Дело №1-12/2018г.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

об освобождении от уголовной ответственности и о применении 

принудительных мер медицинского характера

10 мая 2018 года пос.Сонково

Сонковский районный суд Тверской области в составе:

Председательствующего федерального судьи Никитина Ж.В., 

с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Сонковского района Зелениной А.С.,

потерпевшей ФИО2

защитника адвоката Дороховой О.Ф., представившего удостоверение 

<

данные изъяты>, 

лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, - ФИО1

законного представителя ФИО1 – представителя Государственного казённого учреждения Тверской области «Центр социальной поддержки населения» (ГКУ ТО «ЦСПН») Сонковского района Тверской области ФИО7, 

при секретаре Теленковой Н.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале судебных заседаний Сонковского районного суда Тверской области уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты> ранее не судимого, 

в совершении запрещённых уголовным законом деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 119, п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

15 июля 2017 года в период с 21 часа 00 минут до 22 часов 00 минут ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения во дворе дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений к ФИО2, с целью угрозы убийством, держа в руках отрезок деревянной доски и нанеся удар по правой руке ФИО2, высказал угрозу убийством в адрес ФИО2, говоря, что убьёт её. В тот момент противоправные действия со стороны ФИО1 ФИО2 восприняла как реальную угрозу убийством и испугалась за свою жизнь. Учитывая физическое превосходство ФИО1, обстановку высказывания угрозы, реальность её осуществления, ФИО2 восприняла угрозу убийством реально, и у неё имелись все основания опасаться её осуществления.

Он же, ФИО1, 15 июля 2017 года в период с 21 часа 00 минут до 22 часов 00 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения во дворе дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений к ФИО2, умышленно с целью причинения вреда здоровью ФИО2, находящимся в руках отрезком деревянной доски, используя её в качестве оружия, нанёс удар по правой руке ФИО2, причинив тем самым согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ закрытый перелом правой локтевой кости в нижней трети в области дистального метаэпифиза, который вызвал длительное расстройство здоровья, выражающееся во временной утрате общей трудоспособности продолжительностью свыше 3-х недель, поэтому расценивается как вред здоровью средней тяжести. 

Участвующий в судебном заседании ФИО1 факт совершения инкриминируемого ему деяния признал, однако пояснил, что событий не помнит. Также пояснил, что проживает с супругой ФИО2, отношения с которой нормальные, живут на пенсии по инвалидности обоих супругов, периодически оба употребляют спиртное. Намеревался закодироваться от алкоголизма, так как считает, что употреблять спиртное ему нельзя, однако он испытывает тягу к спиртному, но не имеет материальной возможности. Ранее неоднократно лечился в психиатрических стационарах, в том числе дважды после совершения инкриминируемых ему деяний, в связи с чем, считает, что необходимости в лечении в настоящее время нет, и против лечения возражает. Просил прощения у потерпевшей, и она его простила. 

Однако факт совершения ФИО1 запрещённых уголовным законом деяний подтверждается следующими доказательствами по делу:

Из показаний ФИО1, данных на предварительном следствии в ходе допроса в качестве подозреваемого с участием защитника 22 декабря 2017 года, и оглашённых в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (л.д. 70-72), следует, что по месту регистрации не проживает, проживает совместно со своей супругой ФИО2 по адресу: 

<

адрес>. Малолетних детей на иждивении не имеет, нигде официально не трудоустроен, является инвалидом с детства 2 группы, диагноз: 

<

данные изъяты>. В связи с этим, он ни в каких учебных заведениях не обучался, русский язык понимает, но читать и писать не умеет, подписывать документы он может. Ранее привлекался к уголовной ответственности в 2007 году по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к нему были применены меры медицинского характера, так как был признан невменяемым. Состоит на учёте у врача-психиатра 

<

данные изъяты> Неоднократно находился на стационарном лечении в психиатрических больницах 

