Дело № 12-594/17

Санкт-Петербург 09 ноября 2017 г.

РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

Извлечение для размещения на интернет-сайте суда

Судья Калининского районного суда Санкт-Петербурга Терещенко О.В., в зале № 106 Калининского районного суда Санкт-Петербурга по адресу: Санкт-Петербург, ул. Бобруйская, д.4, 

с участием: ФИО1, защитника ФИО1 – Кучинского А.В., действующего на основании доверенности от 27.10.2017 года, выданной в порядке передоверия, со сроком действия до 25.09.2019 года,

в отсутствие: потерпевшего ФИО2, извещенного о времени и месте рассмотрения жалобы,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление по делу об административном правонарушении, вынесенного мировым судьей судебного участка № 44 Санкт-Петербурга от 15.09.2017 г., в соответствии с которым,

ФИО1 «,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,»

признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и ему назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год, 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 44 Санкт-Петербурга от 15.09.2017 г. по делу об административным правонарушении ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год.

На указанное Постановление по делу об АП ФИО1 подана жалоба, в которой он выражает несогласие с вынесенным постановлением. Просит постановление отменить, производство по делу прекратить. В жалобе указано на то, что дело рассмотрено не полно и не всестороннее, а также на то, что надлежащих доказательств вины ФИО1 не представлено (л.д.45-46).

В ходе рассмотрения жалобы, от защитника ФИО1 – Кучинского А.В. поступили дополнения к жалобе. Защитник просит постановление отменить, производство по делу прекратить, в связи с тем, что мировым судьей дело рассмотрено с нарушением правил подведомственности, дело должно было быть рассмотрено районным судом. Кроме того, мировым судьей не дано надлежащей оценки исследованным доказательствам, а именно тому, что потерпевший ФИО2 является глухонемым, но слышал удар столкновения ТС, свидетель ФИО3 утверждает, что на видеозаписи виден момент столкновения, однако на видеозаписи отсутствуют признаки столкновения автомобилей.

ФИО1 и его защитник в судебном заседании доводы жалобы поддержали в полном объеме. При этом, ФИО1 пояснил, что 23.06.2017 года около 17 час. 45 мин. управлял ТС «У», гос.номер которого не помнит, поскольку ТС ему не принадлежит, управлял им на основании доверенности. Двигался по Светлановскому пр. в крайней левой полосе, перед перекрестком с ул. Академика Байкова, ему необходимо было повернуть направо, однако, в его направлении горел красный сигнал светофора, в левом и среднем ряду стояли машины на запрещающий сигнал светофора. В связи с тем, что он торопился, решил проехать между левым и средним рядом между машинами, проехал и повернул направо на красный сигнал светофора. Никаких ударов соприкосновения ТС, звука разбитого фонаря, сигналов машин не слышал. Настаивает на том, что не являлся участником ДТП. На машине, которой он управлял, действительно имелись повреждения, но они были ранее, поскольку машина ранее неоднократно попадала в ДТП. О том, что ему необходимо явиться в ГИБДД узнал как от собственника машины, так и от сотрудника ГАИ, по вызову которого, сразу же явился в отдел ГИБДД.

Потерпевший ФИО2 в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения жалобы извещен надлежащим образом, не сообщил суду об уважительных причинах неявки, не просил суд отложить рассмотрение жалобы. Поскольку до начала судебного заседания от него никаких ходатайств не поступило, судом принято решение о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Изучив доводы жалобы, проверив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд считает, что постановление мирового судьи судебного участка № 44 Санкт-Петербурга от 15.09.2017 г. законно и обоснованно, а потому отмене или изменению не подлежит. 

