РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 мая 2018 года с. Началово

Приволжский районный суд Астраханской области в составе: председательствующего судьи Бавиевой Л.И., при секретаре Кусамановой Д.Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело иску ФИО1 к ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, в обоснование указав, что 22.02.2017 между ними был заключен и нотариально удостоверен договор дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой №, по условиям которого ФИО2 безвозмездно передала ей в собственность ? долю в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> «Б», с кадастровым номером 30:09:100101:1002, общей площадью 56,8 кв.м. 12.08.2017 она подала заявление о проведении государственной регистрации права собственности. Однако, 17.08.2017 ей пришло уведомление о возврате документов без рассмотрения, поскольку в ЕГРН содержится отметка о невозможности государственной регистрации перехода прав без личного участия собственника объекта недвижимости. После получения уведомления она обратилась к ответчику с просьбой об отзыве представленного ею заявления либо о совместном обращении в органы государственной регистрации прав на недвижимость, но ФИО2 отказала, мотивируя, что передумала дарить ей долю в праве на вышеуказанное имущество. На предъявленную претензию ФИО2 не отреагировала. В связи с чем, просила суд вынести решение о государственной регистрации перехода к ней права собственности на ? долю ФИО2 в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес> с кадастровым номером № общей площадью 56,8 кв.м. на основании договора дарения №№ от 22.02.2017.

ФИО2 обратилась со встречным иском к ФИО1, в обоснование указав, что в момент заключения договора находилась в нестабильном состоянии здоровья, была беременна, имела заболевания, плохо себя чувствовала. Из-за головных болей и токсикоза плохо понимала свои действия. Воспользовавшись её положением и постоянным плохим самочувствием, ФИО1 уговорами привела её к нотариусу, где уже ранее ею были проведены консультации и подготовлены все необходимые документы для заключения договора дарения. ФИО1 обманным путем принудила её подписать договор у нотариуса. В связи с чем, основывая свои требования на ч.1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, просила суд признать договор дарения от 22.02.2017 года ? доли в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО1 недействительным. 

Впоследствии ФИО2 подала заявление в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в котором просила признать договор дарения мнимым, носящим формальный характер, а также заявление, в котором просила признать договора дарения недействительным в силу его притворности. Указала, что в момент заключения договора она не осознавала всех последствий заключения договора дарения, а именно, не понимала, что ущемляет права своих несовершеннолетних детей, в результате чего они могут остаться без жилья, а она сама без регистрации. Подписывая договор дарения, она преследовала цель исключительно в защите прав своих детей, которые остались бы без попечения матери и без принадлежащего ей недвижимого имущества, которое после её смерти могло быть изъято банковскими организациями, так как имеет задолженности по кредитным договорам, которые не имеет возможности оплачивать на сегодняшний день. После подписания договора дарения, одаряемая перестала поддерживать с ней какое- либо общение, стала оскорблять и унижать её честь и достоинство, применяя клевету. ФИО1 путем наговоров, настроила всех родственников против неё, которые обвиняют её в действиях ненравственного характера по отношению к своей сестре. После подписания договора дарения её материальное положение ухудшилось, а именно она осознала, что совершив сделку купли – продажи, могла погасить бы свои долги по кредитным договорам, тем самым улучшить свое материальное положение. Более того, между ними была договоренность, что договор пройдет регистрацию только после её (Калюжной) смерти. Так же между ними была и такая договоренность, что в течении всей её жизни ФИО1 должна была выплачивать ей денежные средства на лечение онкологического заболевания. Ни одного из перечисленных условий составления договора дарения ФИО1 не стала соблюдать.

Истец ФИО1 и её представитель ФИО3 в судебном заседании поддержали исковые требования по основаниям, указанным в иске. Возражали против удовлетворения встречных исковых требований.

Ответчик ФИО2 и её представители ФИО4 и ФИО5 к. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований ФИО1, поддержали встречные исковые требования, которые просили удовлетворить по всем заявленным ФИО2 основаниям. 

Суд, выслушав истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску ФИО1, её представителя ФИО3, истца по встречному иску и ответчика по первоначальному иску ФИО2, её представителей ФИО4 и ФИО5 к., выслушав заключение представителя органа опеки и попечительства ФИО6, оставившей решение по делу на усмотрение суда, полагая, что заявленные исковые требования не затрагивают прав и законных интересов несовершеннолетних, исследовав письменные доказательства в материалах дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после 1 марта 2013 г.

В связи с этим спорный договор дарения жилого помещения государственной регистрации не подлежит.

В пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Нормами Гражданского кодекса Российской Федерации не регулируется порядок государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество в случае уклонения сторон договора дарения от такой регистрации.

В связи с этим в соответствии со статьей 6 Гражданского кодекса Российской Федерации по аналогии подлежит применению пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.