<

адрес> и 

<

адрес> по причине имеющегося у него психического расстройства. По сути подозрения по ч. 1 ст. 119 УК РФ, а именно в том, что он угрожал убийством ФИО2, при этом наносил ФИО1 удары доской по телу, он признаёт полностью, в содеянном раскаивается. Также хочет дополнить, что в момент нанесения им удара ФИО2, он попал ФИО2 по правой руке, так как ФИО1 стала рукой закрываться. В дальнейшем от дачи показаний отказывается, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

Из показаний ФИО1, данных на предварительном следствии в ходе допроса в качестве подозреваемого с участием защитника 25 декабря 2017 года, и оглашённых в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (л.д. 76-78), следует, что ФИО1 полностью подтвердил показания, данные в ходе допросе в качестве подозреваемого 22 декабря 2017 года, дополнив, что по существу подозрения по ч. 1 ст. 119, п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, а именно в том, что он угрожал убийством ФИО2, и при этом наносил ФИО1 удары доской по телу, причинив вред здоровью средней степени тяжести, он признаёт полностью, в содеянном раскаивается.

В суде ФИО1 полностью подтвердил оглашённые показания. 

Потерпевшая ФИО2 суду пояснила, что около 3-х лет состоит в браке с ФИО1, проживают в её (ФИО2) доме вдвоём. В семье случаются мелкие ссоры, серьёзные конфликты бывают не часто. Около 1 года назад она собиралась на кладбище к родным, и знакомая дала ей цветы, которые она (ФИО2) принесла домой. Увидев её (ФИО1) с цветами, ФИО1 приревновал её. До этого вместе с соседкой ФИО3 и мужем они употребляли спиртное (пиво). Во время конфликта на почве ревности ФИО1 изорвал цветы, нецензурно высказал в её (ФИО2) адрес угрозу убийством, и она (ФИО2) испугалась за свою жизнь. Со злости ФИО1 взял деревянную палку и замахнулся для удара, от которого она (ФИО2) пыталась защититься, подставив руку, по которой удар и пришёлся. От удара она (ФИО2) испытала боль, думала, что это сильный ушиб. Нанёс ФИО1 один удар. После этого ФИО2 пошла к ФИО3, которую попросила вызвать «скорую помощь». Фельдшер ФИО4 оказала первую помощь и отвезла её (ФИО2) в больницу, где сначала серьёзных повреждений не установили. Однако впоследствии ей был диагностирован перелом, в связи с чем, она (ФИО2) проходила лечение. Она (ФИО2) ударов мужу, в частности, монтировкой не наносила, изначально дала такие показания в суде, чтобы облегчить положение ФИО1 ФИО1 после случившегося добровольно дважды лечился в психиатрическом стационаре 

<

адрес>. До этого ФИО1 длительное время лечения не проходил. Кроме того, полагает, что на поведение ФИО1 повлияло нахождение в состоянии алкогольного опьянения. После чего ФИО1 ведёт себя спокойнее, однако в конце апреля 2018 года имел место случай, когда ФИО1, находясь также в состоянии алкогольного опьянения, вновь ударил её (ФИО2) по голове рукой, и по данному факту проводилась проверка по её (ФИО2) заявлению сотрудниками правоохранительных органов, и в настоящее время решается вопрос о привлечении ФИО1 к административной ответственности. И хотя после выписки из стационара самостоятельно выписанные доктором для постоянного приёма препараты ФИО1 не принимал, поскольку, по их (ФИО1 и ФИО2) мнению, они отрицательно влияют на здоровье ФИО1, считает, что супруг может лечиться в домашних условиях, она (ФИО2) покупает успокоительные растительные препараты, которые ФИО1 принимает на ночь. Просит не направлять ФИО1 на лечение. В целом же ФИО1 по характеру добрый, помогает ей по хозяйству. ФИО1 просил у неё (ФИО2) прощения, и она его простила, не желает, чтобы супруга направляли на стационарное лечение. В семье отношения хорошие, она нуждается в помощи ФИО1, в летний период он занимается заготовкой дров, также они часто ходят в лес за грибами и ягодами, на рыбалку. ФИО1 не опасен, может только со злости наговорить, потом жалеет, просит прощения, в отношении других людей ФИО1 агрессии не проявлял. Также ФИО1 планирует закодироваться от алкоголизма, до настоящего времени не сделал этого из-за отсутствия денежных средств, поскольку доход их семьи состоит из пенсии по инвалидности, имеются кредитные обязательства. 