Мировым судьей установлено, что 23.06.2017 г. около 17 час. 45 мин. у дома 81 кор.1 по Светлановскому пр. в Санкт-Петербурге, ФИО1, управляя ТС марки «У1» г.р.з... Х…, совершил столкновение с транспортным средством марки «У2» г.р.з... Х.., под управлением водителя ФИО2, причинив автомобилю «У2» г.р.з... Х.. механические повреждения, после чего в нарушение п.п.2.5,2.6,2.6.1 ПДД РФ оставил место ДТП, участником которого являлся, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ. 

Вина ФИО1 подтверждается следующими доказательствами: 

- показаниями потерпевшего ФИО2, данными им при рассмотрении дела мировым судьей, его письменными показаниями, данными в ходе производства по делу об АП, 

- показаниями свидетеля «К» данными им при рассмотрении дела мировым судьей, из которых следует, что он являлся непосредственным очевидцем ДТП, поскольку находился в ТС, которое стояло на запрещающий красный сигнал светофора на Светлановскомм пр. перед перекрестком с ул. Ак. Байкова в среднем ряду, при этом, слева от него находилось ТС «У2» под управлением потерпевшего ФИО2, а водитель ТС «У1» г.н... Х.., осуществил проезд между рядами, то есть между их машинами, повернув направо на красный сигнал светофора. При этом, когда водитель ТС «У1» проезжал между их машин, то он услышал звук удара, и сначала предположил, что водитель этого автомобиля совершил столкновение с его автомобилем, подал водителю ТС «У1» звуковой сигнал. Однако водитель ТС «У1» не отреагировал и уехал. Выйдя из машины, увидел, что повреждения имеет ТС «У2» под управлением потерпевшего ФИО2, у которого был разбит фонарь, имелись иные повреждения. Он помог Васильковскому вызвать сотрудников ГИБДД.

- письменными показаниями свидетеля «И» данными им в ходе производства по делу об АП, из которых следует, что он является собственником ТС «У1» г.н... Х.., однако, 23.06.2017 года около 17 час. данным ТС управлял ФИО1;

- Протоколом об административном правонарушении от 22.08.2017 года, согласно которому ФИО1, управляя ТС, совершил наезд на транспортное средство марки «У2» г.р.з... Х.., в нарушение п.п. 2.5,2.6,2.6.1 ПДД РФ оставил место ДТП, участником которого являлся, тем самым совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст. 12.27 КоАП РФ;

- рапортом сотрудника ГИБДД «А» об обстоятельствах выявления правонарушения, патрулировании территории, 

- схемой места ДТП от 23.06.2017 года, в которой зафиксировано место расположения автомобиля «У2» г.р.з... Х.., указано место ДТП, а также указана ширина проезжей части Светлановского пр. – 11,5 м, в одном направлении три полосы движения, ТС потерпевшего расположено в крайней левой полосе, перед перекрестком с ул. Ак.Байкова, перекресток оборудован светофорным постом, светофор работает в режиме;

- справкой по ДТП от 23.06.2017 года с указанием осмотра места ДТП; Повреждений ТС;

- справкой по ДТП формы № 154;

- протоколом досмотра ТС «У2» г.р.з... Х.., в котором зафиксированы механические повреждения данного ТС;

- фотографиями повреждений ТС «У2» г.р.з... Х…;

- протоколом досмотра ТС «У1» г.р.з. С.. Х.., в котором зафиксированы механические повреждения данного ТС;

- фотографиями повреждений ТС «У1» г.р.з... Х…,

- справкой учета ТС о том, что ТС «У1» г.р.з... Х.. принадлежит ФИО4;

- видеозаписью с обстоятельствами ДТП, из которой следует, что в момент ДТП на перекрестке Светлановского пр. и ул. Ак.Байкова в направлении движения для ТС, которые движутся по Светлановскому пр. горит красный сигнал светофора. ФИО5, на которой установлен видео-регистратор стоит в средней ряду перед перекрестком на красный сигнал светофора, слева от нее расположен автомобиль красного цвета, в этот момент между ТС красного цвета и машиной на которой установлен регистратор, проезжает автомобиль «У1», далее водитель ТС на которой установлен видео-регистратор подает звуковой сигнал водителю ТС «У1», однако водитель не реагирует на поданный звуковой сигнал и продолжает движение, осуществляет поворот направо на красный сигнал светофора на ул. Ак.Байкова.

