Дело № 2-449/2020

№***

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО1 21 мая 2020 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хисамутдиновой Е.В.,

при секретаре Груздевой С.В.,

с участием истца ФИО2,

представителя истца – адвоката Михайлова А.В., действующего на основании доверенности №*** от 27.01.2020 г., 

представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности №*** от 16.08.2019 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав,

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав.

Исковое заявление мотивировано тем, что истец ФИО2 является сыном ФИО4, умершего 01.05.2019 г. 

С 18.08.2017 г. по настоящее время ФИО2 проходит обучение по очной форме в БПОУ УР «Асановский аграрно-технический техникум».

09.09.2019 г. ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца. 

11.12.2019 г. решением ответчика истцу отказано в назначении пенсии. 

С решением ответчика истец не согласен, т.к. до момента смерти отца ФИО2 находился на его иждивении, обучался в образовательной организации по очной форме, что соответствует условиям назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца. 

На основании изложенного, истец (с учетом уточнения иска в порядке ст. 39 ГПК РФ) просит признать незаконным решение об отказе в установлении пенсии по случаю потери кормильца №*** от 11.12.2019 г. и назначить ему страховую пенсию по потере кормильца до достижения возраста 23 лет либо до окончания обучения по очной форме. 

В судебном заседании истец ФИО2 на исковых требованиях настаивал, суду пояснил, что он проживал с мамой, папой, братом, супругой брата и их сыном. Раньше его отец работал в колхозе, в организации «Газстройсервис» слесарем, после того, как престали выплачивать заработную плату, уволился и начал оказывать услуги такси. Когда отец работал в такси, то зарабатывал около 5-7 тысяч рублей в день, у него всегда были деньги. Отец всегда обеспечивал его деньгами, оплачивал обучение. Отец проживал с ними до момента смерти. В настоящее время он получает стипендию, размер которой составляет 667 рублей. Этих денег ему хватает только на 2-3 дня. Стоимость билета от г. Можги до с. Асаново, где он учится, оставляет 150 рублей. У мамы с папой был совместный бюджет, отец всегда обеспечивал семью, а после смерти отца денег стало не хватать, стало тяжело, приходится иногда просить помощи у родственников, брать деньги взаймы. Мама работает медсестрой, другие члены семьи, которые проживают совместно с ними, тоже работают, но мама им помогает материально. 

Представитель истца Михайлов А.В. в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить по основаниям, указанным в иске. Пояснил, что истец ФИО2 является сыном ФИО4, находился на его иждивении. После смерти ФИО4 мать истца, преодолевая трудности, зарабатывает, содержит сына, материально обеспечивает. Кроме того, она оплачивает коммунальные услуги, несет затраты на содержание детей, пусть даже и взрослых, и внука, который проживает совместно с ними. Как указывает истец, семья испытывает материальные трудности после смерти отца, поскольку пусть и неофициально, но отец работал на протяжении двух лет, обеспечивал всю семью, ежемесячно получал доход и обеспечивал истца всем необходимым: питанием, проживанием, оплачивал учебу и иные расходы, которые имеет студент очного отделения. Доходы, которые получала мать истца, тратились на оплату коммунальных услуг. Семья после смерти мужа и отца нуждается в материальном содержании, необходимые вещи, товары покупают в кредит, что подтверждается представленными договорами, оплачивают в товары в рассрочку, поскольку за наличный расчет приобрести их нет возможности. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истец находился на содержании умершего ФИО4, в связи с чем заявленные требования подлежат удовлетворению. 

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, согласно которым на дату обращения с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца истец не подтвердил факт нахождения на иждивении умершего ФИО4, поэтому решение об отказе пенсии являлось обоснованным. По сведениям из выписки индивидуального лицевого счета умершего застрахованного лица ФИО4 трудовая деятельность усматривается только по 11.05.2017 г., следовательно, доводы истца о том, что он находился на иждивении умершего ФИО4 по день смерти последнего являются необоснованными. 