Также потерпевшая ФИО2 полностью подтвердила свои показания, данные на предварительном следствии, оглашённые в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (л.д. 62-64, 115-117), пояснив, что подробности событий не помнит по прошествии длительного времени, из данных показаний следует, что она проживает постоянно с мужем ФИО1. 15 июля 2017 года на протяжении всего дня она вместе с ФИО1 дома употребляли спиртные напитки, а именно, водку. Около 21 часа она ушла из дома по личным делам. ФИО1 остался дома. Всё было в порядке, никаких ссор между ними не было. Около 21 часа 30 минут она вернулась домой. В коридоре она встретила ФИО1, который, увидев у неё в руках цветы, разозлился, и стал её оскорблять нецензурной бранью, за то, что она якобы изменяет ему. ФИО1 выхватил из её рук цветы и раскидал по коридору. Она решила выбежать из дома на улицу, чтобы избежать продолжения конфликта. Когда она (ФИО2) находилась на улице около своего дома, к ней подбежал ФИО1, у которого в руках находился обрезок деревянной доски, подобранный ФИО1 с земли. Затем, когда ФИО1 наносил удар доской в область её головы, то она закрылась от удара правой рукой, в результате чего удар пришёлся ей по руке. Во время удара ФИО1 высказал в её адрес угрозу убийством, а именно, что убьёт её и она никому не достанется. После нанесённого удара по правой руке, она почувствовала сильную боль, рука опухла. Угрозы убийством она реально испугалась, оцепенела и встала на месте, так как боялась своими действиями спровоцировать ФИО1 на совершение более неадекватных действий по отношению к ней. В момент, когда ФИО1 замешкался, она успела убежать к соседке ФИО3, проживающей в 

<

адрес> том же доме, где и они (ФИО1). Она (ФИО2) рассказала о произошедшем ФИО3, а именно, что ФИО1 избил её доской и угрожал убийством, и попросила ФИО3 вызвать «скорую медицинскую помощь», так как сильно болела правая рука. Пока ждала «скорую медицинскую помощь», ФИО1 ходил около дома и ругался на неё. ФИО3 сказала ФИО1, что вызвала полицию, чтобы успокоить ФИО1, так как он находился в неадекватном состоянии. ФИО1, услышав это, убежал в неизвестном направлении. По «скорой медицинской помощи» её доставили в больницу, где оказали медицинскую помощь. Через несколько часов она вернулась домой. ФИО1 дома не было. Совершённую ФИО1 угрозу убийством в её адрес она (ФИО1) восприняла реально, так как ФИО1 находился в алкогольном опьянении, был агрессивен и неадекватен, физически сильнее её, кроме того, ФИО1 имеет психические отклонения, и она не знала, что можно от него ожидать. В момент противоправных действий ФИО1 она понимала, что ФИО1 может действительно убить её этой доской. Через несколько дней ФИО1 принёс искренние извинения в её адрес, она ФИО1 простила и никаких претензий, в том числе материальных, не имеет. ФИО1 очень переживал по поводу того, что сделал. В последующем сотрудниками полиции была изъята доска, которую она указала и пояснила, что ФИО1 этой доской её избивал и угрожал убийством. Обрезок доски ФИО1 взял из кучи таких досок, которая находилась на улице около их (ФИО1) дома, когда они рядом выясняли отношения. ФИО1 нанёс только один удар, других ударов не наносил. При доставлении в ЦРБ она (ФИО2) в порыве гнева на мужа высказала жалобы на боли в других, кроме правой руки, областях тела, что и было зафиксировано в истории болезни, ссадину на голени она (ФИО1) могла причинить себе сама, спускаясь по лестнице.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании пояснила, что является соседкой ФИО1, с которыми ранее состояла в хороших отношениях, в настоящее время между ними бывают конфликты. В тот день летом 2017 года, кажется 17 числа, видела ФИО1, у которых всё было нормально, они вместе курили. И ФИО1, и она (ФИО3) употребляли спиртное. Потом вечером услышала крик ФИО2, и, выглянув в окно, увидела, что ФИО1 стоят во дворе, и кто-то из них поднял руку, было ли что-либо в руке, не видела, после чего ФИО2 прибежала к ней, жаловалась на боль в руке и попросила вызвать «скорую помощь», что она (ФИО3) и сделала. ФИО1 увезли в больницу. Было темно, и она событий не разглядела. Также свидетель пояснила, что очень эмоционально воспринимает случившееся, подробности не помнит, рассказывала всё в ходе предварительного следствия и свои показания подтверждает. Кроме того, пояснила, что ФИО1 помогает ей по её просьбе по хозяйству, в частности, готовить дрова. По характеру ФИО1 спокойный, но когда выпивает, бывает агрессивным и к жене, и к ней (ФИО3), но свидетелем подобных ситуаций с рукоприкладством со стороны ФИО1 она (ФИО3) более не являлась. 