Изучив доводы жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд приходит к выводу, что в постановлении мирового судьи сделан обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ и его действия мировым судьей квалифицированы правильно. 

При рассмотрении дела суд оценивает собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ и с позиции соблюдения требований закона при их получении, то есть части 3 ст. 26.2 КоАП РФ. Противоречий в имеющихся доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение достоверность изложенных в них обстоятельств, не имеется. 

Сведения, содержащиеся в протоколе, и иных документах принимаются в качестве доказательств вины, так как они составлены компетентным лицом, с соблюдением требований ст.ст. 28.2, 28.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях РФ, все необходимые сведения, предусмотренные ст. 28.2 КоАП РФ протокол содержит. 

Каких-либо оснований сомневаться в достоверности сведений, внесенных в схему места совершения ДТП, и иные процессуальные документы, по мнению суда, не имеется, поскольку каких-либо причин, по которым сотрудник ДПС, который оформлял ДТП, потерпевший, свидетель могли быть заинтересованными лично, прямо или косвенно в привлечении ФИО1 к административной ответственности, судом установлено не было. В связи с чем, мировым судьей указанные доказательства, как допустимые, правомерно положены в основу постановления и получили надлежащую оценку в постановлении. 

Довод жалобы относительно того, что дело было рассмотрено с нарушением правил подсудности, не может быть признан обоснованным, поскольку основан на неверном толковании норм права. Как усматривается из материалов дела, административное расследование в соответствии со ст. 28.7 КоАП РФ фактически не проводилось. При таких обстоятельствах, дело законно и обоснованно рассмотрено мировым судьей.

Несмотря на то, что в материалах дела имеется определение о возбуждении дела об АП и проведении административного расследования (л.д.7), ходатайство о продлении сроков расследования (л.д.6), определение о продлении сроков расследования (л.д.5), указанные процессуальные документы носят формальный характер, поскольку никаких реальных процессуальных действий, требующих значительных временных затрат в рамках административного расследования не проводилось.

Так, 23.06.2017 года должностным лицом ГИБДД был составлен рапорт о выявлении административного правонарушения и обстоятельствах его совершения, (л.д.8), в этот же день составлена справка по ДТП и справка формы № 154 (л.д.9,10), а также схема ДТП (л.д.11), получены объяснения от потерпевшего ФИО2 (л.д.12).

Никаких иных действий, требующих значительных временных затрат для установления обстоятельств ДТП должностным лицом ГИБДД не проводилось.

10.08.2017 года инспектором ГИБДД получены объяснения от ФИО4 и ФИО1 (л.д.13,14), 20.08.2017 года произведены досмотры ТС – участников ДТП (л.д.19,20).

22.08.2017 года составлен протокол об АП (л.д.5).

Тем самым, все процессуальные действия проведены должностным лицом ГИБДД за три дня, для чего не требовалось проведения административного расследования по смыслу норм КоАП РФ.

При таких обстоятельствах, суд считает установленным, что никакого административного расследования фактически не проводилось.

Суд не может согласиться с доводом защитника о том, что мировым судьей не учтены показания потерпевшего, который не мог слышать звука удара, и показаниям свидетеля, который утверждал, что столкновение автомобилей было очевидно и оно запечатлено на видеозаписи, что не соответствует действительности, в силу следующего.

Так, из показаний потерпевшего ФИО2, который действительно использует в общении русский жестовой язык, следует, что ТС под управлением ФИО1 проехало между автомобилями: автомобилем потерпевшего и свидетеля, и повредил его автомобиль, поскольку удар был сильный, то он немного услышал звук удара. При этом, суд считает, что использование в общении русского жестового языка, не означает, что человек, использующий данный язык, вообще не различает звуков. Оснований не доверять потерпевшему о том, что он немного услышал звук удара, не имеется.

