн. рублей.

Таким образом, на момент совершения 12.02.2016 года приходных записей по счету ФИО1 о поступлении спорных денежных сумм, банк был неплатежеспособен, а его клиенты не могли свободно распоряжаться денежными средствами, находящимися на их счетах в банке. Указанные денежные средства не могли быть свободно перечислены на счета в иные кредитные организации или свободно получены наличными.

При таких обстоятельствах остатки средств на счетах внутри банка представляют собой только технические записи по счетам, не обладая при этом свойством реальных денежных средств. 

На момент совершения приходной записи по счету истца, банк не имел на корреспондентских счетах достаточно средств для исполнения своих обязательств перед кредиторами, то есть не мог обеспечивать оборотоспособность денежных средств, отражавшихся на счетах клиентов в банке. 

По смыслу статьи 140 Гражданского кодекса Российской Федерации, технические записи по счетам клиентов в банке, совершенные в условиях его неплатежеспособности, нельзя считать деньгами (денежными средствами), они не влекут правовых последствий в связи с фактической неплатежеспособностью кредитной организации.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о правомерности позиции ГК «Агентство по страхованию вкладов» о том, что технические записи не сопровождались реальным внесением денежных средств вкладчиком ФИО1 по договору банковского вклада, а цифровые данные на её счете в банке сформированы фиктивно в результате формального осуществления технических записей по счетам бухгалтерского учета. 

Довод представителя истца о том, что внесение денежных средств подтверждается выданным приходно-кассовым ордером не может быть принят судом во внимание, поскольку в случае, когда на счет вкладчика не были реально внесены денежные средства, договор банковского вклада нельзя считать заключенным, и, соответственно, у ГК «Агентство по страхованию вкладов» не могут возникнуть страховые обязательства перед вкладчиком в соответствии со статьями 11 и 12 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу, что имели место действия кредитора по фактическому переводу в условиях утраты банком платежеспособности средств со счета третьего лица на счет истца, открытый в день перевода. Это действие, по мнению суда, имело целью обойти установленный законодательством о страховании вкладов и о банкротстве порядок удовлетворения требований кредиторов, получив непосредственно после отзыва у банка лицензии на осуществление банковских операций немедленное удовлетворение требований в полном объеме за счет средств государственного фонда страхования вкладов.

Действия истца являлись целью получения незаконных преимуществ перед другими кредиторами банка и являются злоупотреблением правом. Следовательно, такие действия являются незаконными и не влекут возникновения у истца права, подлежащего судебной защите. 

В связи с установленным в ходе судебного разбирательства обстоятельствами, судом не принимаются во внимание показания допрошенных в качестве свидетелей по делу ФИО7 и ФИО8 о том, что ФИО1 денежные средства 12.02.2016 года были внесены в кассу банка наличными, операция по внесению денежных средств являлась реальной и подтверждается выданным приходным кассовым ордером (л.д. 171 оборот – 172). Данные показания свидетелей противоречат собранным по делу письменным доказательствам.

Судом установлено, что приходная запись по счету ФИО1 о поступлении спорных денежных средств была осуществлена в период неплатежеспособности банка, который, как следует из представленных ответчиком доказательств, не имел возможности обеспечить оборотоспособность денежных средств, отражавшихся на счетах клиентов банка, включая счет истца. Клиенты банка не могли свободно распоряжаться денежными средствами, находящимися на их счетах. Указанные денежные средства не могли быть свободно перечислены на счета в иные кредитные организации или свободно получены наличными, а остатки на счетах внутри банка представляли собой только технические записи по счетам, не обладая при этом свойством реальных денежных средств. 

Следовательно, произведенные записи по счету истца являются техническими и не сопровождались реальным внесением денежных средств вкладчиком ФИО1 по договору банковского вклада. 

При этом суд учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в п. 2 Определения от 25.07.2001 № 138-О, согласно которой исполнение банком обязательств по зачислению поступающих на счет клиента денежных средств их перечислению со счета, а также распоряжение клиентом находящимися на его счете денежными средствами, зачисленными банком, может осуществляться лишь при наличии на корреспондентском счете банка необходимых денежных средств.

Также суд учитывает, что при недостаточности денежных средств банки выдавать крупные суммы наличными возможности не имеют. Однако программные средства кредитных организаций позволяют создавать видимость такой выдачи путем создания по счету кассы формальных записей о совершении расходных операций. При этом технические действия возможны только в том случае, если одновременно также формально вносятся по соответствующему счету записи о внесении в кассу такой же общей суммы денежных средств или большей. Реальное поступление денежных средств для этого не требуется, а приходные записи по счету кассы возможны в любом количестве и не любые суммы, в том числе на суммы, не превышающие максимального размера страхового возмещения по вкладам.

Доводы представителя истца о том, что ФИО1 был заключен реальный договор банковского вклада, согласно которому он внес в кассу банка наличные денежные средства в указанном им размере и представленные в подтверждение данной позиции выписки по счету ПАО «МинБанк» (л.д. 130), не являются бесспорными доказательствами, свидетельствующими о реальном внесении денежных средств, в связи с чем, судом не принимаются. 

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000,00 рублей.

В силу части 1 статьи 151 Гражданского Кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно правовой позиции, содержащейся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «О компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, истцом ФИО1 не представлено доказательств причинения ему действиями ответчика морального вреда, а также наступления в результате действий ответчика самого вреда, в связи с чем требования ФИО1 о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Исходя из фактических обстоятельств дела, оценив предоставленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

решил:

ФИО1 в удовлетворении иска к Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», Закрытому акционерному обществу «Банк «Церих» об установлении страхового возмещения, внесении в реестр обязательств банка перед вкладчиками в части размера страхового возмещения, взыскании возмещения по вкладу и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Орла.

Мотивированный текст решения будет изготовлен 26 июля 2017 года.

Судья Авраменко О.В.