Будучи допрошенной в ходе предварительного следствия (показания оглашены в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ), свидетель ФИО3 показала, что она зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>, но проживает по адресу: 

<

адрес>, находится на пенсии, является инвалидом 

<

данные изъяты> группы. 15 июля 2017 года они выпивали спиртное вместе с соседями ФИО2 и ФИО1. Примерно после 18 часов 00 минут 15 июля 2017 года они разошлись по домам. Позже в этот же вечер после 21 часа 00 минут, когда она находилась в своей квартире, то услышала громкие крики соседей ФИО2 и ФИО1. ФИО1 ссорились, на почве чего, она (ФИО3) сказать не может. Затем ФИО1 вышли на улицу и стали ссориться там, а она вышла следом на лестничную площадку второго этажа, где у неё и у ФИО1 находятся квартиры, и в окно посмотрела на улицу. ФИО3 увидела, что ФИО1 стоят на улице у кучи с горбылём - обрезками досок. В ходе ссоры ФИО1 схватил что-то, замахнулся и ударил сверху вниз этим предметом ФИО2 по правой руке. ФИО1 закричала: «Больно, больно», - и с этими криками побежала к дому, а она (ФИО3) пошла в свою квартиру, куда тут же забежала ФИО2. Правая рука у ФИО1 была повреждена, опухшая, ФИО2 придерживала свою правую руку левой рукой. Других повреждений она (ФИО3) не видела, ФИО1 жаловалось, что у неё болит правая рука, больше ни на что не жаловалась. ФИО1 тоже хотел зайти в её (ФИО3) квартиру следом за ФИО2. ФИО3 ФИО1 не пустила, чтобы припугнуть, сказала ФИО1, что вызовет полицию. После этого ФИО1 куда-то ушёл. Она (ФИО3) вызвала «скорую», и ФИО2 госпитализировали в 

<

данные изъяты>. Сколько точно было времени, когда увезли ФИО1, не помнит, не позже 22 часов 00 минут. На следующее утро приехали сотрудники полиции, которым на улице в её присутствии ФИО2 показала место, где ФИО1 ФИО2 ударил, а также указала на обрезок доски, которым ФИО1 её ударил. Поэтому в объяснении она (ФИО3) сказала, что ФИО1 ударил ФИО1 палкой, имея в виду доску, на которую ФИО2 при осмотре в её (ФИО3) присутствии указала сотрудникам полиции. В окно свидетель видела, что ФИО1 ударил ФИО1 только один раз. ФИО1 нельзя употреблять спиртное, в пьяном виде ФИО1 возбуждён и иногда бывает агрессивен. В трезвом состоянии ФИО1 всегда спокоен, извинится, если кого-то будучи пьяным побеспокоил. Также ФИО3 может сказать, что в трезвом виде ФИО1 занят делами по хозяйству, умеет всё делать, увлекается рыбалкой (л.д. 110-112).