Кроме того, показания потерпевшего в этой части подтверждаются показаниями свидетеля «К», который, находясь в машине, расположенной справа от машины потерпевшего также отчетливо слышал звук удара, и предположил, что ударили его машину, подал звуковой сигнал водителю, который совершил наезд и проехал на красный сигнал светофора. И когда вышел из машины, обнаружил, что повреждена машина под управлением ФИО2 – разбит фонарь, имелись и иные повреждения. Поскольку его автомобиль был оборудован видео-регистратором, то передал видеозапись потерпевшему.

Действительно, на представленной видеозаписи отсутствует сам факт наезда, поскольку наезд на ТС ФИО2 было со стороны заднего бампера, а ФИО1 двигался позади ТС потерпевшего и свидетеля, видео-регистратор был установлен на лобовом стекле ТС свидетеля.

Вместе с тем, из записи однозначно следует, что ТС под управлением ФИО1 движется между машинами потерпевшего и свидетеля, траектория движения – немного под углом, далее свидетель подает звуковой сигнал водителю ФИО1, который отчетливо слышен, однако водитель ФИО1 не реагирует, продолжает движение на красный сигнал светофора и поворачивает направо на ул. Ак. Байкова.

При таких обстоятельствах, суд не может согласиться с доводом о том, что ДТП не было, звука удара и звукового сигнала ФИО1 не слышал, поскольку его показания опровергаются показаниями как потерпевшего, который почувствовал и услышал звук удара, так и показаниями свидетеля «К», который фактически явился непосредственными очевидцем ДТП, также слышал звук удара, и, более того, принимал меры для того, чтобы водитель ФИО1 после ДТП остановился, подавая ему звуковые сигналы, которые тот проигнорировал.

А действия ФИО1 после ДТП свидетельствуют о том, что достоверно зная о ДТП, оставил место ДТП: слыша звуковой сигнал, который подавал свидетель «К», продолжил движение на красный сигнал светофора, проехал далее и повернул направо, не остановив ТС.

Тем самым, суд считает установленным, что ФИО1 было доподлинно известно о совершенном ДТП, вместе с тем, он умышленно оставил место ДТП.

Показаниям потерпевшего и свидетеля мировым судьей при рассмотрении дела дана надлежащая оценка в соответствии со ст.26.11 КоАП РФ, указано в связи с чем, они приняты мировым судьей во внимание, оснований к переоценке данных доказательств суд не усматривает и соглашается с выводами, сделанными мировым судьей. Показания потерпевшего и свидетеля «К» последовательны и подробны, согласуются между собой и в соответствующих частях подтверждаются иными, исследованными судом доказательствами.

Изложенные в протоколе об АП сведения объективно подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств.

Согласно основным понятиям и терминам, используемых в Правилах дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, под дорожно-транспортным происшествием понимается событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Согласно этим же понятиям, дорожное движение - совокупность общественных отношений, возникающих в процессе перемещения людей и грузов с помощью транспортных средств или без таковых в пределах дорог.

Таким образом, повреждение транспортного средства «У1» г.р.з... Х.., которым управлял ФИО2, возникло в процессе движения т/с «У1» г.р.з... Х.. под управлением ФИО1 и находится в причинно следственной связи с действием водителя ФИО1 

Таким образом, после указанного ДТП, у водителя ФИО1 возникла обязанность совершить все действия, предусмотренные п.2.5, 2.6, 2.6.1 ПДД РФ, чего ею сделано не было.

Каких-либо существенных противоречий между показаниями участников производства по делу об АП, протоколом об АП, схемой ДТП, справкой ДТП, протоколами осмотров ТС и фотографиями ТС с механическими повреждениями, которые могли бы повлиять на принятие законного и обоснованного решения по делу, судом не установлено. Вышеперечисленные доказательства суд признает достоверными, полученными в соответствии с действующим законодательством и не вызывающими никаких сомнений в их допустимости, а доводы жалобы о том, что мировым судьей не полно и не всесторонне исследованы все обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения жалобы. 