Выслушав явившихся участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

09.09.2019 г. ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонное) с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Поводом для подачи данного заявления послужил факт смерти 01.05.2019 г. ФИО4, который является отцом ФИО2.

11.12.2019 г. решением Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Можге Удмуртской Республики (межрайонного) №*** ФИО2 отказано в установлении страховой пенсии по потере кормильца, т.к. заявителем не представлены документы, необходимые для назначения страховой пенсии по потере кормильца.

Не согласившись с решением об отказе в установлении пенсии, истец обратился в суд с рассматриваемым иском. 

Статьей 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Условия назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца определены в статье 10 Федерального закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»:

Право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (часть 1 ст. 10).

В ч. 2 ст. 10 указанного Федерального закона определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе названы дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет.

Таким образом, обстоятельствами, с которыми закон связывает право на получение пенсии по случаю потери кормильца лиц, достигших возраста 18 лет, является обучение по очной форме в образовательных учреждениях и нахождение на иждивении умершего кормильца. 

Справкой Бюджетного профессионального образовательного учреждения Удмуртской Республики «Асановский аграрно-технический техникум» от 28.02.2019 г. подтверждается, что ФИО2 является студентом 2 курса по основной профессиональной образовательной программе – программе подготовки специалистов среднего звена по специальности «Механизация сельского хозяйства» по очной форме обучения. Начало обучения 01.09.2017 г., окончание обучения 30.06.2021 г.

Согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

На момент смерти ФИО4 истцу было 18 лет. 

С 22.03.2001 г. ФИО2 зарегистрирован и проживает по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>.

Согласно выписке из похозяйственной книги, ФИО2 проживает вместе с матерью ФИО5, братьями ФИО6, дд.мм.гггг года рождения, ФИО7, дд.мм.гггг года рождения, и племянником ФИО8, дд.мм.гггг года рождения. 

Собственником указанного жилого помещения является ФИО5 

Отцом ФИО2 является ФИО4.

ФИО5 работает в Бюджетном учреждении здравоохранения Удмуртской Республики «Можгинская районная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», её средний заработок за период с 2018 г. составил 26858,77 руб. в месяц, за 2019 г. – 28564,67 руб. в месяц.

За период с 01.01.2018 г. по 30.11.2019 г. ФИО5 понесены расходы по внесению платы за потребленный природный (сетевой) газ с ВДГО 32980,29 руб. (в среднем в месяц – 2355,74 руб.), электроснабжение – 11651,15 руб. (в среднем в месяц – 1098,60 руб.). ФИО5 понесены расходы на погребение ФИО4 в сумме 11620 руб. Кроме того, ФИО5 имеет кредитные обязательства по заключенному с ПАО «Сбербанк» кредитному договору №*** от 31.05.2019 г. сроком до 31.05.2024 г., ежемесячный платеж по кредитному договору составляет 7836,43 руб. Также ФИО5 заключен договор купли-продажи товаров в рассрочку от 27.07.2019 г., ежемесячный платеж по которому составляет 2200 руб.

Таким образом, за вычетом коммунальных расходов и иных обязательных платежей у ФИО5 на содержание семьи остается 15073,90 руб. (28564,67 – 2355,74 – 1098,60 – 7836,43 – 2200,00), с учетом ФИО2 на одного члена семьи приходится 7536,95 руб.

В то же время величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации за I квартал 2019 года на душу населения составляла 10753 рублей, для трудоспособного населения - 11653 рублей, пенсионеров – 8894 рубля, детей - 10585 рублей (Приказ Минтруда России от 02.07.2019 г. № 461н).

С января 2019 г. по декабрь 2019 г. ФИО2 получал академическую стипендию в размере 665,00 руб. в месяц. 

Из объяснений истца следует, что умерший ФИО4 постоянно на день смерти проживал по адресу: Удмуртская Республика, 

<

***>, вместе с супругой, сыновьями и внуком.

Согласно выписке из индивидуального лицевого счета, трудовая деятельность у ФИО2 имела место по 11.05.2017 г. 