Согласно абзацам первом и втором пункта 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из содержания договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом от 22.02.2017, ФИО2, именуемая в дальнейшем «Даритель» с одной стороны, и ФИО1 , именуемая в дальнейшем «Одаряемая» с другой стороны, находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно, заключили настоящий договор о нижеследующем: «Даритель» безвозмездно передает в собственность «Одаряемой», а «Одаряемая» с благодарностью принимает в дар от «Дарителя» ? долю в праве общей долевой собственности на один одноэтажный жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, общей площадью 56,8 кв.м., площадью 56,5 кв.м. 

Договор был удостоверен ФИО7 , временно исполняющей обязанности нотариуса г. Астрахани ФИО8 , зарегистрирован в реестре №.

Судом установлено, что ФИО2 уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности, что подтверждается уведомлением от 17.08.2017 №30/004/001/2017-9253 о возврате документов без рассмотрения, согласно которому в ЕГРН содержится отметка о невозможности государственной регистрации перехода права, ограничения права и обременения объекта недвижимости без личного участия собственника объекта недвижимости, в связи с чем заявление о государственной регистрации права и документы, прилагаемые к нему, возвращены ФИО1 без рассмотрения. 

ФИО2 просила суд во встречных требованиях признать договор дарения недействительным, указав, что на момент совершения сделки не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, сделка была совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия; ФИО1 её обманула, она была введена в заблуждение относительно природы сделки, подписала договор, чтобы сохранить долю квартиры для своих детей, так как думала, что умрет, и сестра будет заботиться о её детях, чтобы имущество не забрали по кредитным обязательствам. Сейчас она осознает, что могла продать долю в квартире и тем самым улучшить своё материальное положение. 

Согласно ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (ч.1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (ч.2). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (ч.3).

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (ч.1). Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (ч.2).

Согласно ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (ч.1). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (ч.2). Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (ч.3).

Согласно ч.2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Оснований для признания спорного договора дарения недействительной сделкой суд не усматривает.

Стороны договора при его заключении констатировали, что находились в здравом уме и твердой памяти, действовали добровольно. Как следует из п. 7 договора содержание статей 167, 209, 223, 256, 288, 292, 431.2, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст.ст. 38, 39 Жилищного кодекса Российской Федерации временно исполняющей обязанности нотариуса сторонам разъяснено. 

В п. 8 Договора стороны заверили, что на момент заключения договора они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии обстоятельств, вынуждающих их совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях, настоящий договор не является для них кабальной сделкой, в отношении них отсутствуют признаки неплатежеспособности и/или недостаточности имущества, в понимании терминов Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), не ведется дело о банкротстве, они не признаны банкротами. 

Временно исполняющим обязанности нотариуса дееспособности участников договора проверена. 

<

данные изъяты>

Совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара.

В пункте 1 договора дарения стороны прямо предусмотрели, что даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность, а одаряемый с благодарностью принимает в дар ? долю в праве общей долевой собственности на один одноэтажный жилой дом по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №, общей площадью 56,8 кв.м., площадью 56,5 кв.м, что исключает какое-либо иное толкование приведенных условий, свидетельствующее о том, что ФИО2 заблуждалась относительного того, что подписываемый договор направлен не на безвозмездное отчуждение имущества.

ФИО2 было достоверно известно, что она заключает договор дарения, следовательно, понимала существо совершаемых действий по передаче в дар спорного имущества и осознавала связанные с данным фактом последствия в виде перехода к ответчику права собственности на долю в жилом доме. При этом, доказательств того, что заключая договор дарения стороны прикрывали иную сделку, материалы дела не содержат. 

С учетом вышеизложенного, оценив все представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, по правилам статьи 67 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 о признании договора дарения недействительным. 

Положения ст. 577 Гражданского кодекса Российской Федерации, вопреки доводам ФИО2 и её представителей, также не применимы, так как они предусматривают право дарителя отказаться от исполнения договора дарения, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности. К заключенному между сторонами договору дарения вышеуказанное положение закона отношения не имеет.

Поскольку оснований для признания договора недействительным судом установлено не было, доказано, что ФИО2 уклонялась от государственной регистрации перехода права собственности по договору дарения от неё на одаряемую, исковые требования ФИО9 о государственной регистрации перехода права собственности по договору дарения подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности удовлетворить.

Произвести государственную регистрацию перехода права собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на одноэтажный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 56,8 кв.м., на основании договора дарения 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного ФИО7 , временно исполняющей обязанности нотариуса г. Астрахани ФИО8 , зарегистрированного в реестре №, от ФИО2 к ФИО1 .

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Астраханского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Резолютивная часть решения вынесена и отпечатана в совещательной комнате. Решение в окончательной форме изготовлено 18 мая 2018 года.

Судья Л.И. Бавиева