Копия

48

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

19 сентября 2017 года город Нижний Тагил 

Нижнетагильский гарнизонный военный суд, в помещении военного суда, в открытом судебном заседании, в составе: председательствующего судьи Вяльцина А.Г., при секретаре судебного заседания Мацюк Е.А., с участием административного истца ФИО1, административного ответчика коменданта 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона войсковой части 3280 капитана ФИО2, представителя административного ответчика войсковой части 3280 капитана юстиции ФИО3, рассмотрев административное дело № 2а-52/2017 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего, проходившего военную службу по контракту в войсковой части 3280 прапорщика запаса ФИО1 об оспаривании решения коменданта 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона войсковой части 3280, связанного с применением к нему дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО4 обратился в Нижнетагильский гарнизонный военный суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным решение коменданта 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона войсковой части 3280, связанное с применением 15 июня 2017 года к нему дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора и отменить его.

Обосновывая свои требования, Худолей в своем административном иске отметил, что, находясь на боевой службе и исполняя обязанности часового, ему посредством связи поступило распоряжение надеть общевойсковой защитный комплект, которое в последующем было продублировано старшим лейтенантом Р.А.В. Однако из средств защиты при себе у него был только противогаз, а принесенный ему костюм принадлежал другому военнослужащему и был не подходящего размера, из-за чего он выполнить распоряжение не мог, и не должен был этого делать, так как руководящими документами запрещается отвлекать часового при несении им боевой службы. По итогам проведенного по данному факту комендантом 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона войсковой части 3280 капитаном Лоховым разбирательства, к нему применено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора. При этом, названное должностное лицо не учло, что реальной угрозы его жизни, ввиду того, что тревога была учебной, не существовало.

Воспроизводя положения Общевоинских Уставов Вооруженных Сил Российской Федерации, Наставления по служебно-боевой деятельности подразделений, караулов, застав, гарнизонов и войсковых нарядов воинских частей внутренних войск МВД России по охране важных государственных объектов и специальных грузов (далее - Наставление) и ссылаясь на не объективность проведенного разбирательства, Худолей считает оспариваемое решение должностного лица не законным, затрагивающим его интересы, связанные с дальнейшим прохождением военной службы.

В судебном заседании Худолей требование своего административного иска поддержал по основаниям, изложенным в нём, настаивал на его удовлетворении, и дополнительно пояснил, что причиной применения взыскания явилось неприязненное отношение к нему со стороны командования воинской части за неоднократные обращения в различные органы относительно нарушения его прав. 

Административный ответчик ФИО2 в судебном заседании требование Худолея не признал и пояснил, что по итогам проведенного разбирательства им было установлено, что Худолей, будучи часовым поста № 12, нарушил пункт 11 табеля этого поста и положения Наставления, отказавшись надевать средства индивидуальной защиты после получения сигнала «Взрыв на охраняемом объекте с выбросом радиоактивных и аварийно-химически опасных веществ». В связи с чем, он применил к Худолею дисциплинарное взыскание - строгий выговор, который объявил ему лично. 

Представитель административного ответчика ФИО3 требования Худолея в судебном заседании также не признал, ссылаясь на то, что взыскание применено к административному истцу уполномоченным на то должностным лицом, после проведенного разбирательства, установившего вину Худолея в совершении дисциплинарного проступка. 

Заслушав стороны, свидетелей, а также исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с контрактом о прохождении военной службы, Худолей 24 ноября 2013 года взял на себя обязательства в течении 5 лет исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательством и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно выпискам из приказов командира войсковой части 3280 от 08 и 11 ноября 2016 года, Худолей назначен на воинскую должность контролера 4 смены 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона (по охране промышленных площадок №№ 1, 4 и здания управления), и полагается с 11 ноября 2016 года вступившим в должность.

В соответствии с решением коменданта 2 войсковой комендатуры, 09 июня 2017 года на боевую службу в ночь на пост № 12 заступил Худолей. Этим же решением на Р. возложено в период с 05 до 07 часов провести проверку боевой службы караулов и суточного наряда.