Из показаний свидетеля ФИО4, данных на предварительном следствии и оглашённых в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (л.д. 113-114), следует, что она работает фельдшером «скорой помощи» 

<

данные изъяты> 15 июля 2017 года около 22 часов 00 минут на «скорую» поступил вызов к ФИО2, проживающей по адресу: 

<

адрес>. Когда она приехала к дому, то застала ФИО2 около дома. Она (ФИО4) спросила ФИО2 о том, что случилось, на что ФИО1 ответила, что её доской по руке ударил муж, и жаловалась на боли в области правого предплечья. При осмотре у ФИО2 в области правого предплечья наблюдались болезненность и отёчность, руку ФИО1 держала в вынужденном положении. Свидетель предложила ФИО1 проехать в 

<

данные изъяты>, куда ФИО1 была доставлена в приёмный покой для осмотра дежурным врачом.

Свидетель ФИО5 суду пояснила, что предварительное следствие по настоящему делу производилось с соблюдением требований уголовного процесса, подробно фиксировались показания, данные участниками событий, никаких замечаний после допросов ни у кого не имелось. Постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 от 27 февраля 2018 года утверждено руководителем следственного органа – заместителем начальника СО МО МВД России «Краснохолмский» ФИО6 в тот же день, копии данного процессуального документа вручены сторонам. Однако после ознакомления с материалами уголовного дела также 27 февраля 2018 года заместитель начальника СО МО МВД России «Краснохолмский» ФИО6 вынес постановление об отмене постановления следователя о прекращении уголовного преследования в связи с необходимостью направления уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера в отношении ФИО1, которое по невнимательности не было подшито в материалы дела и в копиях не было вручено сторонам. 28 февраля 2018 года данное уголовное дело с постановлением о направлении в суд для применения принудительной меры медицинского характера направлено в Сонковский районный суд. Также пояснила, что с места происшествия был изъят обрезок деревянной доски, на который указала ФИО2 как на предмет, которым ФИО1 нанёс ей удар по руке.

Протоколом осмотра места происшествия от 16 июля 2017 года с приложением фототаблицы, согласно которому осмотрена территория, прилегающая к дому 

<

адрес> Участвующая в осмотре ФИО2 пояснила, что 15 июля 2017 года около 21 часа 30 минут во дворе дома перед сараем возле кучи с обрезками досок её супруг ФИО1 обрезком доски причинил ей телесные повреждения, нанося удары по телу, ногам, а также по руке, которой она закрыла голову во время нанесения ударов, также во время нанесения ударов он высказывал в её адрес угрозу убийством. С места происшествия изъят обрезок деревянной доски (л.д. 28-36).

Протоколом осмотра изъятого предмета с приложением фототаблицы и постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественного доказательства, из которого следует, что осмотрен обрезок деревянной доски, изъятый 16 июля 2017 года в ходе осмотра территории у 

<

адрес> (л.д. 56-58, 59). 

Вещественное доказательство - обрезок деревянной доски осмотрено в ходе судебного заседания. Потерпевшая ФИО2 пояснила, что именно этим предметом ФИО1 нанёс ей удар по руке. Свидетель ФИО3 пояснила, что ФИО2 указала сотрудникам полиции на данный обрезок доски как на предмет, которым ФИО1 нанёс ей удар. Подсудимый ФИО1 пояснил, что не помнит, как именно выглядел предмет, которым он нанёс удар ФИО2

Из заключения судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> следует, что у ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, имелись повреждения: закрытый 

<

данные изъяты>, который возник от удара тупым предметом, либо при ударе о таковой незадолго до обращения за медицинской помощью, возможно 15 июля 2017 года, вызвал длительное расстройство здоровья, выражающееся во временной утрате общей трудоспособности продолжительностью свыше 3-х недель, поэтому расценивается как вред здоровью средней тяжести (л.д. 50-51).

Законный представитель ФИО1 – ФИО7 в судебном заседании пояснила, что ФИО1, как страдающий психическим заболеванием, склонный к употреблению спиртного, который в состоянии алкогольного опьянения может вести себя агрессивно, не принимает поддерживающего лечения самостоятельно, нуждается в направлении в соответствующее лечебное учреждение для прохождения лечения в первую очередь в его (ФИО1) интересах.

Согласно справке 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состоит на «Д»-учёте у врача-психиатра.