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Исходя из положений ст. 55 ГПК РФ, выписка из индивидуального лицевого счета не является единственным допустимым и достаточным доказательством, подтверждающим факт получения дохода (заработка) ФИО4

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО5 суду пояснила, что основанием для обращения ФИО2 в суд с данным заявлением послужило тяжелое материальное положение. После смерти мужа семье стало тяжело, семья большая. Муж всегда зарабатывал, помогал сыну материально, оплачивал учебу. Сначала муж работал вахтовым методом, а затем, когда его перестали вызывать на вахту, устроился работать в такси «Наше». Получал 15-18 тысяч рублей в месяц, работал сутками по сменам. С мужем они вели общее хозяйство, был общий доход. Сын учится в Асановском техникуме, получает стипендию в размере около 700 рублей. Иногда денег не бывает даже на бензин, приходится часто занимать деньги у родственников. Муж всегда обеспечивал семью материально, при его жизни родственники занимали взаймы у них. 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что ФИО2 приходится ей племянником, его отец ФИО4 при жизни обеспечивал своего сына ФИО10 материально. Отец ФИО10 всегда работал, в последнее время около 1,5-2 лет работал в такси «Наше» не официально, зарабатывал 1,5-2 тысячи рублей в день. Организацию, в которой он работал ранее, закрыли. Мама истца помогала своим взрослым детям. Но после смерти мужа им стало материально тяжело, ФИО5 просила у нее в долг деньги, тогда как при жизни ФИО4 она занимала деньги у семьи И-вых. 

Таким образом, из показаний свидетелей следует, что ФИО4 на протяжении длительного периода времени содержал сына. Несмотря на получение стипендии, оказываемая умершим отцом помощь значительно превышала собственные доходы истица и носила постоянный характер, вследствие чего являлась для него постоянным и основным источником средств к существованию. 

Кроме того, согласно Семейному кодексу Российской Федерации ребенком признается лицо, не достигшее возраста 18 лет (совершеннолетия) (пункт 1 статьи 54), родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей (пункт 1 статьи 80). Следовательно, до достижения ребенком совершеннолетия всю ответственность за его воспитание и содержание несут родители, что освобождает детей, не достигших 18 лет, от необходимости доказывать факт нахождения на иждивении родителей при назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Истец достиг 18-летнего возраста 07.03.2019 г., его отец умер – 01.05.2019 г. То есть менее 2-х месяцев до момента смерти отца ФИО2 являлся полностью дееспособным. Трудовую деятельность на момент смерти отца истец не осуществлял и не имел самостоятельного источника средств к существованию, за исключением стипендии, размер которой в значительной степени отличался в меньшую сторону от размера содержания, предоставляемого отцом. 

Учитывая изложенное, поскольку ФИО2 не достиг возраста 23 лет, обучался по очной форме обучения по основной образовательной программе в образовательном учреждении, находился на иждивении ФИО4, постольку он имеет право в соответствии со ст. 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» на получение социальной пенсии по случаю потери кормильца на период обучения по очной форме в образовательном учреждении, но не более чем до достижения возраста 23 лет. Следовательно, решение ГУ – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) №*** от 11.12.2019 г. об отказе в установлении пенсии является незаконным.

В соответствии с ч. 1 ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается ранее дня обращения за страховой пенсией, определенного частью 2 настоящей статьи, - со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией (п. 3 ч. 5 ст. 22 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Поскольку ФИО4 умер 01.05.2019 г., а обращение истца в пенсионный орган по вопросу назначения пенсии по случаю потери кормильца последовало в пределах установленного законом срока (09.09.2019 г.), суд приходит к выводу о возложении на ответчика обязанности назначить выплату пенсии истцу с 01.05.2019 г.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО2 к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонному) о восстановлении пенсионных прав - удовлетворить. 

Признать незаконным решение Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонного) №*** от 11.12.2019 г. об отказе ФИО2 в установлении пенсии. 

Обязать Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Можге Удмуртской Республики (межрайонное) назначить ФИО2 страховую пенсию по потере кормильца с 01.05.2019 г. до окончания обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 28.05.2020 г.

Председательствующий судья- Е.В. Хисамутдинова