Из объяснения Р.А.В. следует, что проверяя несение боевой службы караула, им в 05 часов 03 минуты начальнику караула прапорщику М. была подана учебная вводная «Взрыв на охраняемом объекте с выбросом радиоактивных и аварийно-химически опасных веществ». Действуя в соответствии с руководящими документами, М. вызвал караул в ружье, сообщил о случившемся ДПЧ, выдал личному составу караула средства индивидуальной защиты, поставил дополнительные задачи часовым, тревожной группе, резерву, после чего они вместе выдвинулись для проверки правильности действий часовых на постах, в ходе которой Худолей отказался надевать средства индивидуальной защиты.

Аналогичные по своему содержанию объяснения дал М.А.А. в период проведения разбирательства.

В соответствии с объяснениями прапорщика Р.В.Н., исполняя обязанности помощника начальника караула, 09 июня 2017 года в 05 часов 03 минуты проверяющий Р. подал учебную вводную «Взрыв на охраняемом объекте с выбросом радиоактивных и аварийно-химически опасных веществ». После этого им по распоряжению начальника караула, сообщено об учебной тревоге часовым постов. 

Согласно объяснениям сержанта Т.А.Е., после получения учебной вводной, он от М. получил задачу на доставку часовым средств индивидуальной защиты. Прибыв на пост № 12, Худолей отказался надевать, доставленный защитный костюм, а также имеющийся у него противогаз.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей М. , Р. и Т., каждый в отдельности, полностью подтвердили ранее данные объяснения. При этом Р. дополнительно показал, что он действительно посредством связи передал часовому Худолею сигнал «Взрыв на охраняемом объекте с выбросом радиоактивных и аварийно-химически опасных веществ».

В соответствии с разбирательством о дисциплинарном проступке от 15 июня 2017 года, проводивший его комендант 2 войсковой комендатуры ФИО2, опираясь на указанные выше доказательства, пришел к выводу о том, что Худолей ввиду личной недисциплинированности, нарушил пункт 11 табеля поста № 12, отказавшись надевать средства индивидуальной защиты после получения учебной вводной «Взрыв на охраняемом объекте с выбросом радиоактивных и аварийно-химически опасных веществ». В этом же документе командир 1 стрелкового батальона войсковой части 3280 принял решение привлечь Худолея к дисциплинарной ответственности правами коменданта войсковой комендатуры.

Согласно служебной карточке Худолея, ему 15 июня 2017 года комендантом войсковой комендатуры применено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора за личную недисциплинированность, выраженную в нарушении специальных обязанностей часового поста № 12, создание предпосылок к нарушению правил несения боевой службы и возможности своей гибели вследствие воздействия на него РВ и АХОВ и нарушении системы охраны объекта.

В соответствии со статьей 27 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, к дисциплинарной ответственности военнослужащие привлекаются за дисциплинарные проступки, то есть за противоправные, виновные действия (бездействие), выражающиеся в нарушении воинской дисциплины, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации не влекут за собой уголовной или административной ответственности.

Статьёй 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» определено, что военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина. Виновным в совершении дисциплинарного проступка признается военнослужащий, совершивший противоправное действие (бездействие) умышленно или по неосторожности.

При этом, согласно статьи 28.8 того же Федерального закона, по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка, проводится разбирательство, цель которого, в соответствие со статёй 28.6 названного закона, установить обстоятельства совершения дисциплинарного проступка: событие дисциплинарного проступка (время, место, способ и другие обстоятельства его совершения); лицо, совершившее дисциплинарный проступок; вина военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, в совершении дисциплинарного проступка, форма вины и мотивы совершения дисциплинарного проступка; данные, характеризующие личность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, совершившего дисциплинарный проступок; наличие и характер вредных последствий дисциплинарного проступка; обстоятельства, исключающие дисциплинарную ответственность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы; обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность; причины и условия, способствовавшие совершению дисциплинарного проступка; другие обстоятельства, имеющие значение для правильного решения вопроса о привлечении военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, к дисциплинарной ответственности. Аналогичное положение содержится в статье 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации.

В соответствии со статьей 82 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, при назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие и отягчающие дисциплинарную ответственность. Строгость дисциплинарного взыскания увеличивается, если дисциплинарный проступок совершен во время несения боевого дежурства (боевой службы) или при исполнении других должностных или специальных обязанностей, в состоянии опьянения или если его последствием явилось существенное нарушение внутреннего порядка.