Как следует из копии справки 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 является инвалидом 

<

данные изъяты> группы с детства, инвалидность установлена бессрочно, основание – акт освидетельствования в федеральном государственном учреждении медико-социальной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

По сведениям 

<

данные изъяты> (информация за № от ДД.ММ.ГГГГ, за №) ФИО1 находился на лечении в данной больнице с 20 октября 2017 года и с 21 февраля по 30 марта 2018 года, за ФИО1 рекомендуется наблюдение как за социально-опасным. 

Как следует из заключения комиссионной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обнаруживает признаки умеренной 

<

данные изъяты> Вышеуказанные расстройства столь выражены, что лишают ФИО1 в настоящее время и лишали на период совершения общественно-опасных деяний способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Имеющиеся психические расстройства связаны с опасностью для него и других лиц, возможностью причинения иного существенного вреда, поэтому ФИО1 нуждается в принудительном лечении и наблюдении в психиатрическом стационаре специализированного типа (л.д. 91-92).

Указанное заключение судебно-психиатрической экспертизы выполнено высококвалифицированными в области знаний по психиатрии лицами – врачами-психиатрами высшей квалификационной категории, имеющими продолжительный стаж работы по специальности от 6 до 36 лет, в связи с чем, у суда нет оснований сомневаться в выводах экспертов. 

Не доверять показаниям потерпевшей ФИО2, свидетеля ФИО3, допрошенных в суде и подтвердивших свои показания, данные на предварительном следствии, показаниям свидетеля ФИО4, данным на предварительном следствии и оглашённым в суде, у суда также оснований не имеется, их показания логичны, последовательны, согласуются друг с другом и с обстоятельствами, изложенными ФИО1 в ходе допросов в качестве подозреваемого на предварительном следствии, подтверждёнными им в судебном заседании, также подтвердившим и показания потерпевшей ФИО2 Оснований для оговора потерпевшими и свидетелями ФИО1 судом не установлено. 

Совокупность указанных выше доказательств даёт суду возможность сделать вывод о том, что ФИО1 совершил угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, то есть, преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ, и умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть, преступление, предусмотренное п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ. Однако, поскольку ФИО1 как во время совершения запрещённых уголовным законом деяний, так и в настоящее время, не мог и не может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, и руководить ими вследствие хронического психического расстройства, нуждается в принудительном психиатрическом лечении, то есть, является невменяемым, в силу ч. 1 ст. 21 УК РФ он не подлежит уголовной ответственности.

Учитывая, что ФИО1 совершил запрещённые уголовным законом деяния в состоянии невменяемости, его психическое расстройство связано с опасностью для него и других лиц, возможностью причинения иного существенного вреда, несмотря на то, что после совершения указанных деяний ФИО1 проходил стационарное лечение в психиатрическом стационаре, но медицинского заключения о выздоровлении и документального подтверждения того, что по своему состоянию ФИО1 перестал быть опасным для себя и других лиц суду не представлено, предписанного при выписке из стационара амбулаторного лечения ФИО1 не принимает, к нему в соответствии со ст. 433 УПК РФ должны быть применены принудительные меры медицинского характера.

При решении вопроса о виде таких мер суд принимает во внимание рекомендации врачей-психиатров о том, что он подлежит направлению в психиатрический стационар специализированного типа.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «в» ч. 1 ст. 99 и ч. 3 ст. 101 УК РФ в отношении ФИО1, требующего по своему психическому состоянию стационарного лечения и наблюдения, должна быть применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа.

Вещественное доказательство по делу - обрезок деревянной доски - подлежит уничтожению в соответствии с требованиями п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 442, 443 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

ФИО1 от уголовной ответственности за совершение запрещённых уголовным законом деяний, предусмотренных ч. 1 ст. 119, п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, освободить.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 97, п. «в» ч. 1 ст. 99 и ч. 3 ст. 101 УК РФ применить к ФИО1 принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа.

Вещественное доказательство по делу – обрезок деревянной доски – уничтожить.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Тверской областной суд через Сонковский районный суд Тверской области в течение 10 суток со дня провозглашения.

Председательствующий Ж.В. Никитина