Оснований для переоценки представленных и исследованных доказательств, у суда не имеется, с оценкой данной мировым судьей районный суд согласен. Все собранные по делу доказательства получили оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

В соответствии с п.п. 2.5,2.6 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090, при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан:

- немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию

- сообщить о случившемся в полицию, записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.

Однако данные требования Правил дорожного движения, водителем ФИО1 выполнены не были: ФИО1 не сообщил о ДТП в полицию, не ожидал прибытия сотрудников полиции к месту ДТП.

Следовательно, его действия образуют состав правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

Ответственность по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ наступает за оставление водителем в нарушение ПДД места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся. 

Таким образом, состав ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ является по своей правовой природе формальным и не зависит от размера причиненного материального ущерба, тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего либо наступления иных негативных последствий. 

Как разъяснил Верховный суд РФ в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 N 18 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", действия водителя, оставившего в нарушение требований пункта 2.5 ПДД место дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.27 КоАП РФ.

Никаких препятствий для вызова сотрудников ГИБДД на месте ДТП у ФИО1 не имелось, более того им никаких действий по вызову сотрудников ГИБДД не предпринималось.

Суд считает, что мировым судьей действия ФИО1 верно квалифицированы по ч.2 ст.12.27 КоАП РФ.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 25 апреля 2001 года N 6-П, закон, закрепляя обязанность лица, управляющего транспортным средством, под угрозой наказания оставаться на месте дорожно-транспортного происшествия, связывает данную обязанность с интересами всех участников дорожного движения и необходимостью обеспечения выполнения ими взаимных обязательств, порождаемых фактом дорожно-транспортного происшествия. Это обусловлено, в том числе, характером отношений, складывающихся между водителем, управляющим транспортным средством как источником повышенной опасности, и другими участниками дорожного движения, и не противоречит конституционно-правовому требованию о том, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). Устанавливая ответственность за оставление места дорожно-транспортного происшествия лицом, управляющим транспортным средством, государство реализует свою конституционную обязанность защищать достоинство человека, его права и свободы.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что все доказательства по делу при его рассмотрении были исследованы в достаточно полном для принятия решения объеме и им дана мотивированная оценка, оснований к переоценке указанных доказательств не имеется, постановление мирового судьи вынесено в пределах срока привлечения к административной ответственности, квалификация содеянного является верной, а назначенное наказание соответствует характеру совершенного правонарушения, личности виновного, с учетом требований ст.ст. 4.1-4.3 КоАП РФ. 

В постановлении по делу об АП указано, что при назначении наказания, мировой судья учитывает отягчающие и смягчающие обстоятельства, а также учитывает характер и степень общественной опасности совершенного правонарушения, личность виновного.

Существенных нарушений требований закона, прав лица, привлекаемого к административной ответственности, как при составлении процессуальных документов должностным лицом, так и при рассмотрении данного дела мировым судьей не допущено, оснований для отмены или изменения постановления мирового судьи не имеется, наказание назначено в соответствии с требованиями положений ст.ст.4.1-4.3 КоАП РФ в минимальном размере в пределах санкции ч.2 ст.12.27 КоАП РФ, а потому оснований для отмены постановления, а также для изменения вида и размера назначенного наказания не имеется. 

На основании изложенного и руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 Кодекса РФ об административных правонарушениях, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 44 Санкт-Петербурга от 15.09.2017 г. в отношении ФИО1, согласно которому он признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.12.27 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде лишения права управления т/с на 1 год, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 и его защитника Кучинского А.В. оставить без удовлетворения.

Решение вступает в силу с момента вынесения и может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в порядке, предусмотренном ст.ст. 30.12-30.14 КоАП РФ

Судья