О примененных дисциплинарных взысканиях, согласно статье 91 того же Устава, прапорщикам объявляется лично, на совещании прапорщиков, а также на совещании прапорщиков и офицеров. 

Кроме того, пункт 68 Наставления гласит, что с получением приказа начальника караула или сигнала о производственной аварии с выбросов РВ и АХОВ часовой надевает индивидуальные средства защиты и действуют в соответствии с табелем поста.

Из выписки из табеля поста № 12 караула № 2 следует, что при аварии, взрыве, аварии на объекте или получения данных о выбросе (утечке) сильнодействующих - ядовитых или радиационных веществ, часовой обязан надеть средства индивидуальной защиты (пункт 11 табеля).

В свою очередь, подпункт «б» пункта 114 Наставления устанавливает, что в карауле проверяется, в том числе, умение действовать при осложнении обстановки.

С учетом положений, названных нормативных правовых актов, применительно к установленным обстоятельствам, суд приходит к выводу, что вина Худолея в совершении на боевой службе вышеописанного дисциплинарного проступка достоверно была определена уполномоченным должностным лицом - комендантом 2 войсковой комендатуры, на основании доказательств, собранных им в ходе разбирательства. В связи с чем, опровергается довод административного истца о том, что объективного разбирательства в отношении него не проводилось.

При этом, дисциплинарное взыскание - строгий выговор, Худолею назначено административным ответчиком, с учетом положений статьи 82 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации и объявлено ему лично, что административный истец подтвердил в судебном заседании.

Таким образом, суд констатирует, что каких-либо нарушений при привлечении Худолея к дисциплинарной ответственности должностным лицом допущено не было.

Довод административного истца о том, что в силу положений Наставления, запрещающих часовому отвлекаться от несения службы, он не должен был в тот момент надевать средства индивидуальной защиты, не состоятелен, поскольку выполнение часовым обязанностей, установленных пунктом 68 Наставления и табелем поста № 12 по надеванию средств индивидуальной защиты после получения соответствующего сигнала, не может быть расценено, как отвлечение его от несения боевой службы.

Заявление Худолея о том, что причиной применения взыскания явилось неприязненное отношение к нему со стороны командования воинской части за неоднократные обращения в различные органы относительно нарушения его прав, опровергается показаниями свидетелей М., Р. и Т., которые каждый в отдельности, будучи предупрежденными об уголовной ответственности, однозначно в суде подтвердили свои объяснения данные в ходе разбирательства, при этом заявили, что неприязненных отношений к административному истцу не имеют, и основания для его оговора у них отсутствуют. Об этом же сообщил и административный ответчик ФИО2. В свою очередь Худолей в судебном заседании подтвердил отсутствие неприязненных отношений между ним и указанными выше лицами. 

Утверждение Худолея о том, что реальной угрозы его жизни ввиду учебной тревоги, не существовало, то есть отсутствовали негативные последствия его проступка, суд находит несостоятельным, поскольку это не отменяет факта совершения им дисциплинарного проступка, а наоборот свидетельствует о том, что комендант, при принятии решения о виде взыскания, учел этот момент и ограничился наказанием в виде строгого выговора. 

Таким образом, принимая решение по заявленным административным истцом требованиям, суд находит их необоснованными и отказывает Худолею в удовлетворении его административного иска.

Одновременно суд приходит к выводу, что судебные расходы, затраченные Худолеем, возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 175-180, 227 КАС РФ, гарнизонный военный суд,

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении требований административного иска бывшего военнослужащего по контракту войсковой части 3280 прапорщика запаса ФИО1 о признании незаконным решения коменданта 2 войсковой комендатуры 1 стрелкового батальона войсковой части 3280, связанного с применением 15 июня 2017 года к административному истцу дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Уральский окружной военный суд, через Нижнетагильский гарнизонный военный суд, в течение одного месяца, со дня вынесения его в окончательной форме. 

Судья Нижнетагильского 

гарнизонного военного суда «Подпись» А.Г. Вяльцин

а